В стиле Ллойда (ЛП)

Глава 19

Выходные пролетели в череде восхитительно обыденных и приятных моментов, перемежающихся вкусной едой и восхитительно низкопробными фильмами. Мы быстро просмотрели Blu-Ray, которые она привезла, и отправились в «Поперечные мельницы», близлежащий торговый центр, в поисках дополнительных развлечений. В магазине Солнечные Записи мы нашли целую коллекцию недорогих DVD-дисков. Устав от моей обычной синей футболки и джинсов "джунгли", Мири настояла на том, чтобы купить мне новый комплект одежды. Хотя мне это показалось необычным, я не стал спорить. Поиски пары брюк, которые не были бы брюками-чиносами или зауженными джинсами, отняли у меня непомерно много времени. У меня не было уверенности в себе, необходимой для того, чтобы носить джинсы-скинни, а в брюках-чинос я чувствовала себя неловко. После изнурительных поисков я наткнулся на джинсы редкого покроя, которых уже много лет не было в продаже, и придал Мири вид ребенка, просящего мороженое. К тому времени, как мы покинули Кроссирон, я чувствовал себя заново рожденным.

Когда наш поход по магазинам завершился, я удалился в примерочную, чтобы сменить старую одежду на новые покупки. Выйдя в свет стильной походкой, я направился к машине, покачивая сумками с грацией элегантного джентльмена. На мне была черная футболка с изображением большой красной бутылки Heinz и надписью "Я добавляю кетчуп в свой кетчуп", которую я категорически защищал. В дополнение к этому я надел джинсы с высокой посадкой и пару недорогих коричневых туристических ботинок. Все было аккуратно заправлено и скреплено коричневым кожаным ремнем с потрясающей серебряной пряжкой с изображением взбрыкивающего бронко. Все, что мне было нужно для завершения моего комично-задиристого образа — это ковбойская шляпа, но Мири и тут установила свои границы.

Мири нашла мой внешний вид забавным и несколько смущающим. Она была стильно одета в желтую блузку с небольшим вырезом и синие джинсы-скинни, которые подчеркивали ее... лодыжки. Клянусь, это было все, что я заметил.

— Я до сих пор не уверен, как я ко всему этому отношусь — признался я, когда мы садились в её Форд Фокус — Но, думаю, я мог бы привыкнуть к тому, что у меня есть заботливая мамочка.

— Да, не сомневаюсь. Мы уже закончили ходить по магазинам — ответила Мири, и в её взгляде смешались веселье и презрение, когда она оглядела мой наряд — Ты выглядишь как деревенщина в отпуске.

— В самом деле? Потрясающе!

Закатив глаза, она завела машину, и мы отправились в обратный путь.

Остаток выходных мы провели за просмотром фильмов: "Пираты Карибского моря", "Бандиты во времени", "Принцесса-невеста" и, по моему личному настоянию, "Бабушкин сынок: Счастливая постановка Мэдисон". Ей, как ни странно, понравились первые три фильма, и она поддерживала меня на протяжении всего четвертого. Хотя она сохраняла невозмутимое выражение лица, в какой-то момент я заметил, что она едва сдерживает смех. Мы отведали пиццу "Папа Мерфи" и завершили выходные щедрой порцией китайских блюд из "Драконьего сада", доставленных прямо из района Харвест-Хиллз.

К вечеру воскресенья я чувствовал себя почти нормально, лишь слегка скованно в конечностях. Если потребуется, я смогу совершить небольшую пробежку. Мири тщательно осмотрела меня и признала годным к службе. Около восьми я начал собирать самое необходимое: отмычку, трость и немногое другое. Я потратил несколько секунд на разработку плана: прийти, устроить небольшой хаос и разобраться во всем — по методу Ллойда Гибсона. Когда я набивал удивительно удобные карманы своих новых джинсов, то обнаружила Мири у входной двери с сумочкой и ключами от машины в руках.

— Если ты ждешь, чтобы проводить меня, то солнце еще не взошло. Я уеду только через час — сказал я ей.

— Мы отправляемся прямо сейчас — сообщила она мне — Дорога займет не меньше сорока минут. Давка заканчивается сегодня вечером, и движение будет плотным.

— Я поеду один?

— Садись в машину.

— Мири, это может стать опасным!

