Я все еще не бог. Книга XXXVI

Глава 5 Замерзшие и голодные Европейцы

Побережье Сахалина.

Через двадцать минут.

Когда мы приехали к берегу, там уже развернулся целый лагерь. Несколько сотен солдат заняли позиции вдоль береговой линии. Пушки были наведены в небо.

— Миша, я думала, мы едем на мирные переговоры, — недовольно проворчала Надя, выходя из машины.

— Мирные переговоры начинаются с того, что никто не стреляет, — пожал я плечами. — А закончиться могут чем угодно.

Трофим нашелся в центре лагеря. Они вместе с Толстым, Лермонтовым и Федором стояли на большом сугробе и с умным видом смотрели куда-то в небо.

— Михаил, — поздоровался Трофим. — Хорошо, что приехал.

— Что там с дирижаблем? — я решил перейти сразу к делу.

— Летит, но молчит как партизан, — хмыкнул Лермонтов. — Связи никакой.

Последнее время я заметил, что Михаил Юрьевич стал куда больше общаться с окружающими, что меня безусловно радовало. Как будто он стал больше доверять людям. Ну или ему надоело ходить с грустным лицом, притворяясь призраком.

Федор опустил голову и улыбнулся, глядя на меня. От такой улыбки у меня аж мурашки по коже пошли. Может стоит попросить какого-нибудь хорошего хирурга зашить его этот рот? Да и шрамы удрать… Технологии то имеются…

— А как там моя дочка путешествует? Не слишком много неприятностей доставляет? — спросил он.

— Развлекается на полную, — усмехнулся я. — Недавно прислала письмо, где написала, что в Китае встретила моего старого знакомого царя обезьян. Вроде даже поладили.

— Это моя Ася, — гордо кивнул Федор, пихнув Толстого. — Любопытство у нее фамильное.

— Судя по всему, ей очень нравится путешествовать. Финиан счастлив, что у него такая спутница, — добавил я. — Правда, она иногда любит с кем-нибудь подраться.

Федор расхохотался.

— Точно моя дочь!

— Михаил, — Трофим вернул нас к делу. — От дирижабля по-прежнему не поступает никаких сигналов. Он подлетает, но из-за облаков его не видно.

Я посмотрел в небо. Действительно была плотная облачность. Зима опять дала о себе знать, напустив на остров непогоду.

— Лора, отправь Болванчика, — мысленно попросил я.

— Уже лечу, — откликнулась она.

Маленькая деталька сорвалась с моего запястья и устремилась в небо, быстро скрывшись в облаках.

— Он послал свою штуковину проверить, — пояснила Надя рядом стоящим солдатам, видя их вопросительные взгляды.

Через минуту Лора появилась перед глазами и показала небольшое изображение.

— Дирижабль старенький, — сообщила она. — Европейский, судя по конструкции. Прусского производства, если не ошибаюсь. Лет тридцать ему точно есть.

— Что там? — спросил Трофим.

— Старый европейский дирижабль, — передал я слова Лоры. — Прусский.

Болванчик подлетел к дирижаблю и завис рядом с кабиной. Через несколько секунд в моей голове раздался голос Лоры:

— Связываюсь с экипажем.

Я увидел изображение, которое передавала деталька. В рубке дирижабля стояло несколько человек в форме. Один из них, седой мужчина с моноклем, вздрогнул, увидев Болванчика у окна.

— Господи, что это⁈ — воскликнул он.

— Это средство связи, — произнес я через детальку. — Царь Михаил Кузнецов приветствует вас. Идентифицируйтесь.

Мужчина быстро пришел в себя. Его коллеги подошли поближе. У всех на лицах были немного озадаченные и испуганные выражения.

— Капитан Вильгельм Штайнер, представитель объединенной делегации европейских государств, — он щелкнул каблуками. — На борту находятся представители Пруссии, Речи Посполитой, Франции и Англии. Просим разрешения на переговоры.

— Почему заранее не оповестили? — нахмурился я. — Протокол требует предварительного уведомления. Особенно после военных действий с вашей стороны.

Капитан выглядел смущенным.

— Мы пытались, ваше величество, много раз пытались. Но нашу связь в стране блокируют. Мы были вынуждены лететь вслепую, надеясь, что свяжемся с вами с дирижабля. А когда мы были уже на полпути, средства связи на дирижабле сломались… Истек срок годности…

— Блокируют? Кто?

— Предположительно американцы, — вмешался другой голос.

В кадр вошел мужчина в дорогом костюме с орденами на груди.

