Броненосное танго

Глава 17

Конвой.

— Господа, я созвал вас, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие! — провозгласил гранд-адмирал Рик мел Шойцер, хмуро оглядев нас всех. — Сегодня утром реарский флот нанес новый удар по нашим силам на море. Эскадра адмирала-капитана Вильяма мел Рингвола, патрулировавшая возле порта Драйса, была атакована вражескими кораблями. По докладу адмирала Рингвола возле порта Драйса совершенно внезапно появился большой морской конвой, шедший со стороны метрополии. В данном конвое было примерно два десятка реарских торговых судов. Которые охраняла военная эскадра Реарской империи, состоявшая из пяти линейных кораблей, шести фрегатов, четырех корветов и двух шлюпов. Наша вторая эскадра попыталась заступить им путь. И после трехчасового боя вынуждена была отступить. Многие корабли адмирала-капитана Вильяма мел Рингвола получили серьезные повреждения в ходе того морского сражения. А сам адмирал Рингвол был ранен. Вот такие новости хотел я вам сообщить!

— Э, сэр, а куда потом делся весь этот реарский флот? — осторожно спросил флаг-адмирал Робер мел Нойс, сидевший рядом со мной. — Что с ним стало, сэр?

— Конвой противника дошел до гавани Драйса и благополучно укрылся там! — со вздохом ответил гранд-адмирал Рик мел Шойцер, подергав себя за бакенбард. — Скорее всего, они привезли из метрополии еще войска и припасы для них. И теперь они там в порту Драйса разгружаются.

— А какие потери понесли реарцы в том бою с нашей второй эскадрой, сэр? — спросил уже я, прикидывая в уме силы противника. — Они потеряли в ходе сражения какие-нибудь свои корабли? И, вообще, какие повреждения вражеские корабли получили во время боя?

— По сведениям, полученным нами от адмирала Рингвола, в этом морском сражении противник потерь в кораблях не понес! — все также хмуро сообщил нам командующий военно-морским флотом Вестралии. — При этом почти все военные корабли Реарской империи, участвовавшие в том морском сражении, получили повреждения. О тяжести которых адмирал Рингвол затруднился мне сообщить.

— Уже что-то! — пробормотал я, глядя на карту побережья Вестралии висящую на стене. — Значит, сразу назад домой они отправиться не смогут. Придется им чиниться в порту Драйса. А то ведь поломанные корабли могут и не дойти до метрополии через океан.

— Верно мыслите, адмирал-капитан Эмрик! — оживился гранд-адмирал Рик мел Шойцер. — Получается, что им сейчас будет не до перехода назад в метрополию. И у нас есть время, чтобы подготовить и собрать силы для сражения с этим морским конвоем. А когда они, наконец, выйдут из порта Драйса и пойдут назад на родину. Тут то мы их и поймаем со спущенными штанами!

Все находившиеся в этой комнате морские офицеры заулыбались и согласно закивали головами. Я тоже выразил согласие с этим планом старого гранд-адмирала. Враги ведь сами загнали себя в угол. И теперь нам надо лишь дождаться, когда они из него вылезут. В конечном итоге было решено так и сделать. После чего наш флот начал готовиться к предстоящему морскому сражению. В котором должны были участвовать с нашей стороны следующие силы. Первая эскадра и часть кораблей второй эскадры, которые успели отремонтировать.

Всего там насчитывалось при этом два линейных корабля, два парохода-фрегата, три корвета и один шлюп. Конечно, не забыли и про мою «Эскадру открытого моря». Командовать всем нашим объединённым флотом в бою при этом возжелал сам гранд-адмирал Рик мел Шойцер. Он перенес на винтовой сто двадцати двух пушечный линейный корабль «Конституция» свой адмиральский штандарт, сделав его своим флагманским кораблем. Кстати, «Конституция» — это был бывший реарский линкор «Трон». Тот самый, что когда-то мы захватили в морском бою при порте Драйсе, а затем продали его Адмиралтейству Вестралии. Этом большой линейный корабль потом был отремонтирован и вошёл в строй вестральского военно-морского флота под пафосным названием «Конституция».

Да, да! У нас тут плантаторы-рабовладельцы уже успели слабать этот забавный документ, который в дальнейшем и будет определять внутреннюю политику нашего молодого государства. Название конечно у того опуса звучное. Вот только я тут недавно почитал эту с позволения сказать конституцию. И потом очень долго смеялся. Да, прав и свобод там конечно довольно много понапихали. Вот только все они предназначены для граждан Вестралии. Свободных граждан. Маленькая такая поправочка, да? Вот только сколько в ней смыслов? Ведь больше половины населения Вестралии сейчас составляют рабы. Те самые бесправные туземцы, которые тут трудятся на различных плантациях от рассвета до заката. Прислуживают белым хозяевам в их домах. Даже на многих здешних производствах вовсю используют рабский труд.

