Мастер Марионеток строит Империю. Том 2

Глава 16 Пина

Мои новые сенсоры мгновенно сфокусировались на небольшой фигуре в накрахмаленном переднике и чепчике. Она бесшумно протирала столешницу, как ни в чем ни бывало.

Горничная? Интересно. Я её не слышал. Вообще. А ведь мои уши теперь улавливали даже шорох пылинок, оседающих на мебель.

Сканирование показало ауру третьей Тени. Аккуратную, стабильную, без малейших всплесков или колебаний. Для Аргентума это уровень хорошего бытового мага или квалифицированной прислуги. Ничего выдающегося, но вполне достаточно для ведения домашнего хозяйства в аристократическом особняке.

Плюс на ней читалась цифровая подпись дома. Выглядит так, словно Лира сама дала ей доступ к защитным контурам.

Женщина была невысокой, едва ли выше полутора метров. Мягкие черты лица, добрые глаза с лучиками морщинок в уголках, седеющие волосы, аккуратно убранные под чепчик. Типичная «бабушкина радость», из тех, что пекут пирожки по воскресеньям и вяжут носки всем соседским детям. Двигалась она экономно и тихо, почти незаметно, как хорошо смазанный механизм.

Лира что-то говорила про новую горничную на прошлой неделе. Я тогда был слишком занят настройкой производственной линии и пропустил половину её слов мимо ушей. Это она и есть?

— О, ты уже здесь? — я кивнул ей, усаживаясь за стол. — Лира предупреждала. Как тебя зовут, деточка? Можешь звать меня господин Маркус.

Женщина отложила тряпку и сделала аккуратный реверанс. Движение было отточенным до автоматизма, явно результат многолетней практики.

— Меня зовут… Пина, господин Маркус. Лира много о вас рассказывала.

Голос у неё был кротким и мягким, с едва уловимыми командными нотками. Впрочем, это нормально для опытной прислуги. Хорошая горничная должна уметь руководить младшим персоналом.

— Надеюсь, только хорошее, — я отпил чай и поморщился. Остыл, да ещё и перезаварился. Танины дали горечь. — Хотя, зная мою жену, она наверняка приукрасила мои недостатки и преуменьшила достоинства.

— О нет, господин Маркус, — Пина слегка улыбнулась. — Госпожа Лира отзывалась о вас с большой… теплотой. Особенно о вашем чувстве юмора.

— Вот как? — я приподнял бровь. — Ну, приятно знать, что жена ценит мои шутки. Обычно она закатывает глаза.

— Возможно, это её способ выражать восхищение, господин Маркус.

Неплохо. Умеет поддержать разговор, не переходя границ. Определённо, опытный кадр.

— Кстати, Пина, на втором этаже в коридоре пятно от эктоплазмы, — я махнул рукой в сторону лестницы. — Осталось после небольшой потасовки с убийцами на прошлой неделе. Убери аккуратно, используй щелочной раствор. И не три слишком сильно, там паркет антикварный, ещё поцарапаешь.

Пина даже бровью не повела при слове «убийцы». Хорошая выдержка.

— Конечно, господин Маркус. Щелочной раствор, бережное обращение. Что-нибудь ещё?

— Да. Завари мне свежего чая. Этот уже никуда не годится, — я отодвинул чашку. — Превратился в какую-то горькую бурду.

Пина подошла и взяла чашку из моих рук. На мгновение наши пальцы соприкоснулись, и я машинально отметил, что её кожа необычно твёрдая для такой мягкой на вид женщины. Не просто загрубевшая от работы, а словно… уплотнённая. Как у кузнеца или воина, годами сжимавшего рукоять меча.

Впрочем, прислуга много работает руками. Стирка, уборка, готовка. Мозоли и загрубевшая кожа могут быть профессиональной особенностью. Ничего удивительного.

— Чай заваривай при температуре восемьдесят пять градусов, не выше, — добавил я. — При девяноста разрушаются эфирные масла, при восьмидесяти не раскрывается вкус. И следи за временем заварки. Три минуты для зелёного, пять для чёрного. Секунда в секунду.

— Вы очень точны в своих требованиях, господин Маркус.

— Точность основа порядка. А порядок основа всего остального.

