Тактик.12

Глава 6 Закрытые ворота

Дождь стал фоном. Он превратился в белый шум, в статическую помеху, которую мозг перестал воспринимать как угрозу или неудобство. Это был звук безопасности. Пока вода падала с небес сплошной стеной, никто в этом мире не мог до нас добраться. Ни кавалерия, ни даже сам дьявол.

Дождь, кстати, стал слабее, но не прекратился, он шёл, не делая пауз, сутками напролёт.

Я стоял у входа в свой шатёр и смотрел на лагерь.

Солдаты приспособились к ливню. Гномы и гоблины вырыли систему дренажных канав, а там, где она оказалась несовершенной, докопали, доделали, внесли исправления.

По форме остров был не ровной плоскостью, а скорее чуть приподнятым в центре приплюснутым холмом. Да, перепад высот острова был всего-то метра полтора, но для дренажной системы этого хватало.

Проблемы возникли у малых колодцев. Малые колодцы — это скорее ямы, выкопанные по уровню ниже уровня грунтовых вод, то есть, не особенно глубоко и в первый момент они прекрасно снабжали лагерь водой, но сейчас с потоками воды в малые колодцы попадала грязь, делая воду непригодной.

Ведьмы вместе с сапёрами активно применяли магию, выбиваясь из сил, очищая эти ямы и ёмкости с водой.

Странно, что вода в условиях постоянного дождя стала проблемой.

Частично её решал собственно сбор дождевой воды.

Лазарет Зульгена располагался в самой сухой части острова, на каменистом выступе. Здесь пахло травами и лекарствами.

Поскольку в последнее время мы не сражались, госпиталь занимался профилактикой старых ран, простудами и натёртыми ногами.

По большей части госпиталь был развёрнут для того, чтобы запудрить мозги Кройчлу.

Мы провели в таком состоянии три дня. Четыре, если считать день, когда мы попали на Табуний остров.

Народ сидел в палатках, травил байки, кушал, пил чай, я проводил много времени с принцем, расспрашивая его о жизни в Умаре, обычаях, традициях.

Интересно было бы посмотреть на страну, где базовым населением были орки.

Умар находился за Зелёным океаном, южнее, на севере Красного континента и не только населён был орками, но и правили им орки. После смерти отца — патриарха и правителя, его сыновья объединяются в группировки и начинают междоусобную войну, пока из выживших не будет определён наследник. Остальные, кто не хочет умереть, публично отрекаются от прав на престол.

И такое жуткое реалити — каждый раз, когда умирает падишах.

Тайфун держал дождь ровно до утра четвёртого дня и после того, как Штатгаль и армия принца Ги спешно позавтракали, он его, что называется — выключил.

Дождь не затих постепенно, а именно выключился. Словно кто-то перерезал невидимую нить, на которой держались тучи. Последние капли упали на землю, и наступила оглушительная тишина.

Тучи всё ещё висели над головой, но Тайфун обещал, что они не выдадут больше ни капли. Более того, в прореху между туч ударил луч утреннего солнца. Яркий, оранжевый, неестественно резкий после трёх дней серости.

Со всех сторон послышались крики. Солдаты выбегали из-под навесов, щурясь от света. Они искренне улыбались, подставляя лица солнцу.

— Сворачиваем лагерь и выдвигаемся! — негромко, но так, чтобы меня услышали, сказал я.

Я посмотрел на Свена. Криомант стоял неподалеку, жуя травинку. Он выглядел отдохнувшим и полным сил.

— Твой выход, ледяной человек, — кивнул я ему. — Нам нужен новый мост. И на этот раз на другой берег, на западный. На восточном мы уже были.

Через час Штатгаль пересекал реку, покидая остров, который временно стал нашим пристанищем.

Повсюду, насколько хватало глаз, всё было мокрым, раскисшим, пропитанным водой.

Колонну выстраивали прямо на берегу, и я озадачил магов огня высушить нам полосу хотя бы несколько метров шириной, чтобы было по чему идти.

Это требовало огромных усилий и затрат магической энергии, но мы хотя бы могли двигаться вперёд. Да, со скоростью улитки, но могли.