Но я сразу же скажу, что на моем предприятии такой мерзости нет. Я не люблю рабство. Поэтому принципиально не хочу использовать рабов на своем заводе. Хотя это и было бы гораздо дешевле тех же лично свободных наемных рабочих. Что и работают сейчас на меня. Ведь рабам не надо платить зарплату. А на их содержание можно также сильно не тратиться. Кормить по минимуму и поселить жить в каком-нибудь дешевом и старом бараке. В общем, сплошная экономия получается. Поэтому многие промышленники Вестралии сейчас и используют рабский труд на своих производствах. Вот только я не согласен с таким подходом. Помимо того что мне просто не нравится быть рабовладельцем. А еще я знаю, что рабский труд довольно неэффективен.

Ведь у раба нет серьезной мотивации в работе. И он всегда будет работать из-под палки по принуждению. Поэтому и брака такие незаинтересованные в результатах своего труда работники будут гнать очень много. И товары производимые ими будут, откровенно говоря, хреновые. А ведь мое производство требует точности, профессионализма и самоотдачи от моих рабочих. Которым я, между прочим, создал отличные условия труда и плачу им очень неплохую заработную плату. Требуя взамен работать не спустя рукава, а все заказы выполнять быстро и правильно без всякого брака. За брак я рабочих штрафую. И знаете что? А брака на моем предприятии выходит теперь крайне мало. И наша продукция является очень качественной. Можно сказать, что в данный момент наш металлургический завод является самым эффективным производством в Вестралии. А все потому, что там работают настоящие профессионалы своего дела, заинтересованные в плодах своего труда. Это вам не равнодушные рабы, которым на все плевать с крыши самого высокого храма Порядка.

Так вот! Мы тут говорили о конституции Вестралии. Согласно нее, у рабов здесь нет никаких прав и свобод. Поэтому для них ничего не поменялось. Как были говорящим скотом, так и продолжат им оставаться. Вот такие пироги с котятами. И вообще, мне эта вестральская конституция очень сильно напоминает американскую. Там ведь было то же самое. Точно также богатенькие плантаторы-рабовладельцы пафосно объявили о создании конституции США. О многочисленных правах и свободах. Вот только там тоже про рабов как-то позабыли написать. И те негры там и остались в рабских загонах. Когда США получили таки свою хвалёную независимость от британской короны. Вот и в этом мире также в Вестралии случилось нечто подобное. Свобода, равенство и права были объявлены, но не для всех.

Как там говорилось в одном американском мультфильме? Все животные равны, но свиньи равнее прочих! Вот и здесь такая же петрушка проросла. Равенство перед законом вроде бы и объявили. Вот только если вчитаться повнимательнее в текст конституции Вестралии. То вы узнаете, что богатые граждане с определенным уровнем дохода имеют гораздо больше прав, чем какие-то там бедняки. А так-то да! Прямо все животные равны! Но есть и много «но»! Мда! Поэтому когда я вижу или слышу новое название этого бывшего реарского линкора, то меня разбирает смех. Нашли в честь чего такой крутой корабль называть. Срамота!

Так вот! Командующий вестральским флотом сам пожелал командовать предстоящим морским сражением при порте Драйсе. Но при этом я все же выбил для себя возможность действовать самостоятельно по моему усмотрению. И я это мотивировал тем, что являюсь единственным человеком, который тут хоть что-то понимает в броненосцах. А вот сам гранд-адмирал Рик мел Шойцер и все другие вестральские флотоводцы такими кораблями никогда не командовали. И просто не знают, на что те способны в бою. А значит, не смогут правильно ими распоряжаться в морском сражении. В общем, мне удалось убедить старого гранд-адмирала. И он разрешил мне действовать в предстоящем нам бою по своему усмотрению.

Правда, при этом цинично отжал у меня фрегат «Рассвет», сурово пробурчав, что ему просто в линию не кого ставить. Линкоров то всего две штуки у нас на плаву сейчас имеется. Поэтому вместе с линейными кораблями в одной колонне пойдут и все наши фрегаты. И с этим доводом уже мне пришлось согласиться. Но вот только корвет «Рейнджер» я ему не отдал. Мне он самому необходим. Для чего? Нет, в бой против линкоров противника я его конечно посылать не планирую. У этого небольшого военного корабля в морском сражении будет другая задача. Он будет следовать за моим «Красным принцем» на удалении. И станет принимать под контроль те корабли противника, которые мы заставим спустить флаг и сдаться. Вот на них наш корвет и будет высаживать призовые партии из вооруженных моряков и морпехов. А то я прекрасно помнил, как в ходе морского боя нам постоянно приходилось останавливать броненосец и спускать с него шлюпки с призовыми партиями для захвата того или иного сдавшегося корабля противника. Но сейчас для этого у нас будут помощники.

