Академия желаний, или Запретная жена дракона

Глава 24

У меня непроизвольно дернулся глаз, и я с неожиданной для себя силой вцепилась в свободную ладонь Маркуса. У самого же дракона лицо скривилось так, что сразу стало ясно – он как никогда счастлив лицезреть свою матушку.

Леди же застыла в дверях, с любопытством оглядывая представшую перед ней сцену. Должно быть, со стороны мы смотрелись весьма мило и даже как-то двусмысленно – Маркус сидит на моей постели, гладит меня по щеке одной рукой, а вторую переплел с моей. Интересно, как на это отреагирует его матушка? Она же так жаждала его женить! Правда, подозреваю, в ее фантазиях была более угодная супруга. С хорошей родословной. Наверняка, драконица.

На мгновение в комнате повисло молчание. Немая сцена, дяденька Гоголь, мастер главных неожиданностей в русской литературе, с чистой совестью может пойти и утопиться с горя. Или сжечь самого себя вместо второго тома «Мертвых душ». Потому что жизнь побила все рекорды по таким напряженным сценам.

Первым молчание нарушил Маркус. Тяжело вздохнув, он обратился к ввалившейся в спальню даме:

– Мама, что ты здесь делаешь?

И в голосе слышалась такая бесконечная усталость, что тут же зачесались руки и язык отправить дракона выспаться. Исключительно из гуманизма, драконолюбия и собственных шкурных интересов. Доказывай потом, что это не я ухайдокала высокородного муженька, а он сам от усталости скопытился. Кто же мне поверит?

Поймала себя на этой мысли и невольно усмехнулась – ощущение, что меня покусал Баюн, пока я была без сознания. Очень уж мысли и фразочки на его похожи.

Дама не спешила отвечать на вопрос сына. Она встретилась со мной взглядом и на мгновение замерла. Как, впрочем, и я. Мы изучали друг друга. Не знаю, как она, но я в этот момент пыталась понять, как же мне себя вести с этой почтенной леди, чтобы она меня где-нибудь по-тихому не закопала и не сказала, что так оно и было. Пока что ясно было лишь одно – скромной и милой девушкой мне быть точно не удастся.

Мать Маркуса впечатляла. Во-первых, она больше походила на его старшую сестру, чем на родившую его женщину. Моложавая, подтянутая, с изысканной прической, дорогими, но не кричащими украшениями и в элегантном платье. Настоящая леди, привыкшая быть при дворе. Да даже не просто быть – царить, кружить головы, восхищать. Но при этом ее внешнее сходство с сыном бросалось в глаза – то же разрез и цвет глаз, те же волосы, только черты лица более мягкие, нежные, хитрые.

Представляла ли эта миловидная леди опасность? О да! В этом не было никаких сомнений! И не нужно обманываться ее простодушным видом.

– Что я здесь делаю?! – с возмущением повторила леди. – Дорогой, когда я тебя рожала, я и помыслить не могла, что ты окажешься настолько бессовестным!

– Может, вы его в детстве роняли, вот этот орган и отмер от травм?

Вопрос прозвучал в повисшей тишине неожиданно и как-то излишне дерзко. Не знаю, кто бы посмел себя так вести в подобных обстоятельствах… Но зря, наверное, я это сказала. Потому что женщина скосила взгляд на меня и с упреком произнесла:

– Милый, девушка абсолютно права. У меня иногда такое ощущение, что он именно отмер! Потому что как иначе объяснить тот факт, что я узнаю о женитьбе своего старшего и любимого сына от совершенно посторонних людей, а не от него самого?!

М-да… Пришел писец… Полный нам пришел писец… Упитанный и пушистый. И еще никогда в жизни, наверное, он не выглядел настолько элегантно.

– Видишь ли, мама… – откашлявшись, произнес Маркус, на что леди тут же вздернула указательный палец вверх и сообщила ледяным тоном:

– Я еще не закончила!

Все ясно. Кажется, пока дама не выговорится, у нас лишь одна функция – прикидываться ветошью и не сметь возражать почтенной леди. В противном случае последствия могут оказаться крайне нежелательными. И я, конечно, была колдуньей. Но вмешиваться в воспитательный процесс женщины, которая явно по своему духу являлась ведьмой, не рискну.

– Итак, до меня долетают слухи о том, что Корнелиус лечит твою жену в личном поместье Дитриха! Первым же делом я переношусь сюда, и что я? Меня не пускают! К собственному сыну! Тогда я спускаюсь в тайную комнату, чтобы проверить, насколько правдивы слухи! Ведь что, как генеалогический артефакт, точно расскажет правду? И что я вижу? Никакой супруги нет! Тогда я запускаю диагностирующее заклятье. И что обнаруживаю?! Ты посмел влиять на фамильный артефакт и пытаться скрыть от нас эту замечательную девочку! – и она простерла руку в мою сторону!

