Броненосное танго

Глава 18

Битва при Кроссе.

Наконец-то, корабли противника начали выходить из гавани порта Драйс. А мы тем временем уже поджидали их за грядой островов архипелага Кросс. Моя идея с нашими агентами в городе, захваченном врагами, сработала на отлично. Впрочем, если учесть, что местные вояки тут еще непуганые. Не знают они, что такое правильная разведка и шпионаж. Поэтому никак такому явлению противостоять не могут. Поэтому наши разведчики легко проникли в Драйс, пройдя ночью между отдельными полевыми бастионами реарцев, которыми они окружили город.

Как и говорил наш командующий флотом, вокруг города, действительно, не было сплошной линии фронта. Не доросли еще местные военные до такой продвинутой тактики. Они же тут до сих пор еще воюют, как на параде маршируют. Двигаются на поле боя плотными батальонными и полковыми коробками или густыми колоннами. Пулям и ядрам не кланяются. Артиллерию массированно использовать не умеют. В окопы и блиндажи не прячутся от артиллерийского обстрела. В общем, планета непуганых идиотов. Я, примерно так прикинул и понял, что здесь пока еще сухопутная военная тактика где-то на уровне Наполеоновских войн находится. А ведь в мире уже появилась дальнобойная артиллерия и скорострельное оружие, заряжаемое с казенной части. Но пока генералы к ним лишь присматриваются. Предпочитая ходить в бой красивым и ровным строем. Я тут реально так офигел, когда увидел тренировку вестральских солдат. И ведь реально учат в бою в ногу шагать и держать равнение в шеренгах. И медленно топать по полю боя в полный рост под огнем противника. Бр-р-р! Это просто сюр какой-то?

Но вернемся к нашим разведчикам. Конечно, это не были профессиональные разведчики. Нет здесь пока таких. Просто для этого опасного дела среди наших морских пехотинцев подобрали троих людей, которые раньше служили в Тамарских рейнджерах. Поэтому эти кадры могли тихо и незаметно ходить по дикой местности. И больше других подходили для скрытного проникновения в занятый реарцами город. В Драйсе наши вынужденные разведчики нашли тех самых патриотов Вестралии. Адрес которых им сообщили. Это были богатые горожане, о которых мне говорил Рик мел Шойцер. Его друзья, симпатизирующие нашей борьбе за независимость Вестралии от Реарской империи. Они с радостью согласились помочь вестральскому флоту.

И начали активно искать информацию о выходе из порта вражеского морского конвоя. К нашему счастью реарцы совершенно не умели хранить военную тайну. И довольно легко выбалтывали секретные сведения нашим агентам. Там им даже как-то особо и извращаться не пришлось. Тупо напоили нескольких моряков и морских офицеров реарского флота. И те добровольно все рассказали своим вестральским собутыльникам. В общем, болтун — находка для шпиона! Эта советская, поговорка была также актуальна и здесь в этом мире Церенталь.

Вот так из-за болтливости нескольких пьяниц мы узнали точную дату и время выхода реарского морского конвоя назад в метрополию. Кстати, назад транспорты конвоя шли не порожняком. Если сюда в Драйс они привезли из Реарской империи еще войска и разные полезные для армии припасы. То отсюда уже вывозили награбленные, колониальные товары. Сахар, хлопок, кофе, каучук и ценные породы дерева. И еще те корабли противника везли на борту раненых реарских солдат. Которые получили серьезные ранения в сражениях за Драйс и Рифолк. В общем, узнав о дате выхода реарского конвоя, наши агенты в городе Драйсе отправили попугая с письмом в Рифолк. В том письме они подробно изложили все, что смогли узнать. И к назначенному дню наш флот тихо вышел из гавани Рифолка, где до этого момента и стоял на якорях.

