Перерождение

Глава 13. Туман

Подходя к дому, Аттика увидела зияющую в стене дыру и настроение её в момент улетучилось, как и не бывало.

— Вау, — не смогла удержаться от сарказма Атти, войдя в дом. — За целый день целых пять кирпичей. Такими темпами мы не закончим и ко второму пришествию. Строитель из вас явно никакой. Наверняка всё никакое, помимо идеальной оболочки.

— Солнышко! — в ужасе воскликнула Этна.

— Чёрт! — выругалась Атти, остановившись у двери спальни.

Во-первых, она только что ляпнула, что считает его оболочку идеальной, а, во-вторых… Этна права.

На неё это совсем не похоже. Она сама не одобряет собственного поведения.

— Извините, — произнесла она, так и не повернув головы к незнакомцу. — Вы меня раздражаете, я не могу это контролировать. Постарайтесь, пожалуйста, закончить побыстрее, раз уж для вас это так важно, и все остальные так сильно этого хотят.

«И убраться из моего дома», — додумала она про себя, искренне не желая грубить, но поделать с собой ничего не могла.

Тихран впервые в жизни, наверное, чувствовал подобное потрясение и растерянность.

Впервые в жизни женщина отказывалась на него смотреть. Не желала этого. Смотрела куда угодно, лишь бы не на него.

Впервые в жизни он желал, чтобы она посмотрела на него.

Ему до чертей надоели томные обожающие взгляды, а сейчас он бы многое отдал, чтобы просто увидеть её взгляд.

Какого цвета вообще её глаза?

Почему это вдруг стало ему интересно?

И ещё так и рвалось с языка, что не пять, а шесть кирпичей!

И это было так смешно и по детски, что потрясало не меньше всего остального.

Строительством он, действительно, ранее не занимался, но, мягко говоря, не торопился вовсе не из-за этого, конечно.

Он тянул время.

Хотел задержаться в доме.

Не потому, что просила добродушная фея.

Он хотел.

Ему было интересно.

Из-за неё.

***

Аттика вошла в спальню и рухнула на постель, лицом в подушку.

Перевернулась и вперила взгляд в потолок, закинув руки за голову, размышляя над сложившейся ситуацией, о незнакомце, своей реакции на него, тем, как его защищают все её друзья. Даже орки!

— А ты чего молчишь? — спросила она Диву. — Не язвишь по этому поводу. Даже не высовываешься. На тебя это не похоже.

На стуле у стены «материализовалась» серьёзная голограмма айкора.

— Это тяжёлая и очень глубокая твоя рана, — ответила она. — Запечатанная. И страшная. Которую ты сама не желаешь замечать. Боль, которую не позволяешь себе. Всячески игнорируешь и штопаешь. Нет, — поправилась она, — заливаешь стометровыми слоями бетона, не хуже людей в городе у подножия нашего холма.

Аттика тихо и весьма фальшиво рассмеялась.

— Я вообще-то тебя спрашивала о полуголом мачо в нашей гостиной.

Серьёзный взгляд взбалмошного высокомерного искусственного интеллекта не изменился.

— Ты дорога нам всем, — ответила Дива как можно короче. — Он нужен тебе.

Аттика рассердилась, зло посмотрев на «подругу».

— Поэтому я и молчала, — повела она изящным плечиком. — Все мы молчим. И просто пытаемся как можно дольше задержать его в доме. Ради тебя.

— Ради меня?! — взбесилась Атти. — Да такие, как он разбивают сердца и судьбы идиоткам вроде тебя и меня! И вы пытаетесь задержать его, чтобы это случилось со мной?! Думаешь его интересует любовь?! Думаешь ему нужна семья?! Тихий домик в лесу?! Обнимашки по ночам и спокойное семейное счастье?! С той, что даже родить не может?! Навеки вместе, лишь вдвоём?! Кому это вообще может быть нужно?!!!! Это даже семьёй нельзя назвать! Так, что-то неполноценное, неполное. Дефектное. Скучное. Как и я!

Голограмма отвела печальный взгляд.

Чистый взгляд феечки в гостиной заблестел от слёз, чувствуя боль своей деточки.

Тихран развернулся и вышел через дыру в стене.

Ему нужен был свежий воздух.

Он хмурился.

И пытался разобраться.

Со всей той чертовщиной, что сейчас творилась вокруг него.

Как он умудрился вляпаться во всё это бабское дерьмо?

Они спятили, если попытались их свести.

Такого как он, действительно, и на пушечный выстрел нельзя к ней подпускать.

Да ему же просто было любопытно!

Какие семьи, домики и глубоко травмированные несчастные девочки?!

Совсем с ума сошли.

