Монстр женского пола. Часть 3

Глава 7

Граф, увидевший только смазанное движение, ничего не понял, и только недоуменно смотрел как пленница, которая, вроде бы не должна шевелиться, спокойно надевает на себя элар.

- Что это с Форком случилось? – спросил спустя некоторое время хозяин замка.

Ольга глянула на лежавшего ничком на столе мага.

- Умер он. С деревяшкой в голове, даже маги не живут.

- Форк умер?! – с недоверием воскликнул граф.

- А чего вы удивляетесь? Вы полагали, что он бессмертный? Ошибались. Еще маги в замке есть?

- Кроме вас, нет.

- Тогда давайте разбираться с вами. Сразу предупреждаю, в случае какой-либо угрозы с вашей стороны, или от охранников замка, вы умрете первым. Ну, или одним из первых, от обстоятельств зависит.

- Нет, не убивайте меня! Я против вас не собираюсь ничего замышлять. Но от чего Форк умер?! Вы сидели, разговаривали, и вдруг вы уже стоите, а Форк падает на стол.

- Мы, маги, и не такое умеем! – решила напустить туману Ольга. Все-таки ей еще предстояло освободить всех узников, и в первую очередь Ринка, а потом еще свои вещи и ценности забрать. Так что пусть боятся. – Но давайте вернемся к вопросу о том, какова ваша роль в том кошмаре, что тут творится?

- Форк появился в замке, когда еще были живы мои родители. Он предложил отцу полное магическое обеспечение замка в обмен на место под его лабораторию…

По словам графа, родители его вскоре умерли, и хотя столь ранняя смерть вызывала подозрение, магу удалось развеять сомнения нового молодого и неопытного хозяина замка. Почти сразу Форк взял управление графством в свои руки, чему юный наследник был только рад. Когда он стал старше и опытнее, то попытался перехватить власть, но безуспешно. Те из стражников, что поддержали молодого графа, исчезли в лаборатории мага.

- А вас, почему Форк не тронул? – спросила Ольга.

- Думаю, что побоялся. Меня все соседи знали, даже женить хотели на своих дочках. Исчезни я, и начнут разбираться, что к чему. Никому не понравится, если маги начнут бесчинствовать. А главное, Монастырь мог вмешаться. Тамошние маги не любят подобные перевороты и, как я слышал, они не хотят, чтобы маги вообще где-нибудь правили. Исключение сделали только для себя.

- Ладно, с вашей историей разобрались, теперь давайте подумаем, что делать дальше. Как к смерти Форка отнесутся стражники и их командиры?

- Думаю, все вздохнут с облегчением. Мага боялись, и ненавидели. Есть, правда, несколько негодяев, которых он приблизил к себе, они и помогали Форку во всех его мерзостях, но с ними я быстро разберусь.

- Вот и хорошо. Думаю, вам надо это сделать сейчас, пока никто не знает о смерти мага, и его приближенные не подозревают об опасности для себя. А еще, вы должны сразу же освободить всех узников, если среди них нет преступников, конечно. Ну и, уже попозже, мы обсудим с вами вопрос о компенсации мне и остальным пленникам за причиненные неудобства.

- Но я тут не причем! Все преступления на совести Форка.

- Вот об этом, мы с вами потом и поговорим. А сейчас, пока вы будете разбираться со своими подчиненными, я хочу вернуть свои вещи, а также осмотреть лабораторию мага. Его имущество, кстати, я тоже заберу, считайте, что это мой трофей. Выделите мне человека в помощь, который все покажет, и подтвердит, в случае чего, что я в своем праве. Но сначала позовите командира стражников. Хочу посмотреть, как он воспримет смерть Форка. Да и пленников ваших нужно освободить. Лучше, если сделать это, прикажет сам командир.

Граф ни разу не солгал во время разговора, поэтому особо его опасаться не было необходимости, однако ситуация оставалась неопределенной. Еще неизвестно, как поведут себя стражники, поэтому бдительность Ольга не теряла.

