Тени Казани

Глава 10

Наступила пятница. Такая долгожданная, что Ада с утра даже не сразу осознала, выключая будильник на телефоне. Никогда еще в ее жизни неделя не тянулась настолько долго.

Порадовавшись, что сегодня ко второй паре, да и вообще их будет всего две, она решила немного поваляться в постели и помечтать о том, как проведет субботу. Родители собирались на дачу закрывать сезон. Лев наверняка проспит до обеда после традиционных пятничных гуляний и пропустит учебу. А у нее суббота в расписании осталась пустой. Ни одной пары в течение семестра — что может быть прекраснее, чем высыпаться лишний раз в неделю?

Сколько дней потребуется луне, чтобы стать полной? Неделя? Значит, у нее в запасе оставалось еще дней пять. Мысль о том, что в ее жизни теперь может что-то кардинально измениться, совсем не радовала, и Ада, простонав от огорчения, что сама себе испортила такое прекрасное утро дурными мыслями, выпуталась из одеяла и направилась в ванную.

Лохматая, сегодня Ада напоминала себе чучело. Снова застонав, уже от досады, что отражение в зеркале ее не порадовало, она забралась под горячую воду и наконец превратила себя в человека.

— Ты там еще долго? — услышала Ада, вытирая волосы.

Лев чуть не снес дверь, когда она выходила из ванной.

— У тебя что, утреннее недержание? — поддела она брата и пошла на кухню.

Привычные утренние дела не давали снова скатиться в размышления о том, чего же ей ждать с приходом полнолуния. Все уже изменилось, и Ада улыбнулась этим мыслям.

— Ты в универ собираешься? — спросил Лев, садясь напротив за кухонный стол.

Ада с набитым ртом кивнула.

— Тогда поехали вместе, мне надо в Двойку забежать.

— Что у тебя там за дела такие?

— Вчера оставил права у одной барышни, которая там учится.

— Это случайно не Барби на ходулях? — спросила она и осеклась. Брат хмуро на нее взглянул и ничего не ответил. Неужели попала?..

— Понятия не имею, о ком ты. Как учеба?

Ада пожала плечами.

— А новый друг? С кем ты там второй вечер пропадаешь?

— Да все нормально.

— Это тот, про которого ты говорила?

Ада кивнула.

— Ты давай поаккуратнее с новыми знакомыми. Не попади в историю.

— А ты за мое целомудрие переживаешь? — рассмеялась Ада и запила неловкость чаем.

— У меня одна сестра, за кого мне еще переживать?

Лев говорил вполне серьезно, но она только улыбнулась и подумала про себя, что переживать надо совсем за другое. Только вот разве объяснишь ему, в какую историю она уже попала?

Напевая «Куклу колдуна», с которой познакомилась благодаря Диме, Ада завязывала шнурки, дожидаясь Льва в прихожей. Царапины еще зудели, хотя были уже почти не видны. Ровные полоски, как от слишком игривых кошачьих лап — с виду иначе и не скажешь. Ада почесала их и перекинула сумку через плечо.

— Ты скоро? Я не хочу из-за тебя опоздать!

Лев тут же выскочил из комнаты, на ходу застегивая ботинки. Что-что, а одеваться брат умел — уроки мамы с ее классическим стилем не прошли зря. Явиться на пары в джинсах или, упаси боже, спортивных штанах он себе не позволял — Лев сразу, с первого курса старался привыкнуть к будущему образу стильного адвоката в дорогом деловом костюме.

Наверно, поэтому мама так им гордилась — весь в нее. Не то что дочь, которая надевала то, что первым выпало из шкафа, и даже не знала, как правильно накрасить ресницы.

И Ада бы не сравнивала себя с братом — куда ей до небожителя! — если бы не постоянные родительские напоминания, что ей стоило бы на него равняться.

Вздохнув, Ада открыла дверь и вышла на лестничную клетку. Сегодня фикус почему-то вдвойне нуждался в поливе. Поэтому, пока Лев закрывал входную дверь, она достала из сумки бутылку с остатками воды, полила цветок и отщипнула совсем уж пожелтевшие листья. В лучике солнца промелькнули улыбка и блеск золотого крыла.

