Второй шанс для Элии

Глава 16

— Я думаю, — после моего очередного рассказа о произошедшем утром уже Фирсу и госпоже Вьер, поскольку с Томасом мы всё это обсудили ещё днём, слово взял Фирс. — Нам следует обратиться к властям, — выдал этот горе-моралист.

— К которым? — не скрывая веселья, поинтересовалась я. — К тем, которые её брат? Или к тем, кто подчиняется её брату?

— К рами вэй Рам Арашису, — сделав вид, что не заметил моей иронии, продолжи Фирс. — Он самый главный к нему и надо идти.

— Так-то он друг брата, если что, — пробормотала я себе под нос.

Хотя, если честно, за последнее время вопреки всем доводам разума я начала доверять этому аршваи рам как-то позабыв истинного положения вещей и того, кто мы все в Рам Эш.

— Ребята говорят, — вдруг слово взял Томас, — что вопрос о женитьбе рами вэй Рам Арашису и рами вэй Рам Руи решён и вот-вот назначат дату свадьбы…

Новость, озвученная Томасом, вдруг выбила воздух из легких. Дышать стало тяжело и с такой силой заломило где-то за грудиной, что я поспешила подняться и подойти к окну, чтобы не позволить присутствующим хоть как-то заметить, что мне нехорошо. С трудом проглотив ком в горле я попыталась успокоиться. Он сказал: «ребята говорят»! Это же не равно тому, что Зейн об этом объявил? Так ведь⁈

— Тогда тем более разбираться надо самим, но по уму! — наставительно сказала мадам Вьер, пока я сосредоточила внимание на звёздах за окном, как и на том, чтобы просто позорно не разреветься, как какая-то дура! — Если сегодня жертвой могла стать Элия, то завтра это может быть любой из нас и неизвестно, о чем она попросит, а мы просто выполним точно куклы. Какая же мерзавка, а казалась такой милой девочкой! — сокрушалась тётушка.

— Что мы можем сделать? Она одна из тех, кто определяет нашу судьбу, — тягостно вздохнул Томас. — Это не студентов по тачкам грузить. Не убивать же её в самом деле⁈ — всплеснул он руками.

— Даже не шутите так, молодой человек, — испуганно затараторил Фирс, заметив хищный прищур моих глаз. — Никаких убийств юных барышень! Даже, если очень хочется, всё равно нельзя!

Не то, чтобы мне прям очень хотелось, но поручиться за себя я бы не могла, если она опять полезет внушать какую-нибудь гадость.

— Ну, так-то, справедливости ради, — решила всё же вставить свои «аргументы защиты», — это я «юная барышня», которую пытались убить. И, ты меня знаешь, если о возможном убийстве известно больше, чем одному человеку, то я в такое не полезу, — покачала я головой, напоминая о своих принципах.

Ненадолго в комнате воцарилась гнетущая тишина.

— Во-первых, — взяв собственное болезненное дыхание под контроль, заговорила я. — Ни в коем случае не оставаться с ней наедине. Она взяла меня за руку прежде, чем начать внушать, и я думаю, что прикосновение так же важно для того, чтобы её сила сработала. Во-вторых, на чьей бы стороне не был рами вэй Рам Арашису, но прийти и сказать ему, что его возможная невеста предложила мне «отдохнуть и выпить снотворное» недостаточно для того, чтобы обвинить её в попытке убийства.

Сама не знаю почему, но я никому не сказала, что от внушения меня защитил кулон Зейна. Поражаясь самой себе, я выдумала, что, наверное, просто не восприимчива к такого рода магии. Может быть, это было неправильно, но мне не хотелось бы говорить о том, какой подарок подарил мне наставник. Это и без известия о его возможной свадьбе было достаточно смущающим. А, теперь и вовсе выглядело не очень.

— Как бы странно это не звучало, но я думаю, что нам следует быть очень осторожными и посмотреть, что предпримет эта мадам дальше…

— Ты думаешь, что у нас есть такая возможность? Ты не можешь быть уверена, что она не решит использовать кого-то другого, чтобы навредить тебе или нам всем.

Госпожа Вьер озвучила то, что каждый из нас понимал и так. Если просто затаиться и ждать, то это не решит проблему, а может послужить катализатором для ещё больших неприятностей.

— Подождите, — поднял руку Фирс. — Давайте ещё раз подумаем, что могло послужить причиной такой ненависти, я не побоюсь этого слова, ведь Леяри Рам Руи не какая-то безумная девица! У неё должна быть веская причина так поступать, так? Смотрите, — хлопнул в ладоши профессор, — нужно просто понять, в какой именно сфере схлестнулись интересы Элии и Леяри. Что это может быть? Учёба, власть, деньги, любовь? — вдруг шлёпнул он слово, от которого я вздрогнула. — Что? Надо обязательно понять причину!