Утешало нас только то, что бруосакцы были в том же положении. Пожелай чёрная конница или иной отряд погнаться за нами, им пришлось бы месить грязь, выбиваясь из сил.

А наш маршрут отдалился от Монта и вечером мы сделали остановку внутри поселения без стен, население которой было эвакуировано и только парочка бродячих собак оставались в нём.

Мы забаррикадировали улицы и переночевали.

Вокруг всё ещё было мокро, значительная часть дорог раскисла.

И тем не менее, ещё до рассвета разведка ушла в поля и на следующий день мы продолжили свой путь по грязному, но зато твёрдому каменному тракту. Делая круг сначала в западном направлении, потом в восточном, чтобы двигаться к городку Фельк.

— А не могло ненастье так же задержать и Его драгоценное величество, как задержало нас? — спросил Фомир негромко, поравнявшись со мной на марше.

— Нет! — ответил я, не задумываясь, потому что мы с троллем давно этот момент продумали. — Центром ненастья был Табуний остров. Ты заметил, что тут намного суше? Ещё севернее, где находится Башенный тракт, а именно по нему прошёл король, не принял ни капли дождя.

— Тайфун красавчик, — похвалил тролля маг.

— Да. Задержку получили только мы и скоро выйдем на сухие участки.

Колёса телег больше не вязли по самые оси. Глина подсохла и превратилась в твёрдую, как камень, корку, которая крошилась под копытами. Мы выходили из влажной зоны.

Совершив ещё одну стоянку, в этот раз на холме возле безымянной брошенной фермы, утром мы направились к Фельку.

В итоге вместо трёх-четырёх дней марша, на который мог бы рассчитывать генеральный штаб Маэна, наш путь занял семь дней. Сутки мы «готовились», сутки забирались на Табуний остров, три дня сидели там, ещё три дня топали к месту назначения. Вернее, скоро дотопаем.

На седьмой день мы остановились у холма, чтобы дать возможность разведке сделать своё дело.

Что делать, если Его величество терпеливо меня дожидается, я не знал. Мой расчёт строился на том, что генеральная группировка Маэна устремилась к месту будущей битвы, а Генеральный штаб в заносчивости своей не станет нас ждать. Уверенный, что мы не представляем большой ценности, а решить проблему с нами можно и потом.

А проблема была.

Назир «торчал», то есть был должен Штатгалю уже почти четыреста тысяч серебряных марок. Плюс сто семьдесят тысяч компенсации найма умарцев, хотя по последней сумме я не имел официального подтверждения, что Назир мне эту сумму возместит.

Само собой, если война закончится завтра, то послезавтра он должен оплатить мне эти деньги. И куда проще от Штатгаля, который Генштабу уже не особенно нужен — избавиться. Тем более, что рядом Вейран, подданные которого желают испить нашей кровушки.

Я стоял на вершине пологого холма. Компанию мне составлял только Иртык (в полусотне шагов ниже по склону) и Его высочество принц Ги. Ветер здесь был свежим, без привкуса влаги с полей. Тут поля и дороги были сухими как порох. Впереди, в трёх милях отсюда, лежал Фельк.

Город выглядел именно так, как описывали карты. Крепкие стены и маленький размер. Здоровенный неровный прямоугольник, каменные стены высотой метров шесть, четыре угловые башни, плотная застройка внутри. Он стоял на пересечении торговых путей, контролируя их и обладал большим (а в настоящее время разгромленным и опустошённым) предместьем.

Простая «база» для того, чтобы укрыться за стенами в условиях пригорода Монта, где не было замков и почти не было городов со стенами.

— Наконец-то, — выдохнул принц Ги.

Он опустил плечи. Напряжение последних дней начало покидать его тело. Мышцы расслаблялись при виде цивилизации. Там были крыши, горячая еда и, самое главное, стены, которые должна была прикрыть наши спины.

Я его оптимизма не разделял. В настоящее время я задействовал Птичий пастух и управляемая мной птица на всех парах неслась к городу.

Увиденное заставило меня шумно выдохнуть.

Город был покинут. Ну, то есть, население на месте, парочка следов пожаров, грандиозные следы разгрома и… отсутствие армии Маэна. То, чего я там долго добивался.