***

Гвилим Хор уже порядком устал от бесконечно прущих в его город оборотней и раздражающей фразы:

— Господин мэр, к вам высокопоставленный гость, — заявила в очередной раз секретарь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Лим с силой оттолкнул кресло и направился к выходу, намереваясь «искренне» извиниться перед «высокопоставленным гостем» и заявить ему, что Аттика Неизвестная ему не подчиняется и наотрез отказывается приходить на ужин, который все требуют от него организовать.

Надо, б@ть, вывесить подобную надпись на входе в его резиденцию! — подумал он и порывисто распахнул дверь рабочего кабинета, потрясённо застыв на пороге.

И дело было не только в персоне, вольготно расположившейся в его приёмной на одном из позолоченных раритетных кресел, но и…

Голышом?! В полотенце?! На бёдрах?! Серьёзно?!

— Прошу простить меня за мой внешний вид, — начал «гость».

Что уже было неплохо. Обычно всё начиналось с высокомерного приветствия и незамедлительно поступавшего следом требования. А гости были помельче.

— Не знаю, насколько вы осведомлены о наших делах и обычаях, — продолжил он. — Меня зовут Тихран Абон. Последние шесть лет я искал Тропу, наткнулся вот на ваш город, учуял брата, прикрылся, чем подвернулся случай, чтобы не смущать жителей, и хотел бы с ним встретиться. Не будете ли вы так любезны помочь мне найти его? Оборотни не вшивают себе айкоры. Помимо некоторых предубеждений, это доставляло бы некий дискомфорт во время трансформации.

«Это было что-то новенькое», — подумал Лим, а ответил:

— Да, конечно, Ваше Высочество. С удовольствием.

***

Айлеху Ррату не терпелось намять бока Оаэ. Поединок был назначен и Аттика с орками шагали к городу, где их уже ждал Итан, как ни странно, с Эллен.

Атти несла им гостинцы, выращенные своими руками.

То, что в этом мире ценилось на вес золота.

Если бы не айкоры, Аттика бы ни за что в жизни их не нашла.

За воротами было сумасшедшее столпотворение.

Небольшая «дорога» на стене для пешего караула была недостаточного размера, чтобы вместить в себя весь город зрителей.

Эллен сказала, что даже продавались билеты, и цены ломили не дешевле, чем пригоршня ежевики.

— Госпожа Аттика, — подошли к ней стражи. — Господин мэр уже ждёт вас.

— Я не одна, — ответила она. — Со мной двое орков и друзья.

— Про друзей нас не предупреждали, — нахмурились они недовольно, глядя на Итана с Эллен, которая застыла, словно изваяние, скрестив пальцы на руках у себя за спиной.

— Потеснимся, — ответила Атти. — В местах, предназначенных для шишек, всегда обычно полно места.

Один из стражей явно с кем-то связывался.

— Хорошо, — сказал он, когда получил добро.

Эллен аж взгвизнула от восторга. Быстро взяла себя в руки и шепнув Атти в ухо: «Ну ты крутая!», поспешила впереди всех.

Итан с Аттикой переглянулись, улыбнувшись.

Как же людей меняет…

А никто не понимал, что с Эллен произошло на самом деле. Просто изменения ей очень шли и радовали.

— Госпожа Аттика, — поприветствовал её мэр на стене. — Вижу, вы с новыми друзьями.

— Скорее уж, старыми, — отозвалась она, улыбнувшись. — Эллен вы знаете. А это Итан. Тоже коллега с моей зоны. Достижения вашей медицины уже поставили его на ноги.

Зоркий взгляд генерала буквально впился в лицо таинственной жительницы леса. Произнесённое вскользь «вашей» не ускользнуло от внимания опытного правителя, политика и воина.

Аттика прикусила губу и отвела взгляд.

— Ну, а наших друзей вы уже почти всех знаете, — начал мэр, подойдя, видимо к месту, откуда был наилучший вид на местность. — Кун Маррт, и Их Высочества Дей Абон и его старший брат Тихран Абон. Он прибыл в город только сегодня утром и совершенно случайно…

Хор растеряно смолк.

Даже он почувствовал повисшее между этими двумя напряжение.

Зелёные глаза ведьмы едва не метали молнии.

— Почему-то, — заговорил Его Высочество раздражённо, — меня не оставляет ощущение, что я должен принести вам, госпожа Аттика, свои глубочайшие извинения за то, что мало того, что имею идеальную оболочку и силу, так ещё и принц.

— Ах вы ещё и силу идеальную имеете? — в тон ему отозвалась девушка.

— Сильнее любого из оборотней. И уж тем более людей.

— Но всё равно ещё не Владыка, — встрял Дей, практически втиснувшись между ними. — Эй, ребята, вы чего? Откуда вы вообще знакомы?