Пина склонила голову, разглядывая меня с каким-то странным выражением.

— У вас очень… внимательный взгляд, господин Маркус. Сразу видно, человек с глубоким внутренним стержнем. Буквально стальным, я бы сказала. И, кажется, с новыми шестерёнками?

Я рассеянно кивнул, не особо вдумываясь в её слова. Конечно, с новыми. Вчера же установил сенсоры. Хотя откуда она знает про шестерёнки? Наверное, Лира рассказала. Жёны любят обсуждать мужей с прислугой.

Пина тем временем достала из кармана передника маленькую коробочку и протянула мне.

— Хотите витаминку, господин Маркус? Для укрепления… связей.

Я покосился на коробочку. Обычные травяные пилюли, судя по запаху. Ромашка, валериана, что-то ещё.

— Нет, спасибо, я на мана-диете. Никаких добавок, только чистая энергия, — я отмахнулся. — И смотри мне, Пина, в этом доме порядок — это закон. Если увижу пыль, вычту из жалования. Если увижу криво повешенную картину, вычту вдвое. Если найду паутину… ну, ты поняла.

— Я поняла, господин Маркус, — её губы дрогнули в чём-то, отдалённо напоминающем улыбку. — Порядок превыше всего.

— Именно. Приятно иметь дело с понимающим человеком.

Она отвернулась к плите. Милая женщина. Тихая, исполнительная, с правильным отношением к работе. Явно мастер бытовой магии, судя по тому, как ловко она управляется с кухонной утварью. Лира умница, наняла кого-то стоящего, а не какую-нибудь эльфийку с амбициями фотомодели и маникюром длиной в палец. Видел я таких «горничных» в богатых домах: больше озабочены своим внешним видом, чем качеством работы.

Надо будет попросить Пину перешить мои тапки. Убрать эти дурацкие кисточки. Кто вообще решил, что мужские тапки должны выглядеть как придворные туфли?

Я встал и подошёл к окну, активируя сенсоры на полную мощность. Мир за стеклом превратился в калейдоскоп данных. Я видел тепловые следы от двигателей дирижабля, магические контуры защитных заклинаний на доспехах легионеров. Даже микроскопические трещины в брусчатке под их тяжёлыми сапогами.

Легионеры уже выстроились в две шеренги, перегородив всё движение на улице. Курьер на виверне наконец отцепился от такелажа и теперь сидел на тротуаре, держась за голову и бормоча что-то про страховку. Его виверна, судя по показаниям сенсоров, была в лёгком шоке и отказывалась двигаться. Возница на паровой телеге сдался окончательно и просто бросил свою повозку посреди дороги. Ушёл пешком.

Соседи выглядывали из окон. Госпожа Зайцева с третьего дома слева уже строчила что-то в связь-кристалл, наверняка жалобу в городскую управу. Господин Виркхаузен напротив фотографировал происходящее под разными ракурсами.

— Ты только посмотри на этот парад идиотизма, Пина. Солдафоны. Никакого уважения к частной собственности и городской логистике. И это называется «элитные войска Империи»?

Пина замерла с тарелкой в руках и тоже посмотрела в окно. Её лицо выражало смиренное любопытство, как у монахини, наблюдающей за мирской суетой.

— Вам не нравится, господин Маркус? Выглядит… внушительно.

— «Внушительно»? — я закатил глаза. — Это выглядит как компенсация маленького самомнения их командира. Кто паркует боевую крепость в жилом квартале? Это же логистический кошмар!

Я ткнул пальцем в окно.

— Посмотри на их построение. Они перекрыли пожарный ги… гы… гэгрант, кажется? Если сейчас начнётся пожар, мы сгорим просто потому, что какой-то офицер решил поиграть в «большого босса». А вон тот сержант, видишь? Он стоит прямо на канализационном люке. Если люк провалится, он упадёт в сточные воды в своём парадном доспехе. Представляешь, какой будет запах?

Пина издала странный звук, то ли кашель, то ли сдавленный смешок.

— Вы очень наблюдательны, господин Маркус.

— Это не наблюдательность, это здравый смысл. Которого у легионеров, судя по всему, хронический дефицит.