После звонка колокольчика, в комнату зашел слуга, у которого широко раскрылись глаза, как только он увидел лежащего ничком на столе мага. Приказ разыскать главного охранника до него дошел не сразу но, в конце концов, лакей понял, что от него хотят и, вскоре, в кабинете появился крупный мужчина лет пятидесяти с густой шевелюрой черных волос.

- Это сотник Бирулан, начальник моего гарнизона, - представил вошедшего граф.

Бросив взгляд на лежащего ничком на столе мага, Бирулан осторожно поинтересовался:

- Господин Форк заболел?

- Умер Форк, - ответил граф. – Сейчас пойдешь с этой девушкой, Оля ее зовут, освободите пленников. Затем покажешь ей кабинет Форка, она возьмет там кое-что.

- И спальню его тоже, я хочу проверить, - заявила Ольга.

- И спальню, - не стал возражать граф.

Хозяин замка все никак не мог прийти в себя. Аура выдавала его смятение, но и облегчение тоже. Видно и, правда, маг внушал ему страх. А вот у командира охранников, кроме смятения просматривалось недоумение, а кроме того, огорчение и досада. С чем связан такой набор чувств, было не понятно.

- Сначала пленники, - распорядилась Ольга, и двинулась к выходу из комнаты.

Бирулан бросил вопросительный взгляд на графа, но тот продолжал безучастно сидеть в кресле, и никак не проявил своего отношения к тому, что командовать сейчас принялась девушка, которая только что была пленницей.

И вновь Ольга шла по уже знакомым переходам, только теперь, в обратном направлении. Во дворе она перехватила несколько удивленных взглядов, которые исподволь бросали на нее и Бирулана воины. Не часто, видно, пленников сопровождал командир.

Графскую тюрьму сейчас охранял только один стражник. Для него у дверей внутри бывшей конюшни стоял стол и лавка.

- Возьми ключи от камер, и иди за мной, - приказал командир. – Пленников всех освобождать будем? – спросил он затем у Ольги.

- А преступники у вас тут не сидят?

- Нет. Всякие воры и разбойники у нас не задерживались. Их Форк в первую очередь использовал.

По тому, как ответил Бирулан, стало понятно, что он знал о том, чем занимался маг. Не с этим ли связана его досада? Может, командира тоже омолаживали?

- Значит, выпускаем всех.

Первой открыли камеру с мужчинами. Стражник, сделавший это, недоуменно смотрел на командира, который пока ничего не говорил и не предпринимал. Поэтому распоряжаться пришлось Ольге.

- Все выходите во двор, и ждите у входа, - приказала она.

- Оля! – радостно воскликнул Ринк, обнимая девушку. – Я знал, что ты придешь, и всех освободишь!

- А господин Форк знает о том, что тут происходит? – с опаской спросил стражник.

- Форк умер, - мрачно ответил его командир.

Между тем узники постепенно, с опаской поглядывая на вооруженных людей, покидали камеру. Ольга тем временем подошла к следующей двери.

- Открывай! – приказала она стражнику.

Тот, потрясенный смертью главного человека в графстве, уж воинам об этом было точно известно, подчинился.

Женщины со страхом смотрели на открывшуюся дверь камеры.

- Не бойтесь, - успокоила их Ольга. – Выходите все во двор.

Не сразу и с опаской, узницы подчинились, только Лея осталась рядом со своей освободительницей, с надеждой на нее поглядывая. Ольга тоже не стала задерживаться в бывшей тюрьме, и вышла на свежий воздух, вслед за женщинами. Ринк с любопытством поглядывал на девочку, но вопросов не задавал.

- Распорядитесь, чтобы этих людей нормально покормили, выделили им место для отдыха. Они еще должны получить компенсацию за причиненные неудобства, так что уйдут не сразу - приказала Ольга главному охраннику.

