Дитя для двух королей

Глава 13

*Давир Эберон*

Бездна!

Я стоял, с трудом удерживая дегру. Она неистовствовала, наполняла собой все живое вокруг. Отравляла. И нельзя шевельнуться, толком вздохнуть, иначе взорвусь. Точно наделаю глупостей.

Перила трещали под руками. Я смотрел на снующих на первом этаже таверны людей и видел лишь точки, которыми можно управлять. Всего одно начертание, и они станут моими куклами. Именно этого желала дегра. Подчинить, побаловаться, найти выход.

Аделар не изменял своим привычкам. Умел выводить из себя. Осквернял все на своем пути, без раздумий уничтожал все самое светлое, что ему попадалось. Испортил мою леди, мою женщину!

Стало хуже. Ладони обожгло болью от впившихся в них щепок. Разломал все-таки!

Бездна! Не справлялся!

Я обернулся на дверь, за которой осталась Наталья и отступил. Стряхнул щепки, не обратил внимания на кровь. Позвал своих воинов, приказал доставить ее в Хавьес и ушел сам.

Не мог находиться поблизости. Злился. Слишком злился, чтобы случайно не… испугать ее своим видом.

Аделар! Только попадись мне на глаза, ублюдок. Ты не сможешь унести от меня ноги.

Дегра не утихала. Она сама вилась вокруг, прикасалась ко всему живому. Я даже не мог взобраться на коня и ускакать, потому как тот долго не продержится, испустит дух.

Шел. Только вперед, не разбирая дороги. Лишь бы подальше от людей, потому что рядом со мной они находились в опасности.

Огромная сила накладывала ограничения. И вот мое – я монстр во плоти!

А Наталья, это нежное создания, как я мог подумать, что смогу оставить ее рядом? Ей не место со мной, на что надеялся? Она уже сделала выбор, позволив нанести на себя вторую метку. И ведь могу запереть, спрятать ото всех, но что получу взамен? Смогу ли справиться с чувствами к другому?

Я ничего не видел. Перед глазами было темно. Хотелось кричать, и я кричал. Орал подбитым зверем, не в состоянии вытерпеть разливающуюся внутри боль. Знал же, что нужно отправиться за ней самому, невзирая ни на какую угрозу – мою дегру очень легко распознать, слишком сильная, неповторимая. Следовало пробиваться к ней с боем, потроша каждого человека Аделара.

Моя леди, но теперь не моя женщина.

Бездна!

Я упал на колени, снова закричал. Оглушающе, громко, истошно. Просто выплескивал боль, злость, дегру, отдавал себя, разрывал себя.

Моя ведь… была моя! Пару дней всего, но успел в это поверить.

Да, знал, где она находилась, не сомневался, что Аделар прикоснется к ней, даже как-то справился с ревностью, но чтобы метка, чтобы совсем без боли…

Уже полюбила?!

Крик, больше похожий на вой.

Стон.

Хрип.

Я шатался. Сгребал ногтями землю, траву, теперь чувствовал опустошение.

В голову закрадывались самые разные мысли от «убить Аделара и присвоить Наталью себе» до «отпустить и не мешать ее счастью». А ведь она сама сказала, что уйдет. Уже тогда знала?

И еще эти слова, что из другого мира… Значит, я не ошибся: в день нашей встречи она говорила о себе.

– Мой повелитель, – раздалось рядом, когда тишина уже не отдавала звоном, а внутри перестало трещать от разрывающейся ткани души, – я привел вашего коня.

– Хорошо, – прохрипел я и даже поднялся.

Затишье в груди, вожделенное безразличие. Ненадолго, знаю. Лишь потому, что дегра ушла и пока успокоилась.

Взобрался на коня, направил его в Хавьес, где находилось достаточно защищенное поместье моей родной матери. Понимал, что Аделар не оставит пропажу своей избранницы… моей избранницы, вообще-то!

Бездна, снова появилась злость.

Не думать, просто ехать!

Я отпустил мысли. Несся вперед, поторапливал коня. Добрался в поместье лишь к обеду следующего дня. Знал, что она уже там. Хотел и не хотел видеть.

Но ведь нужно поговорить, прояснить ситуацию. Пусть расскажет, а я… выслушаю?

Да не хочу я слушать, не могу! Стоит лишь подумать, что она сама согласилась на метку, отдала ему свое сердце, дегра сразу закипала внутри.