Если фея снова тут, летает и довольна, значит, все с ней и правда в порядке, решила Ада. Она улыбнулась и поторопилась за братом на улицу.

В метро на «Козьей слободе» в вагон впорхнула девушка в широкой цветастой юбке и с еловой веткой в руке. Ада приготовилась к очередной побирушке, но девушка только улыбалась своим мыслям и встала в угол вагона.

От нее повеяло свежим запахом леса, и Аде на секунду показалось, что следом за ней в поезд проползут мох, кустарники и огромные разлапистые ели, но двери закрылись, и состав помчался к следующей станции.

В универе Лев махнул ей рукой на прощание и тут же скрылся в холле первого этажа, а Ада пошла на пару по управлению общественными отношениями. Сегодня ее ждала еще и методология социологии, так что она запаслась чаем и конфетами, чтобы совсем не уснуть от скуки. Пары были групповые, так что с Димой они вряд ли бы пересеклись.

Зато в аудитории сидела Саша, которая улыбнулась, увидев ее в дверях.

— Как вчера добралась домой? — спросила она, когда Ада села рядом.

— Дима проводил. У нас тихий район, так что я и сама гуляю допоздна.

— Я бы так сейчас не рисковала. Помнишь, о чем мы вчера с ребятами говорили?

— Так ведь я не одна из вас, — сказала Ада и сама поняла, что сомневается в этом. Саша скосила глаза на ее руку — царапины тут же зачесались — и молча подняла бровь.

— Я не уверена, что парнишку убили только из-за того, что он был оборотнем, — понизив голос, чтобы не слышали сидящие впереди одногруппники, сказала она. — В большом городе всем стоит быть аккуратнее.

Ада кивнула, понимая, как права новая подруга.

Пара прошла спокойно: Ада рисовала на полях тетради каракули и растительные узоры, а Саша старательно записывала лекцию. Ада в очередной раз удивилась тому, как другие могли вообще понимать, что им интересно, а что нет. Она же просто плыла по течению.

— Одиннадцатого будет полнолуние. Так, на всякий случай, — в перерыве сказала Саша.

Они остались в той же аудитории, ожидая другого преподавателя, и теперь пили чай с творожными колечками, которые принесла подруга.

— А, хорошо, — отмахнулась Ада.

— Мы обычно уезжаем за город, так что тут будет тихо. Но все равно лучше закройся дома, если есть такая возможность.

— А чего мне бояться?

— Это всегда неспокойное время, даже у людей. Так что просто прими к сведению.

Ада пожала плечами и налила чая. Она бы еще про осеннее обострение сказала!..

За все выходные Дима ни разу не позвонил и не появился в сети. Страничка «ВКонтакте» бодро рапортовала, что он последний раз заходил пятого сентября в час ночи. То есть чисто технически он в это время уже был дома и жив, а остальное не важно.

Ада не особо беспокоилась о нем, понимая, что почти ничего не знает про его обычную жизнь вне универа и тусовки. Может быть, он проводит выходные с мамой? Вдруг у них есть дача, куда они, как и ее родители, уезжают в теплые дни?

Но когда в понедельник Дима не появился на французском, Ада наконец забеспокоилась. Она написала ему СМС, но он так и не прочитал ее за весь день. Основы социологии и физкультура пролетели быстро, и по пути домой Ада решилась набрать номер Димы.

— Абонент находится вне зоны действия сети, — ответил ей механический голос, и Ада физически ощутила, как сердце рухнуло в пятки.

Она не знала, где Дима живет, не знала его адреса и контактов мамы. Даже Лесю Ада видела только один раз вживую, а среди контактов Димы никого с таким именем не нашла — видимо, в ВК у нее тоже была страничка под псевдонимом.

«Ты не знаешь, куда пропал Дима?» — написала она Саше, уже сидя за домашним компьютером.

«Лиля говорит, что так бывает иногда, не переживай, объявится».

Ада вздохнула и поставила на загрузку из торрента новую серию какого-то сериала, который ей посоветовала Саша. Ей было неловко, но все так делали. В глубине души она чувствовала, что не хватает какой-то части, будто теперь за Димой закрепилась доля ее сердца и всегда, когда его не будет рядом, этот кусочек будет напоминать о нем.

Так прошло еще два дня, и наступило одиннадцатое сентября.