«Какой красивый кулон», так она сказала, впившись взглядом в украшение на моей шее так, точно готова была удушить этой самой цепочкой.

«А, ты не удушила бы ту, которой твой жених подарил бы украшение?» ехидненько поинтересовался внутренний голос, приводя меня в неистовую ярость.

Если ещё несколько секунд назад, я была огорчена и раздосадована возможной свадьбой Зейна, то сейчас почему-то вдруг поверила, что это правда. Ведь не стала бы такая девушка, как Леяри ревновать и предпринимать подобные действия, не имея на то достаточных оснований. Так ведь?

Ответа у меня не было. Но была ярость, которая вдруг вспыхнула в сердце и направлена она была почему-то не на Леяри, а как раз на того, кто подарил мне этот чертов кулон.

— Мне пора на индивидуальные занятия, — процедила сквозь зубы. — Пока давайте придерживаться того, что постараемся избегать её общества, либо не оставаться с ней один на один.

Выходя из комнаты мадам Вьер, я шла, сгорая от буйства противоречивых чувств. Я странным образом ощущала горечь предательства, хотя по сути была человеком, которому никто и ничего не обещал. Меня захлёстывала ярость и жажда особо извращенного членовредительства. А, ещё очень хотелось бросить кулон прямо Зейну в рожу, хотя и жаба давила, потому, что как оказалось золотые цепочки это прям мой личный фетиш… Потолще бы была вообще бы носила не снимая! Ну, ещё капелька мне тоже очень нравилась, такая красива, нежная… Но в рожу кинуть хоть что-нибудь было просто необходимо! И, вообще, может быть стоило разобраться с ним один на один! Пусть успокоит свою бабу, а то я её у©покою! Да, так вот и скажу ему!

— Как он? — спросил Зейн, входя в крыло подвала Башни, к которому он выдал ограниченный доступ для себя, короля и двоих аршваи рам из королевского отдела дознания. В соседней комнате теперь содержалась и Алисандра.

— Спит, — пожал плечами светловолосый невысокий мужчина, расстроенно покачав головой. — С воспоминаниями невозможно работать пока он в таком состоянии. Кто-то очень грубо воздействовал на него. Сразу могу сказать, что выживание парня в планы того, кто это сделал не входило. Все его желания на момент бодрствования сводятся к попыткам самоубийства. Единственное, что могу точно сказать, так это то, что желание не его собственное. Вытащить из его памяти, кто именно поставил такую установку пока не представляется возможным. Это многоуровневое воздействие и можно повредить ещё сильнее.

— Вариантов, кто это был не так много, на самом деле, — тихо сказал Зейн, смотря на молодого человека, который сейчас казался безмятежно спящим.

— Все мои ребята тщательно проверяются и… — попытался возмутиться Эон Рам Литт — глава королевской службы дознания.

Зейн и Эон были давно знакомы и отношения поддерживали максимально приятельские, насколько это возможно для людей их положения.

— И я не о них, — изогнув губы в горькой усмешке, сказал Зейн.

— Леяри, — прошептал Эон, нахмурив свои светлые брови.

Он, конечно же, знал очаровательную девушку-менталиста, что была вызвана Зейном для помощи в проекте с отщепенцами.

— Но, зачем ей?

— Вот и я хочу понять, зачем ей это? — хищно прищурившись, Зейн вновь бросил взгляд на спящего парня.

Сегодня ночью едва удалось вытащить Реймара из петли, которую тот решил сделать из пояса ученической формы и повеситься на ручке двери в собственной камере. Сразу же стало понятно, что мужчина не в себе и находится под воздействием. Истерику, в которой был парень из-за того, что у него не получилось завершить начатое, удалось купировать лишь погрузив его в сон. Любые попытки привести его в чувство, заканчивались повторными срывами и попытками навредить себе. На языке менталистов это была «истерика, вызванная срывом многоуровневой установки». Объект не смог завершить то, что ему внушили и пока сила воздействия не ослабнет будет снова и снова пытаться повторить требуемое действие. Полночи ушло на то, чтобы связаться с родителями Рам Орт и предложить им возможность полностью снять все обвинения с сына в обмен на сотрудничество.

— Я хочу, чтобы мой сын умер, — просто сказал Рам Орт старший, выслушав предложение Зейна о сотрудничестве в раскрытии дела. — Пусть будет так, что он смыл свой позор повесившись, — сказал он осипшим голосом, который вдруг показался принадлежащим глубокому старцу. — Неважно откроется ли правда о том, что на него влияли или нет, будущего у Реймара Рам Орт на территории Рам Эш нет. Единственный шанс для него жить достойно его происхождению — это сменить имя и отправиться с дипломатическим корпусом в Сиаль или Радонию, — с силой сжав кулаки, процедил сквозь плотно сжатые губы мужчина.