Оба просто резко и удивительно синхронно отвернулись друг от друга, обратив взоры на вышедших на «арену» Оаэ с Рратом.

Остальным оставалось лишь последовать их примеру, и дальше пребывая в недоумении.

Мэр дал сигнал.

Загудел какой-то рог, и противники побежали друг на друга.

Атти не переживала за Оаэ. Она была абсолютно уверена в её силе, выносливости и опыте. Соперники были практически равны, но опыт оркши в боях явно давал ей преимущество.

Спустя двадцать минут стало ясно, что бой закончится, когда оборотень совсем вымотается.

Аттике стало откровенно скучно.

Она была не любителем подобных времяпрепровождений и отвела взгляд на лес. Разглядев вскоре что-то странное.

Туман?

По крайней мере что — то очень похожее, но плотнее, ползло в сторону города.

Слишком быстро.

— Оаэ! — заорала Атти изо всех сил.

Оркша резко обернулась.

— Живо за стену!

Оаэ побежала к воротам, а какое-то время растеряно оглядывающийся по сторонам Ррат, тоже поспешил за ней.

— Нам стоит волноваться? — спросил мэр, обеспокоенно глядя на то, как взволновано зашевелилась и загудела толпа.

— Да, — тем временем ответила ведьма. — Нет, — словно передумала она. — Не знаю.

— Вы бы не сеяли панику просто так, уважаемая госпожа Аттика, — недовольно и немного раздражённо отозвался Хор, зная печальные последствия, которыми обычно заканчиваются давка при панике. — Когда дело касается такого скопления людей, подобное поведение может стоить жизни многим.

— Простите. Я просто пытаюсь уберечь своих, — отозвалась она. — На всякий случай. Мне не нравиться этот туман.

«Уважаемые жители, — раздался голос-робот откуда-то, — в связи с природными условиями, поединок пришлось приостановить. Сохраняйте спокойствие и расходитесь по домам. Не спешите. Всё в порядке. Просто туман».

И так повторилось ещё раз пять, пока не раздался первый крик.

Аттика с друзьями уже спустились со стены к тому времени и почти подошли к автомобилю мэра. Она не собиралась сегодня возвращаться домой, пока туман не рассеется наверняка, и уже думала о том, что оборотни, наконец, получат свой званый ужин, когда раздался крик.

На который все обернулись.

Туман добрался до стены слишком быстро.

Слишком.

За первым криком последовал второй.

Потом третий.

Люди, оказавшиеся в тумане, либо падали, корчась от боли, либо бежали. Кто мог. Тоже крича. И словно пытаясь его стряхнуть или даже выдрать из себя.

— Скорее, — подхватил Аттику на руки Тихран Абон и побежал, насколько позволяла толпа.

Началась паника и давка.

Люди отовсюду кричали.

Атти выглядывала из-за сильного плеча и заметила одну странность.

Девушек.

Застывших. Замеревших. Толпа их словно обтекала, как бурный поток огромные валуны.

Девушки что-то шептали, не сводя глаз с тумана. Шевеля только пальцами. Словно перебирали струны.

— Как ты это делаешь? — возникла изумлённая Дива.

— Это не я, — отозвалась Атти. — Ты их видишь?

— Кого? — растерялась айкор.

Нет, она не видела, — была убеждена Атти.

Никто не видел.

Только она.

Одна из девушек резко повернулась.

Словно почувствовала взгляд Аттики.

Глаза её зло сощурились.

Одна за другой они стали поворачиваться на горе-ведьму, перешептываться и растворяться в толпе. Просто смешиваясь с ней и превращаясь в обычных паникующих и разбегающихся жителей.

Аттика посмотрела на туман.

Он остановился.

И стал истлевать. Таять.

— И мы снова вам обязаны, госпожа Аттика, — заговорил мэр.

Атти промолчала. Что-то ей подсказывало, что болтать не стоит.

— Надеюсь, — продолжал Гвилим Хор, — сегодня вы примете моё гостеприимство? Хоть туман и рассеивается, мне кажется, сейчас не самое благоприятное время гулять в лесу.

Она была с ним абсолютно согласна, но Тихран Абон не особо интересовался её мнением, просто молча сев вместе с ней в лимузин-джип и усадив себе на колени.

Аттика удивлённо приподняла бровь и аккуратно сползла, отодвинувшись от него как можно дальше.

Его Высочество сделал вид что этого не заметил.

Даже не смотрел в её сторону. Словно её здесь и нет.

Несмотря на то, что до этого удобненько на себя умостил.

Поразительная заносчивость!

Дей Абон прятал смех в кулаке, смотря в окно, словно именно там увидел то, что его так развеселило.

Чуть ли не ржал в голос.

Старший метал на него раздражённые взгляды.

Аттика просто злилась.