- Я не обязан тебе подчиняться, - раздраженно ответил тот.

- Хорошо, идемте выяснять отношения к графу.

Хозяин замка все также сидел в лаборатории, о чем-то глубоко задумавшись. Мертвого мага уже унесли, поэтому от размышлений его ничто не отвлекало, пока в помещение не зашла Ольга в сопровождавшими её стражниками.

- Граф, пленников освободили, но они очень ослабли после заточения в вашей тюрьме. Следует их накормить и расположить на отдых. Ваш сотник чем-то недоволен и не захотел дать нужные распоряжения. Вы уверены, что он вам верен?

Стражник взглянул на девушку со злобой, а вот граф задумался.

- Да нет, чушь, просто Бирулан еще не осознал произошедшего, - тряхнул он головой, спустя некоторое время. – Да я и сам еще не пришел в себя. Сейчас прикажу управляющему, он все сделает.

Вначале Ольга собиралась настаивать на том, чтобы всем узникам выплатили компенсацию, причем немалую, но сейчас, стоя рядом с сотником, от которого так и тянуло неприязнью, передумала. Не хотелось обострять ситуацию. Да и для самих бывших заключенных, слишком большая сумма денег на руках грозила неприятностями, а то смертью. Ведь слухи о новоявленных богачах быстро разойдутся среди охранников, а потом и горожан. Поэтому договорились с графом, что каждый пленник получит по пять золотых монет, и по возможности, свое имущество, что сохранилось, или его денежный эквивалент.

Закончив переговоры с графом, Ольга направилась в кабинет мертвого мага. Сопровождал ее сотник, который взял себе в помощники еще одного стражника. Ринк и Лея во время разговора, терпеливо дожидались в коридоре, и успели за это время познакомиться. Сейчас они тоже держались рядом.

Большая светлая комната, принадлежащая магу, находилась на первом этаже здания и поражала красотой паркета из древесины различных пород. Резные шкафы, изящный письменный стол, выглядевшие очень удобными кресла и диван, указывали на то, что только что почивший хозяин апартаментов не пренебрегал удобством, а так же обладал хорошим вкусом.

- Так, дети, достаем содержимое шкафов и выкладываем на стол, - распорядилась Ольга.

Ринк и Лея тут же направились к ближайшему шкафу, правда, девочка с опаской поглядывала на стражников, недовольный вид которых, внушал опасение.

В основном, в шкафах хранились книги, правда, магических среди них, оказалось не много. Чаще попадались исторические трактаты, книги по медицине и анатомические. Лишь в одном шкафу обнаружилось шесть мешочком с золотыми монетами, мешочек с самоцветами, и несколько артефактов непонятного назначения.

- Что вы ищите? - спросил сотник.

Вид золотых монет, блеснувших в момент проверки содержимого мешочка, обоих стражников, находящихся сейчас в кабинете, очень возбудил, хотя они и старались не показывать этого.

- Все, что имеет ценность, но особенно свои вещи и артефакты, которые должны быть где-то здесь, - ответила Ольга.

- А ты не слишком наглеешь? То, что Форк умер, еще не делает тебя бессмертной.

Похоже, сотник решил припугнуть шуструю девчонку, возомнившую о себе, как он посчитал, невесть что. Можно было бы с ними поделиться но, небольшое количество денег, после того как они увидели мешочки, их не устроит, а отдавать много, Ольга не хотела. Не нравились ей стражники, причем оба. Да и не факт, что им не захочется взять все. Аппетит, как говорится, приходит во время еды.

- Мои действия одобрил граф, вы сами это слышали. Так что это вы сейчас наглеете, - спокойно ответила Ольга.

Возразить стражнику, было нечего, поэтому он промолчал.