После чего мы скрытно проследовали вдоль побережья на север. И вскоре вышли к архипелагу Кросс. Где и спрятали свои корабли за островами. При этом последнюю часть пути наш флот прошел, затушив котлы и распустив паруса. Это было сделано специально, чтобы не насторожить врагов видом дымов из труб наших паровых машин на горизонте. Ведь корабль, идущий по морю только под парусами, дымить по определению не сможет. В общем, мы затаились в засаде поджидая своих жертв. Которые отправились в это морское путешествие через океан и ни о чем не подозревали.

Еще мы отправили наблюдателей на самую высокую гору одного из островов, за которыми мы прятали свои корабли. Он имел неплохую подзорную трубу и прекрасно разглядел, когда в порту началась суета. А вражеские корабли стали выходить в море. О чем тот наблюдатель потом и сообщил нам при помощи флажных сигналов. Такая подача сигналов при помощи небольших флажков, которыми человек размахивает в определенном ритме, здесь применяется на многих флотах этого мира, между прочим. Поэтому и на вестральском флоте те флажные сигналы также используют для передачи информации с одного корабля на другой. Или с берега на корабль как это и было сделано в нашем случае.

Стоит сказать, что реарский конвой выползал из гавани порта Драйса довольно долго. Ну, еще бы! Ведь выход в открытое море там был один и довольно узкий. Поэтому реарским кораблям приходилось выходить из порта по очереди. Пока все они выползли из гавани, пока собрались, пока выстроились для начала движения, пока двинулись в путь. Мы же тем временем смогли приготовиться к бою и развели огонь в кочегарках наших машинных отделений. Правда, пары в котлах пока сильно не поднимали, чтобы дым из труб не выдал наше положение врагам раньше времени. Но при таком режиме паровые машины могут очень быстро дать полный ход. И вот тогда они начнут дымить на всю округу.

Наконец-то, наш наблюдатель на острове подал знак, что противник построился и начал движение в нашу сторону. Уф, похоже, что мы правильно угадали с местом засады. Ведь в окрестностях порта Драйса на море имеется довольно много разных отмелей и подводных скал. Сложная тут система для навигации и плавания в этих водах. И если ты ее не знаешь, то лучше не рисковать и двигаться по наиболее безопасному маршруту мимо этих самых островов архипелага Кросс. Где глубины моря довольно большие. А мелей и подводных скал не очень много в наличии имеется. В общем, именно тут был самый безопасный путь для того вражеского морского конвоя. И мы на это делали свою ставку. Когда решали, где наш флот станет их поджидать в засаде. Мы предположили, что реарцы пойдут именно здесь. И не ошиблись в наших расчётах. Слишком уж много в том конвое было кораблей. Чтобы из можно было безопасно провести через отмели и скалы по другим маршрутам. И вот теперь враги на полной скорости шли к нам прямо в лапы. Теперь осталось только их изловить и уничтожить. Дальше все зависеть будет только от нас, наших кораблей и нашего боевого мастерства.

Наконец-то, долгое ожидание закончено. Над флагманским линкором Рика мел Шойцера взвились несколько разноцветных флагов на мачтах. Это был закодированный сигнал на выдвижение. Наш командующий приказывал флоту выступать. Как там этот старый гранд-адмирал говорил? Пора надрать реарцам их заносчивые, аристократические задницы! Тут я полностью согласен с ним. Время для этого настало. И мы снова идем в бой!

По моей команде «Красный принц» начинает двигаться вперед, разгоняемый паровой машиной, выходящей на полную мощность. За ним следует на удалении наш корвет «Рейнджер». Там сейчас находятся помимо моряков команды корвета еще и увеличенное количество наших морских пехотинцев. Ведь именно они потом должны будут захватывать и держать под контролем наши призы. Те самые корабли реарцев, что сегодня мы заставим сдаться в плен. Я чувствую, что в предстоящей морской битве у нас много таких призов будет. Реарский конвой то довольно большой.