Я отхлебнул остывший чай, поморщился и продолжил:

— И посмотри на их снаряжение. Полный боевой комплект. Зачем? Они что, ожидают нападения армии демонов посреди Улицы Серебряных Лилий? Здесь живут отставные чиновники и вдовы банкиров. Самое опасное существо в радиусе километра — это кот госпожи Мирабеллы, и тот кастрированный.

Пина мягко улыбнулась, продолжая вытирать ложку.

— Говорят, во главе Легиона женщина очень строгих правил. Возможно, у неё была веская причина для такого… развёртывания?

— О да, Агриппина «Стальной Корсет», — я насмешливо хмыкнул. — Слышал я про неё. Легенды ходят.

— Неужели? — голос Пины стал чуть более заинтересованным. — И что же говорят легенды?

— Говорят, она настолько зациклена на контроле, что даже у своих внуков будет проверять пульс по расписанию. Трижды в день, с занесением в протокол. Типичный пример административного безумия, помноженного на паранойю.

Я махнул рукой в сторону дирижабля.

— Вот увидишь, сейчас из этого корыта вылезет какой-нибудь высокопоставленный бюрократ в шинели, с папкой документов под мышкой, и начнёт требовать справки у прохожих. «Ваше имя? Цель визита? Почему вы подозрительно смотрите на государственную собственность?»

— Корыта? — переспросила Пина.

— А как ещё назвать эту летающую посудину? Посмотри на обводы. Аэродинамика уровня кирпича. Я уверен, что этот дирижабль летает не благодаря инженерному гению, а вопреки ему. Чистое упрямство магических двигателей.

— Вы так суровы к военным, господин Маркус, — тихо произнесла Пина. В её голосе появилась странная, почти ласковая нотка. — А ведь они просто выполняют приказы.

— Приказы должны быть умными, Пина. В моё время… — я осёкся, мысленно обругав себя за оговорку, — … в смысле, в учебниках по стратегии, которые я читал в академии, говорилось: «Не обнажай меч, чтобы убить муху». А тут они пригнали целый боевой флот, чтобы напугать пару соседских кошек и одного кастрированного кота. Идиотство в чистом виде.

— А если командующий просто хотел… навестить друзей? Или семью? — предположила Пина.

— Навестить семью? На штурмовом дирижабле? — я рассмеялся. — Это всё равно что ехать в булочную на осадной башне. Можно, конечно, но зачем? Нет, Пина, это типичная показуха. Демонстрация силы ради демонстрации силы.

За окном один из легионеров вдруг поднял голову и посмотрел прямо на наше окно. Его взгляд скользнул по мне и остановился на Пине, стоящей за моей спиной.

Солдат побледнел. А потом мгновенно вытянулся во фрунт и отдал честь с такой силой, что его доспех зазвенел на всю улицу. Двое его товарищей рядом сделали то же самое.

Я довольно кивнул.

— Видишь? Понимают, кто здесь главный. Почувствовал мой авторитет через стекло. Вот что значит правильная осанка и уверенный взгляд. Поучись у них дисциплине, Пина. Когда я говорю «прыгай», правильный ответ будет: «на какую высоту?»

— Я… запомню, господин Маркус, — Пина странно кашлянула. — Обязательно запомню.

— Кстати, чай готов? — я протянул чашку. — Надеюсь, легионеры за окном не слишком тебя пугают? Не бойся, в этом доме ты под защитой. Пока я здесь, ни один солдафон не посмеет тебя обидеть.

— Как… мило с вашей стороны, господин Маркус.

— Это не милость, это здравый смысл. Хорошую прислугу трудно найти. Буду защищать тебя как ценный актив, — я снисходительно улыбнулся. — И запомни главное: в этой комнате только один человек отдаёт приказы. И этот человек — я.

Пина приняла чашку и сделала идеальный, почтительный реверанс. Её движения были настолько отточенными, что казались почти… военными.

— Поняла, господин Маркус. Я запомню ваши слова, — она чуть помедлила. — Особенно про «высокопоставленного бюрократа в шинели», «корыто» и «показуху». Это было… освежающе.

Она налила свежезаваренный чай и подала мне. Я сделал глоток. Температура идеальная, крепость правильная, время выдержано до секунды. Но с лимоном чутка переборщила. Что не критично.

