Тень минувшего полнолуния (СИ)

Глава 17. Трехдневные переговоры зашли в тупик. Кот считает, что елка должна лежать

— Белла Моисеевна, почему вы второй раз не вышли замуж?

— Знаете, у меня есть собака, которая рычит, попугай, который повторяет мои слова, камин, который дымит, и кот, который гуляет по ночам. Вы считаете, что этого недостаточно?

Утром я встала очень тихо, стараясь не разбудить малышку. Перебралась через спящего Брендана. Он спал в кошачьей форме прямо у порога спальни, где ночевал его брат и двое детишек Берты. Все спали. Только вот у меня в доме трое детей, подросток и здоровущий оборотень, и всех нужно кормить завтраком.

Ру заговорчески угукнул и потащил меня куда-то в хозяйственную часть дома.

— Ру! Мне завтрак нужно готовить. Давай потом? Что там, мышь?

Ру грозно ухнул.

— У нас нет мышей, поняла. Ты молодец. Ты меня притащил, чтобы своих кур показать?

Меня и в самом деле привели в чулан под лестницей на второй этаж, где нашлись куры. Я грозно нахмурилась, но потом они встали и, распушив перья, отошли к Ру. А я обнаружила два яйца.

— Ру? Они вдруг стали несушками? Это как? Что значит кормить нужно? И воспитывать? Ну, знаешь ли! Делать мне нечего, как твоих кур воспитывать. Сам? Ну, ну. Ладно, суп из них отменяется. Но чтобы в день по два яйца! И да. Мы весной уходим. И даже не думай, что я возьму с собой твой гарем.

Пирожки благодаря яйцам сегодня были особенно красивые. Делала много, а потом принялась за похлебку. Благо печка оказалась горячей. Наверняка Брендан подкидывал среди ночи поленья. Обычно к утру она у меня теплая. За готовкой прошло все утро.

Брендан вскочил очень рано и умчался в замок, у него с утра было дежурство, ему могло влететь за опоздание. Сказал, что заглянет вечером.

Дети встали, я усадила всех завтракать. Мария с ребенком вышла, и я поняла, что после завтрака надо что-то решать с ее одеждой. У нее не было теплых вещей. И еще нужны пеленки для малышки. Вряд ли ее родные что-то отдадут. Хорошо хоть мы с ней примерно одного роста. Большинство деревенских женщин были больше меня.

После завтрака я усадила детей лепить из теста. Начинку тоже дала, показав, как делаются пирожки. Вот что слепят, то и будем есть. Все трое восприняли задание очень серьезно, и в доме воцарилась тишина, только и слышно было сопение детей и выяснение, чей пирожок лучше. Тиль таскал дрова, топил печь и помогал с готовкой. Я начала было собирать за Бертой и ее детьми, когда в дверь постучались. Это оказался Оливьер, принесший нам огромный кусок оленины. У оборотней охота прошла успешно, и он, как и обещал, пришел поделиться добычей.

Увидев меня, готовую на выход, поинтересовался, куда меня праведники опять несут. Пришлось сесть и, налив ему сбора из трав, подробно объяснить случившееся вчера. И приход деревенских мужиков за детьми, и историю Берты. На приход мужиков за детьми он среагировал хмыканьем и усмешкой, а вот история с домом Берты ему не понравилась. Он, услышав о том, что я собираюсь забрать ее с детьми к себе, покачал головой и сказал.

— Я разберусь. Эрнст был моим хорошим приятелем. Не могу сказать, что близким другом, но эту историю я так оставить не могу. Не нужно вам никуда ходить. Я возьму свою пятерку, мы сами со всем разберемся. Я не дам в обиду детей и хм… вдову моего погибшего сослуживца.

— Но она ведь не совсем его вдова. И ведь раньше вам дела не было до человеческих женщин? — не смогла сдержаться я.

— Это не наше дело. Мы стараемся не вмешиваться. Люди обязаны друг другу помогать и разбираться в подобной ситуации. Староста не справляется с поставленными перед ним задачами. И эта история с детьми, и вот сейчас с Бертой, требует нашего вмешательства. И пока я за старшего, я вмешаюсь, — и он встал.

