Луна и драконы

Глава 22

– Меня укачивает, – мрачно оповестил Ла-гуа. – Они всё же везут императрицу, а не мешок с рисом. Нельзя, что ли, поаккуратнее?

Мы проделали уже половину пути, но ему практически сразу ничего не понравилось. И всё это время Ла-гуа гундел, что можно было бы и карету понаряднее, и лошадей побыстрее, и сопровождение позатейливее.

В то время как мне самой было на это всё откровенно плевать. Едем? Отлично. Значит, у меня есть время сосредоточиться и подумать о том, как быть дальше.

Я прекрасно понимала, что решение надо принимать на нейтральной территории. Скажу, что земли отходят клану Серебряного риса – зло затаят Алые молнии. Отдам Алым молниям – Серебряный рис не простит. Если окажется, что первые приукрасили ситуацию, то потакать нельзя. Если потеряли страх вторые, то тоже нельзя закрывать на это глаза.

Я тяжело вздохнула. Голова просто идёт кругом. Надо найти решение, которое обезопасит меня, но при этом даст обоим кланам понять, что со мной надо считаться.

Ла-гуа пощекотал меня лепестком за ухом.

– Сойлинг, ты меня вообще слышишь?

– А? Что? – встрепенулась я.

Пока Тийа ехала вместе с кучером, я оставалась наедине с собой, поэтому запросто могла тихонько говорить с лотосом.

– Я говорю, что ты там собираешься делать? Ведь это же вотчина Пайтун. Неужто не попытаешься узнать что-то полезное?

– В плане, какое нижнее бельё она носит?

Ла-гуа засопел. Кажется, будь возможность, он бы отвесил мне подзатыльник. Однако физические возможности не позволяли лупить бестолковых императриц, поэтому приходилось использовать другие способы.

– Сойлинг, подумай. Вонграт в опасности. Но он был близок с Пайтун. Возможно, она знает что-нибудь полезное.

– Может, и знает, – сказала я, так как уже думала об этом. – Но я не уверена, что она согласится делиться этим со мной. Я же для неё пусть не прямой враг, но точно соперница.

– Однако если она его любит, то должна помочь, – разумно сказал Ла-гуа.

Я ничего не ответила. Кто знает, что такое эта любовь? Одно дело – любить успешного, красивого, богатого, и вообще императора. Другое – если он это всё потеряет. Истинные чувства Пайтун мне неизвестны, поэтому их стоит осторожно прощупать.

Мы остановились. Ко мне заглянула Тийа.

– Госпожа, не хотите подышать свежим воздухом? Сейчас напоят лошадей, мы двинемся дальше.

Я взяла веер и с помощью служанки вышла из кареты. Тут, кстати, для неё было какое-то заковыристое название, но мой мозг напрочь отказывался его усваивать. Поэтому я обходилась определениями попроще.

Мы остановились возле небольшого гостевого двора, находившегося на горе. Внизу расстилалась зелёная долина. Часть деревьев и кустов цвела крупными розовыми и белыми цветами, превращая долину в настоящую сказку.

Некоторое время я стояла, просто глядя вниз. Там суетились люди, занятые своими делами.

«Вот так оно и происходит, – подумала я. – У всех своя работа. Плотник занят деревом. Он не решает судьбу мира. Повар готовит обед. Его не интересует движение небесных сфер. Но ты попробуй жить без обеда и дома, который тебе построят люди, что не хватают звёзд с небес, но вполне понимают, как жить на земле».

Я невольно сжала ручку веера. В этот раз он был не складным, а того азиатского формата, который можно увидеть на гравюрах – вышитое полотно, натянутое на круглую рамку. Надо сказать, с жарой справляется неплохо.

Император – это тоже работа. Просто работа. Из того, что я буду страдать, заламывать руки и метаться в панике, ничего не выйдет. Просто надо всё делать постепенно, шажок за шажком. Не рвать волосы – это никак не повлияет на мою работоспособность.

Внезапно я осознала, что так смогу сделать гораздо больше. Не стоит бежать на Край света, чтобы спасти Вонграта. Это будет странно. Вряд ли там оценят моё появление. К тому же фразы Вонграта, которые я услышала в самом начале моего прибытия в этот мир, никак не настраивали на позитивный лад. Если в разгар боя или военного совета появится женщина, которая его раздражает, ничего хорошего не произойдёт… для женщины.

Если Вонграт не посчитает, что нужно прислушаться к моим словам, останется только сунуть его в мешок и тащить в монастырь к маменьке. Только вот сейчас я не обладаю такими силами, чтобы незаметно для всех утащить куда-то их императора. К тому же я ни разу не видела их драконью форму. Если он окажется в разы больше Чу-чу, то я смогу только бегать вокруг и орать: «Помогите!»

– Госпожа, я прикупила ароматнейшие суп и жаркое! Здесь так готовят, что можно сразу отдать сердце их повару, – сообщила подбежавшая Тийа. Её щёки пылали румянцем, глаза блестели.

Что ж, кажется, он там хорош не только в готовке.

– Может, лучше, чтобы они отдали нам повара? – предложила я.

Тийа хлопнула ресницами, растерявшись, а потом хихикнула:

– Госпожа, ну вы скажете.

Однако по взгляду, который она бросила через плечо, я поняла, что на обратном пути надо бы взглянуть на повара. Вдруг и правда пригодится в хозяйстве?

Впрочем, об этом подумаем потом, время ехать дальше.