— Именно поэтому я и еду. Я не хочу, чтобы мне пришло еще одно голосовое сообщение, и я нашла тебя полумертвым в переулке.

— Но...

— Хватит, Ллойд — приказала она — Если мы отправимся сейчас, у нас будет больше часа, чтобы проследить за этим местом и посмотреть, не придет ли кто-нибудь.

— Я, э-э... Да, ладно, это действительно хорошая идея — неохотно признал я. Я редко появлялся на своем отмеченном месте до захода солнца, что в прошлом доставляло мне проблемы, а две пары глаз лучше, чем одна — Но ты останешься в машине.

— Я так и планировала. Я поеду с тобой, чтобы убедиться, что ты уйдешь на своих двоих — объяснила она — Ты позвонишь мне, если возникнут какие-то проблемы.

— Согласен.

Удивительно, но пробок на дорогах было меньше, чем ожидалось, вероятно, потому, что заключительное вечернее шоу «Давка» уже началось, и посетители пришли пораньше. После тридцатиминутной поездки мы въехали в Ривербенд на 18-й улице, где я попытался убедить Мири зайти в "Макдоналдс", изображая умоляющего ребенка. Она пожурила меня, напомнив, что у нас дома есть еда. Я прижался носом к стеклу, когда она проезжала мимо сети ресторанов быстрого питания, наблюдая, как Золотые арки исчезают из виду. Я так и не надулся, когда мы наконец въехали в Риверстоун-Коув.

— Что это за люди и тупики? — Спросил я.

— Мне нравятся тупики — сказала она с ударением, досадливо поправляя мою французскую грамматику.

Мы припарковались на безопасном расстоянии от намеченного дома, оставаясь незаметными, но при этом хорошо просматривая территорию. Планировка улицы была такой же, как у Брукса, с зеленой разделительной полосой в центре. Интересующий нас дом располагался в дальнем конце улицы, возвышаясь над соседними одноэтажными домами. Это был большой двухэтажный дом с безукоризненно ухоженной лужайкой и недавно вычищенной подъездной дорожкой. Никаких транспортных средств видно не было, но наличие гаража на две машины не исключало их существования.

Дом был выполнен в различных оттенках синего, от ламинированных панелей небесного цвета до темно-синих рам. Ворота гаража, выполненные в виде решетки белого и светло-голубого цветов, состояли из двадцати секций, четвертый ряд которых был сделан из прозрачного стеклопластика. Над гаражом была квадратная рама без окна, что казалось странным. Бауэр, безусловно, жил со вкусом.

— Откуда они взялись? — Спросил я, когда Мири достала из сумочки бинокль.

— Я тоже умею готовить — сказала она, поднося их к лицу и оглядываясь по сторонам.

— Как частный детектив, я здесь выгляжу не лучшим образом — пробормотал я.

— Тогда будь лучшим частным детективом... О, черт! — воскликнула она, роняя бинокль на колени.

— Что? Что случилось? — Я лихорадочно огляделся, на грани срыва, пытаясь найти угрозу.

— Я, эм — Она покраснела, глядя прямо перед собой — Я ошиблась домом. У них были раздвинуты шторы… Я увидела пенис.

Я расхохотался.

— Заткнись! — закричала она, хлопнув меня по руке.

Через несколько мгновений я успокоился, и она снова рискнула взять бинокль и посмотреть в другую сторону. Убедившись, что смотрит в правильном направлении, она сфокусировалась.

— Ого, какой большой — объявила она.

— Господи, Мири! Ты все еще смотришь на пенис? — Недоверчиво спросил я.

— Дом, Ллойд — сказала она, стиснув зубы — У него большой дом.

— Эй, я не осуждаю. Просто есть законы, запрещающие подглядывать, Мири

Ее лицо вспыхнуло еще ярче.

— Заткнись.

С наступлением ночи в доме по-прежнему было темно и тихо, несмотря на включенные уличные фонари. Учитывая преклонный возраст Бауэра, я предположил, что он, скорее всего, рано лег спать. Лучше всего было действовать скрытно, поэтому, бросив Мири: "Скоро вернусь", я вышел из машины, скользнул в тень и направился к дому Бауэра. Мне удалось избежать света уличных фонарей, и я не стал терять времени даром, пройдя через гараж.