«Замечательная девочка» в моем лице поперхнулась и закашлялась. Воспользовавшись моментом, Маркус тут же рванул к графину – наливать мне воду. Все, что угодно, лишь мы не спешить с ответом этой выдающейся женщине. Я сделала несколько глотков и, собравшись с силами, проговорила:

– Боюсь, миледи, вы несколько не в курсе ситуации.

Лучше бы я молчала, честное слово. Потому что сына распекать перестали, все внимание уделили мне. Меня, кажется, оглядели с ног до головы, оценили, пришли к каким-то выводам и совсем иным тоном обратились к сыну:

– Марк, дорогой, где твои манеры. Представь нас друг другу.

– Власта, познакомься, это моя мама леди Ребекка Хоторн. Мама, это…

– Власта Хоторн, твоя жена, – тут же перебила его леди, которая еще секунду назад пеняла сыну за отсутствие манер.

– Власта Медовикова, – поправила я, не опуская глаз. – Очень приятно с вами познакомиться, леди Ребекка.

Кажется, я сказала что-то не то. Во всяком случае, на меня посмотрели как на восьмое чудо света, причем, не слишком-то приятное. Некоторое время оценивали, затем леди Ребека резко посерьезнела и потребовала:

– Дети, я требую объяснений. Что не так с вашим браком?

– С ним все в порядке, мама, – тихо произнес Маркус. – Кроме одного. Его сложно назвать добровольным, поскольку нас связала Тариэль. По этой причине Власта ищет способ, как его разорвать.

– Власта? – леди перевела взгляд на меня. – Дорогая, но почему? Тебя кто-то ждет в твоем мире? Или тебе не нравится мой сын?

Редкое прямодушие, на которое сложно ответить ложью. А леди тем временем выдала еще одно предположение:

– Или все дело в этом покушении?

Вот тут-то до меня дошел один простой момент, который я, видимо, из-за своего болезненного состояния упускала. Но теперь он был прекрасным способом оттянуть ответ. И я повернулась к Маркусу:

– Кстати, о покушении. А Мирабелла не могла принять меня за конкурентку и попытаться устранить?

И как только я могла забыть об этой представительнице кошачьих!

Леди Ребекка изумленно моргнула и поинтересовалась:

– А причем здесь Мирабелла?

– Мама, подожди, – отмахнулся от нее Маркус, и леди действительно замерла, словно не веря подобному поведению сына. – Я думал об этом варианте. И проверял его. Она здесь ни при чем, уж поверь мне.

Эти слова стали для меня своеобразной красной тряпкой. Я с шумом втянула воздух, чтобы не призвать метлу и не стукнуть его чем-нибудь тяжелым. Да что же это такое-то? Откуда такая уверенность к этой особе, от которой чесаться хочется?

– Не пояснишь ли, почему я должна тебе поверить? – сухо произнесла я.

Леди Ребекка на моих словах перевела взгляд с сына на меня, в задумчивости почесала подбородок и… села на свободный стул, явно намекая, что никуда не уйдет. Причем вид у нее был такой, что в ее руках очень уместно смотрелось бы ведро попкорна. Дама явно не собиралась больше вмешиваться в нашу беседу, но искренне планировала насладиться нашим представлением.

Кажется, об этом подумала не только я, но и Маркус. Он повернулся к женщине, подарившей ему жизнь, и вкрадчиво произнес:

– Мама, ты не оставишь нас?

– Нет, дорогой, – мило улыбнулась леди. – У нас еще остался ряд непроясненных вопросов. Но я никуда не спешу, вы продолжайте. А потом уже мы с вами все обсудим.

Не сдержавшись, я фыркнула. Ведьма, как есть. И я даже осуждать ее не могла. Подозреваю, на ее месте я вела бы себя так же. К тому же, был в ее позиции один верный нюанс – если бы Маркус смог ее выставить сейчас, ответы на свои вопросы она бы точно получила нескоро. А вопросов у леди явно накопилось, если уж она даже о нашем маленьком колдовстве с фамильным артефактом знает. Как-то даже обидно. Мы старались-старались, а нужного эффекта это не произвело. И все из этого поганого отравителя!

– Мама! – попытался поспорить любящий сын, на что она только покачала головой:

– Я должна быть в курсе, что происходит в моей семье и как мне отвечать на нападки общества. Так что линию поведения нам придется вырабатывать вместе. Будем считать, что у нас тут военный совет, а не ваша личная ссора. Дорогая, ты не возражаешь?