— Если выяснится, что ваш сын совершил покушение на тех, кто был под личным покровительством его величества под воздействием — это будет можно устроить.

— Никто не должен об этом знать, — прошептал министр, тяжело переведя дыхание. — Все должны видеть, что Рам Орт всегда отвечают за свои поступки даже, когда это не их вина. Наш род останется чист перед короной. У меня ещё двое сыновей и они не должны жить с таким пятном на репутации. С этого дня Реймар Рам Орт мёртв, — губы мужчины чуть задрожали на последних словах, но это длилось лишь несколько секунд, прежде, чем он взял себя в руки и задышал глубоко и размеренно. — Держите меня в курсе. Я должен знать, кому мстить…

— Мстить? — изогнул бровь Зейн.

Вся эта отцовская драма ни на грамм не впечатлила его. Зейн хорошо знал, чего стоит отцовская любовь в высших родах Рам Эш. Всё, что волновало отца Реймара, так это его репутация и возможность оставить свой род у власти.

— Вы, Дион Рам Орт, не посмеете кому-либо мстить, и я вам настоятельно советую ближайшие годы не высовываться до тех самых пор, пока его величество не скажет, что можно, — с непередаваемой ледяной интонацией, сказал Зейн, смерив министра здравоохрания демоническим взглядом, от которого тот едва не съехал по стеночке на пол.

Их разговор был долгим и Зейн вообще в какой-то момент пожалел, что поставил в курс дела отца Реймара. Но ему показалось, что так будет правильно. И, вовсе не потому, что он волновался, что родители будут переживать за сына. Он не хотел иметь дело с их требованиями и возможным скандалом, который те несомненно начали бы раздувать. Таким образом Реймара Рам Орт объявили повесившимся уже утром, а вход на нижний ярус подвала опечатали. Именно тут им предстояло разобраться с тем, что он мог лишь подозревать. Ему нужны были доказательства вины, и он собирался их достать во что бы то ни стало.

— У меня сейчас занятия, — сказал он, поворачиваясь к Эону. — Как думаешь, сколько времени может уйти на его стабилизацию? — кивнул он в сторону парня.

Эон поджал губы и немного растеряно пожал плечами.

— Это ментальная магия, Зейн, сам понимаешь, зависит от многих факторов: сколько силы было затрачено, насколько глубокое поражение, личностные ментальные характеристики… Всё, что нам остаётся, так это поддерживать его в состоянии полного покоя и ждать. Я попробую разбудить его завтра утром, посмотрим, каким будет состояние. Стоит быть готовым к тому, что из сильнейшего возбуждения он впадёт в апатию. Позже ему понадобится помощь по восстановлению и скорее всего длительная реабилитация.

Зейн молча выслушал Эона, ещё раз попрощался и направился в сторону комплекса, где у него обычно проходили занятия с Элией. Но мысли его не покидала Леяри. Они были давно знакомы и Зейн действительно был дружен с Оре. Вся эта ситуация не могла оставить его равнодушным. Он считал Леяри кем-то вроде милой сестры друга, когда-то даже посматривал с интересом, но уже тогда что-то останавливало несмотря на то, что по всем параметрам она идеально ему подходила. А сейчас, он и подумать о таком не мог. Его интересовала одна единственная девушка, от которой он не намерен был отказываться и плевать, что она ещё даже не в курсе! А вот то, что сестра друга могла быть причастна к нападению на Элию, вызывало в нём целую бурю не самых лучших эмоций. Леяри была потенциально следующей главой рода Рам Руи. Лелеемая с самого детства идеальная наследница, которую просто так взять и обвинить в чем-либо невозможно. С одной стороны, он должен поступить так, как положено его статусу. Дождаться доказательств вины и уже с ними в руках выдвигать обвинение. С другой стороны, нечто темное и дикое в нём уже вынесло приговор той, кто посмел…

Зейн вошел в зал с порога ощутив колючую волну ярости, которая прошила его насквозь, заставив настороженно замереть. Вопреки ожидаемому нападению всё, что он увидел это Элию, что сейчас невозмутимо сидела в центре зала. Прикрыв глаза, она размеренно дышала. Лицо её, вопреки исходящим волнам ярости и гнева, которые ощущались на языке чем-то пряно-терпким, вкусным, было совершенно спокойным. Как странно, что в самых обыденных вещах он находит нечто удивительное, если дело касается её. Зейн смотрел на Элию и не мог отвести взгляд. Так сильно её образ завораживал его.

— Добрый вечер, — поздоровался он.

Девушка чуть вздрогнула и открыла глаза. Две синие бездны глаз тут же были обращены к нему так, будто вместо них у неё были метательные кинжалы и именно они могли бы сейчас войти в его плоть.

