Владимир, Сын Волка 5

Глава третья Окровавленные перья

*СССР, РСФСР, Московская область, город Калининград, НПО «Энергия», 8 февраля 1994 года*

— Сто девяносто тонн, говорите? — с сомнением спросил Жириновский. — Но в проекте ведь было двести тонн ровно…

Борис Иванович Губанов поморщился, но затем черты его лица разгладились.

— В проектной документации мы обозначили примерную полезную массу, высчитанную теоретическими расчётами, — объяснил он. — Но в ходе разработки нам удалось добиться чуть большего.

— Я не осуждаю, — улыбнувшись, сказал Жириновский. — Наоборот — я рад, что удалось остаться близко к проектному значению!

Он посмотрел на макет ракеты-носителя «Вулкан», тяжёлой модификации «Энергии» с восемью боковыми блоками, которая станет важнейшим компонентом проекта «Салют-9», под названием которого скрывается орбитальная станция «Мир-2».

В рамках второй половины этого года, «Вулкан» будет испытан — с его помощью запустят на геостационарную орбиту новый военный спутник-ретранслятор «Звено». Его масса составит 39 тонн, и он будет обладать мощными солнечными панелями и огромным запасом топлива для коррекции орбиты, достаточным для существования в течение 15–20 лет.

Благодаря «Звену», будет обеспечена надёжная связь с подводными лодками, стратегической авиацией и наземными частями над Атлантикой.

Затем, по ходу испытаний «Вулкана», будут запущены ещё три «Звена», которые войдут в состав геостационарного компонента военной связи.

Но сами по себе «Звенья» глобальную защищённую военную связь обеспечить не смогут, поэтому на высокоэллиптических орбитах будут находиться шесть «Молний». Впрочем, даже без «Молний» все эти «Звенья» обеспечат связь в трёх огромных частях планеты.

А после «Звеньев», примерно в середине 1995 года, на геостационарную орбиту будут подняты спутники РЭБ «Парселена».

Спутник РЭБ «Парселена», согласно проекту, будет иметь массу 45 тонн и оснащаться солнечными панелями на 350 кВт и четырьмя ядерными энергетическими установками «Топаз-2» по 15 кВт каждая, а также четырьмя развёртываемыми на орбите фазированными решётками длиной 24 метра.

Одна «Парселена», установленная над Европой, позволит точечно заглушать военную связь противника, но только в случае начала реальной войны.

В мирное время «Парселена» будет пребывать в свёрнутом состоянии, питаясь исключительно за счёт «Топазов-2».

А вот если начнётся война, «Парселена» оставит НАТО без связи и навигации, и для этого не нужны будут фантастические орбитальные платформы с лазерными установками.

По расчётам аналитиков, НАТО потребуется до полутора недель, чтобы справиться с потерей и перейти на наземную связь. Этого времени вполне достаточно, чтобы сделать с вражескими наземными и воздушными силами всякое, а потом принимать последствия…

Но «Парселена» будет не одна — этих даже в проекте очень дорогих штуковин планируется разместить ещё три штуки, чтобы, при необходимости, глушить связь на любом интересующем участке планеты.

Это секретное оружие, которое увеличит шансы Советской армии, но не гарантирует победу в войне.

— Я верно понимаю, что «Вулкан» всё сильно ускорит? — уточнил Жириновский.

— Не думаю, — покачав головой, ответил Борис Иванович. — Юрий Павлович вновь переутвердил проект «Салюта-9», поэтому его снова начинают перерабатывать под новые вводные.

Юрий Павлович Семёнов — директор НПО «Энергия», когда-то давно, в 1987 году, из-за успешной разработки ракеты-носителя «Энергия», утвердил новый проект базового модуля «Мира-2», в связи с возросшими возможностями.

Теперь, когда ракета-носитель «Вулкан» почти готова, видимо, конструкторы увидели возможность сделать базовый модуль ещё больше, а также увеличить размеры орбитального дока, что должно увеличить количество дополнительных модулей.

— То есть, станция должна стать ещё больше? — с надеждой спросил Жириновский.

— Я думаю, это ясно из контекста, — слабо улыбнувшись, ответил Губанов. — Но за подробностями лучше обратиться к Юрию Павловичу.