Войдя, я обнаружил, что интерьер находится на возвышении, поэтому я вышел из тени, поднялся по короткому лестничному пролету, отскочил назад и легко прошел через запертую дверь в гостиную. Маленький мигающий красный огонек сначала казался плавающим рубином в царстве теней, но по возвращении в мир природы проявился как индикатор на старом видеоплеере. Комната напоминала капсулу времени: старый коричневый кожаный "Честерфилд", антикварный телевизор с циферблатами и медная люстра, свисающая с потолка из попкорна. Стены были оклеены ужасными обоями в цветочек, напоминающими о фильме ужасов 1960-х годов. На письменном столе стояла чистая пишущая машинка, а в ящиках лежали аккуратно разложенные канцелярские принадлежности. Однако здесь явно не хватало личных штрихов; ни фотографии, ни безделушки, ни произведения искусства не украшали это пространство.

Кухня была немного более современной, с отделанными кленом деревянными шкафчиками и гладкой столешницей из белого мрамора. Однако старый холодильник цвета авокадо резко контрастировал с обновленным декором. В обеденной зоне стояли компактный настенный стол и единственный стул, что наводило на мысль о том, что Бауэр был не из тех, кто любит принимать гостей. В холодильнике нашлись только кувшин обезжиренного молока, банка маринованных огурцов с укропом и еще одна банка польской квашеной капусты — странный выбор для немца, подумал я, но я смог оценить его вкус. Срок годности молока истекал через пару дней, а это означало, что здесь недавно кто-то был.

Подавив внезапную тягу к ветчине, картофельному пюре и квашеной капусте, я рискнул подняться наверх. При каждом скрипе ступенек я съеживался и на цыпочках пробирался по коридору верхнего этажа, пока не убедился, что остался один. Открытые двери показали пустые комнаты, в том числе хозяйскую спальню, где хранилась различная одежда, подтверждающая, что здесь жил пожилой мужчина. Однако некоторые предметы одежды, по-видимому, отсутствовали, что говорит о том, что Бауэр собрал вещи перед отъездом. Его аптечка также была опустошена, что еще раз подтверждает эту гипотезу.

Я прошел во вторую спальню, которая была переоборудована в читальный зал. Коричневое кожаное кресло с откидной спинкой удобно стояло среди четырех книжных шкафов, заполненных множеством научных и политических изданий. Среди таких классических книг, как "Происхождение видов", и сложных названий, которые были за пределами моего понимания, я заметил сбивающий с толку экземпляр "Майн Кампф" и еще одно тревожное название "Фашизм для фашистов: путеводитель по новому миру".

Хлоп.

Между двумя книжными шкафами стояла небольшая черная тумба с единственным выдвижным ящиком, на котором стояла старая настольная лампа и красная папка в стиле дуо-тан, полная неразборчивых диаграмм. Когда я уже собирался прекратить поиски, мне на глаза попалась маленькая записная книжка в кожаном переплете. Она была спрятана между "Расцветом и падением Римской империи" и "Американским марксизмом" на одном из книжных шкафов. Хотя в основном она была пуста, в ней были адреса различных медицинских учреждений. Когда я перевернул последнюю страницу, то обнаружил ряд цифр, которые сразу же привели меня в восторг.

50.596138, -111.567443

Я достал свой телефон, загрузил карты и ввел координаты. Это было где-то в Пустынных землях. Я, черт возьми, взвизгнул. Вырвав страницу, я сунул её в карман и выбежал из дома, вернувшись к машине Мири. Я запрыгнул внутрь, хлопнул дверцей сильнее, чем собирался, и рассказал ей о том, что обнаружил.

— Джекпот! — повторила она мой восторг, заводя машину и мчась ко мне домой.

Движение на дорогах стало значительно хуже, все в массовом порядке покидали выставочный центр "Стэмпид", и нам потребовался час, чтобы добраться домой. Когда мы вернулись, была примерно полночь, и вскоре мы уже сидели на футоне, уставившись на смятый листок бумаги с координатами.

— Я не отпущу тебя одну — сказала она, чего я и ожидал.

— Это не дом какого-нибудь старого пердуна в пригороде — предупредил я — Мы понятия не имеем, что находится по этим координатам и что мы можем там найти.