— Рос! — от волнения голос принца стал гортанным, как для говора на орочьем. Да, он так и не привык, что я знаю орочий язык. — Флаг! Это не флаг Маэна. Там висит бурый с серебром стяг Бруосакса.

— Да. Они сдали город, — констатировал я.

Это заодно означало, что точки сбора больше не существовало.

Вместо безопасной гавани нас ждали стены и, возможно, гарнизон противника. Мы шли к закрытой двери, за которой нас ждали заряженные арбалеты.

Откуда тут гарнизон?

В этот момент Рой постучался в мою голову сообщением от Орофина.

«Босс. На востоке по тракту к Монту, движется колонна».

«Конница Бруосакса?»

«Бруосакс, да, но не конница. Панцирники, копейщики, стрелки, регуляры и ополчение. Тысяч восемь, наверное».

«К нам идут?».

«Не знаю. К Фельку».

«Сколько у нас времени?».

«Часа три, судя по тому, как идут».

Я пожевал губу.

— Что-то случилось, сэр Рос? — спросил принц Ги, который заметил что я «завис», то есть использовал Рой.

— Да. Враги идут в направлении Фелька. И тут есть парочка вариантов… Может, обойти город по большой дуге, но рискуем получить удар в спину? Может, попробовать взять город? Можем подождать, но тогда они займут город.

— Они? А сколько их?

— Восемь тысяч клинков. Достаточно, чтобы Фельк стал, если не непреступным, то по крайней мере крайне защищённым местом, захватить который станет трудно. А самый хреновый вариант, это если мы сейчас станем под стенами и получим удар в спину от группировки панцирников. Сдаётся мне, они на что-то такое и рассчитывали.

— Вы хороший стратег, сэр Рос, — степенно сказал принц Ги. — Я доверюсь Вашему выбору и буду исполнять контракт наёмника. Как мы поступим?

Как мы поступим. Мне попалась задача, где все варианты её решения — плохие.

Я посмотрел на город.

Стены Фелька были высокими. Ворота наверняка закрыты и забаррикадированы. Гарнизон видит нас и готовится к обороне. А что, если никакого гарнизона вовсе нет? Что если армия Назира бросила город, а местные жители вышли из подвалов и заперли ворота?

Панцирники — это молот. Город — наковальня. Нас хотели расплющить.

«Всем! Ударные части, подготовиться к атаке. Нам нужно слёту взять город Фельк. Обоз, арьергард, комендантская рота и сапёры топают следом. Доспехи средние, короткое клинковое оружие, магам полная готовность применить ударную магию. И всё это очень быстро. Марш-бросок к стенам. Выполнять!».

Для начала полки стали облачаться в доспех и брать оружие. На марше совсем безоружными не ходят, но и не в полном облачении.

Обычно подготовка не делалась в спешке, но не сегодня.

Мы двинулись боевыми колоннами к стенам, оставив часть армии позади и преодолели эти мили, по ощущениям, за четверть часа.

Я гонял Рой, спешно расставляя полки к атаке. Из обоза были взяты лестницы. Я нервничал и весь свой расчёт строил на том, что гарнизона в Фельке нет. А если есть… Хреновы наши дела.

В этот момент из ряда воинов вышла группа гномов.

Это были не воины. Это были те самые Старые шахтёры, которые всё это время крутились в составе колонны. Вредные деды не остались в колонне, которая двигалась позади, а увязались с атакующими полками.

Один из них, с бородой, заплетённой в три косички, вышел вперёд. Он прищурился, глядя на восточную стену Фелька.

— Стена-то дрянная, командир, — произнёс он скрипучим голосом. — Халтура.

Я отключил Рой и перевёл взгляд на него:

— Поясни.

Гном сплюнул под ноги:

— Я видел, как такие строят, когда подрядчик воровал камень. Видишь кладку, друг гномов? Третий ряд снизу? Там цвет другой. Это известняк, а не гранит. И раствор светлый. Экономили.

Он поднял узловатый палец и указал на участок стены между угловой башней и воротами.

— Она дрянная, командир. Нагрузку не держит, тем более удар. А эти вообще. Снаружи камень, внутри щебень и песок, который уплотнили брёвнышками. Если ударить туда чем-то тяжёлым… — он оскалился беззубым ртом, — она лопнет.