— Герцог фон Бисмарк, представитель Пруссии, — представился он. — США перекрыли все каналы связи с Европой после торгового эмбарго. Мы не можем связаться даже с соседними странами. Приходится отправлять гонцов, как раньше.

— А аппаратура на дирижабле? — спросил я.

Капитан виновато развел руками.

— Критически важные компоненты мы раньше закупали в Америке. Запасных частей больше нет, а чинить нечем.

Трофим, который слышал разговор через Болванчика, фыркнул.

— Получается, летели через полмира на авось?

— Скорее на отчаянии, — печально улыбнулся герцог.

Я переглянулся с Трофимом. Тот пожал плечами. Толстой хмыкнул, а Лермонтов еле сдерживал усмешку.

— И вы не подумали развернуться? — не выдержал я.

— Куда? — развел руками капитан. — Назад лететь дольше, чем вперед. Мы посовещались и решили рискнуть.

— То есть вы прилетели к нам не только без связи, но и буквально вслепую? — уточнила Надя, слушавшая разговор.

— Технически, да, — признал капитан.

Повисла пауза.

— Миша, они серьезно? — прошептала Лора. — Я думала, европейцы хоть немного умнее.

— Кто его знает… Может, они в отчаянии…

Но судя по их лицам, им реально было не до сражений. И как бы это ни выглядело нелепо со стороны, эти люди сейчас спасают свои страны, свой народ, и это уже похвально. Но такие мысли были только у меня.

Трофим первым не выдержал и рассмеялся. За ним Лермонтов. Потом Толстой начал похрюкивать в бороду. Федор просто качал головой с улыбкой, словно сумасшедший.

— Думаешь, что мы бессердечные? — будто прочитал мои мысли Федор. — О, нет… Эти люди в отчаянии, раз приползли к бывшему врагу. Но кто знает, как бы они поступили, если бы мы поменялись местами? Я бы просто сбил этот дирижабль и забыл о Европе.

— Но ты не царь. Я — царь, — я посмотрел ему в глаза и произнес в детальку: — Разрешаю посадку. Только летите аккуратно, а то с такой техникой вы еще и рухнете нам на головы.

— Благодарю, ваше величество! — облегченно выдохнул капитан.

— Трофим, пусть расчистят посадочную площадку, — скомандовал я. — И подготовьте кристаллы для дирижабля. Судя по всему, обратно они на честном слове лететь не смогут.

— Есть, — кивнул тот и начал отдавать приказы.

Надя подошла ко мне.

— Как думаешь, это ловушка?

— Нет, — покачал я головой. — Слишком глупо для ловушки. Это просто отчаяние.

— Отчаяние опаснее, — заметил Федор. — Отчаявшиеся люди на все готовы.

— Поэтому мы и встретим их во всеоружии, — согласился я. — Или ты не справишься с одним дирижаблем?

— А можно? — ухмыльнулся Федор.

— Конечно нет.

В небе начал проявляться силуэт дирижабля. Старый, потрепанный, он медленно снижался, покачиваясь на ветру.

— Надеюсь, у них хотя бы тормоза работают, — пробормотал Толстой.

— Если нет, узнаем через минуту, — философски заметил Лермонтов.

Я приготовился к встрече с европейской делегацией и подумал, что день обещает быть интересным.

Дирижабль приземлился с таким скрипом и грохотом, что я всерьез подумал о необходимости проверить посадочную площадку на предмет новых трещин. Делегация спустилась по трапу с видом людей, переживших кораблекрушение.

Что у них был за полет, оставалось загадкой.

Администрация Сахалина.

Кабинет губернатора.

Всего их было десять человек вместе с экипажем. Капитан Штайнер выглядел особенно потрепанным.

— Прошу прощения за внешний вид, — извинился он, когда мы доставили их в здание администрации. — Обогревательные системы вышли из строя над Беринговым проливом.

— Над Беринговым? — переспросил я. — И вы не развернулись?

— Мы уже обсуждали это, ваше величество, — вздохнул герцог фон Бисмарк. — Кристаллов хватало только на движение вперед.

— Большая часть экипажа сейчас отогревается в столовой внизу, — доложил Трофим. — Повара уже готовят горячий суп.

Хоть представители стран и были магами и холод переносили куда лучше, но вот экипаж был простыми людьми.

— Надеюсь, не из замороженных европейцев, — пробормотала Лора мне в ухо.

Я еле сдержал усмешку.

— Проходите в кабинет губернатора, — пригласила Надя делегатов. — Там теплее и комфортнее.

