Луна и драконы

Глава 28

Некоторое время я просто молчала. Не ожидала такого. Да и кто бы на моём месте ожидал?

Поведение Ксаата не укладывалось в рамки того, что было раньше. Я представляла психа, злодея или ещё нечто подобное. Но пока что он ведёт себя не так. Или умело скрывает, всё просчитав. Или же изначально не соответствует легенде, которая везде о нём преподносится.

– Звучит… – произнесла я и на некоторое время умолкла.

Что бы я ни хотела сказать дальше, шелест лент на деревьях не давал продолжить. Пусть я не принадлежала к пхи, но понимала их лучше, чем кто-либо. Оказывается, достаточно послушать одним сердцем. Здесь были боль, отчаяние, притухший гнев, грусть, надежда, столь хрупкая, что её можно переломить пальцами. И все они просили… просили не оставлять, помочь и наконец-то снять эту чарраеву печать.

Я поджала губы. Это гипноз или же что-то большее? По Ксаату не поймёшь. Трудно у него с эмоциями.

– Почему вы передумали? – спросила я. – Ведь до этого подсылали ко мне убийц.

– Они не убийцы, – не смутился он. – Но просто порой выполняют, э-э, определённые поручения.

– Ничего себе поручения! – возмутилась я.

Ксаат повернул голову и посмотрел на меня. Стало немного неуютно. Всё же я на его территории. Однако кланяться и на всё соглашаться тоже не собираюсь. Он уже дал понять, что оценил моё поведение. Значит, покорные и бессловесные ему неинтересны.

– Сойлинг, не стоит так кипятиться. Особенно в этом месте.

Хотелось много чего ответить, но один только взгляд на ленты, и злость ушла. Наверное, это как-то иррационально, но язык больше не поворачивался продолжать в том же духе.

Я сделала глубокий вдох, призывая весь свой самоконтроль. Прочь суетливые мысли. Сейчас нужно чётко понять, как поступать дальше.

– Вы правы. Поэтому я не против переместиться в другое, чтобы всё обсудить.

Чёрная бровь изогнулась в немом вопросе. Мол, неужто уже готова обсуждать?

– Не вижу смысла тянуть, – сказала я.

Ксаат кивнул:

– Хорошо. Пройдёмся. Уходить отсюда ещё рано.

«Не всё ещё показал? – мрачно подумала я. – Чем я так нагрешила, чтобы сейчас бродить по Саду снов и узнавать тайны призраков? С одной стороны, конечно, полезно, но кто много знает, потом очень быстро бежит от тех, кто не хочет, чтобы от тебя это узнал кто-то ещё».

Однако ничего говорить не стала. Это уже лишнее.

Мы с Ксаатом двинулись вдоль обрыва. Он шёл с краю, что меня несколько расслабило. Значит, не желает в один прекрасный момент столкнуть в море. Настроен на диалог. Это хорошо.

– Золотые драконы хотят нас уничтожить, – произнёс Ксаат. – Их не устраивает в принципе само существование Ганчхона. Однако на данный момент они не имеют на это достойных сил, поэтому нас не трогают.

Я шла рядом, пытаясь понять расклад. Получается, что демоны и правда отвлекают на себя очень много внимания. Для меня пока что это большая чёрная дыра, к которой я никак не могу подступиться, потому что за ноги держат проблемы в Исан.

– Уничтожить… – протянула я. – Послушайте, как-то слишком неразумно. Если вас уничтожить, то на кого же будут тогда сваливать все грехи?

Ксаат внезапно издал смешок:

– Хороший вариант. Он, видимо, и был рабочим у вашей семьи, только вот сейчас появился враг посильнее, поэтому кого-то из них стоило бы убрать. В идеале – нас. Только обстоятельства сложились иначе.

Почему-то при словах «вашей семьи» я подумала совсем не о драконах, а о Вечерних лотосах. Их планы явно далеки от милых и способствующих укреплению родственных связей.

– Итак, – сказала я, – Ксаат, вы хотите снятия печатей и гарантий для народа пхи. С одной стороны, я вас понимаю. С другой… что я получу взамен?

– То есть мы на позиции жертв, но в итоге должны что-то дать?

– Конфликт у вас не со мной лично, поэтому отвечать за деяния Золотых драконов из прошлого не вижу смысла. Иначе так можно взвалить на себя все грехи от начала Мира Четырёх Сфер.

Ксаат остановился. Теперь в чёрных глазах был жгучий интерес.

– Что ж, Сойлинг, в ваших словах тоже есть логика. Поэтому у меня предложение. Вы восстанавливаете права пхи, мы выстраиваем барьер на Краю света, который не смогут прорвать демоны.

Я заколебалась. Звучит хорошо. Даже очень хорошо. Вот только можно развесить сейчас уши и довериться, а потом получить нож в спину.

– Вы сомневаетесь. Это правильно, – произнёс Ксаат. – Видите ли, я тоже не собираюсь верить вам на слово. Поэтому есть способ, который убережёт нас обоих от вероломства с любой стороны.

– И какой же?

Он снова двинулся вперёд.

– Идёмте. Камень истины ждёт нас. Клятва на нём – лучшее, что могли придумать от начала сотворения мира.

У меня не нашлось что возразить. В конце концов, если у меня появится такой союзник, это будет только к лучшему. Врагов уже хватает, и противостоять им сможет кто-то далёкий от дворцовых интриг и желания сесть на трон.

Без лишних слов я последовала за Ксаатом, молясь про себя Солнцеглазу, чтобы всё прошло правильно.

Пусть мы и покинули пределы Ганчхона, но кругом всё равно было темно. В городе призраков время текло не так, как везде, поэтому определить, сколько я там провела, оказалось сложной задачей.

