Тени Казани

Глава 9

Втроем они нырнули в метро, слившись с потоком спешащих людей.

В подземке, как всегда, было сумрачно. Кое-где после недавнего дождя капало с потолка так, что то и дело приходилось обходить лужицы, заложенные тряпками. Из маленького кафе доносился аромат выпечки, перебиваемый характерным запахом метро.

— Может, перехватим по слойке? — предложила Ада, когда у нее настойчиво заурчал желудок.

— С собой возьмем, а то нам еще на Проспекте плутать и искать нужный дом, — кивнул Дима.

Аду удивляло, как легко они нашли общий язык, особенно — после той дурацкой сцены на озере, которая должна была навсегда оттолкнуть от них Сашу. Но она уже поняла, что в сентябре ее мир перевернулся с ног на голову, так что начинала принимать как должное все странности и чудеса.

Слойка пахла восхитительно — горячим тестом и сырной начинкой. Ада на ходу откусила и сразу же обожгла нёбо.

На платформе было, как всегда, многолюдно, так что Дима взял Аду за руку. Саша, как самая благонадежная из их компании, точно бы не потерялась при входе в вагон.

Рядом остановилась немолодая женщина с плохо прокрашенными волосами и достала из-под мышки сверток.

«Интересно, она слышала про парикмахерские? Или принципиально красится дома?»

За этими рассуждениями Ада не сразу поняла, что свертком была завернутая в какую-то тряпку галка. Птица косила на нее темным глазом и все порывалась издать хоть звук, но не могла даже клюв открыть.

— Ты тоже это видишь? — потянув Диму за руку, спросила Ада.

Он не сразу заметил птицу и только хмыкнул.

— Это обычная галка, не переживай.

— Утром я видела кое-что очень необычное.

— Расскажешь?

— На платформе стояла девушка в солнцезащитных очках, а у нее на руках сидел большой рыжий кот. Только иногда казалось, что он на самом деле не кот… как будто…

— Под чарами?

— Да. Ты знаешь, кто это?

Вместо Димы ответила Саша, стоявшая рядом и внимательно слушавшая ее рассказ:

— Ты Ю́ху[35] встретила.

— Юху?

— Демон-змея, которому тысяча лет. Странно, что ты ее в метро встретила: она не любит далеко от воды уходить.

— В дождь может и прогуляться, наверно, — пожал плечами Дима.

— А кот?

— Ну так это и не кот, аждаха́[36] маленький, наверно.

Про аждаху Ада хотя бы в сказках читала. В него обращалась любая змея, которая смогла дожить до ста лет.

— А почему Юха была в очках?

Саша и Дима переглянулись и как-то синхронно пожали плечами.

— Может, по глазам понятно, что она на самом деле змея? — предположил Дима. — Красивая хоть?

— Обычная.

— И тут наврали. В сказках-то пишут, что она чуть ли не самой красивой женщиной на свете была.

В этот момент подошел поезд метро. Едва не сметенные толпой выходящих, Ада, Дима и Саша забились в удобный угол. За стеклом двери покачивалась перемычка, которая соединяла два вагона. В соседнем устроилась парочка и тут же начала обниматься. Ада отвернулась и вцепилась в поручень.

— Ты хоть однажды выходила правильно на Проспекте с первого раза? — спросила Саша.

— Нет.

— А ты?

Дима тоже покачал головой. Приходилось говорить громче, потому что вагон трясло и шум стоял неимоверный.

— Сегодня проверим одну теорию, — помахав свертком со слойкой, сказала Саша и отвернулась к двери.

Дима тут же размотал наушники и молча протянул Аде. Остаток дороги они слушали «Короля и Шута» и то и дело соприкасались руками, когда вагон поворачивал или тормозил.

Ада согласна была ехать так вечно, чтобы пункт назначения ни на минуту не приближался.

Но диктор объявила, что станция «Проспект Победы» — конечная, выход с левой стороны, просьба освободить вагоны.[37] Пришлось подчиниться и выйти на помпезную платформу с красновато-коричневыми колоннами и люстрами над головой.

— Ну давай, проверяй свою теорию, — сказал Дима, убирая наушники в рюкзак.

Саша достала слойку и положила ее под одно из сидений у колонны.

— Бисура́,[38] вот тебе угощение, а ты выпусти нас отсюда, — сказала она и даже слегка поклонилась.

— Она что, ему подношение оставила? — шепотом поинтересовалась Ада.

— Вот уж не знал, что у станции метро свой домовой, — в тон ей ответил Дима.

— А вы молчите и не мешайте своим скепсисом, — продолжая смотреть на слойку, прошипела Саша. Они тут же умолкли.

Ада не успела моргнуть, как от колонны прямо на их глазах отделился маленький, ростом с полметра, мужичок в красной рубашке и подпоясанных штанах. Она пригляделась и рассмотрела у него на ногах сапожки.