Определённо, Лира нашла сокровище, а не горничную. Надо будет выписать ей премию к первому жалованью.

На кухню, потирая глаза, влетела Арли. Она двигалась низко, почти задевая пол, кошачьи уши поникли от сонливости, хвост безвольно волочился следом. В руках она держала широкий кристалл.

— Хозяин, что за шум с утра пораньше… — она зевнула так широко, что чуть не вывихнула челюсть. — Я пыталась досмотреть сон про бесконечный пиршественный стол…

Следом, кутаясь в шёлковый халат, вошла Лира. Волосы растрёпаны, глаза полузакрыты, на щеке отпечаток от подушки.

— Маркус… — она тоже зевнула. — С кем ты там разговариваешь в такую рань? И что это за гул на улице? Я думала, началось землетрясение…

Лира подняла глаза, машинально оглядывая кухню. Увидела меня с чашкой, увидела разбросанные на столе документы. Наконец, ее взгляд остановился на стоящей у раковины Пине.

Лира замерла. Её лицо за долю секунды прошло путь от сонливости через недоумение к узнаванию. И от узнавания к мертвенной бледности.

— М-м-мама⁈ — выдавила она, пятясь к дверному косяку. — Что ты… почему ты… в переднике⁈

Арли икнула, резко проснувшись, и выронила свой кристалл-планшет. Устройство грохнулось на пол с жалобным звоном.

— Ик! Хозяин… это не горничная. Это… это…

Я медленно опустил чашку и посмотрел на Пину. Потом на Лиру. Затем снова перевел взгляд на Пину.

Мои сенсоры лихорадочно изучали её ауру по второму кругу. Третья Тень, стабильная и аккуратная. Никаких аномалий. Но…

Пина тяжело вздохнула и отложила полотенце.

— Никакой дисциплины, — тихо произнесла она, и её голос вдруг потерял всю мягкость. — Пятнадцать минут. Я продержалась пятнадцать минут. Думала, хоть полчаса получится.

Она повернулась, и я впервые заметил, как изменилась её осанка. Спина выпрямилась, плечи развернулись, подбородок приподнялся. Перед мной стояла уже не «бабушкина радость», а… что-то совсем другое.

— В доме эктоплазма на стенах, — продолжила она, загибая пальцы. — На втором этаже живёт какое-то проклятое существо, которое требует котят. А мой зять читает мне лекции о правильной парковке дирижаблей и называет мой флагман «корытом».

Она распрямила спину до конца. И в этот момент её аура, до этого скромно мерцавшая третьей Тенью, начала расширяться.

Четыре Тени. Нет, уже Пять.

По кухне пронёсся первый порыв ветра, сдувая салфетки со стола. Занавески взметнулись, как крылья испуганной птицы.

Шесть Теней.

Посуда в шкафах начала дребезжать. Чашки звенели, тарелки вибрировали на полках.

Семь.

Воздух стал густым и тяжёлым. Дышать стало труднее, словно на грудь положили увесистый камень.

Восемь.

Шкафы затряслись. Тарелки на полках не просто звенели, они начали лопаться одна за другой, осыпаясь фарфоровым дождём. Стаканы взрывались, разбрасывая осколки.

ДЕВЯТЬ.

Волна чистой, концентрированной мощи девятой Тени разошлась в стороны от маленькой женщины в переднике. Это было чистое давление чужой Воли, словно на плечи опустилась гора. Воздух загустел до состояния киселя.

— А-а-а-а-а! Меня удаляют из реальности! — завизжала Арли.

Воздушный поток подхватил её и вышвырнул из кухни в коридор, как невесомую игрушку. Она пролетела метров пять, прежде чем врезаться в стену.

Лира не успела издать ни звука. Поток маны снёс её за дверь, словно осенний листок в ураган.

Стёкла в окнах вылетели наружу. Они просто превратились в мелкую пыль, которая повисла в воздухе сверкающим облаком.

Снаружи взвыл ураган. Я краем глаза увидел, как «Стальной Шип», громадина весом в сотни тонн, накренился на бок градусов на тридцать. Легионеры внизу падали на колени и втыкали мечи в брусчатку, используя их как якоря, чтобы их не унесло ветром. Несколько человек не успели и покатились по улице, гремя доспехами.

