Белее снега, слаще сахара...

38

Час — чтобы разгадать загадку. Много это или мало?

Я стояла в толпе невест и слушала, как они шепчутся: король нарочно придумывает задания, которые невозможно отгадать… барышне Диблюмен подсказали ответ, а сама бы она ни за что не догадалась…

Час — много это или мало, чтобы принять решение, как поступить?

Мои надежды, что хоть кто-нибудь разгадает колдовство баронессы, рассыпались прахом. Написать вместо ответа всю правду королю? Он прочитает и…

А если прочитает не он? А если он велит читать ответы госпоже Диблюмен?

И вдруг даже если прочитает — не поверит? Я сама бы не поверила.

Баронесса не сводила с меня ледяного взгляда — вот кто внимательно следил за каждым моим движением. И мне оставалось лишь сожалеть, что король оказался не таким догадливым, когда дело коснулось не заумных загадок искусственной мудрости, а жизненных.

Что ж, загадка…

Надо ли мне ее разгадать? Вернее, попытаться разгадать, потому что я была почти уверена, о чем загадал его величество, но не знала, какой был ответ в его представлении.

И что будет, если я отвечу неправильно? Я опять поймала взгляд баронессы. Нет, такая не пощадит. И неизвестно, что будет со мной и мастером, если я разгадаю третью загадку. Ненужных свидетелей никто не любит. А я и мастер стали именно ненужными свидетелями. Правильнее будет избавиться от нас, чтобы никому не рассказали об обмане.

Но если я ошибусь сейчас… Вряд ли нам с мастером поздоровится.

Загадка. Я решительно подошла к столу с письменными приборами, взяла бумагу и перо. Как бы там ни было, правильный ответ даст нам с мастером шанс дожить хотя бы до завтра. А завтра… многое может измениться.

Я спиной ощущала, как невесты и их родные буравят меня взглядами.

Пусть смотрят, сколько вздумается. Я присыпала написанное песком, стряхнула и бросила ответ в сундучок, услужливо подставленный мне мажордомом.

— Барышня Диблюмен может идти, — тут же объявила принцесса. — Вы ответили раньше назначенного времени, а остальным невестам еще нужно подумать.

— Я провожу ее, — сказала баронесса, кланяясь ее высочеству, но принцесса взяла ее за руку, удерживая.

— Останьтесь, дорогая, — попросила она. — Мне приятно, кода вы рядом. Обычно мы болтали с вашей милой дочерью, но сейчас ей лучше уйти, а я… вы же не хотите, чтобы я скучала? — она улыбнулась самой обезоруживающей и светлой улыбкой, которую только можно было вообразить.

Баронессе пришлось подчиниться, и она чуть не заскрипела зубами, посмотрев в мою сторону.

— Что ж, — громко произнесла госпожа Диблюмен, — если такова ваша воля, я подчиняюсь. Пусть моя дочь вернется в свою комнату, а мы, ваше высочество, поболтаем и пощелкаем орешки.

Она не смогла бы лучше напомнить мне, что мы с мастером в ее руках. Я сделала книксен и пошла к выходу. Лакеи услужливо распахнули передо мной двери. На пороге я не выдержала и оглянулась. Баронесса смотрела мне вслед. Принцесса что-то говорила ей, но госпожа Диблюмен только рассеянно кивала. В зал зачем-то вернулся король и быстрым шагом подошел к мажордому…

Я медленно пошла по коридору, пытаясь сообразить, как освободиться из этой ловушки. У меня будет только остаток сегодняшнего дня… и половина завтрашнего… а потом…

Взявшись за дверную ручку комнаты, в которой меня ждала Клерхен, я не выдержала и всхлипнула. Да почему всё не может быть просто?! Почему жизнь все время подкидывает нам испытания? Почему нельзя просто жить, просто готовить сладости, просто… целоваться под омелой с тем…

Открыв дверь, я вошла в комнату. Клерхен сидела на сундуке, глядя в окно и болтая ногами, и при моем появлении вскочила, уже раскрывая розовые губки, чтобы заговорить, но она не успела сказать ни слова.

— Барышня Диблюмен, — услышала я и вздрогнула, потому что узнала голос короля.

Это и в самом деле был король Иоганнес — стоял в коридоре и смотрел на меня (вернее, на Клерхен!) серьезно и строго.

Настоящая Клерхен не растерялась и юркнула за ширму в углу, затаившись там, как мышка.

— Да, ваше величество, — прошептала я, забыв поклониться.

— Можно войти? — спросил король и вошел, не дожидаясь разрешения. — Знаете, я прочитал ваш ответ.

Он замолчал, и я молчала тоже, пытаясь сдержать сердце, которое тут же понеслось вскачь. Вот сейчас — сказать королю правду. Отбросить ширму, показав двух Клерхен — и не будет сомнений… Я сделала шаг назад, еще шаг… За ширмой раздался еле слышный шорох…

— Клерхен… — было видно, что король с трудом подбирал нужные слова. — Я должен кое-что вам сказать.

— Я отгадала вашу загадку? — спросила я, подбираясь к ширме еще ближе.

— Отгадали, — угрюмо признал король.

— Так это же чудесно, — фальшиво порадовалась я и рывком передвинула ширму.

В углу никого не было. Клерхен словно испарилась, просочилась сквозь стены!.. Это был удар посильнее, чем появление короля!.. Или она стала невидимой?..

— Ваше величество! — воскликнула я, чтобы не упустить момент. — Выслушайте меня…

В клетке под черным платком забилась птица — клетка качнулась, платок чуть не соскользнул с прутьев.

— Нет, это вы меня выслушайте, — король порывисто шагнул вперед и схватил меня-Клерхен за руки. — Завтра будет последняя загадка, и я боюсь… я уверен, что вы сможете ее разгадать. Так вот, не разгадывайте. Умоляю. Я не смогу сделать вас счастливой, я люблю другую.