В поместье главы Алых молний меня встретили очень достойно. Все понимали, кто приехал, значит, пустить всё на самотёк нельзя. Появился Дагран – отец Атхита и Пайтун. Мужчина уже в летах, но заметно, что в молодости был хорош собой. Его седые волосы были убраны в пучок, правая рука полностью пряталась в тёмно-синем рукаве с узором на краях.

«У него какая-то травма?» – мелькнула мысль и тут же пропала. Пялиться нельзя, задавать вопросы тоже. Запомнить стоит.

– Для нас большая честь – принимать у себя саму императрицу Исан, – произнёс Дагран. – Да будет Солнцеглаз всегда над нами и пусть он оберегает нас от всего! – Поклон достаточно низкий, поэтому не заподозришь в какой-то насмешке. – Ваше величество, мы благодарим вас за визит.

За ним стояли советники и Атхит. Последний, кстати, сейчас в чёрном, лицо без эмоций. Даже не сразу признаешь в нём того самоуверенного красавчика в зале совета. Нет, с внешностью ничего не произошло, да и побитой собачонкой не назвать, но что-то однозначно изменилось. То ли потому что тут всё держит Дагран, то ли есть другие причины.

– Приветствую вас, глава Дагран. Да пребудет небесная рука с благодатью всегда над вашим кланом. Я рада, что могу посетить вас.

– Прошу вас. – Дагран посторонился, показывая дорогу.

Слуги тут же поспешили проводить моих людей в предназначенные для них покои, в то время как мы с Даграном неторопливо шли по внутреннему двору поместья.

Говорили, можно сказать, ни о чём. Этакое расшаркивание перед важными делами. Я спрашивала про скульптуры красавиц с молниями, стоявшие у дорожки, Дагран рассказывал о мастерах прошлых лет, которые сделали эту красоту для его предков.

Надо отдать должное, поместье построено со вкусом. Я почему-то думала, что здесь будет всего чересчур, но нет, очень неплохо.

Нас завели в просторные покои. Управляющий, худенький мужчина с усами, как у водяного дракона, сообщил, что через час всё будет готово.

Я поблагодарила Даграна, сказав, что хочу немного отдохнуть после дороги. Мне снова поклонились. После чего оставили в одиночестве, чему я была бесконечно рада. Нужно немного привести себя в порядок, хоть дорога и не была тяжёлой, собрать мысли в кучу, и потом явиться благоухающей розой.

– Сегодня будут втирать нам очки, – заявил Ла-гуа, которого пришлось побрызгать золотым лаком, чтобы мимикрировал под остальные украшения. Для тысячелетнего лотоса это было безвредно, поэтому я не переживала.

– Откуда ты знаешь такое выражение? – безмерно удивилась я.

– Просто я хорошо развит, – ни капли не смутился Ла-гуа.

Вряд ли тут дело в какой-то развитости, но мне крайне интересно, откуда он берёт до ужаса родные мне обороты?

Я сняла Ла-гуа и положила на стол возле зеркала. Комнаты и правда были роскошными, что-то Алые молнии перестарались. Сюда можно привести Киета с десяточком его бравых парней, и никто не заподозрит наличие лишних людей.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, глядя на своё отражение.

Надо позвать Тийю, она прекрасно справляется с ролью визажиста. Жаль только, что улыбку она мне не нарисует, придётся справляться самой.

– Ты же видела этого деда. – Ла-гуа подполз ближе и тоже принялся прихорашиваться. Вообще, первый раз вижу, как цветок корнем расправляет лепестки. Хорошо, хоть украшений не просит. – Весь такой благочестивый, аж тьфу. Будут кормить, развлекать. Явно выйдут танцовщицы, музыканты, все дела. Постараются, скорее всего, предложить взятку. Но так, мягко, завуалированно.

– И чем же Алые молнии могут соблазнить императрицу? – полюбопытствовала я.

– Ну, смотри… – Ла-гуа задумался. – Это второй по мощи клан в Исан. Поддержка клана Золотых драконов как финансовая, так и военная. Союз.

– Думаешь, им это выгодно?

– Почему нет? – Если б мог, он бы пожал плечами. – Дагран много видел и знает. Он не дурак. Поэтому, поняв, что не вышло закрепиться у Вонграта через дочь, скорее всего, будет действовать через сына.

Я сложила руки на груди и нахмурилась:

– Думаешь, попытаются навязать его мне в фавориты?

– Ну зачем так грубо? – хихикнул Ла-гуа. – Думаю, пойдут другим путём. Уже поняли, что ты не согласна принимать все решения совета. Значит, с тобой надо разговаривать, как с равным партнёром, языком договорённости.

Некоторое время я молчала, обдумывая сказанное. Кто бы мог подумать, что такие темы я буду обсуждать с говорящим цветком? Но вот нюанс – цветок указывает на толковые вещи, поэтому надо прислушиваться.

Если так всё и повернётся, это будет однозначно интересно.

Внезапно за моим окном раздались чьи-то голоса. Мы с Ла-гуа переглянулись. Я быстро вскочила со стула, так как это было крайне неудобное место. Если вдруг придётся давать отпор, то нужно пространство.

Голоса стали громче. Женский и мужской.

Я по стеночке подкралась к окну и замерла, стараясь не дышать. Поначалу было ничего не разобрать, но потом осознание пришло само. Свет мой Солнцеглаз, это же Пайтун и Атхит! При этом она явно чем-то сильно опечалена.

– Понимаешь, от него нет вестей. Последний раз письмо пришло только после отбытия на Край света.

– Сестра, возьми себя в руки. Думаешь, есть время на… – Атхит умолк, словно не хотел этого говорить. – Пайтун, скорее всего, ему действительно сейчас не продохнуть. Мы были в боях. О любимой можно думать, но никак не писать.