«Так, кажется, что-то надвигается», растерянно подумал Зейн, примерно даже не берясь гадать, что и когда прилетит от той, кого он выбрал своей. Ему это нравилось. Его женщина и должна была быть такой, чтобы каждый раз у него дух захватывало в попытке предсказать ей.

— Добрый вечер, — очень тихо, сказала она, и чуть наклонилась, толкая в его сторону по всей видимости заранее принесённый шест.

Странно, вроде бы не первый год с чудовищами сражается, да и что для него спаринг с мелкой девчонкой! Но вот только ни одна тварь бездны не выбивала его настолько из колеи, как эта сладкая девочка, что кажется уже мысленно содрала с него кожу и теперь прикидывает как лучше её растянуть и просушить.

Зейн тяжело сглотнул под пристальным взглядом Элии.

Мужчина чуть наступил на шест и провёл по нему стопой, подкручивая палку и заставляя её подпрыгнуть, чтобы уже в воздухе перехватить. Что-то ему подсказывало, что наклонись он за ней и его ждала бы смачная затрещина. Потемневший взгляд Элии и зловещая улыбка на её губах была ему подтверждением.

Да, что он сделал⁈

На этой мысли он едва успел блокировать прямой удар в голову. Шест затрещал, но выдержал. А, дальше начался полный хаос! Вот, вроде бы занимались они больше месяца, но ни о каких выверенных приёмах, связках и речи не шло! Элия лупила так, как хотела и куда хотела! А, если бы он отвлёкся⁈ Прощай зубы, глаза, мужское достоинство! Да ей вообще плевать!

В какой-то момент решив, что надо бы прекращать это, пока никто не пострадал, он перехватил её шест и выбил его из крошечных ладоней, после чего схватил её прижав к себе спиной, в надежде, что теперь-то она немного успокоится. Но не тут-то было, потому как острая пятка тут же опустилась на носок его ноги. И не то, чтобы он не смог среагировать, но ведь убери он ногу, и она бы ударилась об пол! Невольно чуть наклонившись вперёд, пытаясь перехватить Элию поудобнее, тут же получил белогривым затылком в нос. Надо сказать, уж что-что, а удар у Элии был будь здоров! Аж в глазах потемнело! Решив, что лучше отпустить её и дать уже высказаться он схватился за пострадавший нос, и решил тут же переключить её внимание.

— О, боги, кажется мне нехорошо, — пробормотал он, опускаясь на колени и начиная заваливаться на спину.

Вроде как она даже говорила, что лежачего добивать — себя не уважать. Надо подыграть и сместить вектор её внимания.

— Что? — вдруг испуганно прошептала она, опускаясь перед ним на колени. — Тебе плохо?

В голосе учитывалась неподдельная тревога и Зейн смог перевести дыхание. Кажется, успокоилась?

— Да, похоже, ты сломала мне нос, — выдохнул он, отчаянно стараясь не засмеяться, заметив, как испуганно распахнулись её голубые глаза. — А, может и нет, — пожал он плечами и тут же убрал руки.

Он поднялся так, чтобы их лица оказались примерно на одном уровне и нахмурившись серьёзно спросил:

— Что произошло? Почему ты так разозлилась?

Казалось, что девушке очень неудобно. Наброситься на него с палкой было чем-то обыденным для неё, чем рассказать о том, что на самом деле беспокоило.

Сначала она закусила губу, потом как-то смешно запыхтела, а после собрала ладони в кулаки, будто собралась идти в наступление и что-то для себя решив, заговорила:

— В общем, вот, что! — воинственно воскликнула она. — Прежде, чем дарить кому-то такие подарки, — достала Элия кулон из ворота формы, — стоило бы предупредить свою невесту и спросить её мнение на этот счет. И, я бы вообще его вернула, но пока эта припадочная не отвянет…

— Что? — нахмурился Зейн. — Какая невеста? О чём ты вообще?

На миг показалось, что Элия сейчас зарядит ему по второму кругу уже с кулака, но девушка поджала губы и неимоверными усилиями взяв себя в руки, заговорила вновь:

— Леяри Рам Руи, — почти по слогам произнесла она, — невеста ваша…

— Леяри на меня работает, — Зейн постарался говорить очень спокойно, чтобы не запустить новую вспышку гнева. — Она сотрудник Башни Семи Стихий, а не моя невеста.

— Нет? — растерялась девушка.

— Совершенно точно нет. Что произошло? И, с чего ты вообще взяла, что она моя невеста?

Рассказ Элии не занял много времени. Он был сбивчивым и немного сумбурным. Временами Зейну казалось, что Элия не на шутку смущена, но, когда дело дошло до описания того, как повел себя кулон на попытку внушения уже настала очередь Зейна выходить из себя.

— Я понимаю, что этого недостаточно, чтобы обвинять кого-то, но…

— Для меня достаточно, — сказал Зейн и его пальцы вдруг оказались на нежной щеке девушки.

