Перерождение

Глава 17. Эпидемия

Эпидемия.

— Меня не было в городе всего пару дней, — изумлённо произнесла Аттика, глядя через стекло на инфекционную палату гигантских размеров.

В защитном костюме, который на неё надели, едва она подошла к воротам города.

Здесь располагалось с сотню коек и все они были заняты покрасневшими, одутловатыми телами, которые были покрыты волдырями, сочившимися кровью. Или какой-то жидкостью, очень на неё похожей.

— Они в коме? — спросила Атти, обратив внимания на то, что все они были без сознания.

— Под морфием, — ответил мэр. — Эта зараза вызывает адскую боль. Предположительно, — добавил он неуверенно. — Заражённые становятся буйными, агрессивными и абсолютно невменяемыми. Белки глаз тоже краснеют, словно наливаются кровью. Эта зараза явно передаётся воздушно-капельным путём. И очень быстро. Мы не успеваем отслеживать заражённых. Если так продолжится и дальше, то весь город вымрет за пару недель.

— Я не врач, не физик, не учёный… — начала Атти.

— Ты гораздо лучше, — перебил её он. — И нам повезло, что ты здесь. В других городах происходит всё то же самое…

Он как-то странно осёкся.

— Извини, — продолжил. — Экстренное совещание правителей всех городов. Прямо сейчас. Я должен идти. Надеюсь на тебя, — схватил он её за руки, заглядывая в глаза со смешанными эмоциями отчаяния и надежды. — Все мы. Больше нас ничто и никто не спасёт. Учёные просто не успеют что-то придумать.

Мэр развернулся и куда-то поспешил, оставив Атти посреди пустого коридора в совершенной растерянности.

— Дива, Кхара Слот есть среди заражённых?

— Нет.

***

Гвилим был зол.

Очень.

Доводы у него уже закончились.

Желал он сейчас лишь одного.

Поотрывать этим тупорылым трусам-перестраховщикам головы прямо здесь и сейчас.

Если бы они присутствовали физически.

А так…

— Она наша единственная надежда, — в который раз попробовал Хор.

— Она, — повысил голос мэр Хатса, — та, с появления которой вся эта дрянь началась!!!

— Один раз она уже спасла город, — не сдавался Лим.

— Твой, — сделал ударение мэр Иола. — И опять же подобного не случалось ДО ЕЁ ПОЯВЛЕНИЯ.

Все правители давили на то, что Аттика была причиной свалившихся на их головы бед.

— Либо ты разберёшься с ней сам, — заговорил мэр Кнары, — либо мы сотрём твой город с лица земли.

— Пока ещё есть кому, — добавил мэр Анды.

Хор оборвал связь.

Пусть думают, что хотят!

Хотя надежда, что его неожиданное отключение хоть немного задержит озлобленных идиотов, была мизерная.

Наверняка они поймут, что он сделал это умышлено и сие поведение значило лишь одно: его категоричное и яростное «нет!».

И дело было не только в том, что он не желал убивать девушку.

Он действительно верил, что она и только она их спасёт!

Лим связался с полковником военно-воздушных сил.

— Да, господин мэр, — откликнулся тот незамедлительно.

Благо, был ещё не заражён.

— Все птицы в небо, — приказал генерал. — Мы ждём воздушной атаки от Иола, Кнары, Анды и Хатса. Необходимо не подпускать их к городу столько, сколько это будет возможно.

— Огонь на поражение? — уточнил полковник лишь одно. Не задавая лишних вопросов.

Хор подумал пару секунд.

Господи, их и так остались крупицы. Остатки человечества. И опять за своё.

— Да, — ответил мэр. — Военное положение.

***

Аттика удивилась, когда увидела обоих братьев Абон у входа в небоскрёб, где проживали Слоты.

— Это что ещё значит? — недовольно спросила она, преимущественно обращаясь к старшему.

Дэй практически вклинился между ними.

— Атти, — начал он, привлекая к себе внимание. — Что бы у вас с ним не было — разберётесь позже. Сейчас у нас более важные проблемы, не думаешь?

— У нас? — перевела она на него растерянный взгляд.