Вот он. Эксплойт. Текстура, которая не та, чем кажется.

— Фомир, давай проверим слова старого гнома. Сможешь ударить туда?

— Отчего бы и нет?

На горизонте, там, где дорога шла между холмов, уже поднималось облако пыли. Тёмное, клубящееся. Остался час или два.

— У нас есть десять минут, чтобы начать вторжение, — констатировал я. — А потом очень мало времени, чтобы оказаться по ту сторону стены? Что? Это армия бруосакцев. Они слабее нас, но создадут огромные проблемы.

Фомир повернулся к магам:

— Походный магический круг. Никаких дополнительных артов, ни рисунков, ничего. На это нет времени. В круг — наши импульсники!

У них там были маги, которые специализировались не на огне, самом ходовом виде магии, а на магии воздуха в направлении «воздушный удар». Получался импульсного удара при взрыве.

— Один удар, Фомир, — сказал я тихо, глядя на жёлтое пятно на стене. — У нас нет права на промах.

В круг магов вступил Кройчл. Каким бы он ни был человеком — магом он был весьма сильным, и я порадовался, что юный паникёр нашел в себе силы поучаствовать в общем деле.

Кройчл бросил на меня короткий взгляд и поднял руки, направляя магические потоки.

Внутри круга магическая энергия пришла в движение, закрутилась, усиливаясь с каждой секундой.

Фомир молчал. Он и его ребята уже начали плести заклинание. Те, кто в центре — собираются нанести удар, Кройчл и Ластрион удерживают композицию в стабильном состоянии, Фомир подливал энергии там, где она была нужна, а ударные маги в центре плели свой общий удар.

Воздух вокруг него сгустился, став плотным и вибрирующим.

Со стен со страхом на нас смотрели защитники. Есть ли там гарнизон, который остановит наше движение или нет, сейчас станет понятно. Мы стояли за пределами досягаемости их луков, иначе они обязательно дали бы нам прикурить.

— Первый полк, приготовить щиты, построение защитой вверх по моей команде.

— Давай! — выдохнул Фомир.

Воздух в центре круга сгустился, став полупрозрачным.

Это не был огонь. И не молния.

Это была чистая ударная волна, которая родилась в сотне метров от стены и стала разгоняться как сильнейший ветер. Но только ветер не бывает направленным. Расстояние в сто метров она, эта волна преодолела меньше чем за секунду и когда она нанесла удар, то казалось, что смялась сама ткань реальности.

— Берегите уши! — крикнул Фомир.

Но, как это часто бывает, с запозданием. Ощущения были такие, словно мир взорвался.

Удар был беззвучным, вернее сказать, звук родился с секундным опозданием. Хлопок невероятной громкости прошёлся по полю и стене, распространяясь во все стороны. Передние ряды наших с принцем Ги войск покачнулись.

Камень, участок стены слева от привратных башен превратился в гравий, в скопление фрагментов, которые более не скреплены между собой. Поднимая пыль, огромный кусок кладки высотой в восемь метров, от зубцов и до самой земли просто осел вниз, словно был громадными детскими кубиками.

После звука удара грохот падения камней казался чем-то тихим и не существенным.

Ударная волна прошлась по стене и большинство защитников пострадали если не от вибрации, то от убийственно громкого звука.

«Первый полк! Хайцгруг! Щиты вверх, марш в пролом и покажите этим сукиным детям, как Штатгаль ценит гостеприимство».

Первый полк, солдаты которого после удара тоже чувствовали себя не блестяще, тем не менее рванул вперёд.

— Получилось… — прошептал Ластрион.

Обоз, слегка охреневший от звукового шоу, остановился.

«Обоз и сапёры, продолжать движение!».

Обоз, конечно, видел, что сражение не то, что не закончилось, а скорее только началось, что ворота закрыты и идти им буквально некуда. Но приказ выполнили.

Проблема была в том, что и армия бруосакцев тоже двигалась по дороге вперёд.

Я напрягся и послал в пролом Второй полк, и два полка умарцев.

«Хайцгруг. Как там обстановка? Мне нужно, чтобы ты открыл ворота. Кто нам противостоит? Навались, нам сейчас нужны хорошие новости».