Юрий Павлович Семёнов принимает стратегические решения по всем имеющимся и будущим проектам, в том числе и по «Салюту-9».

— Я обращусь к нему, — кивнув, сказал Владимир.

Он старается держать руку на пульсе всех ведущихся разработок, потому что алчность застила ему глаза — он видит перед собой только монструозную орбитальную станцию «Мир-2», облепленную со всех сторон производственными модулями…

— С метаном есть какой-нибудь прогресс? — поинтересовался он, разглядывая модель «Вулкана».

— Разработка нового двигателя только началась, — ответил Губанов, разведя руками.

Жидкий водород, применяемый в «Энергии», превосходен по удельному импульсу и наголову разбивает в этом аспекте и керосин, и метан, впрочем, как и по чистоте горения, но во всём остальном он очень плох.

Недостатками водорода являются непомерная стоимость его производства, крайняя сложность его хранения, а также его очень низкая плотность.

Метановое топливо же гораздо дешевле, чем даже керосин, не говоря уже о водороде, поэтому, если есть потребность в снижении стоимости запусков, альтернатив метану просто нет.

Но это очень сложная задача, требующая огромных ресурсов — эти ресурсы уже выделены.

— И по этому вопросу, кстати говоря, лучше обратиться к другому человеку, — произнёс Губанов. — Разработкой двигателей занимается воронежское КБХА. Вам к Горохову.

Виктор Дмитриевич Горохов — это сравнительно новый главный конструктор КБХА, вступивший в должность меньше двух месяцев назад.

До него главным конструктором был Александр Дмитриевич Конопатов, но он теперь советник главного конструктора, так как вышел на пенсию.

— Тогда я запрошу информацию о статусе нового двигателя напрямую у КБХА, — решил Жириновский.

Топливо — это самый очевидный и эффективный способ удешевить запуски, потому что расчёты показывают удешевление запуска «Энергии» в 1,6–1,8 раз, что в перспективе сэкономит миллиарды рублей.

Но с топливом придётся ждать, так как двигатель ещё разрабатывается, а вот с чем ждать не придётся — это с частично многоразовыми элементами ракет.

Последний запуск «Энергии», которая, в очередной раз, успешно подняла на низкую околоземную орбиту космический корабль «Буран», показал работоспособность разработанной парашютно-ракетной системы возвращения боковых блоков.

Из четырёх боковых блоков благополучно приземлились только три, а четвёртый вдребезги разбился об казахстанскую степь, но это можно считать успехом, потому что конструкторы давали 80 % вероятность успешного возвращения блоков.

Каждый боковой блок стоит по 96 миллионов рублей — раньше стоили по 173 миллиона, но это уже восьмой запуск и серийное производство всех компонентов позволило снизить их стоимость в интервале от 35 до 60 %.

Если удастся возвращать все четыре боковых блока, то экономия составит, с учётом средств, затрачиваемых на ремонт возвращённых блоков, около 120–130 миллионов рублей за запуск.

Зрелищные действа, вроде управляемой посадки блоков на место взлёта, в настоящий момент, невозможны, поэтому эвакуационным командам приходится ездить по степи на тяжёлой спецтехнике и собирать приземлившиеся блоки.

Центральный блок «Энергии» возвращать не представляется возможным, так как над этим никто не работает.

Сейчас ведутся работы над «Энергией II» более известной в узких круга, как «Ураган».

Это будет полностью возвращаемый ракетоплан, центральный блок которого будет выходить на орбиту, выполнять там все задачи и возвращаться, как «Буран», путём посадки на специальный аэродром.

В процессе разработки «Урагана» применяются все инновации, испытываемые на «Энергии» и «Буране», а также будут применяться те инновации, которые ещё испытают на «Вулкане».

Параллельно с «Ураганом» разрабатывается «Марс» — продолжение «Вулкана», полностью возвращаемая ракета, со схожей грузоподъёмность.

— Что ж, тогда продолжайте работу и держите меня в курсе, — сказал Жириновский. — Будут какие-то проблемы — звоните или пишите на электронную почту.

— Если будут — позвоню или напишу, Владимир Вольфович, — пообещал Борис Иванович.

*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Сенатский дворец, 9 мая 1994 года*

«Каждый год всё зрелищнее и зрелищнее…» — подумал Владимир, стоя на Мавзолее и глядя на парадные колонны.