Ада особо не обращала внимания на прибывающую луну за окном, ведь с каждым днем ее тревога из-за исчезновения Димы становилась все сильнее. С утра она, уже традиционно не завтракая, отправилась на пары без особой надежды. Ее не грело ни редкое в их краях солнце, ни соседский лабрадор, который чуть не сшиб с ног, требуя внимания, ни цветущие на клумбе перед домом пышные астры всех оттенков ее любимого сиреневого.

Пары в этот день были сплошь общие, потоковые, так что Ада зашла в кабинет и уже привычно посмотрела по сторонам в поисках знакомой красной пряди. Ее обладатель обнаружился на самой дальней парте полукруглой аудитории.

Ада, не веря своим глазам, помахала ему, но Дима, окинув ее каким-то рассеянным взглядом, только кивнул и опустил глаза.

— Привет! Ты куда пропал? — садясь рядом с ним, спросила она.

— Да так, дома проблемы были, — без особого энтузиазма ответил он.

— Все в порядке?

— Уже да.

Ада растерялась и замолчала, не понимая, что сделала не так. Разговор совсем не клеился.

Тут в аудиторию зашла Саша и, увидев их рядом, решительно поднялась к ним.

— Явился, значит? А кто обещал, что к полнолунию у нас будет информация? — плюхнувшись рядом с Адой, спросила она.

Дима скривился, как от головной боли. От него сильнее, чем обычно, пахло шалфеем и табаком.

— Ну не до того было, понимаешь? Что Лиля говорит, все в порядке?

Они вели диалог так, будто Ады тут и не было вовсе: не самое приятное ощущение, когда тебя игнорируют.

Но как раз вошла преподавательница, и разговор оборвался на середине.

Ада попыталась сконцентрироваться на лекции, но ее мысли то и дело возвращались к Диме. Поймав очередной ее взгляд, он покачал головой, словно прося не задавать вопросов. Она только вздохнула, понимая, что есть нечто недоступное ей. И вряд ли оно будет доступно.

В детстве, когда мама обижалась на что-то, она переставала разговаривать с домочадцами. Ада давно привыкла, что нужно в такие моменты извиниться, даже если не знаешь за что, и не чувствуешь вины.

Оставался вопрос — что она в этот раз сделала не так?

После пары они втроем вышли из аудитории. Оставалась еще одна сдвоенная лекция, но Саша на нее не пошла.

— У нас уже скоро выезд, я не могу опоздать. Иначе потом добираться на четырех лапах, а это далековато будет, — пожаловалась она, помахала им на прощание и ушла по направлению к лифтам.

— Ты идешь на лекцию? — спросила у Димы Ада.

Он кивнул.

— А расскажешь, что случилось?

Видимо, в ее голосе было что-то такое, что Дима чуть заметно поморщился и ответил:

— Не бери в голову. Мне просто нужно отдохнуть.

Незаданный вопрос «Это из-за меня?» так и повис в воздухе, но она не решилась его озвучивать.

Лекция прошла в некомфортном молчании. Ада физически чувствовала, как Диме не хочется здесь находиться, но он почему-то досидел время до конца. Уже собирая вещи в сумку, Ада спросила без особой надежды:

— Ты домой?

— Нет, дела есть. Пока.

И Дима, подхватив рюкзак, скрылся из аудитории.

Лучше бы и дальше играл в молчанку и пропадал где-то, чем так появляться и оставлять больше вопросов, чем ответов.

К вечеру у Ады заболела голова.

Таблетка ибупрофена не помогла, массаж шеи тоже. Ада попробовала лечь спать, но, как назло, брат и отец смотрели матч по телевизору, и звуки их болельщицкого восторга долетали даже через закрытую дверь. Еще и луна выкатилась прямо в окно ее спальни, и Ада, со вздохом поднявшись с кровати, решила пойти пить чай, если уж все равно не удастся уснуть.

Телефон молчал, «ВКонтакте» тоже.

Чай отдавал привкусом тины, и Ада вылила его в раковину. Накинув толстовку и поверх нее плотную ветровку, она решила спуститься на улицу и подышать воздухом. Сразу голова от этого вряд ли прошла бы, но вот уснуть потом Ада, скорее всего, смогла бы гораздо быстрее.