Её кожа была теплой и шелковистой, отчего хотелось прикасаться к ней снова и снова. Их глаза встретились и казалось он потерялся в этой синей глубине. Сердце с силой ударило о рёбра, и он ещё ближе склонился к Элии, ощущая её горячее дыхание на своих губах. Это была сладкая пытка. Противостоять этому притяжению не было ни сил, ни желания. Он должен был узнать каков на вкус её поцелуй? Каково это держать её в своих руках и наслаждаться каждым прикосновением? Когда его губы накрыли её, уводя за собой, он ощутил её смущение и первую неловкость и это окончательно свело с ума. Его язык ласкал её губы, осторожно раздвигая их, чтобы проникнуть глубже и ощутить это сводящее с ума касание языка к языку. Этот поцелуй… казалось, он и не жил до этого самого мгновения.

3 года назад, замок графа Изэр, Тарволь.

— Вот, увидишь, Лоис встанет на колено и подарит мне букет весенних цветов и спросит: «Выйдешь ли ты за меня, моя несравненная Берта?» — прошептала молоденькая служанка, сложив руки в замок на груди и мечтательно прикрыла глаза.

Девушку можно было бы назвать юной мечтательницей о любви, если бы рядом кто-то вдруг не хрюкнул и сдавленно не просипел:

— Несравненная Берта-а-а! — разразился сдавленный хохот с отчетливым подвыванием.

— Да, что б ты понимала, негодная девчонка! — обижено воскликнула служанка, бросив взгляд на раскрасневшуюся подружку, которая хохотала, как ненормальная, развалившись за кухонным столом. — А, потом поцелует меня страстно в губы и о нашей любви будут петь менестрели…

Зря она сказала о «менестрелях» этой ничего непонимающей дурынде! Только хохочет и издевается! У неё любовь, а эта Элия такая бесчувственная!

— Посмотрю я на тебя, как ты будешь смеяться, когда тебя поцелует тот, от кого сердце замирать будет, — зло бросила Берта, обиженно поджав губы.

Смех на кухне тут же оборвался и на Берту исподлобья взглянула Элия с таким зверским видом, что служанке очень сильно захотелось залезть под стол.

— Первого кто попробует найдут в ближайшей канаве с его же яйцами во рту, — каким-то низким рокочущим голосом, сказала Элия и тут же острый нож, что лежал на столе, вошел в столешницу на несколько сантиметров.

— Но рано или поздно граф захочет выдать тебя замуж! — тяжело сглотнув, попыталась вразумить девушку подружка.

— Канав много, — бросила она. — И для него найдётся.

Девушка смерила Берту нечитаемым взглядом и с самым серьёзным видом вышла из кухни.

— Ненормальная, — раздосадовано прошептала служанка, когда за Элией уже закрылась дверь.

Что на меня нашло⁈ Точно так же, как я не узнавала себя пять лет назад, я переставала понимать себя сейчас.

Бандиты эти, сволочи, опять по голове влупили теперь и сама не знаешь, чего от себя ожидать⁈

Или всё дело в проснувшейся силе? А, может всё вместе?

Я словно качалась на качелях взмывая то вверх, то вниз. Мои эмоции то возносили меня к небесам, растворяя в каких-то сумасбродных мечтах и фантазиях, то точно так же закатывали в какое-то подземелье, где не было ни света, ни толики здравого смысла!

Ну, даже, если Зейн женится — это не моё дело! Ну, не моё, как ни крути! Он взрослый мужик и имеет право…

Да, именно так, я уговаривала себя.

Но, нет!

Не было у него такого права, потому что я так вот решила и всё тут!

Потому, что моя вновь избитая голова сменила полярность и вкупе с предыдущими повреждениями, на свет родилась совершенно неуправляемая версия меня прежней, которой вообще не докажешь, если она взъелась на кого-то!

Я дышала, пытаясь вернуть самообладание и уговаривала себя, что всё хорошо. Я должна быть собрана и спокойна. Мы взрослые люди, поговорим цивилизованно…

Ну, да⁈ Конечно, с придурочной вроде меня вряд ли так-то получится!

Стоило ему сказать «добрый вечер» и меня накрыло сметающей все барьеры яростью! Я тут страдаю! Узнала, что у него невеста есть, которая пыталась меня убить! А он мне «Добрый вечер — я диспетчер»!

Со всей бушующей во мне злостью и обидой я лупила его всецело отдаваясь процессу! До тех самых пор, пока он не выбил шест из рук и не прижал спиной к своей груди. Даже тут нанеся первый удар по ноге и в кои-то веки попав, я испытала ни с чем не сравнимое удовольствие! Добавив ещё и с головы, окрылённая тем, что мой гнев нашел-таки выход вдруг испуганно замерла, когда увидела, как он падает.

Боль! Моё сердце сковала всепоглощающая боль и жалость! Стало трудно дышать.