Вестральский флот грозно и неумолимо выдвигался из-за островов архипелага Кросс. Теперь мы перестали прятаться. И трубы наших паровых машин выбрасывают в атмосферу этой планеты густые клубы совершенно неэкологичного дыма. Да уж! На Земле нас бы давно оштрафовали какой-нибудь придурошный Гринпис или какая-нибудь Европейская Экологическая Комиссия. Я то помню, как там все эти евробюрократы и зеленые политики возмущались по поводу вредных выбросов в атмосферу, пытаясь обложить их высокими налогами. И там за такой вот дым до небес пришлось бы владельцу судна платить огромный штраф.

Ну, а здесь пока время Гринписа еще не пришло. Нет тут пока еще таких идиотских организаций. Почему идиотских? Так по-моему даже ежу на планете Земля понятно, что Гринпис работает по заказу мировых финансовых воротил. Они его создали и продолжают финансировать. И эта лживая организация как цепная собака набрасывается на конкурентов своих богатеньких спонсоров, прикрываясь красивыми лозунгами по защите природы и окружающей среды. Тьфу, такими быть! Шкуры продажные! Но как я уже сказал, мы здесь пока можем не бояться, что нас кто-то оштрафует за наш через чур густой дым, идущий из трубы броненосца «Красный принц».

Торжественный выход из-за островов нашего флота явно застал реарцев врасплох. Не ожидали такой подлянки корабли, идущие в том вражеском конвое. Поэтому среди них возникла путаница и неразбериха. И пока они там разбирались и перестраивались для боя, мы уже успели приблизиться. Впрочем, надо отдать врагам должное. Выучка их военных моряков была на высоте. И они все же успели выстроиться в боевую колонну, чтобы встретить нас во всеоружии. Реарские военные корабли были построены следующим образом. Впереди следовал сто тридцати пушечный линейный корабль «Разрушитель», над которым гордо развивался флагманский стяг. За ним в кильватере шел линкор «Император Лимус Шестой» на сто двадцать три пушки. Затем двигался линейный корабль «Ярость империи» со ста четырнадцатью пушками на борту. После него шел сто шести пушечный линкор «Меченосец». И замыкал линкорный ряд девяносто шести пушечный линейный корабль «Решительный». За линкорами в той же колонне шли вражеские винтовые фрегаты. Впереди шестидесяти двух пушечный «Принц Альбер». За ним шестидесяти пушечный «Посланец». После которого шел в кильватере фрегат «Зачинщик» на пятьдесят шесть пушек. Затем следовал пятидесяти двух пушечный «Полководец». За которым шел сорока восьми пушечный «Гонфолк». И замыкал эту колонну противника сорока четырех пушечный «Шуфолк».

Наш флот выстроился для сражения следующим образом. Все деревянные большие корабли шли одной боевой колонной, возглавляемой линкором «Конституция». Который и был флагманом гранд-адмирала Рика мел Шойцера. За «Конституцией» шел вестральский линейный корабль «Независимость». Этот бывший реарский девяносто восьми пушечный линкор некогда носил имя «Адмирал Фаритар». Но теперь он вошел в состав вестральского флота под новым пафосным названием. За нашими линкорами рассекал волну винтовой фрегат «Рассвет». Тот самый, что командующий нашим флотом одолжил у меня на время этого сражения. Затем шел парохода-фрегат «Керал» с сорока пушками на борту. И парохода-фрегат «Волк» на тридцать восемь пушек.

Чем отличаются винтовые фрегаты от парохода-фрегатов? А все просто. Винтовые корабли используют подводный винт на корме для движения по воде. А вот у парохода-фрегатов на бортах в районе ватерлинии имелись специальные гребные колеса с лопастями из дерева. Которые при вращении и двигали корабль по воде. Из-за чего обычно количество пушек у парохода-фрегатов было меньше чем у их винтовых и парусных собратьев. Да, и те большие гребные колеса были более уязвимы для вражеского артиллерийского огня чем подводные винты. В общем, на данный момент такие вот корабли с колесными движителями считались уже устаревшими. И все военные флоты цивилизованных стран стремились переходить на винтовые корабли.