Ладонь до сих пор не чувствовалась. Осколок Камня истины не назовёшь пустым местом, клятва на нём не даст отступиться от своих слов. Поначалу я подозревала, что всё это какое-то шоу, которым мне хотят замылить глаза, но… Нет, это даже не опишешь. Ты просто чувствуешь, что если обманешь, произойдёт нечто очень плохое. И тебе с этим не справиться. Собиралась ли я обманывать Ксаата? Нет. А вот в нём уверенности не было. Но после Камня истины поняла, что ему тоже не уйти от выполнения обещаний.

После клятвы мы договорились, что пхи помогут мне оказаться в клане Серебряного риса. Я хорошенько обдумала, как поступить лучше. Вернуться к Алым молниям? Там не открутишься от объяснений. Мне пока что нечего им сказать такого, чтобы это выглядело правдоподобно. Рассказывать о договорённости с Ксаатом я точно не буду.

Сразу прыгнуть в императорский дворец, сообщив, что была угроза моей жизни? Странно, многие задумаются. Да и получится клевета. Пусть я не питаю тёплых чувств к Алым молниям, однако плодить ложь не вижу смысла.

Поэтому оставался последний вариант: через Джирайю послать сообщение Куантай, чтобы встретила доверенного человека императрицы. Несмотря на то что Джирайя сам беглец, его связи были весьма обширны, он мог появиться там, где позволяли возможности. С кланом Серебряного риса у него не было непонимания, поэтому Куантай довольно быстро откликнулась на просьбу о помощи.

И вот теперь я стояла возле тихонько накатывающих на берег волн, ожидая повозку. С ног до головы закутанная в плотные одежды, чтобы никто не смог опознать во мне Сойлинг Сопху, императрицу Исан.

Я знала, что пхи меня сопровождают, но находятся на приличном расстоянии.

Тут, кстати, прохладно. Надо было что-то пододеть. Это Ксаату хорошо, ему, кажется, холод нипочём. А я всё же больше люблю тепло. Стоять ночью у воды – такое себе удовольствие.

– Сойлинг, – тихо позвал Ла-гуа, ловко засунутый за пазуху, – ты уверена, что стоит вот так отправляться к Серебряному рису?

Все решения я принимала сама, поэтому Ла-гуа не знал ход моих мыслей. Стояли мы достаточно далеко от кустов, за которыми скрывались пхи, поэтому можно было поговорить.

– Да. Неожиданный визит. Во-первых, меня не ждут, значит, можно будет посмотреть на жизнь клана без лака. Во-вторых, Алые молнии тоже такого не ждут, следовательно, на моей стороне преимущество внезапности.

– А оно нам поможет? – мрачно поинтересовался Ла-гуа. – По-моему, по внезапности нас всех обошли пхи.

– Что есть, то есть, – согласилась я. – Но будем работать с тем, что имеем. Попытаемся одним выстрелом убить двух зайцев.

– Почему зайцев? – искренне удивился он.

– Ну, пусть будут пчёлки. Это тебе ближе.

Ла-гуа что-то фыркнул на своём цветочном наречии. Я не стала прислушиваться, так как сейчас мысли были далеко. Спор кланов о куске земли немного отошёл на задний план. Ситуация с призраками была куда серьёзнее. Мы с Ла-гуа остались вдвоём. Но я не семи пядей во лбу, а мой цветочек тоже не может всё знать. Муруи? Сможет ли он что-то мне подсказать?

Ощущение, что я нахожусь на шахматной доске, которая стоит в тёмной комнате. Расположение фигур дали увидеть только один раз, что запомнила, то и моё. Двигаться можно только на ощупь. Столкнула кого-то – хорошо. Прошла мимо – тоже неплохо. Но вот что делать, если кто-то попытается подвинуть меня саму? Ведь чует моё сердце, что пока я пытаюсь продвинуться по клеткам, которых не видно, кто-то тихо меняет фигуры. И нет гарантии, что, проходя по второму кругу в месте, которое считаю безопасным, я не рискую нарваться на препятствие.

Ассоциации получались не слишком радужными. Я глубоко вдохнула ночной воздух. Вроде бы и нет паники, но я вся в напряжении. Терпеть не могу это состояние.

– Сойлинг, – придушенно просипел Ла-гуа, – ты хоть помнишь, где я нахожусь?

– Если не ошибаюсь, у тебя прекрасный вид на мой бюст. Тебе не нравится?

– Дорогуша, сиськи у тебя что надо, но есть риск быть придушенным. А я не для этого совершенствовался тысячу лет.

– Жаль, я надеялась, что твои корни теперь твёрже нефритовых стержней.

– Фу, как пошло.

Болтовня с Ла-гуа немного отвлекала от реальности и настраивала на более жизнеутверждающую позицию. Не то чтобы становилось яснее, как дальше жить, но однозначно задорнее.

В какой-то момент я услышала шум приближающейся повозки.

– Всё, я умолкаю, – шепнул Ла-гуа, делая вид, что его нет.

Я повернулась в сторону дороги. Из освещения здесь имелась только луна и звёзды, поэтому можно было увидеть лишь очертания. Повозка и человек шесть охраны. Джирайя явно позаботился, чтобы я добралась под присмотром. Неплохо.

Повозка остановилась, один из всадников спешился и подошёл ко мне.

– Доброй ночи, – сказал он. – Знак?

Я предъявила печать Джирайи. Всадник кивнул, после чего жестом показал на повозку. Едва я оказалась рядом, как передо мной открылись дверцы. Изнутри пахнуло сандалом, жасмином и сладостью иланг-иланга.

– Прошу вас, – раздался мягкий голос Куантай. – Друзья Джирайи – мои друзья.