Во власти дракона

ГЛАВА 31

Неужели? Девушка по имени Оксана… из моего мира! Я просто обязана с ней встретиться!

— Вероника, я могу то, что ты сейчас рассказала, передать своей Повелительнице? — спросила Сирень.

— Оксане? Да. Конечно. Я… мне нужно было поделиться тем, что со мной произошло. И… ты мне расскажешь про нее?

Понятно, что Сирень в любом случае доложила бы своему начальству о драконах и о том, что минимум два из них спокойно гуляют по соседнему миру. Но деликатность я оценила.

— Лучше она сама тебе расскажет. Я не могу решать, это не моя история.

— Понимаю.

Я бы и сама не хотела, чтобы о моих похождениях в другом мире узнали без моего ведома.

— Мне кажется, тебе лучше поспать, — сказала Сирень. — Я могу предложить тебе и твоим служанкам комнату, чтобы переночевать.

— Мы остановились в гостинице, — сказала я.

— Тогда говори где, я пришлю туда курьера после того, как свяжусь с Повелительницей. В любом случае, приглашаю тебя отправиться завтра со мной в эльфийский лес. Там ты можешь дождаться ответа или встречи с ней.

— Спасибо, я с удовольствием принимаю приглашение, — улыбнулась я. — Могу я взять с собой своих служанок? Они люди. Но одна из них уже летала на грифоне.

На кой мне вздумалось тащить с собой Дилю с Лилой, подумаю позже. Но я как-то привязалась к девушкам… Они были мне известны, насколько это возможно — узнать человека за такой короткий срок. А эльфы — величина непонятная, новая и опасная. Особенно если учитывать эмоциональную неустойчивость некоторых любителей пуляться огнем вместо приветствия.

— Да, можешь. Мы нечасто разрешаем людям проникать на наши земли, но для тебя я сделаю исключение.

Сирень снова подозвала белый шар и попросила дочь подойти.

— В зале есть дроу? — спросила она, когда Ларини появилась на пороге.

— Да, двое, — девушка с интересом смотрела на меня. — Из свиты великого Этельинтга дир Альмеронга.

Надо будет поинтересоваться, почему ж он все-таки великий.

— Сама видишь, — сказала Сирень. — Я могу проводить тебя через задний выход, но сдается, на улицах тебя тоже ищут. Хотя с маскировкой ты хорошо придумала. Похоже, дроу не привыкли смотреть на ауры… — она покосилась на дочь.

— Мама, не начинай! — воскликнула Ларини.

— Вероника, можно тебя попросить не шевелиться? — спросила Сирень.

— Да, — я замерла в кресле.

— Ларини, что ты видишь, глядя на нашу гостью? — уже другим, жестким и строгим тоном спросила Сирень.

— Ну… — девушка вздохнула и сощурилась, глядя на меня в упор. — Ой! — она смешно прикрыла рот ладошкой и отскочила.

— Было бы хорошо и мне сказать, что там такого, что вызывает такое «Ой», — проворчала я. Вдруг как-то резко захотелось спать. Еле подавила душераздирающий зевок.

— Золотые переливы и яркие фиолетовые всполохи, — поделилась Ларини. — Ты детеныш дракона!

— Да, детенышем меня еще не обзывали, — вздохнула я.

— Ларини, я не буду тебе напоминать о том, о чем мы с папой говорили уже много раз, — с довольным видом произнесла Сирень. — Сама видишь. Вероника не опасна для нас, но если бы это оказался взрослый дракон…

— Тогда я снова попала бы в неприятности, а папу пришлось бы лечить элитари, — сказала Ларини. — Я поняла, мама. Больше не буду лениться.

— Вот и славно, — сказала Сирень и посмотрела на меня: — Спасибо за урок.

— Не за что. Скажите, предложение воспользоваться вашим гостеприимством все еще в силе?

— Да, разумеется. Хочешь, чтобы я послала за вашими вещами?

— Да, спасибо. Конечно же, я оплачу проживание.