Вторая колонна наших кораблей, считавшаяся вспомогательной, состояла из трех корветов и одного шлюпа. И она держалась позади боевой колонны на удалении. Обычно такие мелкие корабли в основной перестрелке не участвовали. И им в сражении отводилась роль поддержки. Они должны были добивать уже серьезно поврежденные корабли противника. И захватывать сдающиеся в плен суда врага. Поэтому их обычно в одну линию вместе с линкорами и фрегатами не ставили здесь. Слишком уж они были маленькие и хрупкие. Ведь обычно хватало одного полновесного бортового залпа даже фрегата, чтобы пустить на дно или серьезно разбить тот же корвет. Ну, а про шлюп и вообще говорить не стоит. Это просто несерьезная мелочь, пригодная только для несения патрульной службы и разведки. На шлюпах ведь обычно не более десяти пушек мелкого калибра ставили. В общем, несерьезно как-то на фоне многопушечных линкоров и фрегатов.

Кстати, враги тоже в этом бою свою боевую мелочь держали в тылу на охране реарских транспортов. Все четыре корвета и два шлюпа противника находились рядом с грузовыми судами и вперед не лезли. Может быть враги боялись, что наша мелочь решит проскользнуть и напасть на транспорты под шумок, пока большие корабли будут мериться своими длинными…стволами? Хе, хе! А что? Я вот тоже подобного варианта не исключал. Ведь с теми вражескими транспортами легко и быстро справится даже десяти пушечный шлюп, не говоря уже о двадцати пушечном корвете. Ведь реарские торговые пароходы и клиперы совершенно не имеют пушек на борту. А значит, беззащитны против любого вооруженного корабля.

И нельзя забывать о моем броненосце. «Красный принц» согласно моей задумке в общей боевой колонне вестральского флота не находился. А шел в это время правее нее на удалении в две тысячи метров от нашего флагманского линкора «Конституция». За нами на удалении в три тысячи метров следовал наш винтовой корвет «Рейнджер». Вот такая была диспозиция на начало этого морского сражения при архипелаге Кросс.

Первым сражение начал мой «Красный принц». Так как именно на нем сейчас стояли самые дальнобойные орудия нашего флота. Поэтому когда вражеский флагманский линкор приблизился, на дистанцию в три тысячи пятьсот метров. То обе наши башенные установки открыли по нему огонь своими трехсот пяти миллиметровыми фугасными снарядами. Уже ожидаемо с первых выстрелов мы, конечно же, никуда не попали. На подобных расстояниях это сделать довольно сложно. Орудия то здесь еще пока слишком примитивные. Поэтому сначала следуют пристрелочные выстрелы. А уже потом начинаются попадания по цели. Тем более, что огромные линейные корабли были довольно заметными целями. И поэтому обычно по ним моим артиллеристам удавалось пристреляться довольно быстро. Вот и в этот раз они не подвели. И уже с третьего снаряда стали попадать по цели.

Седьмой снаряд, выпущенный из носовой башни «Красного принца», стал роковым для вражеского флагмана. Он пробил его толстый деревянный борт и разорвался в кочегарке. Я наблюдал в это время в свою подзорную трубу, как из дыры в корпусе этого линейного корабля Реарской империи вырвался большой столб раскаленного пара вперемешку с пороховым дымом. После чего «Разрушитель» начал очень быстро терять ход. Видимо, была повреждена его паровая машина. И этим не преминул воспользоваться наш командующий флотом. Линейный корабль «Конституция» под флагом гранд-адмирала Рика мел Шойцера к этому моменту уже подошел к противнику на дистанцию стрельбы своих бортовых пушек. Поэтому сначала он разрядил в «Разрушителя» орудия своего правого борта.

Затем успел перезарядиться и, подойдя к реарскому флагманскому линкору почти вплотную, осыпал его палубы градом картечи из своих пушек. После чего гранд-адмирал Рик мел Шойцер приказал идти на абордаж. И два флагманских линейных корабля сошлись борт к борту. И там началась рукопашная схватка. А я надеялся, что те наши револьверы и карабины, что флот в последнее время довольно массово закупал у нас. Сейчас помогут нашим морячкам одолеть команду реарского флагмана. Ведь тот же револьвер с шестью зарядами в барабане дает в бою большое преимущество. Особенно если у твоего противника есть только однозарядные ружья и пистолеты. Один выстрел против шести — это очень крутое преимущество.