А потому пришлось снова уходить, прятаться. Переждать у подземного озера, высвободить эмоции и вернуть блаженную пустоту.

Так правильнее, привычнее.

– Мой повелитель, – встретил меня дворецкий, стоило вернуться в поместье. – Мой повелитель, вам срочное послание с границ.

– Уже? – мысленно усмехнулся я. – Какой быстрый. Не терпится встретиться?

Встретимся, Аделар, как без этого? Но не сейчас. Сейчас я разорву тебя в клочья и не моргну глазом. А я предпочитаю «общаться» с ясным умом и во вменяемом состоянии.

Потому прорывайся пока, ищи… мне же нужно пообщаться с твоей… бездна, с моей избранницей!

Наталья.

Она сидела на софе, подтянув ноги к груди, и смотрела в окно. Казалась искусно нарисованной картиной, ненастоящей. Настоящие не могут быть столь восхитительны.

Повернула ко мне голову. Поджала губы, демонстративно вернулась к своему несомненно увлекательному занятию.

– Вот что пока удалось узнать, – протянул я ей бумаги с ценными сведениями.

– Это что?

– Это крупицы информации о завесе и других мирах. Во время вашего отсутствия, чтобы не сорваться самому, потому как это приравнивалось к самоубийству, я и мои люди занялись поисками.

– Так вы мне поверили? – оживилась девушка и даже спустила ноги на пол.

Всунула их в домашние туфельки, поднялась и шагнула навстречу. Я отступил. На ее лице отразилась смесь эмоций: боль, понимание, даже обида.

– Поверили? – прочистив горло, переспросила она и взяла бумаги.

– Принял к сведению.

Я сделал еще один шаг назад, чувствуя, что дегра уже вьется по венам, подступает к груди. А ведь высвободился перед приходом. Мое движение не осталось незамеченным. Ресницы девушки затрепетали. Показалось даже, что глаза блеснули влагой, однако она усердно принялась изучать бумаги.

– Погодите, это все? Только идеи, высказывания нескольких людей?

– Про пространственный тоннель на второй странице, – сказал я, снова отступив.

А ведь считал себя сдержанным, уравновешенным. Что теперь? Что сделал со мной псих с арис?

– Вы так отходите, будто боитесь, что я наброшусь на вас, – с плохо скрываемой горечью в голосе произнесла Наталья. – Не беспокойтесь за свою честь, повелитель.

– За это я беспокоюсь меньше всего, моя леди.

Она моментально подняла глаза. В них блеснули маленькие искорки надежды. Она даже сократила между нами расстояние и потянулась ко мне двумя руками, будто нуждалась, сама хотела. Но я отступил.

– Лучше не подходите.

– Брезгуете?

– Нет. Я вполне понимаю, как действует арис на людей и потому не могу вас винить в том, что вы были с другим. Ведь были?

Наталья поджала губы, неопределенно дернула плечами, явно не желая выдавать подобные откровения. Но в чем смысл? Лучше бы не признавалась, что от метки шел холод!

Бездна!

Я отвернулся. Внутри все вскипело. Рванул прочь из комнаты и остановился у первой попавшейся стены. Уперся в нее руками. Поскреб по ней ногтями и острыми перстнями, чтобы этот противный звук отвлек. Лишь бы не думать, не сейчас, когда следовало быть спокойным и просто закончить разговор. Нам нужно выяснить ситуацию и обсудить…

Ее шаги я почувствовал мгновенно. Не услышал, нет. Легкая поступь, осторожное приближение. Дегра колыхалась от малейшего движения девушки, обволакивала, принимала. Уже разливалась по гостевой комнате, заполняла каждый уголок, отравляла любую живность, но не ее. На нее никогда не действовала.

– Не подходите! – сквозь стиснутые зубы прорычал я. – Прошу, это важно!

– Давир, – тихо, с искоркой надежды.

Словно светлый лучик, пробивающийся в мой темный мир. И его скоро не станет. Ничего не станет.

– Прочь! – проревел я, не в состоянии сдержаться.

Дегра рванула во все стороны, ударила по ней, вывернула мебель, хотя редко воздействовала на материальное. Но сейчас ей было плохо, как и мне. Ведь она и есть я.

Осторожное прикосновение к спине. Наталья быстро приблизилась, обняла меня сзади, прижалась щекой. Явно не собиралась слушать приказы и предостережения.