Да, что это вообще⁈ Добивать надо!

Поняла, что ещё немного и позорно заплачу!

Я⁈

Заплачу⁈

Суки, что они со мной сделали⁈ Завтра же надо будет попросить Фирса дать мне кирпичом по голове! Надо срочно всё вернуть назад! А, если хуже станет? Хотя куда уж?

— Что? Тебе плохо? — этот жалкий писк, неужели принадлежит мне?

— Да, похоже, ты сломала мне нос, — выдохнул Зейн, и прежде, чем горячая влага вырвалась бы из плена моих глаз, добавил. — А, может и нет, — пожал он плечами и тут же убрал руки.

Растерявшись я лишь глупо хлопала глазами, когда он как-то по-особенному, вкрадчиво спросил, так что моё сердце по необъяснимым причинам затрепетало в груди.

— Что произошло? Почему ты так разозлилась?

Но стоило ему сделать вид, что он не понимает за что получил (Хотя, конечно же он не понимал! Даже я не понимала, за что он получил, чего уж там⁈), но я вновь разозлилась, пусть и не столь сильно. Чертовы качели вновь понесли меня в неведомые дали собственной эмоциональности.

— В общем, вот, что! — воскликнула я, решившись взять себя в руки и поговорить. — Прежде, чем дарить кому-то такие подарки, — достала кулон из ворота формы, — стоило бы предупредить свою невесту и спросить её мнение на этот счет. И, я бы вообще его вернула, но пока эта припадочная не отвянет…

— Что? — нахмурился Зейн. — Какая невеста? О чём ты вообще?

— Леяри Рам Руи, — по слогам произнесла я, почти аплодируя себе, что просто не врезала ему кулаком в нос за этот вопрос. — Невеста ваша…

— Леяри на меня работает. Она сотрудник Башни Семи Стихий, а не моя невеста, — просто ответил мужчина и я вновь с головокружительной скоростью полетела на идиотских качелях куда-то к небесам. Свихнуться можно!

— Нет? — точно совсем ничего не соображающая дурёха, решила уточнить я.

— Совершенно точно нет. Что произошло? И, с чего ты вообще взяла, что она моя невеста?

То ли его интонации подействовали на меня так успокаивающе, то ли действительно всё это я устроила точно маленький ребёнок, который раскапризничался почувствовав, что его ожидание сладкого обмануто, а теперь получив свои конфеты обратно тут же успокоилась? Делать прогнозы относительно самой себя я уже не бралась. То, что я безвозвратно поехавшая было очевидно. Оставалось надеяться, что медитации, дыхание и контроль скорректируют моё состояние хоть немного. Так или иначе, но мне вдруг стало так хорошо и тепло на душе! Я невольно приободрилась и решила рассказать всё как есть.

«А, что сразу так нельзя было?» поинтересовалась я у самой себя и тут же нашлась с ответом.

«Нет, а то не так интересно было бы».

— Я понимаю, что этого недостаточно, чтобы обвинять кого-то, но, — тяжело перевела я дыхание в конце рассказа.

— Для меня достаточно, — сказал Зейн и его пальцы вдруг оказались на моей щеке.

Я испуганно подняла взгляд, кожей ощущая опаляющее прикосновение, от которого у меня зашлось сердце, и тут же утонула в голодной зелени его глаз.

Никогда прежде ничего подобного со мной не происходило. Его близость вдруг стала всем настоящим, что осталось в этом мире за что я могла бы зацепиться. Дыхание опалило губы, и я подалась ему навстречу, желая ощутить то, какое оно на вкус. Не в силах бороться с притяжением, что вдруг захлестнуло всю целиком. Горячие губы умело раскрыли мои, пробуя их на вкус, будто это было изысканное лакомство. Я терялась в этих необыкновенных ощущениях, растворяясь в жарких касаниях наших губ и языков. И всё, чего на самом деле хотелось в этот момент, чтобы оно не заканчивалось. Чтобы так было всегда: его крепкие руки, алчно скользящие по моему телу; наше сбившееся дыхание одно на двоих и всепоглощающее желание быть как можно ближе.

Стук в дверь будто гром среди ясного неба, заставил испуганно вздрогнуть и отстраниться. Мы часто дышали не в силах оторваться друг от друга, когда стук вновь повторился и Зейн поморщился. Открывать дверь неизвестному визитёру было последним, что он хотел делать.

— Я быстро, — прошептал он, оставив на моих губах ещё один лёгкий поцелуй.

Пока он шел к двери, я поднялась, взяла наши шесты и решила убрать их пока на стойку с оружием, лишь бы хоть чем-то себя занять в этот момент. Сейчас, когда осознание произошедшего вдруг обрушилось на меня с неистовой силой, только успокоившиеся «качели» вновь начали набирать оборот.