Так как бравый гранд-адмирал Шойцер выпал из управления этим морским сражением. То командование довольно быстро принял на себя вестральский флаг-адмирал Робер мел Нойс, который держал свой флаг на линейном корабле «Независимость». Именно этот корабль сейчас и возглавил боевую колонну вестральского флота. И повел за собой все наши фрегаты. При этом они двигались на параллельном встречном курсе и левее вражеской линии линкоров и фрегатов. И соответственно вели огонь по противнику из орудий своего правого борта. Реарцы также стреляли в ответ. Правда, им пришлось при этом огибать два флагмана, сцепившихся в абордажной свалке.

Ну, а мы также не оставались безучастными зрителями и принимали самое деятельное участие в избиении реарских военных кораблей. По моей команде наши канониры башенных орудий перенесли огонь на сто двадцати трех пушечный линейный корабль «Император Лимус Шестой». Который в данный момент стал головным во вражеской колонне. По нему они тоже довольно быстро пристрелялись и начали класть один снаряд за другим в корпус этого огромного деревянного корабля. Все же опыт — это крутая штука. Опытный артиллерист — это очень ценный кадр. Особенно когда вам надо быстро поразить движущийся корабль противника. Мои были опытными. И теперь снова доказывали свое боевое мастерство, кроша на куски очередной реарский линкор. Хорошо стреляют. Точно!

Внезапно на месте «Императора Лимуса Шестого» возникает грибообразное дымное облако сильнейшего взрыва. Ух! Как будто мелкую ядерную бомбочку взорвали! Никак не привыкну к таким вот зрелищам. Когда большой и величественный военный корабль вдруг в одно мгновение исчезает во вспышке дымного взрыва. Который просто раздирает его на куски. Видимо тут имел место очередной так называемый «золотой выстрел»? Это когда снаряд попадает в какую-нибудь смертельную точку корабля, что приводит к его быстрой гибели. Например, сейчас остроносый фугасный снаряд калибра триста пять миллиметров пробил толстый борт вражеского линейного корабля, пронзил деревянную переборку и влетел в его пороховой погреб. Где и детонировал. В результате чего этот великолепный и грозный корабль Реарской империи погиб в один момент. После такого обычно бывает очень мало выживших. А ведь там на том линейном корабле служили около пяти сотен человек. Ну, а выжили при взрыве лишь единицы из них. Печально это

Но такова война. Мы этих реарцев сюда не звали. Поэтому теперь пускай не жалуются.

— Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать! — тихо прошептал я. — А кто не спрятался, то я не виноват.

Немного подумав, я все же приказал, чтобы канониры наших башенных орудий по возможности целились по верхним палубам. Нам ведь нужны трофеи, а не потопленные или взорванные корабли противника. Из-за этого я решил подойти поближе. Чтобы по реарцам могли работать не только дальнобойные пушки главного калибра «Красного принца». Но и его бортовая артиллерия. Там то пушечки поменьше калибром и не такие разрушительные. А то эти трехсот пяти миллиметровые морские орудия у нас получились чересчур мощными. И их остроносые фугасные снаряды порой наносят чрезмерно тяжелые повреждения реарским кораблям. И случайно их уничтожают. А мне такая война не нужна. Мне призы нужны. Вот понравилось мне так зарабатывать, продавая после каждого боя захваченные корабли противника. Они, между прочим, очень солидных денег стоят. Которые мне для развития моего промышленного бизнеса ой как пригодятся.