– Я совсем немного, пожалуйста. Чуть-чуть так постою и уйду. Не прогоняйте. Знаю, с моей стороны это эгоистично на что-то надеяться, но просто вы такой… надежный, что ли. Мне с вами очень хорошо, спокойно. Наверное, это снова действие метки.

– Метка тут не при чем, я ее не подпитывал, – попытался убрать я тонкие руки, но Наталья вцепилась сильнее, стала еще ближе, плотнее ко мне.

– Тогда пусть это будет мое, я не против.

– Моя леди, прошу, уходите, – было тяжело говорить, даже просто думать.

Легкие горели от гнева. Все тело звенело от напряжения. А я смотрел на сцепленные на моем животе руки и не мог к ним прикоснуться. Казалось, сломаю, сделаю больно, и тогда она точно меня возненавидит.

А разве это важно? Какая разница, когда она уже отдала свое сердце другому?

– Почему вы до сих пор называете меня так? Я думала, что после моего откровения вы… – голос девушки надломился, я сцепил зубы.

– Идите прочь! – вновь сорвался я на крик и даже повернул голову.

Она увидела… Глаза пораженно округлились.

– Давир?

Я отстранился, двинулся к двери, но Наталья бросилась мне наперерез, загородила собой проход. И смотрела так…

Пришлось отойти, снова отвернуться. Но она обежала меня вокруг, поднырнул под мою руку и прижалась спиной к стене.

– Это… – начала она, потянувшись к моей щеке.

Я снова решил отойти, спрятаться, скрыться. Но она обхватила мое лицо ладонями, настойчиво заглянула в глаза и даже улыбнулась. Улыбнулась!

– Пожалуйста, не надо.

– Бегите от меня, – прорычал я. – Сейчас, пока отпускаю. Бегите к нему, иначе потом не смогу.

– Ни к нему и ни к кому другому из мужчин, мой повелитель. Если и побегу, то к своей сестре. Она болеет, ее спасать нужно.

Откуда ты взялась на мою голову? Почему такая светлая, чистая?

Ее пальчики прошлись по моей щеке, где бугрились налитые алым вены. Застыли возле глаз, полностью заполненных сейчас дегрой.

– Смотрится…

– Жутко.

– Нет, завораживающе, – улыбнулась она. – И да, немного жутковато, вы правы. Можно?

– Смотря что вы просите, – все еще хрипел я, не понимая, что вообще происходит.

Почему не убегала от меня с воплем, зачем гладила щеки, рассматривала, будто любуясь. Я ведь ужасен. Отвратителен!

– Поцелуй. Мне кажется, что он вам очень нужен.

– Мне нужно побыть одному.

– Я не отпущу вас, – замотала Наталья головой и прижалась ко мне грудью. – Не сейчас. Прошу, позвольте вам помочь. Это больно?

– Терпимо, – выдавил я сквозь зубы, до сих пор желая оттолкнуть и уйти.

Пусть не смотрит. Я сам себе не нравлюсь таким. В обычном состоянии не то чтобы верх очарования, но теперь внешне особенно неприятен.

Она встала на носочки, провела пальчиками по моей щеке, коснулась в опасливом поцелуе моих губ.

– Я рядом, Давир, – прошептала она, будто освещая меня тем самым светом, ставшим ярче. – Я не хочу убегать от тебя. А вторая метка…

Я рванул назад, но она подбежала следом, обвив руками мои плечи.

– О ней придется поговорить. Обо всем, да? Вы же сообразительный мужчина, собственник, такой нежный, надежный. Я все понимаю, это больно узнать, что женщина, которую вы выбрали себе в любовницы, вдруг оказалась с другим, позволила… Нет-нет, не надо убирать мои руки! Да что вы как маленький, а? Я думала, будете умнее, не настолько импульсивны, как Аделар, не станете вымещать на мне злость!

– Он вымещал на вас злость?! – вернулся я к ней и даже встряхнул за плечи.

– Да, когда увидел вашу метку.

Дегра вспыхнула с новой силой. Я почувствовал, как побежала вместе с кровью, заискрилась на кончике косы, появилась уже на запястьях. Заполнила воздух, стала гуще, плотнее. И Наталья, словно единственное, к чему она не могла прикоснуться, разгоняла ее.

Убирала мои руки, снова обнимала меня за шею, целовала в губы. Шептала неразборчиво, в то время как у меня от гнева звенело в ушах. Как я еще держался? Почему не сорвался с места и не ринулся к психу, чтобы показать, что моя женщина неприкосновенна.