«Что это такое было?»

«А, что теперь будет?»

«Что это значит?»

«Мы поцеловались и теперь что? Как себя вести?»

— О, черт, мне срочно нужен кирпич, — прошептала я себе под нос, понимая с какой скоростью наливаются краской смущения мои щеки, а количество совершенно идиотских вопросов лишь множится и множится в моей голове.

— Простите, рами вэй Рам Арашису, — раздался женский голос от входа, и я повернулась, пытаясь понять, кто это пришёл.

Но стоило увидеть темноволосую красавицу, как я тут же узнала в ней личного секретаря, который встречал нас в приёмной башни в первый день приезда.

— Я бы не решилась прерывать ваши занятия, но ваш отец… то есть рами вэй Ройс Рам Арашису настаивает на немедленной встрече. Он ожидает в приёмной.

Зейн ни жестом, ни взглядом не позволил себе показать то, как разозлил его визит нежданного гостя. Он сдержанно поблагодарил секретаря и попросил её передать отцу, что придёт, как только закончит занятие. Когда дверь за Айрьей Рам Ири закрылась, он вновь сосредоточил своё внимание на Элии. То, что девушка была смущена и не находила себе места под его взглядом, было заметно. И, Зейн прекрасно мог понять её, учитывая всё произошедшее.

— Иди ко мне, — тихо позвал он, и со странным удовольствием наблюдал, как её щечки украшает лёгкий румянец.

Но всё же девушка взяла себя в руки и подошла. Его ладонь тут же оказалась на её щеке, заскользила по шее и очутилась на плече. Касаться её, быть просто рядом, казалось особенно изысканным удовольствием. Предвкушение того, что однажды их близость станет более интимной, разрасталось в низу живота обжигающим нетерпением.

— Нам нужно завершить урок, — взяв её запястье, он стал медленно распутывать ремешок браслета-ограничителя.

Этот невинный ритуал, когда он снимал такую крошечную деталь с её тела, становился его личным наслаждением, за которым тянулась целая вереница фантазий, совершенно не имеющих отношения к учебе.

— Как бы мне не хотелось выпускать тебя из своих рук, но если пропустить занятие, то это может стать весьма болезненным. Энергия должна ежедневно циркулировать в твоём теле, — поглаживая кожу девушки на запястьях, стирая следы, оставленные браслетами.

— Не представляю, как сосредоточиться, — прошептала она и Зейн, чуть улыбнувшись, склонился к ней вновь поцеловав податливые губы.

— Я тоже, — прошептал он, через силу оторвавшись от такого сладкого ротика.

Ройс Рам Арашису уже больше часа ожидал собственного сына в приёмной. Сидя на весьма удобном диване, попивая дорогой кофе, он всё равно чувствовал себя униженным. Он глава рода Арашису, а не какой-то родитель одного из сопливых учеников Башни! Он пришёл с визитом не просто к сыну, а к тому, кто был ниже его по статусу в иерархии рода! И должен ждать⁈ Его вопрос был важнее каких-то уроков, учитывая, что сын постоянно избегал встреч с ним, а время, когда ему пора было заключить брак и озаботиться наследником давно пришло! То, что в их роду до сих пор не появилось союза сильнейшего из возможных наследников, подрывало авторитет и силу самого Ройса.

— Добрый вечер, Айрья, — раздался мелодичный голос Леяри Рам Руи от стола, который занимала секретарь. — Зейн, то есть рами вэй Рам Арашису у себя? — поспешила исправиться девушка и это не укрылось от Ройса.

Мужчина невольно улыбнулся. Идеальная девушка по всем характеристикам, которые бы он предъявил к возможной снохе: сильная, воспитанная, красивая, будущая наследница источника Рам Руи, а стало быть, дети в таком союзе будут достаточно сильными и впоследствии укрепят, и объединят кровью оба рода. А, если и с ними провести слияние, то род Арашису возвысится над всеми…

— Добрый вечер, рами вэй Рам Руи, у него же индивидуальные занятия, разве вы не знали? — захлопав глазами, совершенно бесхитростно поинтересовалась секретарь.

Айрья недолюбливала Леяри и видела в ней конкурентку за внимание собственного шефа. Но будучи несколько простоватой, всё на что хватало изощрённости её ума это вот так в лоб упрекать Леяри в глупости. Девушка прекрасно видела, что движет Айрьей, как и помнила, что Зейн будет занят ещё ближайшие минут тридцать минимум. Уж что-что, а его расписание она знала отлично. Как и то, что он сейчас проводит время с Элией. В отличии от Айрьи, Леяри никогда не ревновала Зейна просто потому, что не в этом была её цель. Во-первых, она считала себя лучше любой из женщин Рам Эш. Во-вторых, она больше рассматривала их союз с Зейном, как вручение его в её собственность. Она хотела владеть им. И то, что её так задело его внимание к Элии, необразованной, грубой отщепенки! К, по сути, ничтожеству, которое вдруг стало частью древнейшего рода лишь по острой необходимости Рам Эш вводило её в ярость. Это на неё он должен смотреть, хотеть, добиваться и желать! А не на эту…

Что ж, раз не вышло пока с внушением, можно зайти немного с другого входа.