Мужичок сунул слойку под мышку и махнул им, а сам засеменил по платформе. Переглянувшись, троица поспешила за ним.

— Иначе из этого Бермудского треугольника мы быстро не выберемся, — на ходу заметила Саша, и Ада только удивилась ее сообразительности и знаниям.

Бисура вывел их к нужному выходу с платформы, по правильной лестнице и прямо к «Макдоналдсу», от которого они и должны были пойти на сходку. Саша еще раз поклонилась ему, и он мгновенно растаял в воздухе.

— Всего три минуты, а то блуждали бы сейчас по этому лабиринту, — горделиво сказала Саша и достала из кармана телефон. — Так, нам нужно на Фучика, дом семьдесят девять. За мной, товарищи, нас ждут приключения!

И она бодро стартанула в сгущающихся сумерках вперед.

Машины, отделенные от тротуара решетками, проносились мимо. Ада не любила этот район — он напоминал ей муравейник. Пусть она и прожила почти всю жизнь в Азино, но там всегда было спокойно, можно было гулять во дворе и не бояться, что тебя кто-нибудь сшибет на машине.

В небе поднималась краюха луны, прирастившая к боку еще дольку. Скоро она станет совсем полной, и Ада гадала, что тогда произойдет. В голове родилась строчка и повисла без продолжения: «желтоглазая хозяйка, королева вышины».

«Надо запомнить. Вдруг это огрызок нового стихотворения…»

— Мне сегодня какая-то чепуха снилась, — по дороге поделился Дима.

— Только вспомнил?

— Да нет, весь день в голове верчу. Как будто я смотрю на воду, а по ней блики цветные рассыпаются. Знаешь, бывает так: стоишь на берегу и смотришь, как на другой стороне реки или озера едут машины, а их фары скользят по воде. На Булаке, например.

Ада кивнула.

— И в этой воде качается кораблик. Такой простой, бумажный, как в детстве делали. Качается и качается. И все.

— Тебе было спокойно?

— Нет, мне было страшно.

Они замолчали. Каждый, кажется, по-своему переваривал то, что приснилось Диме.

— Не заморачивайся, — наконец проговорила Ада. — Мне иногда и не такое снится. А тут хотя бы нет света, который не желает загораться, и монстра в темноте.

— Почти пришли, прибавьте ходу! — поворачивая за угол, крикнула Саша, и они поторопились вслед за ней.

В подъезде было тихо, но с третьего этажа доносились звуки музыки. Ада на ходу написала маме, что идет в гости и будет поздно, и убрала телефон в сумку.

На лестнице стояла и кого-то ждала синеволосая девушка. Из прически торчали самые настоящие рожки, и Ада, стараясь не пялиться, прошла в открытую дверь квартиры вслед за Сашей и Димой.

Играла музыка, но из-за басов было практически не разобрать, что это такое. Ада успела различить лишь одну строчку: «Кому ты нужен здесь, кроме себя самого?» — как песню тут же переключили и заиграло что-то еще более громкое и непонятное.

— Пошли сразу на кухню, — прокричал на ухо Дима, и они, проталкиваясь через людей, отправились в пункт назначения.

Хозяйка вечера — та самая Рита — оказалась из оборотней, с такими же лисьими глазами, как у Рустема. Он тоже был на кухне, и Саша тут же отделилась от их компании, чтобы обняться с ним и поболтать. Видимо, это было у них обычным делом — нос к носу, смешав волосы и закрывшись от остальных, обсуждать что-то свое.

— Ты что будешь? — спросил Дима. На кухне оказалось тише, так что можно было не кричать и не напрягать слух, чтобы услышать другого.

— Есть сок?

Рита протянула ей нераспечатанную пластиковую бутылку с соком и добавила:

— Только следи, чтобы никто больше до нее не добрался.

— Проследим, спасибо, — вместо Ады ответил Дима. — Пойдем?

Ада кивнула, и они направились вглубь квартиры.

В школе и на первом курсе она никогда не бывала на вписках, так что сегодня у нее оказалось боевое крещение. Впрочем, по сериалам Ада знала, как в таких местах можно попасть в историю, поэтому держалась поближе к Диме, вполне уверенно себя здесь чувствовавшему.

— Леся сегодня пропустит, ее мама не выпустила из дома после неудачной контрольной по матстату, — сказал он, садясь на незанятый угол дивана. Ада опустилась рядом и почувствовала, как от этих слов внутри что-то радостно всколыхнулось.

Попивая сок, она рассматривала окружающих. Помимо уже знакомых по Сковородке лиц, тут были и другие. Такие же девушки, как та с рожками с лестничной площадки; пара ребят в солнцезащитных очках и плотных перчатках, будто скрывавших когти; оборотни и вампиры, старательно косящие под хиппи и металлистов; и настоящие хиппи и металлисты, косящие под кого-то другого.