Мы поднялись на третий этаж. Кабинет Эля был просторным и уютным, и самое главное там работали обогреватели. Сам губернатор уже ждал нас, сидя за массивным столом.

— Господа, располагайтесь, — жестом он указал на мягкие кресла.

Кроме герцога фон Бисмарка из Пруссии, в делегации были граф Потоцкий из Речи Посполитой, виконт де Моранж из Франции и лорд Пемброк из Англии. Все выглядели уставшими и потрепанными.

Петр Романов уже находился в кабинете, расположившись в кресле у камина. Он кивнул мне в знак приветствия.

— Давайте сразу к делу, — начал герцог, потирая окоченевшие руки. — Северная Европа находится в критическом положении.

— Насколько критическом? — уточнил Эль.

— США заблокировали весь экспорт и импорт, — ответил граф Потоцкий. — Российская Империя хоть и продолжает с нами сотрудничать, но у нас совершенно разные товарные поставки. Если США поставляла кучу техники, то Империя — военные и промышленные товары. После инцидента с вашей страной, наши страны экономически сильно просели.

— Инцидента? — переспросил я. — Вы имеете в виду попытку военного вторжения?

— Мы не одобряли этих действий, — быстро вставил лорд Пемброк. — Но мой голос был в меньшинстве.

— Но это вас не особо оправдывает, — заметила Надя, открывая блокнот.

Повисла неловкая пауза.

— Мы понимаем вашу позицию, — продолжил герцог. — Но сейчас в наших странах кризис. Цены растут, товаров не хватает. Люди страдают.

— И вы хотите, чтобы Сахалин помог? — уточнил Петр, прихлебывая чай.

— Мы хотим установить экономические отношения, — кивнул виконт де Моранж. — Мы видим, как процветают Римская Империя и Валахия благодаря торговле с вами.

Я откинулся в кресле.

— Напомню, что Римская Империя не участвовала в войне против Сахалина, — произнес я спокойно. — Поэтому к ней особое отношение.

— А Валахия? — спросил граф Потоцкий. — Насколько нам известно, они тоже не были союзниками.

Я посмотрел на Эля. Тот едва заметно кивнул.

— Господа, прошу прощения, — я встал. — Нам нужно минуту посоветоваться.

Эль поднялся и мы вышли в коридор, прикрыв за собой дверь.

— Что насчет Валахии? — тихо спросил я.

— Вся верхушка власти под моим контролем, — так же тихо ответил Эль. — Все ключевые позиции занимают вампиры, которые подчиняются мне напрямую.

— Серьезно? Вся власть? — улыбнулся я.

— Король, премьер-министр, глава армии, министр финансов, — перечислил он. — Даже главный судья. Все мои.

— Вот это я понимаю, семейный бизнес, — хихикнула Лора.

— И как там дела? — продолжил я.

— Сейчас все хорошо, — кивнул Эль. — Экономика растет, народ доволен. Мои люди знают, как управлять страной эффективно. Конечно, не без моей подсказки.

— Вечная жизнь дает опыт в администрировании?

— Среди прочего, — усмехнулся он. — Не забывай — мой брат руководил планетой!

Мы вернулись в кабинет. Делегаты напряженно ждали.

Я сел обратно в кресло и посмотрел на европейцев.

— Хорошо, — начал я. — Я могу делиться с вами технологиями, открыть торговые пути, помочь с ресурсами. Но вопрос простой: зачем мне все это?

Герцог фон Бисмарк наклонился вперед, явно ожидая такого вопроса.

— Если вы поможете Европе, ваше величество, Сахалин станет одной из самых востребованных и перспективных стран от северного до южного пояса, — его глаза блестели. — Представьте: весь европейский рынок открыт для вас. Миллионы потребителей, тысячи предприятий. Даже недвижимость на вашем острове возрастет во много раз.

— Плюс политическое влияние, — добавил граф Потоцкий. — Страна, которая спасет Европу от кризиса, получит огромный вес на международной арене.

— Мы готовы предоставить льготные условия для сахалинских товаров, — вставил лорд Пемброк. — Сниженные пошлины, упрощенный таможенный контроль.

— И доступ к европейским технологиям, — закончил виконт де Моранж. — Франция готова поделиться разработками в области магической металлургии.

Лора материализовалась рядом со мной, изучая делегатов.

— Анализирую предложение, — пробормотала она. — Экономически выгодно.

Европейский рынок действительно огромный. Политически рискованно. США точно не обрадуются.

Я кивнул, показывая, что слышу.