Капитан на палубе, вцепившийся в поручень, заорал в рупор:

— Держать швартовы! Командующий в плохом настроении! Повторяю: командующий ОЧЕНЬ в плохом настроении! Это не учебная тревога!

Наконец, магическая буря утихла. На кухне воцарилась зловещая тишина, нарушаемая только шипением чайника и потрескиванием разрушенной мебели.

Агриппина «Стальной Корсет» Ван Клеф стояла посреди разгромленной комнаты. Её глаза светились холодным стальным блеском. Накрахмаленный передник каким-то образом уцелел, но теперь он казался не униформой прислуги, а боевым штандартом. Чепчик улетел в неизвестном направлении, открывая седеющие волосы, стянутые в тугой узел, как у воина перед битвой.

Она медленно повернулась ко мне.

— Лира писала, что психиатр диагностировал у тебя то ли «деревянный невроз», то ли склероз… — её голос напоминал лязг металла по металлу. — Ты и правда меня не узнал, Маркус? Или за время своего «просветления» ты окончательно потерял чувство самосохранения?

Я сидел посреди обломков мебели в своих нелепых тапочках с кисточками. Единственный, кто устоял в этом безумии, не считая моего стула. Вокруг меня лежали осколки фарфора, разбитые стаканы, сорванные занавески. Стол треснул посередине. Остальные стулья разлетелись по углам.

Я медленно поднёс чашку к губам и сделал аккуратный глоток. Чай был всё ещё тёплым. И, надо признать, идеально заваренным.

— Лимона многовато, Пина, — произнёс я, глядя прямо в глаза девятой Тени. — Но температура правильная. Восемьдесят пять градусов, как я и просил.

👑 ЛИГА ВЫДАЮЩИХСЯ ЧИТАТЕЛЕЙ👑

🏛 СОВЕТ ДИРЕКТОРОВ ЛИГИ (Топ-Награды книге, обновлено):🏛

Отдельная благодарность господам, которые поддерживают «инженерные изыскания» второго тома рублем. Масло для марионеток нынче дорогое!

Для попадания в список Директоров достаточно кинуть награду второму тому Мастера Марионеток (этому роману) 500₽ или больше. В будущем эта сумма может быть увеличена, если наградок станет слишком много.

⚔️ ДВОЕЦАРСТВИЕ НА ОЛИМПЕ (Абсолютные рекордсмены):⚔️

🌍 @Frik (4000₽!) — Верховный Лорд-Бенефициар. Его воля — закон. Первым открыл счет на эту астрономическую сумму. Прислал награду к первому тому с резолюцией: «Да будет завоевание мира…». Сумма оказалась настолько велика, что сломала четвертую стену и перенеслась в актуальный второй том. Финансирование глобальной экспансии получено. Мир будет наш!

👑 @Farid (4000₽!) — Возвышен до Гранд-Лорда Индустриализации.

ИСТОРИЧЕСКИЙ МОМЕНТ! Фарид нанес двойной удар (два новых транша по 1000₽!) и сравнялся с Верховным Лордом! Титан эволюционировал в Божество. Ветеран, который не оставил завод в трудную минуту, а теперь буквально залил фундамент второй книги жидким золотом. Теперь они с Фриком делят трон и 1-е место в общем зачете. Муза в священном трепете, марионетки отдают честь двумя руками!

💎 СОВЕТ ДИРЕКТОРОВ:💎

@NeKRoS210(600₽) — Назначен Магистром Древних Вкладов. Совершил ритуал финансового воскрешения: прислал мощный донат в первую книгу, но магия золота оказалась так сильна, что пробила ткань времени и зачислилась в бюджет актуального тома. Доказал, что для настоящей поддержки сроки давности не важны!

@Dmitry Golubovsky(330₽) — Повышен до Хранителя Числового Кода. Инвестор и Аудитор, чья стабильность пугает и восхищает! Закинул ТРЕТИЙ транш по 110₽. Это уже не просто поддержка, это какой-то нумерологический ритуал или шифр для ГГ! Единый в трех траншах, он продолжает наносить точечные удары по лени автора и лично держит руку на пульсе (и бюджете) проекта!