Наконец, в очередном шкафу, обнаружились вещи, принадлежавшие нашим путешественникам. Маг, очевидно, доскональный разбор чужого имущества отложил, поскольку сначала хотел поговорить с хозяйкой. Вот только не довелось ему пережить эту встречу. Зато сейчас пришлось упаковывать только сумку с артефактами, да и то разобрана она оказалась, не полностью. Вроде все было на месте, даже сабля стояла прислоненная к задней стенке шкафа, но потом Ольга осознала, что не видит магического кинжала, который она отобрала у контрабандистов, и всегда носила на поясе.

- У меня был кинжал, сейчас я его не вижу, - обратилась она к сотнику.

- Когда тебя принесли, кинжала не было. Наверное, трактирщик прихватил, - ответил тот. Не солгал.

Значит, придется навестить и поговорить с подлым трактирщиком. Мало того, что опоил, так еще и обокрал!

Упаковав отобранные ценности мертвого мага, в число которых входили артефакты, самоцветы, золото и несколько книг, Ольга, прицепив саблю и метательные ножи, направилась на выход. За ней потянулась и вся остальная компания, состоящая из мальчика, девочки, которые вдвоем тащили одну сумку, и двух стражников, идущих налегке, поскольку желания помочь, не выказали.

- Ведите теперь в спальню Форка, - распорядилась Ольга.

По виду казалось, что сотник вот-вот зубами заскрипит, однако он все-таки сдержался, и молча, подвел к соседней двери.

Спальня была обставлена в стиле кабинета. Несколько шкафов для одежды, небольшой круглый столик, стулья и широкая, можно сказать трехспальная, кровать. Искать тут, вроде, особо и нечего, зашла на всякий случай, однако, вопреки ожиданиям, в верхнем ящике комода обнаружилось три артефакта. Два из них, Ольга опознала, это оказались приспособления для чистки и глажки одежды, а назначение третьего, определить не удалось.

- Где я могу оставить свои вещи на время? У меня тут еще есть дела, не хотелось бы таскаться с ними.

- Здесь и оставляй, дверь запрем, ничего не пропадет.

Все вышли, и сотник запер дверь, ключ отдал безоговорочно.

- Теперь я хочу осмотреть помещение, в котором Форк пытал людей, - заявила Ольга.

- У нас не пытают людей! - вскинулся сотник, причем сделал это убедительно, и если не знать истинного положения дел, и не видеть ложь, то ему можно было бы и поверить.

- Бросьте! Мне Форк сам признался. И даже рассказал, для чего он это делал.

- Граф распорядился проводить тебя только в кабинет и спальню.

- Хорошо, вернемся к графу за новым распоряжением, - не стала спорить Ольга, и направилась в сторону лестницы.

- Не надо беспокоить графа, - вдруг произнес стражник. – Думаю, он все равно не будет против посещения камеры.

На этот раз пришлось спускаться в самый настоящий подвал, в который не проникал ни один лучик света. Путь освещали редкие магические светильники, которые, по ходу движения, включали стражники. Остановившись у массивной двери, сотник потянул ее на себя. Дверь оказалась не заперта, и с протяжным, противным скрипом, отворилась.

- Нам сюда, - произнес сотник, пропуская девушку вперед, и включая при этом освещение.

Ольга опасалась того, что ее попробуют тут запереть, но оба стражника, сразу за ней, зашли в камеру, и она успокоилась. И сразу же осознала, что детей сюда, пускать нельзя. В камере было убрано, однако легкий, но назойливый запах крови и нечистот, мог вызвать у неподготовленного человека рвотные позывы. Но главное – это пыточные устройства, которые одним своим видом могли внушить ужас.

- Ринк, Лея, сюда не заходите, ждите в коридоре, - распорядилась она.