— Господа, — произнес я. — Нам нужно время обдумать ваше предложение. Влияние меня не интересует. Да и технологии у меня на порядок лучше, чем ваши… Но я что-нибудь придумаю. Располагайтесь в столовой, там уже должны накрыть стол.

— Конечно, ваше величество, — герцог поднялся. — Мы понимаем серьезность ситуации.

Делегацию вывели из кабинета. Я услышал, как один из них восторженно воскликнул:

— Наконец-то теплая еда!

Когда дверь закрылась, я посмотрел на остальных.

— Ну что, совещаемся?

Эль налил себе кофе в маленькую кружку, Надя открыла свой блокнот, а Петр задумчиво смотрел в окно.

— Если мы поможем Северной Европе, США будет действовать еще жестче, — произнесла Надя. — Это очевидно.

— Экономическое давление усилится, — кивнул Эль. — Возможно, попытаются заблокировать наши торговые пути.

— Даже интересно, как они это сделают, — ухмыльнулся я. — У нас отношения только с Кореей, Японией и Китаем. Подлодки! Которые охраняют монстры. США даже подплыть не успеют.

— Но, — вставил Петр, поворачиваясь к нам, — США руководит хаос. Правильно?

Я кивнул.

— Тогда это только на руку, — продолжил бывший царь. — Чем жестче они действуют, тем больше стран отворачивается от них. Европа уже на грани разрыва.

— Плюс мы получаем союзников, — добавил Эль. — Четыре страны сразу.

— Или четыре обузы, — скептически заметила Надя. — Зависит от того, как составить договор.

— А ты можешь это сделать? — спросил я.

— Я составлю соглашение, — решительно сказала она, делая пометки. — Дальнейшим могу заняться сама. Опыт в международном праве у меня не особо большой, но я справлюсь.

Петр кивнул.

— Я помогу, — предложил он. — Опыт составления таких документов у меня тоже имеется. За триста лет кое-чему научился.

— Надеюсь, он не заставит их платить дань, — фыркнула Лора.

Надя и Петр начали обсуждать детали. Я слушал вполуха, обдумывая ситуацию. В целом, все выглядело правдоподобно. Делегаты не врали. Они действительно переживали за народ своих стран и этим меня подкупили.

Обсуждение длилось еще час, и за это время мы с Лорой успели обдумать все дальнейшие варианты действий.

— Михаил, — окликнул меня Петр, когда они закончили. — Не забыл про завтра?

Я поднял голову.

— Завтра?

— Нам нужно выдвигаться с моими детьми в Китай, — напомнил Романов. — Время пришло.

Я мысленно пробежался по планам.

— Точно, Павел, Анастасия и Катя, — вспомнил я. — Во сколько выезжаем?

— В восемь утра, — ответил Петр. — Встретимся у портала. Не опаздывай.

— А есть точное время встречи? — усмехнулся я.

— Нет, отец не сказал. Но что-то мне подсказывает, что мы точно успеем.

— Я, например, обожаю ждать, когда ты закончишь болтать и займешься делом, — съязвила Лора.

Петр поднялся.

— Ладно, я пойду. Мне еще нужно подготовиться к поездке, — он направился к двери, но обернулся. — И, Михаил, постарайся выспаться.

Когда он ушел, Надя посмотрела на меня.

— Ты действительно едешь в Китай завтра?

— Похоже на то, — вздохнул я. — Надеюсь, там хотя бы стрелять не будут.

— С твоей удачей? — усмехнулся Эль. — Сомневаюсь.

Я не стал спорить. В глубине души понимал, что он прав.

Остаток дня я провел с семьей. Витя и Аня были на удивление уставшие и быстро уснули, чем порадовали и меня, и моих жен. Правда, чуть позже выяснилось, что это все Валера. Он играл с ними целый день и смог их вымотать.

— Ты бы видел, как мы развалили ту гору, — с победоносным видом заявил Валера, сидя в кресле гостиной, когда мы с Машей и Светой отнесли детей в кроватки.

— Какую еще гору? — тут же насторожилась Света.

— Да пустяки… — махнул рукой Валера. — Мы отлично провели время.

В гостиную заглянул Трофим. Его лицо было немного встревоженно.

— Прошу прощения, что отвлекаю, но, Михаил, включите телевизор…

Я взял пульт и нажал кнопку.

«…После чего неизвестный субъект разрушил около десяти километров защитной стены в Дикую Зону. Сейчас армия США пытается его остановить. На перехват неизвестного нападавшего выехали лучшие маги страны…»

— Я так поняла, Кутузов доставил посылку? — произнесла Лора.