Кто я такая, чтобы возражать такой женщине? Тем более, когда остается шанс, что брак нам расторгнуть не удастся. Со свекровью лучше дружить, даже если не уверена в ее благих намерениях. Поэтому я с милой улыбкой ответила:

– Нисколько. Маркус, мы тебя внимательно слушаем.

Леди Ребекка наградила меня одобрительным взглядом, а вот Маркус явно выругался про себя. Но злословить при матери он не стал. С шумом втянув в себя воздух, он тут же продолжил:

– Версия с Мирабеллой была первой, что пришла мне в голову, как только Тиан распознал яд. И как только ты оказалась вне опасности, я заручился разрешением Тиана на допрос и отправился к ней. Она начисто отрицала то, что причинила тебе вред. И ее родственники тоже отрицали свое участие в этом.

– Так почему ты им поверил? – вновь поинтересовалась я, так и не услышав ничего нового, кроме информации о родственниках. Маркус невесело усмехнулся:

– Все просто, Власта. Разрешение на допрос позволяет провести его с помощью ментальной магии, а также сыворотки правды. При таком допросе солгать невозможно. Я бы сам предпочел, чтобы это была Мирабелла. Потому что тогда опасность была бы предотвращена.

– А какая у Мирабеллы фамилия? – полюбопытствовала я, вспомнив подпись. Кажется, туман в моей голове окончательно рассеивался, мозг наконец-то начал соображать.

– Хокинс, – ответила за сына леди Ребекка. – А что?

– М.Х. – повторила я вслух инициалы. – А что, если подставить пытались не тебя, а ее? Ты-то уж точно знаешь, что не виноват! И злоумышленники понимали, что ты будешь рыть носом землю, а тут такая удобная кандидатура, за которую можно ухватиться. Я же правильно понимаю, что тот вид допроса довольно редок и на него дает разрешение исключительно королевские особы? – обратилась я почему-то к леди Ребекке. Но ответить дама не успела, ее опередил сын.

– Ты все правильно поняла. Повезло, что Тиан находился в этот момент со мной. Повезло, что он является специалистом по ядам и сумел опознать нужный. И третий раз повезло, что он при первом же моем прошении выписал разрешение, сам заверив его у отца.

– Очень интересно, – пробормотала я себе под нос, подумав о том, что нужно будет отблагодарить Тиана. Чем-нибудь хорошим. Любовь ему приманить, что ли? – А что это был за яд? Почему понадобилась помощь Корнелиуса? Мы же умеем ликвидировать действие яда.

В комнате на мгновение повисло молчание. Нехорошее такое, тягучее. Потом Маркус медленно проговорил, отведя глаза в сторону:

– Если бы Тиан вовремя не распознал яд, ты могла бы умереть. Он очень быстро всасывается в кровь. А если не умереть, то потерять свои магические силы, потому что он воздействует на них.

Что?! Я могла перестать быть ведьмой? Да я даже не представляю, каково это. Мои силы – часть меня, я себя просто не осознаю без них!

Я невольно вздрогнула от подобной перспективы и, прикрыв глаза, потянулась к собственным магическим каналам. На первый взгляд, было все в порядке. Так, легкое истощение, но я их чувствовала! Я могла пользоваться магией!

Мой маневр не укрылся от драконища, и он на мгновение ободряюще сжал мои пальцы под цепким взглядом свекрови.

– Не переживай, Власта. Мы успели вовремя, Власта, – успокоил меня Маркус. – Все в порядке. Твоей магии ничего не угрожает, Корнелиус ликвидировал все возможные последствия, с остальным справился твой организм. Для того и нужен был этот принудительный сон, чтобы твои магические каналы спокойно восстановились. Тем более, зная твою прыть, мы с Баюном решили, что рисковать лишний раз не стоит. Вот только нам нужен новый подозреваемый и…

– Подожди, – перебила его я. – Возможно, я сейчас скажу глупость, но… Утром произошло кое-что странное. Я тогда не придала этому особого значения и искренне хотела рассказать тебе об этом потом, но… Видишь ли…

Я запнулась, не зная, как в присутствии мужа и потенциальной свекрови сообщить, что мне прислал цветы с приворотом другой мужчина. Да еще на свидание звал. А я не отказала ему сразу, потому что таким демонам так просто не отказывают. И вот как теперь доказать, что я действительно не хотела никуда идти? Если еще вспомнить, как негативно в тот раз отреагировал на Камерона Артли Маркус…

Черт побери! Я еще и женой нормальной не побыла, а мне уже предстоит оправдываться перед супругом и свекровью за мнимую измену! В какой момент моя жизнь вильнула и дошла до такого маразма?

– Власта, ты меня пугаешь, – как-то очень уж тихо и с изрядной долей подозрительности произнес Маркус. – Что происходит? На тебя совсем не похоже.