В центре камеры на каменном постаменте размещалось очень сложное магическое устройство, без сомнений тот самый сборщик ауры, с помощью которого Форк замедлял собственное старение. А окружали артефакт, жуткие приспособления: железный кол с поперечной перекладиной, предотвращавшей чересчур глубокое его проникновение в тело человека, дыба, колодки, металлический стул с жаровней под ним, какие-то инструменты, от вида которых охватывал озноб. О том, как применялись все эти орудия, лучше не задумываться.

Да и артефакт, хоть и был по своему красив, однако вызывал чувство отторжения и брезгливости, быть может, потому, что было известно его назначение. Исследовать его не хотелось, да и возможности такой не было, а оставлять столь жуткое устройство в рабочем состоянии, нельзя. Поэтому Ольга достала один из своих метательных ножей, и наклонилась к ближайшему самоцвету, собираясь вынуть его из оправы.

- Что вы собираетесь делать? – спросил сотник. От него так и веяло недовольством и раздражением.

- Хочу сломать этот артефакт, чтобы кто-нибудь еще не додумался его использовать.

Послышался шелест вытаскиваемой из ножен сабли, и быстрый взгляд назад показал, что смерть близка, как никогда: вражеский клинок стремительно несся к шее. Чтобы спастись только и оставалось, подставить под удар метательный нож, оказавшийся в руке. Раздается скрежет металла о металл, от удара нож сломался, а обломок его лезвия прочертил Ольге глубокую борозду на скуле. Но и сабля при этом отклонилась, и с шорохом пронеслась чуть выше головы. Для нового замаха, врагу требуется совсем немного времени, но этого достаточно, чтобы упавшая Ольга успела ударить сотника ногой по колену. Раздался хруст, и противник с криком завалился на Ольгу, пытаясь при этом полоснуть ее саблей. Только высокая реакция и скорость позволили уклониться, да еще при этом вытащить с перевязи нож. Взмах вооруженной рукой, и враг хрипит распоротым горлом.

Подчиненный сотника уже спешил на помощь командиру с обнаженным клинком. Однако очередной нож, попавший в левую сторону груди, оборвал его порыв.

- Оля, что случилось?

На шум в дверь заглянул Ринк, а за ним показалось и испуганное лицо Леи.

- Ой, госпожа Оля, у вас кровь!

Затем девочка увидела лежащие на полу тела, и побледнела. Некоторое время она стояла в оцепенении, но довольно быстро пришла в себя.

- Что же теперь будет? – со страхом вопросила она.

- Сейчас выковыряем камешки из этого артефакта, потом пойдем, поговорим с графом, ну а потом быстренько убежим отсюда. А то, как бы еще кто не вздумал на нас напасть, - вставая с пола, ответила Ольга.

- А нас не убьют?

- Могут попытаться, поэтому слушаем меня и беспрекословно выполняем все указания. И стараемся не попасть под удар и не лезем мне под руку. Слышал, Ринк? Это тебя в первую очередь касается.

- Слышу, слышу, - проворчал мальчик. – У тебя кровь капает.

- Сильно порезалась?

Ринк подошел поближе, и осмотрел рану.

- Не слабо, как бы шрам не остался

- Надеюсь, что обойдется. Помнишь, меня на бандиты ранили, когда мы с Вемоной Роланом на реке отдыхали? Так на руке никаких следов не осталось. Сейчас поднимемся, стерном залеплю. А куртку так и так менять придется, извозила ее как свинка, с этими приключениями.

Вытаскивать камни из оправы, было не очень удобно, метательные ножи не слишком приспособлены для этого, однако, начиная с четвертого камня, удалось приспособиться, и дело пошло быстрее. Но драгоценностей оказалось много, поэтому повозиться пришлось порядочно. Все самоцветы были крупными, и немалой стоимости. Пожалуй, общая цена их была соизмерима с ценой изумрудов, отобранных у контрабандистов и отшлифованных в Ронде.

Лея, пока Ольга ломала артефакт, стояла у двери, временами поглядывая на трупы стражников, а Ринк, уже повидавший много смертей, успел обшарить и обобрать тела.