Музыка перекрывала мысли, и Ада решила просто наблюдать и не спрашивать ничего у Димы. Она положила голову ему на плечо и потерлась щекой о мягкую ткань заношенной толстовки. Даже несмотря на шум, было так уютно только оттого, что Дима сидел рядом.

— Ты в порядке? — спросил он над ухом.

Внутри все тут же всколыхнулось, и теплая волна мурашек от его дыхания пронеслась по спине. Ада уже привыкла к смеси запахов шалфея и табака, но вот так близко они сидели впервые, и она почувствовала еще какой-то аромат: его личный, едва различимый. И когда Дима говорил, она чувствовала себя так, будто они только вдвоем в комнате.

Охрипшим вдруг голосом Ада ответила:

— Да, только день очень длинный получился.

Ребята из компании Саши затеяли танцевальный батл, к нему присоединились пара убыров и синеволосая девушка с рожками. Ада бы и посмотрела, чем это закончится, но Дима, решив, видимо, не оставлять ее одну, потянул за собой на кухню.

За закрытой дверью шло горячее обсуждение. Компания уже порядком развеселилась, так что высокие тона и мат оглушили прямо с порога сильнее, чем музыка из другой комнаты.

— А я вам говорю, один он бы туда не пошел! — вопил высокий парень в шипастой кожанке. — Я его хорошо знал, Инсаф и мухи бы не обидел, а без компании он ни в какие истории не ввязывался!

Ада и Дима переглянулись и подошли к Саше, которая стояла у стола, закинув руку на плечо Рустему.

— Что происходит? — спросил Дима.

— Обсуждаем, что случилось на самом деле с тем убитым парнишкой из другой компании.

— Говорят, что его утопили, с такой силой за шею держали, что даже следы когтей остались, — поделился Рустем, бросив на них тревожный взгляд. — В наших краях такого давно не было. Мы живем мирно, а территорию поделили еще наши деды.

— Может, кто-то не местный? — предположил Дима.

Саша пожала плечами:

— Его друзья утверждают, что на Кабан парня кто-то заманил. Сам бы по доброй воле он не пошел.

— Теперь на Кабан долго не сунемся, да?

— Безопаснее вот так у кого-то собираться, да.

Ада слушала их и не могла отделаться от ощущения, что все обсуждаемое нереально. Кто мог убить оборотня, да еще так жестоко? Ей казалось, что существа иного мира должны быть или совсем неуязвимы, или сильнее обычных людей, но выходило, что такой привилегии у них все-таки не было.

— Ничего, проверят его телефон и переписки, найдут, кто с ним общался последним, — сказал Дима.

— Если не закроют дело или не спишут на несчастный случай, что вероятнее всего, — парировал Рустем. — Так что сами займемся поисками.

Ада представила себе патруль из ребят-оборотней, которые выглядели как растаманы и хиппи, безобидные и простые с виду, и только хмыкнула. Если это будут друзья Саши, то они обречены. Другое дело — затянутые в кожу ребята из стаи убитого, но и у них шансы до первой компании кого-то посерьезнее подъездных гопников.

— Пусть ищут те, кому за это платят, — сказала Саша, подтверждая ее мысли. — А мы просто будем следить друг за другом и держаться вместе.

Дима нашел руку Ады и крепко сжал, отчего по телу пробежали уже привычные мурашки. Его беспокойство за нее, совсем чужую, едва знакомую, подкупало и грело. К такому быстро привыкаешь.

Ада отогнала назойливую мысль и вместо этого выпила еще немного сока.

Дома она оказалась в районе одиннадцати ночи.

Дима довел ее прямо до подъезда, а сам пошел домой пешком. Уже привычно попадать в историю, чтобы завтра щеголять свежесодранными костяшками.

— Будь аккуратнее, хорошо? — попросила Ада на прощание.

— Адель, повезет тому, кому ты отдашь свое сердце и заботу, — пошутил Дима и, церемонно раскланявшись, спустился по ступеням и скрылся в подворотне.

«Уже повезло», — подумала она и открыла дверь в подъезд.

Мама смотрела сериал на кухне. Ада села рядом с ней и, налив себе стакан воды, спросила:

— Мам, а как вы с папой познакомились?

— Друзья свели, — не отвлекаясь от сериала на экране, ответила мама.

— А как ты поняла, что он — тот самый?

Мама пожала плечами:

— Позвал замуж, я и согласилась. Потом вы с Лёвкой появились.

Проза жизни, никаких эмоций. Ада вздохнула, поцеловала маму в щеку и отправилась к себе в комнату.

Уже забравшись в кровать и завернувшись, как шаурма, в одеяло почти с головой, Ада открыла заметки и набила родившееся в дороге стихотворение. Оно было неидеально, его еще предстояло доработать, но уже нравилось тем, какие образы рисовало.

В окно как раз заглянула прибавившая в весе луна, которую то и дело заслоняли набегающие облака. Ада выключила телефон, перевернулась на бок и уставилась на нее, пока не уснула крепко, без сновидений.