Пока мы подходили поближе, реарцы и вестральцы увлеченно перестреливались друг с другом. И наш приближающийся броненосец как-будто и не замечали. И только когда мы открыли огонь из пушек левого борта по линейному кораблю «Ярость империи». То они начали хоть как-то реагировать и даже стрелять в ответ по «Красному принцу». Правда, их обстрел нам почти никакого урона не наносил. Так как реарские ядра и бомбы были бессильны против нашей брони. Тем более, на таком значительном расстоянии. Быть может, они и стали более эффективными? Если бы стрельба велась на более близкой дистанции. Но я так рисковать не хотел. Поэтому реарский линкор «Ярость империи» мы расстреливали с дистанции в две тысячи триста метров. Что было вполне приемлемо для стрельбы из наших пушек калибра двести двадцать миллиметров. Но совсем не годилось для ведения огня из орудий более мелких калибров. Которые сейчас стояли на орудийных палубах того вражеского линкора.

Наши башенные орудия тоже время от времени бабахали, стараясь бить повыше, чтобы случайно не задеть борт линкора ниже ватерлинии. Наконец, очередной наш снаряд или сферическая бомба рванул в машинном отделении. После чего линейный корабль «Ярость империи» потерял ход. Затем еще одна наша бомба, начиненная черным порохом, влетела на капитанский мостик линкора, разнёсся его в щепки своим взрывом. После этого там возник пожар и паника. Ведь нет ничего страшнее пожара на деревянном корабле. Да, еще и к тому же капитана убило. Поэтому неудивительно, что вскоре там нашелся офицер. Который приказал спустить флаг, чтобы показать, что «Ярость империи» сдается. Увидев это, я удовлетворённо хмыкнул. И приказал перенести огонь на следующий в линии вражеский корабль. Итак — первый приз у нас уже имеется. Надеюсь, что они там все же смогут потушить тот пожар. А то не хотелось бы мне, чтобы этот уже мой линкор все же сгорел. Но вон к сдавшейся «Ярости империи» уже выдвинулся наш корвет «Рейнджер». Его морпехи как-раз смогут помочь потушить пожар и возьмут под контроль этот приз.

Линейный корабль реарского военно-морского флота «Меченосец» уже был довольно основательно потрепан стрельбой наших деревянных кораблей. Поэтому когда мы перенесли на него огонь, то он после нескольких попаданий внезапно вывалился из строя и начал довольно быстро уходить под воду, заваливаясь на правый борт. Хаос вас задери! Перестарались мои артиллеристы. Немного не рассчитали, увлеклись и потопили такой чудесный трофей. А ведь он мог бы быть нашим? Эх! После этого мы с большой осторожностью начали долбить по последнему реарскому линейному кораблю под названием «Решительный». Практически с ювелирной точностью и деликатностью моим канонирам удалось отстрелить ему перо руля и выбить винт. После чего этот девяносто шести пушечный линкор Реарской империи тоже спустил флаг, объявив о своей капитуляции. Кстати, ему в этом бою тоже досталось очень крепко. У «Решительного» были сбиты две мачты из трех, разбит руль, выбит винт, расстреляны две верхних орудийных батареи. И потери в экипаже тоже были очень большие.

С вражескими фрегатами нам особо постреляться и не пришлось. Так как линейный корабль «Независимость» под командованием флаг-адмирала Робера мел Нойса, взял на абордаж реарский фрегат «Принц Альбер». А наш винтовой фрегат «Рассвет» сцепился в абордажной схватке с вражеским фрегатом «Зачинщик». Остальные же реарские фрегаты не стали испытывать больше судьбу и обратились в бегство. И я их за это винить не могу. Ведь капитаны этих кораблей противника прекрасно видели, как мы разделались с их линейными кораблями. И при этом хочу вам напомнить, что фрегат значительно уступает тому же линейному кораблю по живучести и весу бортового залпа. А мы эти реарские линкоры разделали как бог черепаху. И команды реарских фрегатов все это также видели. И сделали соответствующие выводы из этого страшного зрелища.

— Бежать!!! — именно так наверное и думали те командиры реарских винтовых фрегатов.