— Нет, — улыбнулась Сирень. — Я пригласила в гости, а не в гостиницу, Вероника. Считай, что у нас взаимовыгодное сотрудничество. Ты рассказала о себе и предоставила нам важную и ценную информацию о драконах и дроу.

— В таком случае спасибо, — сказала я.

— Ларини, позови сюда служанок Вероники и отправь кого-нибудь за ее вещами, — распорядилась Сирень.

Меня проводили в уютную спальню, куда в скором времени подошли Диля и Лила.

— Госпожа Рона, я должна вам столько рассказать! — с порога сообщила Диля.

— Хорошо, — разрешила я, — но вначале небольшое объявление. Мы остаемся ночевать здесь. Лила, тебе сейчас дадут сопровождение, сходишь в гостиницу, заберете наши вещи. А завтра мы отправимся к эльфам.

— К эльфам? Светлым? В их лес? — глаза Лилы округлились.

— Да. Меня пригласила жена посла. Я хочу взять вас с собой, но решать вам. Если передумали, то оставайтесь.

— Нет, я с вами, госпожа Рона, — сказала Диля. — А вы мне разрешите соблазнить какого-нибудь эльфика посимпатичнее?

— На твое усмотрение. Только смотри, чтобы он был не женат.

— Так у них же татуировки, — удивилась Диля. — Трогаешь эльфа… и она сверкать начинает, если есть. Даже сквозь одежду видно, если рукава вдруг длинные. Это значит, что вроде как занят.

— Вот как? — удивилась я. — Удобно. А где трогать надо?

— Ну где обычно мужчину потрогать хочется? — воскликнула Диля, смотря на меня с недоумением в глазах. Типа, как я могу спрашивать о таких простых вещах.

— Я, пожалуй, пойду за вещами, — покраснела Лила.

— Хорошо, — сказала я. — А ты Диля, так и говори, что за плечо трогать надо.

— А…

— Лила, иди, — перебила я девушку, которая порывалась пояснить. Строго посмотрела на Дилю: — Что ты хотела рассказать?

— Так… про темных эльфов. Главный дроу назначил награду за любые сведения о вас — десять золотых.

Интересно, это много или мало? Хорошо, что я решила не возвращаться в гостиницу — ведь кто-то мог и увидеть нас с Дилей в храме и опознать. Конечно, монашки по большей части выглядели невменяемыми, но ведь были еще и обычные прихожане.

— Все теперь тебя ищут. И монашки, и стражники, и простые люди. Столько донесений уже к дроу поступило. Всем десять золотых хочется.

— А тебе? — сразу уточнила я, решив, что это намек.

— Ну, мне тоже, конечно. Но столько, сколько вы мне уже дали, мне еще никто не давал. Так что я в выгоде и так.

Мда. Надо при первом удобном случае посмотреть, сколько денег в сумке. А то кончатся, и останусь я нищей. И еще узнать, как можно тут применить мои знания. Если я остаюсь, нужно найти работу. Как хорошо, что бабушка в детстве учила меня обращаться с деревянными счетами! Игра у нас была такая. Так что нужно просто найти мастера по дереву и заказать ему абак. А там… можно смело устраиваться приказчиком к какому-нибудь торговцу, вон теми же тканями, например. Не пропаду.

Не успела я искупаться и переодеться ко сну, как вернулась Лила с вещами. Сопровождал ее эльфийский слуга, которого выделила Сирень. У них без проблем получилось забрать сумки из гостиницы, в которой нас даже никто не ждал. Ну и слава богу. Может, я преувеличила интерес дроу к моей скромной персоне? Хотелось бы верить.

Девушки пожелали мне спокойной ночи и отправились спать в комнату для слуг. Надеюсь, Диля не примется этой же ночью осуществлять свой план по соблазнению «эльфа посимпатичнее»? Не хотелось бы поиметь проблемы на этой почве.