— Оборотни тоже заражаются, — обеспокоенно ответил он. — Болезнь протекает медленнее и легче… Ещё никто не умер. Может, и не умрёт, но я предпочёл бы не проверять. Не говоря уже о том, что любые вирусы мутируют, приспосабливаются… ну ты поняла.

— Ладно, — неуверенно ответила она. — Но почему вы здесь?

Дэй недовольно поджал губы, отвёл взгляд, но потом вновь вернул его к девушке. Смотря ей прямо в глаза. Решительно так. Твёрдо.

Аттике аж не по себе стало.

— Я буду предельно откровенен, — начал он серьёзно. — Мы слышали ваш разговор той ночью. Знаем, кто ты, кто она, и ваши секреты — наши секреты, я думаю, ты уже поняла, что можешь доверять нам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Атти бросила неуверенный взгляд на непроницаемую застывшую маску старшего.

Этот вообще поражал. Припёрся в её дом, вымылся в её ванной и вообще утром был совсем другой, а сейчас опять стоит вон как высокомерное надменное изваяние. Ни звука не издаёт, а смотрит так, словно его сюда силой притащили и вообще она его смертельно оскорбила, а он делает ей одолжение.

— Нам тоже не нравится то, что происходит, — вновь заговорил Дэй, возвращая её внимание к себе. — Мы можем и хотим помочь. Ты ведь не настолько глупа, чтобы отказываться?

Атти улыбнулась.

— А вот это уже манипуляция, — произнесла она. — Причём очень грубая.

— Прости, — произнёс младший принц. — Разберёмся вместе?

Она пару секунд подумала.

— Идём, — твёрдо, безапелляционно произнёс наследник престола, развернувшись и направившись к дверям небоскрёба.

Аттика удивлённо хлопала глазами, глядя на широкую спину и уверенную походку.

В груди опять что-то волнительно завертелось, закружилось.

И рванулось за ним.

— Он почувствовал твоё решение, — пытался загладить возможный конфликт младший брат.

Или нет? — посмотрела она на него с вопросом во взгляде.

— Мы более чувствительны, нежели люди, — мягко подтолкнул он Аттику в спину, понуждая идти и воспользовавшись её растерянностью.

— Руки, Дэй, — угрожающе произнёс старший.

Дэй тут же отдёрнул ту, что задержалась на её пояснице.

Блин, наследник её бесил! — напомнила себе Аттика.

Но она реально плавилась от того, как он не подпускал никого к ней.

И от его силы.

Уверенности.

Даже высокомерия.

Что уж говорить о безукоризненной красоте и сексуальности…

Как он вообще узнал, что Дэй её касался?

Аттика внутренне заскулила, закусив губу.

Бля, она вляпалась!

***

Кхара Слот приняла их.

Всех.

Что удивило Аттику.

Приняла без лишних вопросов.

И даже не обернулась, когда они вошли в просторную гостиную.

Так и продолжила стоять и смотреть в окно. Словно стояла здесь уже часами.

— Кхара? — осторожно позвала её Атти.

— Да.

— Ты слышала, что происходит в городе? — спросила она.

Да, глупый вопрос, но надо было с чего-то начать разговор и вообще жена зама вела себя как-то странно.

Элементаль не спешила отвечать.

— Ты никогда не думала о том, что без людей жизнь на планете, возможно, была бы лучше? — задумчиво отозвалась она.

— Однозначно, — отозвалась Атти, удивив всех.

Привлекая изумлённые взгляды присутствующих.

Кхара вышла из своего трансо-ступора и с любопытством посмотрела на девушку.

— Но если бы всё было так просто, — продолжила Аттика.

— А что здесь сложного? — спросила элементаль. — Всё может решиться за каких-то пару недель, и мы узнаем, наконец, каково это жить без заразы, которая постоянно соперничает с Богом, пытаясь ему что-то доказать.

Аттика тяжело вздохнула.

— Да, ты права, — вновь ввела она в ступор присутствующих. — Но все мы частички-лучики Бога, каждый на своём витке развития и со своим предназначением. Кто-то что-то понял, кто-то ещё нет. Ты же не убьёшь своего ребёнка, если он совершит плохой поступок, запутался или сбился с пути?

Кхара посмотрела на Атти как на безумную.