С целью укрепления народного единства, в соответствии с давно принятым решением, военные парады в честь Дня Победы проводятся ежегодно, с размахом, какой обычно бывал только на знаковые годовщины.

— И вот они пошли… — тихо произнёс Владимир.

Сегодня первый показ ОТРК «Таруса», дальнейшего развития ОТРК «Ока-УН». Дальнобойность нового ракетного комплекса составляет 750 километров, а круговое вероятное отклонение — всего 5–7 метров, при массе осколочно-фугасной боевой части в 560 килограмм. В качестве взрывчатого вещества применяется состав А-IX-2, поэтому мощь боевой части в тротиловом эквиваленте — 830 килограмм.

Характеристики «Тарусы» уже известны США, поэтому посол Роберт Страусс передал предупреждение — Клинтон говорит, что распространение новых ракетных комплексов среди союзных СССР стран крайне нежелательно и чревато серьёзными дипломатическими последствиями.

«Но я и так не собираюсь ни с кем делиться моей „Воблей“, подонки вы и дегенераты…» — подумал Жириновский с недовольством.

Советская армия только недавно завершила получение пусковых установок ОТРК «Ока-УН», а промышленность выполнила заказ по ракетам серии 9М853 лишь на треть — запасы формируются сразу под большую войну, поэтому заказ непомерно огромен.

По Красной площади поехали ожидаемые Жириновским ОТРК — для них разработали новую самоходную пусковую установку, которую решили делать не плавающей, потому что перспектива форсирования водных преград для такой машины выглядит сомнительным занятием.

В отличие от массовой «Оки-УН», ставшей основным оружием доминирования над вражескими войсками, «Таруса» получилась дорогой, поэтому её планируется произвести ограниченным тиражом — пятнадцать пусковых установок и триста ракет.

По мнению Генштаба ВС СССР, даже «Ока-УН» избыточна для задач, стоящих перед армией, но Владимир считает иначе, поэтому настаивает на накоплении стратегических запасов ракет к этому ОТРК.

Гораздо приятнее иметь тысячи ракет, предназначенных для непрерывного выноса вражеских штабов, логистических узлов и мест скопления бронетехники и живой силы, чем не иметь их и горько сожалеть об этом…

Новая доктрина Советской армии, выработанная при непосредственном участии Жириновского, нацелена не на глубокие прорывы и молниеносную нейтрализацию противника, как во времена второй половины Великой Отечественной, а на его обезглавливание и дезорганизацию.

Когда противник просто не может наладить координацию войск, ввиду того, что ему нечем и некем это делать, наступление на него идёт куда веселее — степень влияния штабного мастерства сразу же понижается и суть противостояния сводится к координации окружения дезориентированных подразделений.

ОТРК и «Парселена» должны уничтожить узлы управления и сделать координацию крайне затруднительной, нивелировав сетецентрическую доктрину НАТО, как минимум, на неделю, а все современные средства вооружения и новая организационно-штатная структура Советской армии помогут нанести молниеносные удары, в рамках этой самой недели.

Эта неделя и определит, кто победит в этой войне.

Для этого Жириновский и педалирует дальнейшее развитие новых танков и БМПТ, а также штурмовой авиации — их невероятная огневая мощь будет способствовать стремительному наступлению, пока противник справляется с дезорганизацией и протягивает провода.

Но это очень и очень рискованная доктрина, так как слишком многое может пойти не так, а ещё к ней можно разработать меры противодействия.

Ну и надо понимать, что это 100 % гарантия ядерной войны — правда, риск её начала от этого не меняется, ведь сам факт начала полномасштабных боевых действий делает риск инициации ядерной фазы максимальным.

Из этого следует, что не очень-то важно, применит ли СССР свою новую доктрину, или не применит — ядерная эскалация неизбежна.

А если нет разницы, то Жириновский склонен применить её — она даёт шанс.

В случае затяжной войны, никаких шансов не будет — НАТО имеет больше ресурсов и новая война позволит мобилизовать их, чтобы победить в войне экономик.

Значит, нужно сделать так, чтобы НАТО пережила сокрушительный разгром в первую неделю, а дальше действовать по ситуации.