Весь остаток дня я была как на иголках, а под вечер прибежала Берта. Она вся светилась от радости. Оливьер вмешался. Он пришел не один, а с пятеркой оборотней и они выселили из дома ее брата с женой и их детьми. Им разрешили забрать свои вещи, которых оказалось, как и следовало ожидать — не много. Деньги у Берты они отнять и истратить не успели. Так что как пришли с голым хм… так и ушли. У них имелся свой собственный дом, в него они и вернулись.

Берта прибежала забрать детей. Оливьер пообещал помогать с мясом и продуктами. Но у Берты как у хорошей хозяйки были свои запасы, которые и прельстили не в последнюю очередь ее жадных родственников. Так что с голоду она не умрет.

Пока она одевала детей, те принялись ей рассказывать про картошку в пирожках и грибы. Берта сначала испуганно подняла глаза, но убедившись, что дети здоровы, и животы у них не болят, заинтересовалась. Я выделила ее и того и другого и рассказала, как это все можно приготовить. Берта кивнула и обещала попробовать.

После их ухода я потянулась. Детей осталось всего ничего. Их прокормить с моими-то запасами ничего не стоит. А если еще и мясо мне вот так будет перепадать, то и на Берту с детьми хватит.

Малышка Ава очень расстроилась, когда ушли детишки Берты. Они же так хорошо играли вместе. Но я обещала ей почитать книжку и разрешить погладить Ру. Это ее несколько успокоило, но вот Ру очень не понравилось. Но кто бы его спрашивал? Будем гладить и точка.

Мы ели корявые детские пирожки, когда в комнату без стука влетел Брендан. Он разделся и уселся за стол, как будто это в порядке вещей. Не дом, а проходной двор какой-то. А потом выяснилось, что Оливьер назначил дежурства возле моего дома. И он и спать тут будет. Ну, вообще красота. Я поворчала, но поставила перед ним миску с похлебкой из оленины и подвинула пирожки.

— А зачем мне охрана?

— Лика, пока Его Светлость не вернется, она будет. Так Оливьер распорядился. Ему очень не понравилось, что ты за один день успела и с толпой деревенских жителей пообщаться, а потом к тебе еще и они сами за детьми пришли почти среди ночи. И это еще все хорошо закончилось. А утром тебя опять повоевать потянуло.

— Ну, так все же обошлось?

— А если бы нет?

Я вздохнула и потянулась за книжкой. Книжка была про грибы. Я же обещала почитать. И при этом никто не обещал, что будет интересно. Но познавательно будет точно. Только вот это и впрямь оказалось интересно, меня засыпали вопросами. Мария и Тиль вообще спать идти не хотели. Им нужна была еще одна глава, и они очень расстроились, когда я решительно захлопнула книжку. Аве про грибы тоже понравилось. Девочка сказала, что они ну очень-очень вкусные. Грибов много и нам еще изучать и изучать.

Не знаю почему, но мне не спалось. Я встала и аккуратно направилась в большую комнату. Про себя хмыкнула. У Роланда Большой зал, у меня большая комната. Все по справедливости. По дороге старалась не шуметь. Младенец у нас тихий, и почти не кричит, но вот будить ее все равно не следует.

Я, ведьма, тихонько продвигаюсь по собственному дому. Кошмар. А еще в моей кровати спит девочка. И она вообще ни разу не ведьма. Весь конклав удар хватит, когда прознают. Я так сильно сокрушалась по собственной загубленной репутации ведьмы, что не сразу заметила Брендана, сидящего за столом.

— Ты чего тут делаешь и не спишь?

— Так я же на дежурстве.

— А. Сбора хочешь?

— Хочу.

Я взяла две кружки и уселась на соседний стул.

— Я ведь так и не сказал тебе спасибо.

Я кивнула.

— А тебе обязательно уходить весной?

— Да.

— А как же Его светлость?

— А он останется.

— Но ты бы могла остаться. Ради Маркграфа? Я прочел в библиотеке, что ведьма способна на все ради любимого человека.