— Мам, я во двор, не теряйте, — крикнула она, проходя мимо открытой спальни.

Мама что-то пробормотала, не отвлекаясь от очередного сериала — уже в книжном формате.

Обычно на улице в такое время можно было встретить только редких собачников и возвращающихся домой со смены запоздалых работяг. Луна светила настолько ярко, что Ада даже не могла на нее смотреть. В ее свете и клумба, и Гагарин на доме напротив выглядели сюрреалистично.

Аде неистово хотелось куда-то идти, и она решила проложить маршрут подальше, чем собственный двор. Направилась мимо мусорки и соседнего дома к светофору, который в этот поздний час мигал желтым светом. Вот уже и он остался позади, а ей так никто и не встретился.

Впереди темнели два красивых, но неухоженных сквера — один по левую руку, второй через дорогу. Луна, временами заслоняемая облаками, будто преследовала Аду.

Дорога шла к кварталу сталинок — Ада любила гулять по этой части Декабристов и углубляться во дворы. Вот и сейчас, оставив позади целый квартал, она не заметила, как перешла дорогу на очередном светофоре и оказалась прямо у семиэтажной башни одной из сталинок-близняшек. Вторая расположилась через дорогу, в ночи больше похожая на старый заброшенный замок с видавшим виды фасадом.

Нырнув в арочную подворотню, Ада оказалась в зеленом дворике. Если пойти вдоль сталинки по направлению к улице Восстания, то она пройдет и мимо дома тети Любы, той самой, которая снабдила ее травками после встречи с оборотнем. Стало жутко интересно, как выглядят волшебные дом и двор ночью, поэтому Ада прибавила шаг.

В некоторых окнах еще горел свет. Другие чернели пустотой и одиночеством. Вся улица во внутреннем дворе казалась похожей на зеленый лабиринт — так много тут росло деревьев и такие богатые были клумбы. В ночи все это пахло сентябрьской прелостью и поздними цветами.

В доме тети Любы светилось всего два окна. Девичий виноград, видимый в свете одинокого фонаря, за последнюю неделю чуть сильнее побурел. Ночью дом еще больше походил на избушку ведьмы. Палисадник перед ним только добавлял колорита.

Но Аду тянуло не сюда. Она слышала зов воды и потому, не сбавляя шага, направилась к выходу со двора, оказавшись прямо на Восстания, где еще проезжали редкие машины.

Идти здесь ночью оказалось даже интереснее, чем днем. Улица была сплошь застроена сталинками разной степени сохранности и красоты. Перед некоторыми росли деревья, другие прятались в тени кустарников. И везде был настолько плохой асфальт, как будто его клали одновременно с постройкой этих домов.

Наконец дойдя до перекрестка с проспектом Ибрагимова, Ада повернула по направлению к центру. Ноги сами несли ее дальше, к перекрестку с улицей Волгоградской, и Ада не сопротивлялась, решив, что так надо. Мимо проезжали машины, а она видела не только их.

Все ярче в свете луны вспыхивали создания иной стороны, то ли не особо таясь, то ли уже не сумев скрыться от ее глаз.

Она прошла, как во сне, перекресток и направилась прямо в сторону парка. Заросший сквер на Волгоградской через дорогу изредка освещался огнями — там кто-то праздновал полнолуние, и это были совсем не местные бомжи. Держась вдоль панелек, Ада прошла мимо школы и следующего дома. Возле каждого подъезда росли яблони, на некоторых еще остались мелкие, явно кислые на вкус плоды. В этих домах светилось больше окон, но и они угнетали своими покоем и тишиной.

Ада оставила позади очередной перекресток и, одолев последний участок пути все в том же полусне, наконец вышла к парку Победы. Озеро в его глубине звало все сильнее.

Она прошла через боковой вход и, не обращая внимания на тех, кто попадался ей на пути, — то ли поздно гуляющих людей, то ли кого-то с иной стороны, — пошла прямо к озеру. За яблоневой аллеей пряталась громада подводной лодки, всегда ее пугавшая, так что Ада даже не стала туда смотреть. Она вышла на аллею под сенью берез и лип и наконец туда, куда так стремилась.