«Я чувствую по изменению их риторики, что они не намерены терпеть наше существование — они не рады тому, как обстоят дела в нашей экономике», — подумал Жириновский с нарастающей злостью. — «Я отдал им большую часть планеты — уступил солидную часть советской сферы влияния, оставив себе только несколько стран, но они восприняли это, как должное, поэтому теперь им слишком мало».

Восточная Европа была поразительно быстро переварена западными компаниями — западноевропейские и американские компании нарастили своё присутствие даже в Румынии и Польше, начисто устранив народившиеся местные компании.

Парад идёт своим чередом — после техники пошли парадные колонны союзных государств, ведь их теперь тоже приглашают каждый год.

«Зато приехали все лидеры и можно хорошенько поговорить с Саддамом и Хафезом…» — подумал Жириновский.

Леонов докладывает о том, что реформа сирийской армии идёт по плану, но требуется дополнительное финансирование, так как сирийской экономике уже не по карману такая армия.

Сирийская Организация, подконтрольная ГКО, ещё не достигла запланированного ускорения экономики, а советско-сирийские проекты ещё не влияют положительно на сирийский ВВП, поэтому Жириновский склонен уговорить Верховный Совет СССР раскошелиться и поддержать аль-Асада.

Зато с Ираком всё просто отлично — ввиду масштабного расширения нефтедобычи, 80 % доля СССР существенно увеличилась в валютном исчислении дохода, поэтому хватает не только на модернизацию иракских армии и экономики, но и кое-что остаётся на потребности Советского Союза…

Что Хусейн, что аль-Асад, поначалу встревоженные настолько радикальным включением в сферу советского влияния, видя происходящие изменения, такие как резкое увеличение внутренней безопасности и усиление боевой мощи армии, расслабились и отпустили ситуацию.

«У Хафеза был выбор», — подумал Жириновский, глянув на сирийского президента. — «А вот Саддам был загнан в угол и не имел даже иллюзии выбора».

Хусейн ещё не заводит разговоров о пересмотре долей в иракской нефтяной отрасли, но видно, что ему мало 20 % — солидную долю он перегоняет на счета в швейцарских банках, а на остальное живёт в Ираке. Смысл перегона денег в Швейцарию от Жириновского ускользает, потому что он прекрасно знает, что если США надавят, то все эти деньги будут заморожены, а затем реквизированы в пользу «жертв режима Саддама Хусейна».

Ещё он перегоняет деньги в Лихтенштейн, Панаму, Багамы, Японию и ФРГ, что тоже очень глупо. Пусть из Панамы и Багам, известных офшоров, выдачи нет, но Лихтенштейн, Япония и ФРГ с удовольствием заморозят обнаруженные активы и передадут их США.

«До сих пор непонятно, США закончили с Ираком или ещё нет…» — подумал Жириновский, помахав рукой фотографирующим его журналистам. — «По их поведению ничего не ясно, а хотелось бы прояснить их позицию».

После успеха «Бури в пустыне» и наложения дополнительных экономических санкций, американские СМИ почти прекратили освещать происходящее в Ираке, будто это больше никому не интересно.

И это очень подозрительно — не похоже на то, что они увидели, как Жириновский взял у Хусейна заложников и по локоть залез в его страну, из-за чего отступились от всех своих планов.

«Клинтон — это не тот человек, который может забояться и отступиться», — убеждённо решил Владимир.

Возможно, действия СССР, всё же, оказали своё влияние — межэтнические конфликты в Ираке, большей частью, устранены, за счёт политики уступок и давления.

ЦРУ довольно быстро поняло, что раскачать режим Хусейна через внутренние межэтнические противоречия не удастся, поэтому сейчас, с высокой степенью вероятности, вырабатывает новую стратегию.

— Владимир Вольфович… — тихо обратился к задумавшемуся Жириновскому ассистент. — Речь…

— Ах, да… — опомнившись, ответил ему тот и принял микрофон. — Кхм-кхм… Дорогие соотечественники…

*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Большой Кремлёвский дворец, 13 июня 1994 года*

Слободан Милошевич посмотрел на Владимира Жириновского, как на врага народа — это, явно, личная неприязнь.

Во дворце собрались делегации пяти сторон, участвующих в Югославской войне, а также делегация ООН, во главе с генсеком Бутросом Бутрос-Гали.