— Брендан, а там не сказано, что этот мужчина должен принадлежать ведьме? Да, есть такое, что иногда ведьма способна биться за свое до последнего, способна свернуть горы и повернуть реки вспять. Только вот Роланд женат. Он не принадлежит мне. И никогда принадлежать не будет, — и я покачала головой.

— Да ты просто не знаешь. Он женился на ней, потому что не мог поступить иначе. Она была невестой его старшего брата. Именно его брат должен был унаследовать Ронсеваль, жениться на Аманде, стать Маркграфом, — горячо начал рассказывать Брендан.

— Значит его толком к этому и не готовили? Это многое объясняет.

— Что объясняет? — не понял Брендан.

— Плохо он справляется. По моему скромному мнению.

Брендан недовольно засопел.

— Его светлость хороший воин.

— С этим я как раз и не спорю. Но продолжай, пожалуйста. И что же случилось?

— Аманда подговорила Ульриха, брата Его Светлости, участвовать в заговоре против короля.

— Аманда? Подговорила? А сам он что — думать не умел? — съехидничала я.

— Умел, но все говорят, что он был сущим простаком. Рубил с плеча, его больше турниры и лошади интересовали. Он и читать толком не умел. А Аманда уже тогда была в центре всех сплетен и интриг королевского двора.

— Слабо верится, Брендан. Уж прости. Все заговоры плетутся осознано и все хотят получить свою выгоду. И невинных овечек там не бывает. Но продолжай. Что там дальше было? Их раскрыли? А где был Роланд?

— Он был в своем первом походе, и знать не знал и слыхом не слыхивал ни про какой заговор. Они с Амандой ровесники и выросли вместе. Они, как говорят, все детство не сильно ладили. А потом этот заговор. Они хотели свергнуть короля и на его место возвести Ульриха, брата Его Светлости. Но их раскрыли и тот погиб, сражаясь с дворцовой стражей. Говорят, гвардейцы короля только вдесятером его смогли одолеть.

— А какие у него права на престол? — не поняла я.

— Ну, так они же родственники нынешнего короля Карла. Ты не знала? Он их дядя по матери. А наследников у него до сих пор нет. Правда он и не старый. Успеет еще, — удивился моему невежеству Брендан.

— А что с Амандой?

— Она очень хотела стать королевой.

— Она думает, что это очень весело?

— А разве нет? Балы, танцы, развлечения?

— Бумаги, министры, казна и смертные приговоры. А еще заговоры и отравления. А еще…, хотя впрочем, не важно. Продолжай.

— Она же оборотень. Молодая, красивая, знатная. Не мог же король ее казнить? Вот он и предложил ей найти мужа. И быстро. Иначе он сам его выберет. Ну Его Светлость на ней и женился.

— Не поняла. Зачем женился?

— Так она сказала, что носит наследника Ронсеваля. Она была беременна от Ульриха тогда. Его светлости просто ничего не оставалось. Иначе ребенок его брата родился бы незаконнорожденным. А Его Сиятельство не мог этого допустить.

— Ясно. А где сейчас ребенок? И сколько ему?

— Ему десять. В столице. Там школа. Его сиятельство навещает мальчика и собирается привести его лет через пять сюда.

Ну правильно, десять лет назад меня это событие никак затронуть не могло. Может быть, до нашего королевства и доходили слухи, но я была слишком мала тогда, чтобы их запомнить.

— Поучительная история, Брендан. Спасибо, что рассказал. Только вот я по-прежнему не понимаю, какое это имеет отношение ко мне? Роланд принадлежит другой женщине. И то, что обстоятельства этой женитьбы были столь трагичны, меня не утешает.

— Но ты могла бы…

— Нет. Прости, Брендан. Но я не могла бы. Между мной и Роландом никогда ничего не будет. И этот рассказ удовлетворил мое любопытство, не более. Ведьмы все любопытны. Есть у нас такое свойство — с этими словами я встала.

Парень понурился.

— Значит, ты уйдешь весной?