– Деточка, мой тебе совет, – неожиданно вмешалась в разговор леди Ребекка. – Если хочешь что-то сказать, говори прямо. Не поняли – напиши два плаката.

– Почему два? – невольно заинтересовалась я, отвлекшись на мгновение от мук совести.

– Первый нужно повесить на рабочем столе мужчины, второй – ему на лоб, – пояснила со знанием дела мать Маркуса. – Если он не увидит среди деловых бумаг или же когда наконец соизволит подойти к зеркалу, то точно должен заинтересоваться, что такое ты вешаешь ему на лоб.

Не удержавшись, я фыркнула, несколько расслабившись, а Маркус невольно шикнул:

– Мама!

– Что «мама»? – невинно взмахнула ресницами леди Хоторн. – Я всего лишь учу девочку нюансам семейной жизни. Даже если вы по какой-то причине разбежитесь, будет потом оттачивать этот навык на другом мужчине. В жизни это пригодится.

Мне показалось, или у дракона вдруг глаз задергался? Да нет, быть не может! Но на мать он глянул так, что, будь она слабее нервами, тут же сбежала бы от психованного сына. Однако у нее, видимо, был выработан иммунитет, потому что женщина только улыбнулась. Невинно и в меру насмешливо.

Зато у меня благодаря ее вмешательству получилось собраться и преодолеть свое замешательство.

– К слову, о других мужчинах… – выбрала я наконец подводку, а Маркус неожиданно напрягся. – В то утро произошел довольно странный инцидент. Меня разбудил вестник с…

– Власта, не надо, – Маркус прервал мой рассказ неожиданно мягким тоном. – Я уже в курсе того, что тебе в то утро прислал цветы Камерон Артли.

– И того, что эти цветы были сдобрены любовным приворотом? – прищурившись, поинтересовалась я. Спрашивать, откуда, не стала – быстро сообразила, что Баюн и девочки сообщили. В таких обстоятельствах подобные тайны хранить не стоит.

– Приворотом? – ахнула леди Ребекка. – Вот подлый мальчишка! Ну ничего, мы его проучим!

– Мам, я сам с ним разберусь, – недовольно оборвал ее Маркус. – Давай сейчас не будем об этом. Власта, ты думаешь, он мог бы тебя отравить?

– Честно говоря, я вообще не понимаю, зачем кому-то меня травить, – я недоуменно пожала плечами. – Все-таки мы сюда прибыли учиться. И вроде как учились мирно, никого не провоцировали, не…

– Серьезно? – голос Маркуса так и сочился ехидством. – Не вы ли с подругами нашли того, кто пять лет назад похитил ведьм?

– Это другое! – упрямо возразила я, понимая, что он меня загоняет в ловушку. Ведь глаза леди Ребекки так и лучились любопытством. Судя по всему, ей хотелось познакомиться со мной поближе. А сын, поганка такая, не давал.

– Власта, я достаточно хорошо уже изучил твой характер и понимаю, что враг действительно мог случиться, а ты его – не заметить, – не стал спорить со мной Маркус. – По этой причине ты пока будешь тут лежать и выздоравливать. И пока не восстановишься полностью, в Академию ты не вернешься.

От неожиданности я даже поперхнулась воздухом. Нет, умом я понимала – все, в общем-то, правильно, логично, но…

– Ты по какому праву распоряжаешься? – возмутилась я, вскакивая с кровати.

– По праву твоего мужа, – отрезал Маркус. – И пока мы с тобой еще женаты, за твою жизнь буду отвечать именно я. У тебя самой, судя по всему, с инстинктом самосохранения имеются проблемы.

– Кто бы говорил! – прошипела я. – Ты же так и нарываешься на какое-нибудь проклятье или банальный удар метлой!

– Только давай в другой раз, ладно? – вдруг неожиданно мирно попросил Маркус. – А то ты еще слишком слаба для подобных экспериментов.

Мы застыли друг напротив друга на расстоянии чуть меньше шага. Так, что я практически чувствовала его дыхание на своей щеке. И совсем некстати подумала о том, что его мама здесь совершенно лишняя. И вообще… Как-то все непонятно и запутано. И я совершенно не представляю, что делать и как дальше быть.

Но одно знала точно – спорить с Маркусом мне неожиданно расхотелось. Однако пойти на попятную я не успела – распахнулась дверь, и на пороге появился Корнелиус.

– Голубушка, что вы творите? – всплеснул руками он. – Я дал согласие на ваше посещение, но как-то не предполагал, что вы тут же начнете прыгать. Живо в постель! А вы, уважаемые, немедленно покиньте помещение!

И выглядел целитель в этот момент так грозно, что никто не посмел его ослушаться. Ни я, ни Маркус, ни даже леди Ребекка. Вот, это я понимаю, мощь!