Место проведения финальных переговоров одобрил именно генсек ООН, несмотря на то, что предлагались разные локации, включая Нью-Йорк, Лондон и Париж.

Клинтон не стал возражать против Москвы, хоть сам и не прилетел, прислав вместо себя госсекретаря Уоррена Кристофера.

В течение следующих троих суток будет подписано Московское соглашение, проект которого, предварительно, принят всеми сторонами.

Но Милошевич, тем не менее, несмотря на согласие с условиями соглашения и прибытие в Москву, испытывает стойкую неприязнь к Жириновскому, которого и винит во всех бедах Югославии.

— По Федерации Боснии и Герцеговины, — продолжил Владимир. — Господин Алия Изетбегович, господин Радован Караджич, ознакомьтесь с окончательной версией и, если вы согласны с её условиями — ставьте свои подписи.

По условиям Московского соглашения 1994 года будет сформирована Федерация Боснии и Герцеговины, но не то невнятное нечто, предложенное ООН и США, а нечто однозначное — с федеральным правительством, едиными вооружёнными силами, правда, лишь дополняющими республиканские войска, а также парламентом с пропорциональным численности населения представительством.

Также республикам предоставляется весьма широкая автономия, в точности как в СФРЮ, до прихода к власти Милошевича.

Изетбегович и Караджич неспешно изучили дополнение к соглашению, а затем поставили свои подписи. Бутрос-Гали принял их экземпляры и расписался в каждом.

«Фух, хотя бы это решили…» — с облегчением подумал Жириновский.

На этом Боснийская война, официально, закончена — Югославии больше некого поддерживать, так как Республика Сербская добровольно вошла в состав Федерации Боснии и Герцеговины, в связи с чем не имеет претензий к Боснийской республике.

В прошлую пятницу был решён вопрос с Республикой Сербской Краиной и Хорватской республикой — Сербская Краина вошла в состав Хорватской республики, как автономная провинция.

Тем не менее, местные сербы не стали ждать от хорватских властей ничего хорошего, поэтому начали эвакуацию в Сербию, по коридорам, организованным миротворцами ООН.

Хорватские боевики, по сообщению от Объединённого командования, увидели в этом шанс нанести побольше ущерба бегущим сербам, поэтому предприняли серию попыток нападения.

Сегодня утром штаб советского миротворческого контингента рапортовал о шестидесяти восьми убитых и двухстах тринадцати пленных боевиках.

«У них, наверное, память, как у рыбок — со временем, они забывают, что советские миротворцы совсем не мирные», — подумал Жириновский.

Ни один беженец не погиб в ходе отражения нападений боевиков, но без раненых не обошлось. Владимир не хотел такого развития событий, но ожидал чего-то подобного, впрочем, как и новоиспечённый генерал-полковник Лев Рохлин.

Миротворцы также предоставили беженцам транспорт, питание и медицинскую помощь — исход сербского населения продолжается, а в зонах контроля международного миротворческого контингента идут бои.

«Вся эта ненависть — это воспитанный национализм», — продолжил Жириновский размышлять об этом. — «На это потребовались какие-то годы…»

Изетбегович и Караджич пожали друг другу руки — приняв неизбежное, они наладили сотрудничество и только время покажет, не вспыхнет ли эта гражданская война снова.

— Теперь к вопросу международного миротворческого контингента, — перешёл Жириновский к следующей теме. — Я, как представитель советской стороны, считаю, что конфликт исчерпан и необходимости в присутствии советского контингента больше нет. Есть у кого-нибудь возражения?

Ему надоело платить огромные деньги, которые вместо этого можно было потратить на дополнительные запуски «Энергии», за содержание непомерно дорогого контингента в Югославии.

Участвующие в конфликте стороны точно не будут возражать, ведь основной ущерб они понесли именно от советского миротворческого контингента — согласно подсчётам поголовья убитых боевиков всех наций, советские миротворцы уничтожили 5719 человек. Пленными, находящимися сейчас в СССР, потери всех сторон составили 868 человек — их предполагается вернуть обратно в скором времени.

Националисты балканских стран считают убитых, но Жириновский считает спасённых — десятки тысяч человек, которых не изнасиловали и не убили. Боевикам, почему-то, особенно нравится убивать женщин и детей — у Владимира есть объяснение этому, но понимать и принимать это объяснение он не хочет.