— Да, прости. Ложись спать, Брендан. Оставшуюся ночь за тебя Ру подежурит.

— Вот приедет Его Светлость, обязательно что-то придумает. Он тебя не отпустит.

Я пожала плечами и ушла спать.

Но Роланд не приехал ни на следующий день, ни даже через день.

Жизнь вошла в свою колею. Дни летели за днями. Почти каждый день заглядывала Берта вместе с детьми. Мы вместе готовили, читали и изучали новые рецепты. Я старалась донести, разъяснить все, что могла про то, как много полезного может дать лес. Учила, как заготавливать грибы на зиму, и как они могут пригодиться, когда в доме нет мяса, а охота не удалась. Меня слушали, все запоминали. У Бренды было трое взрослых детей, да и Тиль уже был не маленький, так что я очень надеюсь, что семена, что я сейчас сею, все-таки укореняться и прорастут. Да и Бренда обещала рассказать своим подругам в деревне.

После обеда приходили жители. Кто с простудой, кто с травмой. Да и проклятья приходили снимать, те, что мы не успели долечить. Дни были насыщены событиями. Брендан у меня почти поселился и или он или кто-то из оборотней из замка постоянно был либо в самом доме, либо крутился рядом.

Я была рада любой дополнительной защите, отказываться не торопилась. Тем более что она мне ничего не стоила.

Мне регулярно присылали из замка свежее мясо. Бренда тоже радовалась, когда и к ней заходили с подобным подарком.

Стук в дверь раздался неожиданно. Я как раз закончила читать очередную сказку про мудрую ведьму. На улице было еще светло. Брендан только что убежал в замок, у него было вечернее дежурство. Крошка Ру тоже улетел на охоту.

Я никого не ждала. Почему-то от этого стука у меня холодок прошелся по спине.

— Тиль, Мария, быстро взяли детей и спустились в погреб, — скомандовала я, так как привыкла доверять своим инстинктам.

Малышка Ава подняла на меня огромные глазки, но увидев мою напряженную фигуру, встала, и потянула из-за стола открывшего было рот Тиля. Мальчик рот закрыл и поспешил к крышке люка.

Мария тоже лишних вопросов не задавала. Она вообще была на редкость молчалива.

Я натянула сапоги и проверила ножи. Чего я волнуюсь? Ну, приболел кто-то из деревни. Вот и пришли. Только вот я была уверена, что это не деревенские.

Я вышла за дверь.

— Что и в дом меня не позовешь? — прозвучало ехидно.

Возле моего крыльца стояла Амалия Бретонская. Она стояла не одна, с ней был начальник стражи Ронсеваля Ганелон.

— Нет, — коротко ответила я и огляделась.

— Не ищи никого. Я отправила твоего стража в замок. Помощь не придет.

— Ганелон? Все-таки ты? — бросила я.

Оборотень нахмурился.

— Ты его подозревала? — удивилась Амалия.

— Да. После того как он уехал с Роландом в столицу. Что ему там могло понадобиться так срочно? Отвары для устранения проклятья Клары закончились? Зачем ты убил старуху, Ганелон? — спросила я.

Нужно потянуть время. Не знаю зачем. Но нужно. Если Ганелон здесь, значит и Роланд может подоспеть?

— Она не пускала нас в свой подвал. Слишком много вопросов задавала и о многом начала подозревать. А уж когда мы ворвались в ее подвал, и стало понятно, что нам нужно, то и подавно не стоило ее оставлять в живых. Кто же знал, что старая карга успеет проклясть Ганелона, — пожала плечами Амалия.

— Он умрет. Рано или поздно проклятье тебя достанет. Ты же это понимаешь?

— Нет, если он будет подпоясан Дюрандалем. Это все исправит, — ответила Амалия.

Странный диалог. Я задаю вопросы Ганелону, а отвечает Амалия. При этом к ней я не обращаюсь. Нужно это исправлять.

— А тебе-то что с того? Ты-то его и поднимешь с трудом? И подпоясать не сумеешь?

— Ганелон с помощью меча отвоюет мне королевство. Он делает своего обладателя неуязвимым!