Конечно, мы пытались их преследовать. Вот только при этом выяснилась одна досадная мелочь. Скорость у тех вражеских фрегатов оказалась довольно высокой по нынешним временам. Их паровые машины на полном ходу смогли разгоняться до четырнадцати-пятнадцати узлов. И сейчас враги выжимали все лошадиные силы из своих паровых машин, чтобы только побыстрее убраться подальше отсюда. Ну, а преследовать их смогли только «Красный принц», винтовой корвет «Рейнджер» и еще вспомогательная колонна нашей боевой мелочи. Так как парохода-фрегат «Керал» сейчас медленно тонул, погружаясь в воду. Слишком уж серьезные пробоины он получил ниже ватерлинии. И трюмные помпы этого старого вестральского корабля уже не справлялись с откачкой воды за борт. Поэтому ни о каком преследовании убегающих врагов со стороны «Керала» и речи быть не могло. Второй же наш парохода-фрегат «Волк» хоть и держался на поверхности воды. Однако, повреждения он тоже получил серьезные. Особенно сильно были повреждены его гребные колеса. Поэтому он не мог в данный момент развивать скорость более шести узлов. В общем, из него тоже еще тот преследователь получился бы. Поэтому «Волк» не бросился вдогонку за уходящими реарскими фрегатами. А подгреб к борту нашего фрегата «Рассвет», чтобы помочь ему в рукопашной схватке с командой вражеского фрегата «Зачинщик».

Вот и выходило, что преследовать отступающего в панике противника выпало нам вместе с нашей боевой мелочью, состоявшей из четырех корветов и шлюпа. Однако, это не обмануло наших убегающих в страхе противников. Я то до последнего надеялся, что капитаны тех четырех реарских фрегатов все же решатся напасть на нас. Ведь их сейчас преследовали лишь корветы и шлюп. А также какой-то непонятный корабль размером с большой фрегат. Это я о нашем «Красном принце» говорю, если вдруг кто не понял. Но вражеские капитаны на этот развод не повелись. Ведь они прекрасно рассмотрели, что именно наш броненосец и нанес реарским линкорам самые большие повреждения. А вот наши деревянные корабли их как-то серьезно разбить не смогли. Поэтому никто из реарцев не горел желанием опять сойтись в бою с нашим броненосцем.

— Да, что же это такое! — в сердцах воскликнул я, бессильно наблюдая, как те реарские фрегаты уходят от нас все дальше и дальше. — Эх, сколько призов убегает! И почему мы не можем развивать такую же скорость как они?

— Видимо потому, сэр, что наш «Красный принц» является очень тяжелым кораблем! — ответил на мой отчаянный вопль мой старший помощник фрегат-капитан Олаф мел Кортис. — И мощности нашей паровой машины не хватает, чтобы разогнать его до пятнадцати узлов, сэр!

— Да, Олаф, тут ты конечно прав! — вздохнул я, тоскливо наблюдая за удаляющимися кораблями противника. — Броня у нас, действительно, тяжелая. Но ведь без нее нам тоже никак нельзя. Если бы не она, то эти имперцы в наших бортах бы уже давно дыр наковыряли своими ядрами. А так вон только царапины и оставили после попаданий.

— Сэр, вражеский фрегат остановился! — внезапно вклинился в этот разговор крик нашего штурмана. — Скорее всего на мель налетел? Там ведь, судя по нашим лоциям, находится песчаная банка «Голова медузы».

— Действительно, остановился! — радостно воскликнул я, направив на накренившийся вражеский фрегат свою подзорную трубу. — Точно, на отмель налетел с разгону! Хорошо, что реарцы эти воды плохо знают. И тут сама природа выступила на нашей стороне. Вот и славно! Значит, этот корабль от нас уже точно никуда не денется!