Оставшись одна, я решила выяснить, сколько денег мне досталось «в наследство» от дракона. Как там нужно? Закрыв глаза и запустив руку в сумку, пожелала достать кошелек. Вытащила. Один раз. Другой. Третий. Хм. На десятом мешочке с золотыми захотелось вернуться в храм и отдать сумку обратно дракону. Может, и правда так сделать? Совесть, что скажешь?

Совесть молчала. Точнее, она пыталась пищать что-то про то, что брать чужое не хорошо, но я ее быстро заткнула. И дело даже не в том, что мне, похоже, предстоит выживать в незнакомом мире, где я почти никого не знаю. Арран виновен в том, что вырвал меня из родного… пусть будет леса. Из моей жизни, где все просто и понятно. Он не спрашивал моего разрешения или согласия на помощь ему. Он просто сделал так, как почитал нужным и правильным, не скрывая своих намерений — использовал меня, чтобы добиться своей цели. Он сделал то, что собирался — обрел тело. А я… соответственно, отомстила ему, как смогла — забрала его имущество.

Так что поступок я уже совершила — сумка с золотом здесь, у меня. Я ее уже забрала. Так что осталось расхлебывать последствия. Надеюсь, у Аррана много денег и для него пусть даже такая куча золота не сыграет роли.

Задумалась и поняла, что ничего не знаю о драконе. Кто он, откуда, как оказался в таком положении? Без тела, в виде духа, с собственным скелетом в пещере. Блин, а может, это золото — единственное, что у него есть? Хоть действительно возвращайся в храм и отдавай ему сумку обратно.

Ладно. Хватит. Переживания еще никому добра не приносили. Так что подумаю лучше о другом. Сирень сказала, что я детеныш дракона. По правде, про драконью кровь мне не сказал здесь только ленивый. Это я не хотела обращать внимания на эти слова, считая, что чешуя и когти — следствие магии Аррана.

Максимально сосредоточившись, принялась «вызывать» когти. Зажмурилась и стала усиленно представлять, как они вырастают, такие острые и золотые…

Отрыла глаза и посмотрела на пальцы. Ничего. Обычные человеческие ногти. Где бы тут пилочку раздобыть? А то на маникюр, точнее, его отсутствие, смотреть страшно.

Посмотрев в зеркало, чешуи на скулах тоже не увидела. Хотя… само лицо немного изменилось. Сейчас никто бы уже не дал мне тридцати двух лет. Нет, я и дома выглядела без преувеличения хорошо для своего возраста — старалась правильно питаться, в бассейн, опять же, регулярно ходила. Но не настолько же! Из зеркала на меня смотрела девушка лет восемнадцати. Ладно. Все, что не делается, как известно — к лучшему.

Вот и решила перестать переживать и лечь спать. И уже засыпая подумала о том, что, возможно, просто эльфийка ошиблась и никакой я не дракон…

— Где ты, Ника? Ника!

Требовательный мужской голос звал меня, пытаясь пробиться сквозь сонный туман. Арран. Даже не просыпаясь, я поняла, что это он. Но тут внезапно вместо дракона я увидела бывшего мужа, Славика. Его так хорошо знакомый и вместе с тем так надоевший баритон с протяжными нотками:

— Я не хочу разводиться, Вероника! Мне и так хорошо! От добра добра не ищут, кто тебя возьмет, ты уже старая, посмотри на себя!

Ну да. Как только он понял, что мое решение уйти окончательное, стал давить на самооценку, пытаясь доказать мне, что разведенка за тридцать не имеет никаких шансов снова выйти замуж. Ха-ха!

— Куда ты пойдешь? У тебя что, кто-то есть? Ты что, думаешь, тебе с другим будет хорошо? — вопрошал бывший муж.

— Я ухожу не потому, что мне с другим хорошо. Нет у меня другого. Я ухожу потому, что мне с тобой плохо.

— Ты ошибаешься, Ника, говоря так, — вмешался в мой сон Арран. — У тебя есть я. И я найду тебя, где бы ты ни спряталась.