— Нет. Это неправда. Сильнее, удачливее, но не всесильным. Да, он поможет в бою, но не сделает обладателя бессмертным. Это сказки, — уверенно сказала я.

— Тебе-то откуда знать?

— И в самом деле, откуда? Вопрос в том, почему это вы пришли меня убивать? Я вам чем помешала?

— Роланд разве тебе все не рассказал? Разве не посвятил во все детали? Ты знаешь убийственно много для простой ведьмы. С тобой он проводил вечера. Это тебя он хочет видеть рядом с собой, а не меня! — выкрикнула она, выходя из себя.

— Ревность, мило. Богатой девочке не дали игрушку? А где Роланд?

— Завтра прибудет как раз на твои похороны. Он расшифровал последнюю надпись. Бился над ней вместе с этим старикашкой. Как там его? Не помню. Они расшифровали. Только вот Ганелон выкрал ее и у нас есть дубликат. Роланд слишком доверяет друзьям, — и ее губы презрительно скривились.

— А Роланда вы куда денете? Нет, просто любопытно, — я даже руки на груди сложила в знак полной капитуляции.

— Так все знают, что ты его избранная. И в деревне, и в замке. После того как он тебя на себя посадил. Барсы не возят на шее никого кроме избранных. А тут тебя убили. Он и умрет с тоски.

— Так и знала, что это катание на чужой спине мне выйдет боком. Кошки, — и я притворно вздохнула.

— А потом мы поднимем бунт и с помощью Дюрандаля убьем короля. Мой сын — его единственный наследник, — пояснили мне.

— Как мило, что ты мне все это объяснила. Не терпелось похвастаться? Ну, в целом план хороший. Только много не учтенных моментов. А если меч в руки Ганелону не ляжет? А если ни я, ни Роланд, ни уж тем более король Карл не захотим умирать? Что ты будешь делать тогда?

Я отбросила всякое почтение. Не заслуживали они его. Оба. Предатели и убийцы не могут на него претендовать от любой порядочной ведьмы.

— А вот это мы сейчас и проверим. Ганелон, убей ее. Жду тебя в замке.

Она развернулась и двинулась к Ронсевалю.

— А посмотреть не хочешь? — окликнула я ее.

— Нет. Дел много. Уезжаю я завтра. Нужно успеть достать меч, собраться, отдать распоряжения. Ганелон, жду тебя, не тяни, — и она с гордо поднятой головой пошла между сугробов по тропинке к замку.

Охрану даже не взяла. Ну да, убивать нужно без свидетелей. Мало ли кто и что.

— Она тебя обманет. Ты же это знаешь?

— Обманет. Но кроме меня меч держать все равно некому. Я ей нужен.

— А Эрнста зачем убили?

— Он собирался рассказать все Его Сиятельству. Нам нужна была его помощь в расшифровке. Я не хотел его убивать. Но она была настойчива. Даже свой кинжал мне в руку вложила.

— А тот оборотень в лесу?

— Так она его выбрала. Силен он был, как тот медведь. Вот и решила Аманда, что ему меч больше подойдет и точно такого силача примет. Пришлось убить. Денег я ему пообещал много. Он и клюнул. Я не хотел. Я и тебя-то не хочу убивать. Но сама понимаешь. После всего того, что она тебе тут наговорила, не могу я тебя оставить в живых. Ты уж прости, — и он стал вытаскивать меч из ножен.

— Понимаю. А что же не остановил? Когда она сюда собралась? — и я достала из-за голенища сапога один из своих длинных кинжалов.

— Да разве же ее остановишь? Ей так хотелось похвастаться и все выложить, что ее распирало.

— Ты, я смотрю, даже броню не надел? — и я покрутила кинжал в руке.

— Тяжелая она стала в последнее время, — и он атаковал.

Я увернулась. В этом бою меня спасет только ловкость и быстрота. Но он оборотень, опытный мечник, так что шансов у меня немного.

— Так не нужно на проклятья нарываться, и броня будет в пору, — и я метнула кинжал из рукава.