Кстати, о помощниках! Я тут вспомнил опыт земных войн. Так вот! Там большое внимание уделялось разведке. Ведь достоверная и подробная информация о силах и планах противника была очень важна для разработки планов сражений. Если ты знаешь, как и куда пойдет противник. То ты можешь устроить ему большой и смертельный сюрприз. Поэтому когда стали разбираться, как мы узнаем, а когда этот самый вражеский флот соизволит выйти из гавани порта Драйса. То я предложил одну интересную заготовку из земного опыта разнообразных войн и сражений.

— Господин, гранд-адмирал, а почему бы нам не использовать жителей Драйса, чтобы узнать планы врага? — спросил я у командующего вестральским флотом.

— Что ты имеешь ввиду, сынок? — заинтересовался старый гранд-адмирал.

— Ведь в городе Драйсе наверняка есть не только враги и предатели Вестралии! — начал я развивать свою мысль. — Я уверен, что там есть и патриоты, которые сочувствуют делу борьбы за нашу независимость.

— Да, там чуть ли не каждый второй житель этого многострадального города является нашим сторонником! — согласился со мною Рик мел Шойцер, забавно дернув своими пышными бакенбардами. — Просто им не повезло. Враги нас перехитрили и смогли быстро захватить город. Но наши люди там есть. Я лично знаю таких.

— Так вот! — произнес я, сделав небольшую театральную паузу. — Я предлагаю подключить из к добыче сведений о вражеском флоте. Нам необходимо точно знать, когда этот реарский морской конвой будет уходить назад в метрополию. Сейчас то враги чинят свои корабли от повреждений, полученных в сражении с нашей второй эскадрой. Надо как-то связаться с этими патриотами Вестралии в Драйсе. И поставить им задачу по добыче интересующей нас информации о противнике.

— Хм, можно послать в город наших людей! — задумчиво проговорил гранд-адмирал. — Я слышал, что сплошной линии обороны сейчас у врагов в Драйсе нет. Поэтому наши разведчики могли бы под покровом ночи осторожно пройти мимо реарских укреплений.

— После чего они войдут в город Драйс и встретятся там с теми патриотами, про которых вы здесь нам говорили! — стал я развивать дальше мысль командующего нашим флотом. — Затем вместе с ними станут добывать сведения о выходе реарского конвоя из порта в море. А когда узнают точную дату и время, то смогут как-то связаться с нами и передать эту информацию. Только надо придумать способ связи. Чтобы он был быстрый и надежный. А то ведь курьер с письмом может просто не дойти до нас. Наткнется по дороге на случайный вражеский патруль, и мы ничего не узнаем. А враги тогда просто уйдут безнаказанными.

— Тут ты прав! — сказал Рик мел Шойцер, задумавшись. — Оптический телеграф не годится. Он ведь сейчас в Драйсе в руках врага. Значит, можно послать письмо попугайской почтой.

— Что? — удивлённо вытаращился я на престарелого гранд-адмирала. — Что вы сказали? Какой почтой?

— Попугайской! — раздраженно ответил командующий флотом, тряхнув еще раз своими бакенбардами. — Я сказал, попугайской почтой! Ты что плохо слышишь? Не голубиной же? Голуби, в отличие от попугаев, довольно тупые птицы. А вот попугаев можно выдрессировать и приучить приносить письма, привязанные к лапе, в определенное место. Помнится, мы тех почтовых попугаев даже в море использовали. Они могли находить плывущий в открытом море корабль. Правда, далеко при этом эти птицы летать не могли. Поэтому где-нибудь за сотни морских миль они корабль точно не найдут. Но нам ведь это и не нужно. Хватит того, чтобы попугай с нужным письмом долетел из Драйса в Рифолк. Где и будет отстаиваться на якорях весь наш флот. А когда мы получим информацию о выходе вражеского конвоя из порта Драйса. То тут же выступим и будем их там поджидать.

— Так точно, сэр! — польстил я Рику мел Шойцеру. — Вы очень хорошо поняли мой план. И даже его доработали. Это может сработать.

— Ха, тут я с тобой согласен! — усмехнулся гранд-адмирал, став похожим со своими бакенбардами на веселого дикого кота. — Это сработает, Хаос меня задери! И мы надерем этим реарским собакам их заносчивые, аристократические задницы. Я так давно об этом мечтал. И теперь поквитаюсь с имперцами за все! Эти ублюдки, смотрящие на нас колонистов как на грязь, получат по заслугам.

— И никто не уйдет обиженным! — пробормотал я, дополняя экспрессивную речь старого вестральского адмирала.

— Да, сынок, ты все верно сказал! — согласился со мной Рик мел Шойцер. — Правильные слова! Никто не уйдет обиженным!