И я оказался прав. Сорока четырёх пушечный винтовой фрегат «Шуфолк» крепко засел на отмели и самостоятельно освободиться из этой ловушки бы не смог. А его товарищи пошли дальше, бросив своего застрявшего собрата нам на растерзание. Мда! Со взаимовыручкой у реарцев дела совсем плохо обстоят. Враги на «Шуфолке» тоже это прекрасно поняли. Поэтому в героев играть не стали и сразу же сдались. Как только «Красный принц» подошел к ним на тысячу метров и произвел один выстрел из пушки по воде рядом с корпусом застрявшего фрегата. Так мы дали понять, что если они не сдадутся. То мы их просто расстреляем издалека. А они нам при этом даже ответить не смогут. Ведь для стрельбы из пушек реарцам необходимо развернуть свой фрегат к нам бортом. Но по понятным причинам они этого физически сделать не смогут сейчас. Они поняли всю безвыходность своего бедственного положения, поэтому быстро спустили флаг. Вот и еще один приз в нашу копилку!

Теперь надо было заняться другими призами. Вон теми грузовыми пароходами и парусниками Реарской империи. Которые вдалеке ждут не дождутся, когда же мы к ним придем. И возьмем их в плен. Когда, мы приблизились к скоплению транспортных судов морского конвоя. То нам навстречу вышли те четыре винтовых корвета и два паровых шлюпа. Которые и оставались охранять все эти вражеские транспорты. Они довольно смело попытались заступить нам дорогу. Правда, их боевой задор тут же сдулся. Когда канониры носовой башни «Красного принца» всадили фугасный снаряд в один из ближайших реарских корветов. После чего враги синхронно развернулись и начали разбегаться, в разные стороны. При этом подраненный нами корвет противника «Альбатрос» заметно сбавил скорость. Что дало возможность уже вестральскому корвету «Разбойник» догнать и взять его на абордаж. Потом к ним подключился еще и наш шлюп «Антилопа». И вдвоём они там довольно быстро взяли вражеский корабль под контроль.

Ну, а мы занялись моим любимым делом вместе с остальными нашими корветами. То есть гонялись за беззащитными реарскими транспортными пароходами и парусниками. И брали их в плен. И я поймал себя, на мысли, что мне такой процесс отлова купцов даже больше нравится чем сражение с военными кораблями противника. Я тут прямо стал мыслить как самый настоящий пират. Ведь транспортные суда не отстреливаются, когда ты хочешь их захватить. А вот в перестрелке с многопушечными боевыми кораблями может всякое случиться. От неприятных случайностей тут никто не застрахован. Даже я! Но сейчас мы гоняли по морю безоружных купцов, которые в панике метались из стороны в сторону в тщетной попытке спастись.

Вот только все было без толку. Все эти отчаянные и панические метания. Ведь все эти пароходы просто не могли развить скорость выше семи узлов. Только у парусных клиперов еще был какой-то шанс удрать от нас. Они ведь под всеми парусами да при попутном ветре могли бы разогнаться до восемнадцати-девятнадцати узлов. Вот только ветер сейчас был не очень сильный. Поэтому когда один из реарских клиперов попытался проскочить мимо нас, подняв все паруса. То мы ему быстро пояснили всю глубину его заблуждений. И еще видимо по незнанию капитан того клипера не рассчитал и вошел в зону стрельбы пушек «Красного принца». Скорее всего, он просто не знал, на какую дистанцию мы можем сейчас стрелять. Ведь обычно такие большие и дальнобойные орудия здесь принято ставить только на огромные линейные корабли. А на кораблях поменьше ставятся и пушки поменьше. Ну, а, следуя логике капитана того клипера, наш броненосец вот никак не был похож на трёхпалубный линейный корабль. А значит, и пушек дальнобойных на нем не должно было быть. Поэтому он решил рискнуть, пойдя на прорыв. И думая, что наши пушки его клипер не достанут. А они вот взяли и достали. Мда! Сюрприз, сюрприз!

В общем, горел тот деревянный клипер очень хорошо и ярко. А всем остальным капитанам транспортных судов хватило этой впечатляющей демонстрации наших серьезных намерений. И они начали сдаваться один за другим, спуская свои флаги. Вот так закончилось морское сражение при архипелаге Кросс.