— А ребёнок тебе даже не принадлежит, никак тебя не питает и не является твоей частью. По-настоящему, — ответила она. — Ты лишь безумно его любишь и понимаешь, что он ещё глуп. Мы же все… части Его, понимаешь? Мы растём и развиваемся, и Он тоже. Через нас. В мире нет ничего лишнего или статичного. Если что-то не развивается — оно умирает.

Элементаль задумалась, вновь обратив взор к окну.

— Вторая ведьма явно не разделяет твоего видения мира, — произнесла она.

— Вторая? — переспросила Атти. — Это всё-таки её рук дело?

Слот кивнула.

— Вон, видишь едва виднеющуюся макушку странного красного древа за стеной? — махнула она головой. — Ещё два дня назад его там не было.

— Оно причина эпидемии?

— Почти наверняка.

— Почти? — расстроилась Атти.

Элементаль развела руками.

— К сожалению, ничем другим помочь не могу. Я не ведьма. Это твоё… предназначение, — улыбнулась она, поймав Атти в ловушку её же слов. — Ваши Высочества, — обратила она внимание на принцев. — Подслушали всё-таки наш полуночный разговор с госпожой иномирянкой?

Дэй кивнул.

Тихран, как всегда, остался невозмутим.

— Вам не о чем беспокоиться, — заверил её младший брат.

— Знаю, — уверено ответила она.

— Идёмте, — поторопила братьев Аттика.

Время сейчас исчислялось потерянными жизнями.

«Дива?», — позвала она мысленно.

«Да, — отозвалась подруга. — Я пытаюсь что — то найти в сети, но пока ничего о подозрительных красных деревьях».

***

Ничего рабыня айкора не нарыла и к моменту, как все оказались на стене у того самого злополучного древа.

— Ребята, вы когда-нибудь сталкивались с чем-то подобным? — спросила Атти у орков, когда они молча его гипнотизировали.

Серые перекачанные великаны отрицательно махнули головой.

— И как нам с этим бороться? — отчаянно произнесла Аттика вслух. — Это же вирус. Даже если я каким-то волшебным образом найду какой-то чудодейственый способ уничтожить дерево…

Оркша рассмеялась.

Весьма неуместно.

Получив в награду такой же весьма справедливый осуждающий взгляд.

— Это магия, крошка-Атти, — произнесла Оаэ отсмеявшись и покровительственно улыбаясь глядя на девушку. — Тут особых чудодейственных способов изобретать не надо. Магия — это что?

Аттика задумалась, переваривая сказанное орком-магичкой с опытом.

— Чистая энергия? — предположила «ведьма».

— Вот именно. Её может взять любой дерзнувший и кому хватит сил и знаний. Взять, преобразовать и слепить из неё то, что ему нужно.

Новоиспечённая ведьма (почти самозванка) разозлилась.

— Со знаниями у нас небольшой пробел, не заметила? — съязвила она. Не чувствуя в себе даже этих самых сил. И почему-то ощущая себя от этого виноватой. — Малю-ю-юсенький такой, — продолжала она. — Почти незначительный. Может, сама попробуешь, раз такая умная?

Оркша, продолжая улыбаться, отрицательно махнула головой.

— Магия идёт от сердца, — произнесла она. — Из чистых намерений. И честности. С собой.

— Ты не хочешь спасать людей? — удивилась Атти, посмотрев на Оаэ, словно увидев в первый раз.

Та утвердительно кивнула.

— Магия в древе меня радует, — ответила она вслух. — Мы с ней звучим одинаково.

— Зачем же ты тогда мне помогаешь? — продолжала удивляться Аттика.

— Хочу, — коротко ответила та, недовольно поджав губы и отвернувшись.

«Понимай как хочешь, называется», — раздражённо подумала Атти, а где-то в уголках подсознания мелькнула подсказка, что грозная оркша ведёт себя так, потому что… привязалась к Атти, она стала ей дорога.

Атти нежно улыбнулась, глядя на гордую великаншу.

— Спасибо, — произнесла она.

Оаэ скосила на неё один глаз и опять отвела, ещё выше вздёрнув подбородок.

Иномирянка переключила внимание на дерево.

— Чистая энергия, — прошептала она, пытаясь поверить в себя, почувствовать, увидеть, услышать, придумать или хоть что-нибудь вообще. — Чистая энергия — чистая энергия — чистая энергия.

Сзади подошёл Тихран.