Именно так решила она, заметив, как Ройс Рам Арашису входит в центральное здание башни. Лишней поддержки не бывает. С Ройсом Леяри конечно же встречалась прежде в силу своего происхождения. Высокий, широкоплечий мужчина с копной пепельных волос и с бледными серыми, как у мёртвой рыбы, глазами. Казалось, он и его сын не имели никаких родственных связей. Настолько внешне непохожи они были. Но Леяри знала, что до проведения обряда Зейн тоже был пепельным блондином с серыми глазами, а его новая, такая яркая внешность, появилась уже с годами по мере слияния его сущности с той, что призвал его отец. И то, каким он стал, говорило о его внутренней силе и уникальности. Она хотела обладать таким мужчиной — единственным в своём роде!

В их прежние встречи она никогда не пыталась влиять на сознание Ройса или внушать ему что-то. Это не так-то просто, когда перед тобой уже сформировавшийся аршваи рам. Да, ещё и связанный с источником рода. Но она всегда подключала своё обаяние, напитывая его собственной ментальной силой, чтобы привлечь его внимание. Не как женщина, поскольку Ройс был женат, то как мужчина он был ей без надобности. Она хотела говорить с ним на понятном языке, делая себя интересным товаром в его глазах.

Если бы Зейн не был таким сильным аршваи рам, то все эти танцы вокруг него ограничились бы простым внушением и постоянным воздействием. Она давно бы стала частью рода Рам Арашису! Хотя, зачем он был бы ей нужен, если бы не был так силён?

— Ясно, спасибо Айрья, — мило и немного грустно улыбнулась Леяри, поворачиваясь спиной к секретарю так, чтобы Ройс смог увидеть её потухший, полный невинной печали взгляд.

Она подняла глаза и якобы только-только заметила мужчину, позволив на губах появиться открытой, полной радости встречи, улыбке:

— Рами вэй Рам Арашису, — поспешила она подойти к мужчине, который в знак приветствия поднялся с места.

— Леяри, малышка, — усмехнулся мужчина, заговорив с ней, как с ребёнком, — надеюсь не обидишь старика, позволив так обращаться к себе.

Ройс сам себе поразился, что так рад был встретить эту девушку. С ним в принципе такое очень редко случалось.

— Что вы, какой же вы старик, — продолжала улыбаться девушка. — Вы в гости к Зейну? — невинно спросила Леяри, намерено называя мужчину именем, чтобы показать насколько они близки, но тут же смутилась и поправилась. — То есть, рами вэй Зейнверу Рам Арашису?

— К нему, — кивнул мужчина, прекрасно заметив оговорку, допущенную Леяри. — Давно не видел тебя, как твои дела? Ты так выросла, совсем невеста, — Ройс специально заходил на эту территорию.

В зависимости от ответа девушки, он сможет уже завтра связаться с главой рода Рам Руи и начать переговоры о помолвке. Почему раньше он рассматривал несколько вариантов, не сосредоточив всё внимание на наследнице Рам Руи? Тем более они так близки с Зейном! Всё должно быть ещё проще, чем он думал! Лучше ведь и не найти.

— Ну, что вы, — смущенно улыбнулась Лея, бросив взгляд на кабинет Зейна.

Поднаторев в использовании собственных сил, она могла словно выстреливать нужными ей мыслями в воздух и если они имели приятие в тех, кто был рядом с ней, то могли стать зерном неожиданно вспыхнувшей идеи, мысли. Строго говоря, это не было внушением, но порой оно было и не нужно.

Она проговорила с отцом Зейна «ни о чем» в течении пятнадцати минут, но этого времени хватило, чтобы найти отражение в мыслях мужчины. Лея чувствовала, что Ройс и сам хотел решить вопрос с женитьбой сына в ближайшее время. У него наверняка было несколько кандидаток. Возможно, среди них была и она. Зато теперь, она могла сказать, почти наверняка, что осталась лишь она одна. Самое прекрасное в особенности её магии было тем, что если мысли человека не встречали сопротивления с тем, что несла она, то нужные идеи легко становились главенствующими. И Лея чувствовала, как её «очарование» проникает всё глубже и глубже. Как бы там ни было, но совсем скоро должен был прийти Зейн и ей пришло время уходить. Будет подозрительно, если он увидит их вместе, а его отец потом заведёт с ним разговор о ней.

Тепло попрощавшись с Ройсом, Леяри окрылённая собственным успехом, поспешила покинуть центральное здание.