Оружие просвистело, но Ганелон уклонился, а вот от летящего вслед за кинжалом сгустка зеленого ведьминого пламени увернуться уже не успел. Только силен он был. Его задело, но с ног ожидаемо не свалило. И он снова атаковал. Я уврачевалась и танцевала. Он меня задел, полоснув по животу. На рубашке выступила кровь, но и я воткнула второй метательный кинжал ему в ногу. Он заревел. И вот уже передо мной снежный барс. Дела совсем плохи. Я лишилась двух метательных кинжалов из рукавов. У меня остались еще два длинных, но по сравнению с когтями барса это ничто.

И тут спикировал на голову огромной кошке Ру. Уф. Он вовремя. Я быстро стала лепить из сырой магии проклятье, пока Ру кружил и метил в морду. Сильно он его не смог задеть, но вот теперь кровь льет и застилает ему глаза. Проклятье ударило точно в цель, только это все равно его не свалило, но заметно отбросило на пушистый белый снег. Силен. Он встал и бросился на меня.

Огромная кошка и я. Шансов не было совсем. И тут не долетая до меня его сшибла с ног другая белая тень. Они сцепились, а я перевела дух. Ру сверху налетал и царапал и клевал куда придется. Я дотронулась до бока. Рука в крови, надо по-быстрому что-то придумать.

Барсы отлетели в стороны. И вот тут я поняла, что рано радовалась. Когда мой спаситель налетел смазанной тенью, я и не сразу поняла кто это. Но вот теперь стало понятно, что это не Роланд. И даже не один из моих охранников из замка.

Это был Брендан.

Он по сравнению с Ганелоном был заметно меньше. Ганелон пострадал от моих кинжалов и магии, от атаки Ру ему тоже досталось, но все равно он оставался страшным противником.

Я доковыляла до Брендана и встала рядом. Кровь капала на белый снег. Мы все трое были в крови, и уже непонятно было, кому больше досталось. Ру кружил надо мной, готовый в любой момент атаковать. Я бросила на снег кинжалы и зажгла магию на обеих руках.

Так мы и стояли, друг напротив друга, тяжело дыша.

И Ганелон не выдержал.

Он развернулся и огромными скачками стал уносить прочь. Бежал он почему-то не в сторону замка, а от него. Это еще почему? Но главное, что он ушел.

Я стала медленно опускаться на снег.

Брендан перекинулся. Ему в отличие от Ганелона сделать быстро это не удалось.

— Лика? — и он подхватил меня на руки.

— Тебя сильно задело?

— Пустяки, пару царапин. Прошелся когтями по боку и прокусил в пару местах. Но сильно не потрепал. А ты? — и он потащил меня в дом.

— Бок. Он мечом достал. Брендан, если кровь не остановим, будет худо. Нужно шить. Ты умеешь?

— Шить? Нет. Лика я сбегаю, я быстро в замок, за лекарем, — он занес меня в дом.

Уложив меня на лавку у стола и оглядевшись, он спросил.

— А где все?

— В подвале. Стукни, чтобы выходили. И давай в замок за лекарем и Оливьера приведи.

Брендан открыл дверцу, ведущую в подвал, и громко позвал брата. А потом перекинулся и стрелой вылетел за дверь.

Я зажимала рану рукой и принялась отдавать распоряжения. Вода, бинты и травы, которые необходимо заварить и дать мне выпить, а еще те, что необходимо потом наложить на рану.

Надо отдать им должное — суеты не было. Все мои распоряжения выполнялись четко и по делу. Я боялась раньше времени оторвать руку от бока. Пока я зажимала рану, кровь лилась не так сильно.

Брендан справился на удивление быстро. Или ему просто повезло быстро найти Оливьера. Но вот уже в мой дом входило, по меньшей мере, пятеро оборотней. Один из них склонился ко мне и сказал.

— Госпожа ведьма. Я походный лекарь. Я умею зашивать раны от меча. Вы должны мне довериться.

Я кивнула. Святые праведники, а кровопотеря то приличная. И с этой мыслью я провалилась в спасительный обморок.