- Какие-то они бедные, пожаловался он, пересчитывая серебряные и медные монеты.

- Так кто же будет золото на дежурство брать?! Оставь их себе, - сказала Ольга, бросив взгляд на деньги в руках мальчика.

Закончив мародерствовать, вернулась в спальню мага, где среди своих вещей отыскала стерн. Ринк помог стянуть рану, которую сразу же и заклеили. В висящем на стене зеркале сейчас отражалась стройная, если не сказать худенькая, выглядевшая несчастной и вызывающая жалость из-за пластыря, девушка с грустными глазами.

- М-да, будем надеяться, что это ненадолго, - недовольно проговорила Ольга.

Хозяина замка сразу его найти не удалось. Пойманный слуга сказал, что граф ушел в казарму, и хотел тут же убежать но, остановленный Ольгой, был вынужден проводить всю компанию к месту дислокации стражников.

У широких дверей двухэтажной пристройки, выстроились в ряд человек двадцать вооруженных мужчин. Перед ними стоял и что-то говорил граф, а рядом с ним, еще один вооруженный мужчина, судя по более богатой одежде и оружию, очередной командир. Увидев приближающуюся Ольгу, граф замолчал, а когда он подошла ближе, спросил:

- Что с вашим лицом? И где Бирулан?

- Он и стражник, что его сопровождал, напали на меня и ранили. Мне пришлось их убить.

Граф весь подобрался, чувствовалось, что ему стало страшно, однако виду он старался не подавать.

- Но зачем Бирулан на вас напал? – воскликнул он.

- Я хотела сломать артефакт, а он, скорее всего, мечтал омолодиться. Уж не знаю, на что он надеялся, там без мага не обойтись было.

- У него брат – маг. Наверное, на него и рассчитывал.

- Думаю то, что Бирулан умер, для вас хорошая новость. Ведь для омоложения снова потребовались бы пытки, и вздумай вы этому воспротивиться, с вами, пожалуй, случился бы какой-нибудь несчастный случай.

- Так артефакт до сих пор цел?

- Нет, я сломала его. Каркас магопровода я смяла, и он так и остался в камере, так что в этом легко убедиться.

Судя по ауре, граф испытал облегчение от того, что зловещий артефакт больше не может работать. После небольшой паузы, он спросил:

- А что с камнями?

- Камни я забрала. Свои вещи я тоже нашла, кроме одного кинжала. Но это уже вопрос к трактирщику, как я поняла.

- Не убивайте его. Я хотел бы, чтобы крови вообще не было, но раз не получилось, то пусть ее будет хотя бы поменьше.

- Да я, вообще-то и не собиралась, но тут многое зависит и от самого трактирщика. Я очень обижаюсь, когда меня хотят убить, и это, обычно, заканчивается печально для напавшего. А где все бывшие узники?

- Мой управляющий выдал им по пять монет, и они сразу ушли.

- Я их понимаю, мне и самой хочется оказаться отсюда подальше. Так что, я больше ни на что не претендую, хватит того, что уже взяла, и если у вас ко мне вопросов нет, то прощайте. А, совсем забыла, где наши лошади? И мне нужны еще две кобылки, верховая для моей новой спутницы и вьючная.

- Лошадей, обычно, оставляли трактирщику, в качестве вознаграждения за гм «товар», как говорил Форк. Но, может, на обед останетесь?

- Нет, спасибо, мы не голодны, а время терять, не хочется. И так у вас лишние сутки просидела, - ответила Ольга за всех.

Граф, похоже, и сам не горел желанием задерживать странную и опасную гостью, поэтому настаивать не стал.

- Солд, проводи гостей в конюшню, пусть выберут лошадей, каких хотят, и сколько хотят, - приказал он стоявшему с краю стражнику.