В Афганистане он не воевал против женщин, детей и стариков — он воевал против душманов. А местные боевики…

— Раз возражений нет, то советский контингент передаст свои зоны контроля остальным контингентам и покинет Югославию в течение следующих двух месяцев, — заключил Жириновский.

Он посчитал свою задачу выполненной — общие потери среди мирного населения в ходе Югославских войн, на данный момент, согласно подсчёту специальной комиссии ООН, составляют чуть более 27 тысяч человек.

«Ещё не вечер», — посетила его отрезвляющая мысль. — «Но теперь войны будут проходить более или менее традиционно, с армиями новообразованных стран. А в Боснии и Герцеговине, будто бы, больше нет причин воевать — найден устраивающий всех компромисс».

Только вот чутьё подсказывает ему, что все стороны сейчас согласны на всё, лишь бы миротворцы убрались подальше и больше не мешали решать наболевшие проблемы самыми эффективными методами…

«По крайней мере, мы здорово сократили буйное поголовье любителей насиловать и убивать», — решил для себя Жириновский.

— Хочу, от имени всех наций, состоящих в ООН, выразить вам, Владимир, искреннюю благодарность, — взял слово генсек Бутрос-Гали. — Если бы не ваше своевременное и решительное вмешательство…

Жириновский медленно кивал, слушая его речь, а сам думал о второй проблеме — советском миротворческом контингенте в ЮАР.

Там всё сложнее, по причине родо-племенного устройства «общества».

Африканеры бы и рады сесть за стол переговоров, чтобы это всё поскорее закончилось, но у племён есть своё мнение на этот счёт.

Жириновскому хотелось бы назначить одного разжигателя войны, но кого-то одного вычленить трудно — все племена, в той или иной степени, желают, чтобы гражданская война продолжилась.

— … я видел ваши методы спорными, но теперь, когда мы успешно подписали мирное соглашение… — продолжал генеральный секретарь ООН.

Владимир бы с большим удовольствием покинул ЮАР, но это будет выглядеть, как бегство, которое обесценит все усилия.

Люди будут погибать, международной репутации СССР будет нанесён урон, а все понесённые материальные и людские жертвы окажутся напрасными.

Но есть обнадёживающие тенденции — Капской республике быть, вопреки желанию остальных квазигосударственных образований, участвующих в гражданской войне.

По согласованию с Бутросом-Гали, международный миротворческий контингент формирует армию Капской республики, вооружает и оснащает её за счёт СССР и США, которые стали генеральными поставщиками вооружений, а также формирует правоохранительные органы.

Гражданские государственные органы формируются силами ООН — в течение следующих двух месяцев будут проведены всенародные выборы, которые и сформируют правительство и госаппарат.

Все страны-участницы ООН признают Капскую республику, а там не за горами будет и вступление в ООН.

Это не первый подобный случай. По иронии судьбы, подобным образом была образована Намибия, освобождённая из-под оккупации ЮАР. Под надзором и при участии ООН формировалась государственная администрация, армия, полиция, проводились выборы и принималась конституция.

Намибия будет иметь общую границу с новообразованной Капской республикой, а это дополнительный канал для поставок советского вооружения марксистам Криса Хани, активно формирующего Народную Демократическую Республику Коса на основе бантустанов Сискей, Транскей и контролируемых территорий, захваченных в ходе гражданской войны.

Но это независимые процессы, так как все проходившие переговоры уже прекращены и противоборствующие стороны сидят на своих территориях и ждут, пока миротворцам не надоест куковать в пекле Африки…

Генсек Бутрос-Гали ожидает, что прецедент Капской республики побудит остальных заняться оформлением государственности, чтобы не остаться в дураках.

Крис Хани, внимательно слушающий Москву, уже занимается этим, так как ему объяснили, к чему всё идёт, а вот остальные участники конфликта медлят и не идут на контакт с ООН.

— … на этом основании, я хочу предложить выдвинуть кандидатуру президента Владимира Жириновского на присуждение Нобелевской премии мира, — закончил свою речь Бутрос Бутрос-Гали.

— Да ну… — поражённо изрёк Владимир в повисшей тишине.