Белее снега, слаще сахара...

14

Принцесса задумалась, переводя взгляд с заварных на миндальные лодочки.

— Вы такая умная, барышня Диблюмен, — сказал король вежливо. — Как же вы станете определять, что лучше? Чем слаще, тем лучше?

Невесты зашептались, взволнованные вниманием, которое король оказал белокурой красавице Клерхен, а она очаровательно покраснела, не менее очаровательно потупилась, и ответила смело и громко:

— Все очень просто, сир. Настоящая свадебная сладость должна быть, как настоящая любовь.

— Это какая же? — еще любезнее поинтересовался король.

Принцесса поднесла к лицу салфетку, и мне показалось, что ее высочество скрывает улыбку. Ее так позабавил брат? Или беседа, которую он затеял?

— Настоящая любовь, сир, — Клерхен не говорила, а пела, — она белее снега, слаще сахара и нежнее молока. Смогут ли кондитеры приготовить нечто, похожее на любовь?

— Очень интересная идея, — вмешалась принцесса, и король, который хотел ответить Клерхен, промолчал. — Вы слышали, господа кондитеры? — принцесса повернулась к нам. — И барышня, разумеется, — она с улыбкой кивнула мне. — Вот чего мы ждем от вас на балу, во время которого его величество выберет, кто же станет его женой. Сладость, похожая на настоящую любовь! Это так в духе праздника!

— Осмелюсь возразить, ваше высочество, — снова подала голос барышня Диблюмен, — но на балу будет и без того суматоха, а от волнения у нас, простых девиц, и вовсе не будет аппетита. Лучше соревнование кондитеров перенести на время после бала. Например, когда уже будет оглашение о предстоящей свадьбе. Чтобы ничто не отвлекало его величество от главной задачи, — последние слова она почти промурлыкала, вызвав одобрительный смех придворных.

Что-то было не так в этом вмешательстве. Но почему?..

Я взглянула на девицу Диблюмен, но та смотрела на короля. Зато ее матушка, стоявшая сразу за креслом дочери, глядела на меня. И взгляд был — куда там рождественским морозам!

— А мне нравится, — поддержала принцесса. — Действительно, на балу ты должен будешь выбирать невесту, а не сладости. Так, Иоганнес? Милая Клерхен дала нам прекрасный совет!

— Да, прекрасный, — король кисло улыбнулся, словно «милая Клерхен» подсунула ему клюкву вместо земляники. — Хорошо, так и сделаем. Попрошу, чтобы господа кондитеры, — тут он посмотрел на меня, и синие глаза вспыхнули сапфирами, — и барышня, разумеется, были готовы к вечеру Богоявления, чтобы мы с моей невестой смогли выбрать, кто порадует гостей своим искусством на свадьбе.

Мы поклонились, показывая, что поняли задание. Я была разочарована. Готова поклясться, что мои миндальные пирожные пришлись королю и принцессе больше по вкусу, чем заварные. Если бы не Клерхен…

Мастер Лампрехт потянул меня обратно в толпу придворных, и я пошла за ним послушно, как дрессированная собачка на поводке. Волнение охватившее меня во время дегустации, уступило место усталости и раздражению. Если бы не эта Клерхен!..

— Вы сегодня — мастерица давать советы, барышня Диблюмен, — услышала я голос короля и встрепенулась. — Может, дадите мне еще один совет? — король взял еще одну сладкую «лодочку», откусив сразу половину. — Как мне выбрать невесту? По каким критериям оценивать? По красоте или по уму? А может, самое главное — скромность? Как вы считаете, на что положиться? Что оставить, а что взять?

Эти слова вызвали новый переполох среди невест, а еще больше — среди придворных.

— Сразу было ясно, кто победит в королевском отборе, — прошептала важная дама, стоявшая позади нас с мастером Лампрехтом, потому что сейчас мы оказались в первом ряду, и никто не осмелился прогнать нас. — Всё это — напоказ, а невеста уже известна. Кстати, ее высочеству тоже нравится барышня Диблюмен, ее высочество никогда этого и не скрывала.

— Таких бойких барышень еще поискать, — ответила ей другая дама, соглашаясь.

«При дворе сплетничают ничуть не меньше, чем в городе», — подумала я, презрительно поджимая губы.

Даже здесь король проявил лицемерие. Был он таким в пятнадцать лет, остался таким и сейчас.

А барышня Клерхен уже отвечала королю — и правда очень бойко.

— Разве я осмелюсь давать вам советы в таком деликатном деле, сир, — произнесла она скромно, но глазки блестели хитро-хитро, — тем более, что я — одна из соискательниц. Я на равных правах с этими красавицами, — она склонила голову в сторону невест.

«Будто бы, — подумала я. — Ты тут вне конкуренции, вишневая зефирка».

— Но вам не нужны ничьи советы, — продолжала Клерхен. — Всем известно, что в выборе невесты вам поможет ценнейший артефакт, который подарила вашему предку фея Драже — кольцо Прекрасной Ленеке. Ведь это кольцо может оказаться лишь на пальчике той, которая будет истинно любима королем.

Артефакт!.. Кольцо!.. Все это напоминало болтовню наших сплетниц. Я не удержалась и фыркнула. Как назло, милая Клерхен закончила свою речь, и мой смешок прозвучал в абсолютной тишине оглушительно громко.

Взгляды всех — и придворных, и невест, и короля с принцессой, обратились ко мне. Я готова была провалиться, но каменный пол не пускал.

— Вы услышали что-то смешное, барышня из «Пряничного домика»? — спросил король. Надо же. Даже запомнил, как называется моя лавка.

— Нет, ваше величество, — быстро ответила я, делая маленький книксен. — Простите, ваше величество.

— Но вы засмеялись, — не отставал он.

Мне стало жарко под его взглядом. Ну что он смотрит так пристально? Смотрел бы на свою зефирку…

— Не смущай девушку, — вступилась за меня принцесса.

— А я и не смущаю, — сказал король высокомерно. — Даже странно, что она смутилась. Обычно она такая самоуверенная, а тут словно дар речи потеряла.

— Нет, ваше величество, — сказала я. — Просто я — не невеста, и не имею права отвечать.

— Приказываю ответить, — король подался вперед, оперевшись ладонью на колено. — Что вас так рассмешило?