Конюшня, находившаяся недалеко от казарм, впечатляла своими размерами, да и выглядела неплохо: дверные и оконные наличники очень украшали фасад здания. Внутри помещение, как это обычно бывает, было поделено на стойла, расположенные по обе стороны у стен.

Стражник громко подозвал некоего Мухарза, в ответ, почти сразу, из подсобки, расположенной рядом с входом, показался невысокий полный мужчина с лысиной на темечке.

- Чего орешь? - сердито поинтересовался он, поглядывая на, непонятно почему тут оказавшихся, неизвестных молодых людей.

- Граф приказал дать ей лошадей, сколько хотят, и каких хотят, - ответил стражник, кивая при этом на Ольгу.

- Граф приказал, - проворчал конюх. – А что на это Форк скажет?

- Так, это, умер Форк, не слышал что ли?

- Как умер, когда?!

Недовольно-сонное выражение лица Мухарза сменилось на ошеломленное.

- Так сегодня и умер, а как, не знаю. Некоторые слух пустили, что вот она и убила. Совсем у них язык без костей, да и ума как у курицы. Ну как могла убить Форка эта девчонка?!

Конюх оценивающе окинул взглядом, невозмутимо слушающую этот разговор, девушку.

- Это да, тощая и слабая, - вынес он вердикт. – Может магичка?

- Магичка, не магичка, но все цацки у нее отобрали, перед тем как в кутузку засунуть. Да и чего бы она сидела день и ночь, а не вырвалась сразу?

Разговор с графом, стражник видимо не слышал, а то не был бы так уверен в безобидности сопровождаемой им девчонки.

- Ладно, не наше это дело. Тебе каких лошадей? – спросил конюх у Ольги.

- Молодых, смирных, послушных, выносливых, красивых кобылок, - не растерялась та.

Некоторое время Мухарз переваривал услышанное, потом ухмыльнулся и поинтересовался:

- А почему красивых, а не резвых?

Теперь озадачилась Ольга. Подумав, она ответила:

- Так я, вроде гнать не собираюсь. Хотя, конечно, всякое может случиться. Ладно, пусть будут и резвыми! Но я полагала, что красивые лошади, они заодно и резвые, разве не так?

- От породы зависит. Сколько тебе лошадей-то надо?

- Ну, одну…, - начала было Ольга, но Ринк, бдительно следивший за разговором, и ожидавший, что его сеньора опять ляпнет что-нибудь себе в убыток, тут же перебил:

- Ты чего, а если не найдем своих лошадей? Нам нужно три верховых и три вьючных!

- Ну, может быть ты и прав. А если…

- Ой, Оль, ну что ты споришь с графом! Он ведь сказал взять лошадей, сколько надо! А у Леи вон, нога болит, ты вся израненная, вещей у нас куча, как выбираться отсюда будем?

Лея, до этого бодро шагавшая, поджала ногу, и активно закивала головой, соглашаясь с мальчиком. Похоже, она тоже считала, что если тебе что-то дают, то отказываться не следует. Как только девочка услышала, что для нее требуют лошадей, она заметно повеселела, поскольку окончательно уверилась, что оставлять ее тут одну, не собираются.

Конюх повел посетителей к дальней стене, и сообщил:

- Здесь самые смирные кобылки и стоят, выбирайте. Хотя, чего там выбирать, плохих лошадей не держим. Все под седлом ходили, так что и верхом на них можно, и в качестве вьючных они хороши.

Ольга большим специалистом по лошадям так и не стала, поэтому Лея, видя ее сомнения, взяла дело в свои руки. Быстро осмотрев у понравившихся ей лошадей зубы и ноги, пощупав им живот, она подтвердила, что те годные. Конюх потом, правда, попытался спорить насчет сбруи, но быстро сдался, озадаченный вопросом о том, а зачем же тогда лошади, если на них ни ехать нельзя, ни груз перевозить? Но окончательно его сопротивление было сломлено, угрозой привлечь в качестве арбитра графа.