Она просто почувствовала, что это он.

Встал совсем вплотную.

И ничего в ней даже не пикнуло, чтобы отшатнуться.

Наоборот.

Хотелось податься назад. Влипнуть в него. Закрыть глаза. И просто раствориться.

В сильных руках.

Надёжных объятиях.

Горячем сердце…

Атти словно засасывала какая-то воронка. Всё вокруг пылало. И одновременно было темнее ночи.

Складывалось безумное несовместимое впечатление пылающей тьмы. Ненависти, темнее мрака. Всепоглощающей. Испепеляющей. Уничтожающей. Жаждущей. Изнывающей. Сжигающей.

Душу.

Того, кто создал красную чуму.

Аттика нахмурилась от боли.

Не своей.

Чужой.

Его.

Нет.

Её.

Она страдала.

Болела.

Умирала.

И вопила.

Внутри себя.

Корчась в адских муках.

Собственной злобы.

Аттика протянула руку к тьме, и она открыла яростные жёлтые глаза. Глядя враждебно. Предупреждающе.

Аттика не остановилась.

Она продолжила тянуться.

Раздался рык.

Что-то больно обожгло.

На кисти появились следы глубоких царапин.

Атти не остановилась.

Ещё.

Второй рык был более яростный и угрожающий.

Удар — сильнее.

— Нет, — прошептала Аттика тихо, отказываясь сдаваться.

Тьма заорала.

От негодования.

Боли.

Гнева.

Выпуская, выражая через голос эмоции, которые не было сил сдерживать.

Развернулась и словно молниеносно утекла. Отступила.

Всё вокруг стало светлеть.

Наполняться серебристым мерцанием.

Всё дальше поглощая пространство, которое ранее занимал мрак.

Кое-где вспыхивали золотые искры. Словно рождались новые звёзды.

Аттика открыла глаза.

Улыбнулась.

Древо сменило красное платье на серебро, дав позолоченные яблочки.

— Собирайте! — рванула она к ближайшему, стягивая с себя защитный комбинезон и образовывая из подола платья огромный карман.

Над головами раздался странный звук.

Со стороны города в разные стороны полетели летательные аппараты.

— Это что ещё такое? — спросила она. — Кто-то решил спасаться бегством?

— Вряд ли, — ответил младший принц. — Заражение коснулось всех городов. Скорее всего, это наша оборона.

Братья переглянулись.

— От нас решили избавиться, как от источника, — продолжил Дэй.

Наследник бросил на Атти обеспокоенный взгляд.

— Ну, отлично, — прекрасно всё поняла она. — Как всегда, во всём виновата ведьма.

— На этот раз, детка, так и есть, — улыбнулась Оаэ.

— Да, но вовсе не эта.

— Да кого волнуют детали, — махнула рукой оркша. — Лучше перестраховаться.

— Мне кажется, ты явно не на той стороне, — сварливо отозвалась Аттика, потянувшись за очередным плодом.

И видя, как старший Абон глаз не спускает с её оголившихся бёдер.

Ног никогда не видел, что ли?

Девицы перед ним наверняка табунами голышом скачут.

Она отмахнулась от навязчивых мыслей, сосредоточившись на сборе урожая.

Время было дорого.

***

Врачи были несколько озадачены, когда Аттика вывалила перед ними подол с позолоченными яблоками.

Даже мэр потерял дар речи.

— Э-э-э, — протянул один из докторов, вертя одно из плодов в руке. — Плавить их, отливать хирургические инструменты и вскрывать гнойные раны?

— Истереть в порошок и присыпать? — предположил другой.

— Думаю, измельчить в пюрешку и скормить, — предложила Аттика, получив в ответ ошеломлённые взгляды. — Это плоды дерева, — пояснила она. — Почему такие получились — не знаю, — пыталась оправдаться она, отводя взгляд. — Но думаю, больные должны их съесть. Они вполне съедобны.

— Какая дозировка? — тут же уточнил третий.

— Блин, откуда я знаю.

— Начните с одного, — вмешался в разговор, пришедший в себя мэр. — Я пошлю ещё людей за плодами. Пошевеливайтесь! — прикрикнул он, когда изумлённые доктора так и не шелохнулись, продолжая вертеть в руках золотые яблоки.