Здесь парк был особенно заросшим. С небольшого спуска открывался вид на эту сторону озера, берег напротив и то его место, что прилегало к небольшой рощице. Оттуда доносились музыка, голоса и вился дым.

А прямо над головой раскинула широкую бликующую дорожку луна.

Ада не могла оторвать от нее глаз. Вода в озере почти застыла, как зеркало. Лишь иногда от легкого ветра шла рябь по поверхности или взлетала шумная утка или чайка, и тогда его гладь нарушалась. Заросли на другом берегу, где обычно кто-то рыбачил, сейчас пустовали. А у воды будто сверкало что-то, до чего доходил луч луны.

Ада вздрогнула и только сейчас поняла, как замерзла. Она прошла весь этот путь в домашних штанах и кроссовках на босу ногу.

От поверхности озера, прямо у берега, отделилась фигура. Ада зачарованно проследила взглядом за тем, как она выбралась на сушу рядом с ней.

— Пришла, значит? — звонким голосом, похожим на звук бегущего весеннего ручья, сказала девушка, с которой текла непрерывным потоком вода. Она встряхнула волосами, и тут же вокруг так сильно запахло тиной, что Ада чихнула.

На груди утопленницы — а это наверняка была она — висела монетка на истертом шнурке.

— Что вы от меня хотите? — спросила Ада, преодолевая отвращение.

— Ты живая и видишь меня, а еще спрашиваешь, чего я хочу? Я хочу поменяться с тобой местами!

Утопленница сделала шаг к Аде, и она, наконец отмерев, бросилась к выходу из парка. Вряд ли та сможет далеко отойти от озера — если она здесь умерла, то может быть привязана к нему.

— Стой! — кричала вслед утопленница, но больше пары шагов от берега сделать не могла.

Ада пробежала мимо вышедшей из кустов компании и остановилась только у самого края дороги за пределами парка. Трясущимися руками достала из кармана куртки телефон и набрала первый попавшийся номер.

— Алло? — сонный голос в трубке принадлежал Диме, и Ада не удержалась и всхлипнула. Он тут же проснулся, судя по изменившейся интонации. — Адель, что случилось?

— Я в парке. Полнолуние случилось, — через полившиеся слезы смогла проговорить она.

— Какой парк? Ты одна?

— Парк Победы.

— Никуда не уходи, слышишь? Сейчас приеду!

Ада завершила звонок и села прямо на траву у заборчика. Со стороны выхода из парка ее не было видно, да и утопленница сюда бы точно не добралась.

И когда луна поднялась еще выше, у обочины резко затормозила тонированная «девятка». Ада не знала, сколько прошло времени с ее звонка, но перед ней стоял Дима.

— Адель, какого черта случилось? Что ты тут делаешь? — заорал он, подбегая к ней. Из машины вышел со стороны водительского сиденья смутно знакомый парень, но сквозь льющиеся от обиды и усталости слезы Ада не поняла, кто это.

— Я не знаю! — провыла она на одной ноте и повисла на шее Димы, совсем потеряв силы. — Я просто вышла из дома прогуляться… Меня сюда что-то позвало… А потом… на берегу… на меня пыталась напасть утопленница!

— Албасты́,[39] — донесся от машины голос, и Ада, моргнув несколько раз, узнала Рустема.

— Потом выясним, кто это был и почему ты не выпила те травы! Пошли в машину! — скомандовал Дима и сам дотащил ее до сиденья.

— Куда едем? — заводя мотор, спросил Рустем.

— Меня дома уже потеряли, наверно! — воскликнула Ада и залилась новым потоком слез.

— Ничего, объясню им все, не переживай, — успокоил Дима, приобняв и позволяя рыдать в свою футболку. Он пах уже так знакомо шалфеем и самим собой, что будто бы и не было этой недели в дурацкой разлуке.

Пока машина ехала по ночному городу, оставляя парк и огромную луну над ним позади, Ада немного успокоилась. Ошибкой было не выпить настой, за который еще и заплатила из своего кармана. В следующий раз она так не попадется!

Внезапно сердце заколотилось от мысли, что теперь так будет всегда — чрезмерная восприимчивость, зависимость от фаз луны, а еще и слабость к зову существ иной стороны. Вот тебе и подарочек от оборотня…