— Я знаю это, но я не буду просто сидеть сложа руки, не зная, вернешься ли ты — тихо сказала она — И я такая же часть этого, как и ты. Помни, я наняла тебя на эту работу и намерена довести её до конца.

— За последнюю неделю ты уже дважды сказывалась больной. Ты больше не можешь брать отгулы на работе, и я не думаю, что смогу отложить это до следующих выходных — объяснил я — Во-первых, я ни за что не смог бы так долго усидеть на месте, а во-вторых, мы не знаем, как далеко продвинулся Агент, ранее известный как Смит.

— Я знаю, я что-нибудь придумаю — сказала она, вздохнув — Только пообещай мне, что ты не пойдешь один.

— Мири...

— Обещай мне, Ллойд.

Я закатил глаза и вздохнул, понимая, что этот спор проигран.

— Я обещаю.

— Хорошо — сказала она, коротко кивнув, и встала, сканируя мою ауру, чтобы убедиться, что я говорю правду — А сейчас мне нужно пойти домой и поспать в своей постели. Завтра у меня ранняя смена.

— Э-э, ладно — пробормотал я, разочарованный тем, что она уходит.

Она заметила это и одарила меня добрым, ободряющим взглядом.

— Я никогда не собиралась оставаться здесь навсегда, Ллойд. Ты поправился, и нам нужно перестать играть в дом.

— Я знаю, я знаю. Я просто буду скучать по этому — сказал я, встретившись с ней взглядом — Просто было очень приятно, что ты здесь.

— Мне действительно понравилось. Не то чтобы я заботилась о тебе или мирилась со значительным количеством детского поведения, я мог бы прожить и без этого. Но в остальном ты на удивление хорошая компания — Она улыбнулась и погладила меня по голове, как собаку — А теперь будь хорошим мальчиком и поспи немного.

Я заворчал и повалился на футон.

— Я не хочу! — Я завопил, постанывая самым драматичным и отвратительным образом, какой только был возможен.

Она закатила глаза так сильно, что я удивился, как они не выпали — Спокойной ночи, Ллойд.

— Спокойной ночи, ни...

У меня зазвонил телефон. Я быстро сел и достал его из кармана, и мы оба уставились на экран. Это был незнакомый номер.

— Алло? — С опаской спросил я, переключая телефон на громкую связь.

— Мистер Гибсон — сказал Брэдли Мейсон — Почему вы и мисс Дельгадо были в Ривербенде?

— Э-э, мы там не были? — Солгал я, глядя на хмурое лицо Мири.

— Ты же понимаешь, что мы продолжим за тобой следить, верно? — спросил он, удивленный моей сознательной глупостью.

— Оглядываясь назад, это довольно очевидно — пробормотал я. Мири начала нервно сжимать руки.

— Что ты взял из записной книжки, Ллойд? — многозначительно спросил он.

Не буду врать, у меня кровь застыла в жилах, когда глаза Мири расширились. Откуда, черт возьми, он узнал, что я взял?

— Какая записная книга?

Он вздохнул на другом конце провода.

— Вас предупреждали, мистер Гибсон. Я говорил вам, что будут последствия, и то, что сейчас произойдет, коснется вас и мисс Дельгадо — произнес он спокойно, слишком спокойно, и повесил трубку.

— Как он узнал об адресной книге? — Спросила Мири с паникой в голосе — Или хотя бы о том, в какой дом ты зашел? Ты шагнул в тень. Даже тот, кто следил за нами, не мог этого увидеть!

Меня тут же осенило. Я вскочил с дивана и выбежал через переднюю дверь, бросился в "Форд Фокус" Мири и принялся лихорадочно искать. В бардачке, на средней консоли и под сиденьями. Наконец, я нашел это под водительским сиденьем.

Он поставил на нас "жучки". Я не очень разбирался в "жучках", но готов был поспорить, что в них есть GPS и аудиосистема. Он все слышал. Я вылез из машины, бросил её на землю и несколько раз наступил на нее. После этого я забрался обратно в машину, проверив все, что только можно было вообразить, и снаружи, и снизу, чтобы убедиться, что там никого нет. Удовлетворившись этим, я обнаружил, что Мири стоит у входной двери и наблюдает за мной.

— Это нехорошо — сказала она.

— Без шуток.

Дерьмо.