– Давир, – прорывалось сквозь всю эту толщу бешеной ярости, от которой меня потряхивало. – Давир, тише. Я здесь, с вами. Обнимите меня. Я соскучилась. Давир, слышите? Боги, да что же это такое? Давир, пожалуйста. Давир! – вдруг закричала она. – Я понимаю, что стала вам после случившегося неинтересна, но прошу, возьмите себя в руки. Вы моя единственная надежда. Я хочу домой! Я хочу вернуться в свой мир и забыть о вас и о нем, вы это понимаете? Вот только не смогу забыть, потому что вы слишком хороший.

Я невольно хохотнул. Не слишком подходящее опиеделение…

– Не верите? Заботливый, ласковый, нежный. Вы самый лучший мужчина из всех, кого я знала. Нет, понимаю, что это громкое заявление, потому что не так уж много я их и знала. Но из них вы на высшем уровне, поверьте мне. Хотя зачем я это вам говорю? Глупости, правда? Само вырывается. Что-то я разволновалась. Давир? Мне страшно, когда вы смотрите в никуда, будто находитесь не со мной, а где-то очень далеко. Вернитесь, а? Это все дегра, да? Давир, вы горите! Что же делать? Подскажите, кого позвать, как это убрать. Ой, она везде! Уже не только на щеках, по всему телу!

Холодные ладошки прикосновением бабочки скользили по моему телу то тут, то там. Наталья усадила меня в кресло. Щебетала. Требовала что-то, кричала, шептала. А я…

Я смотрел на нее. Возбужденная, взволнованная, красивая. Она продолжала светить и согревать, хотя мне не было холодно.

Зато было ясно и хорошо. Не выбрала… а если и так, то не окончательно. У меня есть шанс. Возможно, смогу заполучить ее себе. Главное, не позволить второй метке зажить, иначе моей женщине придется худо.

– Нет, – сказал я, едва она собралась побежать к двери и позвать на помощь.

– Что? – обернулась она.

Я протянул руку. Дождался, пока вложит свою, усадил себе на колени, зарылся носом в густые волосы и прикрыл глаза. Дышал. Горел. И грелся…

– Давир, вы очень горячий. Это ненормально. Я волнуюсь.

– М-угу, – промычал я, прижимая ее плотнее к себе.

– Давир, я могу чем-то помочь?

Пришлось отрицательно покачать головой. Ты уже помогала!

Она вздохнула, прошлась пальчиками по моим волосам, обняла одной рукой. Долго сидела, не шевелилась. Словно боялась нарушить едва воцарившееся в комнате спокойствие. Будто опасалась, что я снова взорвусь и оттолкну. В какой-то момент взяла кончик моей косы, поигралась с ним, не подозревая, насколько это интимно. Хмыкнула, не отпустила, уселась поудобнее и даже положила на меня голову.

Моя ведь, моя! К чему сомнения? Сгрести это податливое тело, унести, запереть, закрыть. Моя! Никому не отдам.

Я упивался ее неповторимым запахом. Грелся. Сам остывал. Не понимал, откуда свалилось на меня это хрупкое чудо.

А все остальное – пустяк, справимся. Главное, что не оттолкнула, вернулась. Да, ее привезли, выкрали мои люди, но ведь я дал возможность уйти. Если бы всецело выбрала его, то не осталась бы, не говорила всех этих глупостей. И не метка тому виной, она почти пуста.

Моя. Моя леди, моя женщина! Только моя, без обсуждений. А второй… нет его, скоро не будет. Я постараюсь. Только я, лишь я, без обсуждений.

Наталья спала. Тихо сопела мне в шею, хваталась за меня. Была такой маленькой, нежной. Бесстрашной!

Не побоялась, взглянула мне в глаза. Да на такое в приступе моей ярости не каждый осмелится. Возможно, просто не знала всей сути этого приступа, не догадывалась, насколько опасен в такой момент. Пришла, сама обняла.

Моя женщина…

Так приятно было понимать, что моя. Единственная, неповторимая. Особенная очень. Со своими тайнами, прошлым. Но ведь у нас впереди много времени. Все разрешим, со всем справимся. И с завесой, и с психом. Но не отдам, не отпущу, пусть не думает.

Да, правильно поняла, собственник. Не считаю, что плохо. И делиться не стану. Да и не с кем делиться. Со смертником?!

На губах заиграла кровожадная улыбка. Я перенес Наталью на кровать, накрыл одеялом, лег рядом.

Грелся…