@Павел Громов(250₽) — Назначен Главным Технологом Спец-Режимов. Лично проспонсировал разблокировку секретного 37-го режима «Карающий Флюгегехаймен» для Экстрактора. Теперь наемники боятся не смерти, а того, что Валера нажмет красную кнопку. Гуманность вышла из чата, осталась только физика и… кхм, анатомия!

@AlexBicolored(203₽) — Верховный Канцлер Казны из Первого тома, человек-легенда. Его инвестиции в первом томе (1131 ₽!) стали тем самым стартовым капиталом, на котором взлетела наша корпорация. Во втором сезоне (томе) он уверенно удерживает контрольный пакет акций. По совместительству элитный грамма-снайпер, выщелкивающий опечатки: финансирует проект и лично следит за качеством сборки текста!

📜 ГЕРОИ КОММЕНТАРИЕВ И ВЫЧИТКИ (обновлено):📜

@d0m0v01 — Назначен Оператором Теневого Эфира. Зрит в корень медийных интриг! Первым догадался, что Арлекина ведет скрытую трансляцию даже в разгар боя. Также выступает консультантом по эргономике: нашел гениальное применение «выдающимся достоинствам» Чемпиона (как бронированному бардачку для лута). Практичность 80-го уровня!

@Argentis — Назначена Главой Департамента Контроля Качества. За комплексные заслуги перед Империей. Сочетает в себе зоркость орла (отлавливает опечатки, как вражеских шпионов) и чувство юмора. Следит, чтобы сержанты в тексте не заикались, а «морально-дробящий урон» наносился строго по графику.

@Алексей Трифонов — Назначен Главой Пресс-Службы. Мастерски работает с возражениями населения! Объяснил тайминги входа в Разлом и успокоил общественность, пока Автор был занят написанием проды. Голос разума в комментариях.

@Anastasia — Глава Департамента Конспирологии и Внутренних Расследований.

Её проницательность держит автора в тонусе. Не успел герой чихнуть, как она уже поставила диагноз «булимия», связала это с происками Очищения и нашла след древних родов. Выдвигает теории быстрее, чем герои успевают попадать в неприятности, и часто оказывается пугающе близка к истине (или подкидывает автору новые идеи!).

@Anton Kulaga — Технический Директор (CTO) и Глава RD.

Главный генератор безумных, но гениальных идей. Предложил открыть «секс-шоп для манекенов» как двигатель прогресса — за одно это достоин медали! Продолжает подводить под магию жесткую инженерную базу. Если Валера что-то изобретет, Антон наверняка уже написал к этому техдокументацию в комментариях.

@deznight — Верховный Инквизитор Синтаксиса.

Хранитель чистоты текста. Обладает уникальным артефактом «Глаз-алмаз», позволяющим видеть невидимые частицы «не» и логические несостыковки. Спасает мир от зомби-апокалипсисов и смысловых дыр. Единственный, кого боятся даже опечатки.

@Олег Горбунов — Повышен до Директора по Развитию и Двойным Технологиям.

Назначен Директором по Развитию и Двойным Технологиям. Выдал мощнейшую серию идей за сутки! Предложил схему вербовки чиновников через «спец-гаджеты», разработал экологическую программу утилизации артефактов Хаоса и, главное, придумал бизнес-модель для автономных Экстракторов (сменные АКБ и сервис!). Человек, который знает, как монетизировать всё: от мусора до… кхм, личной жизни клиентов.

@Ivan Makin — Глава Департамента Сарказма и Здравого Смысла.

Душа компании. Отвечает за юмористическую поддержку и своевременный троллинг ГГ. Его диалоги с воображаемым барменом — готовый спин-офф. Единственный, кто задается вопросом: «А не слишком ли дорого тратить Кристалл Хаоса на этого бомжа?».

@Dmitry Golubovsky — Главный Аудитор Сюжета.

Человек, который помнит всё. Где жена? Где девочка? Какой курс серебра к золоту в 12:00 по имперскому времени? Не дает автору расслабиться и забыть про «хвосты» сюжета. Хранитель Лора и кошмар для сюжетных дыр.

— = 📜 = —

А далее идет платная часть. За награду книге в 50 ₽ и больше читателю положен такой милый чибик Синты:

Версия за 100 ₽ и выше