Тактик.12

Глава 11 Серая зона

Предместья представляли собой сложный лабиринт из улиц, пустырей, ферм с полями, мелких лесочков.

Когда мы проезжали мимо этих лесочков, часть конников доставали короткие арбалеты. Штуки красивые, дорогие, но не особенно эффективные для конницы. Оружие одного выстрела. Моя пехота, чтобы зарядить арбалет, упирала его в землю и использовала механический натяжитель, как лебёдочного, так и рычажного типов. Разумеется, лишь та её часть, что не отличалась особой физической силой. Арбалет можно просто натянуть, применяя крюк и немалое усилие. Верхом в условиях боя его очень сложно зарядить.

Конница Маэна пыталась что-то противопоставить арбалетчикам-простолюдинам и сделать аналог пустынной конницы орков и людей-степняков. Но те-то, как монголы, они стреляли из луков и были специально натренированы на стрельбу верхом, а эти скорее позёры.

Словом, мне показалась эта попытка не особенно эффективной.

К тому же они зря боятся лесов. Да, разбойный люд, которого в предместьях было полно, действительно тяготел к лесам, но… Как человек, не понаслышке знакомый с лесными разбойниками, я знал, что они нипочём не станут обживать маленький лес. Он не спасает, слишком мал. В таких лесах могут прятаться только мародёры, а те на военных никогда не нападут. Это шакалы, падальщики, а не настоящие хищники.

Дорога от Фелька тянулась серой лентой, разрезая унылый пейзаж пополам. Здесь были пастбища, пустые и мрачные.

В пригороде очень много поселений, они даже зачастую не считаются отдельными населёнными пунктами, просто скопления домов.

Слева — заболоченная низина, поросшая кривым кустарником. Справа — каменистые холмы, напоминающие спины спящих драконов. Подходящая декорация для паршивого настроения.

Они явно проехали этим путём сюда, потому что ни на секунду не останавливались и держались уверенно.

В пути мы провели уже час.

Штерн держал темп, не позволяя переходить на галоп, но и не давая расслабиться. Гвардейцы вокруг меня молчали. Только звяканье сбруи и глухой стук копыт нарушали тишину.

Я ехал, расслабив тело, покачиваясь в такт шагам коня. Внешне — сама покорность. Внутри — счётчик обратного отсчёта.

Интерфейс Роя сканировал местность.

Локация: Тракт «Западня петля».

Точка интереса: Руины постоялого двора «Три Подковы».

Это место выбрал не я, но мне оно показалось логичным, потому что были «узким местом», точкой, куда стекались несколько дорог и которое нельзя было миновать без того, чтобы заложить крюк в шесть миль.

Штерн, ехавший чуть впереди, вдруг придержал коня и поравнялся со мной.

Напряжение во дворе ратуши спало, и граф, видимо, решил, что можно поиграть в цивилизованного человека. Или ему просто стало скучно.

— Вы удивительно спокойны, герцог, — произнёс он, глядя прямо перед собой. — Для человека, которого везут на суд.

Я пожал плечами.

— Я впервые слышу, что меня зовут на суд. Вы же говорили, что меня хочет видеть Его величество? — как можно равнодушней спросил я.

— Я не так сказал. Его Величество повелел доставить вас. Я не говорил, что речь идёт о встрече с ним. Хотя, подозреваю, он тоже составит в этом своё участие.

— А кто ещё, — спросил я, потому что меня интересовала одна важная деталь этой истории. — Будет участвовать в суде? Герцог Эрик?

Штерн неопределённо пожал плечами.

Мы пересекли мост. Обычный короткий мост через неширокую речку. Гвардейцы опять взялись за свои арбалеты, а их боевые маги обозначили свои заклинания сполохами энергии около рук.

Позёры.

Мы пересекли мост и оказались в поселении. Или это просто в скоплении домов?

Впереди показались очертания улицы. Тут были дешёвые постоялые дворы, и теснились домики жителей. По традиции придорожных торговцев дома были сплошь двухэтажными, потому что на первых этажах были лавки, а на вторых жили семьи владельцев лавок.

Сейчас все предместья эвакуированы, а многие дома разграблены, но не войсками Назира, а мародёрами, представителями всех рас и национальностей.

Мое сердце пропустило удар.

Рой. Координация. Маркировка целей. Обратное подключение к сознанию центрального администратора, визуальный контроль. Командиру роты распределить цели. Массовое подключение.

У меня немедленно заболела голова. Но главное же — сохранить её на плечах, верно?

«Стрельба только на поражение. Щиты приторочены слева, забрала подняты, горловая защита отсутствует. Тип брони — средняя, но с усилением наружными пластинами. Начать стрельбу по команде командира роты. Стрел не жалеть!».

Рой не имел «прокачки», он не мог меняться, потому что был сразу божественным. Это как программный код такого уровня, что его не может не то, что поменять, но даже и понять юзер. И в то же время Рой подстраивался под мои запросы и сейчас вытворял неожиданные вещи, например, коммуницировал разом сотню разумных существ и позволял выстраивать им объёмную картинку на основании моего зрения, промаркировав конников.

По какой-то причине у эльфов лучше получалось пользоваться Роем и сейчас мне удалось даже провернуть частичное слияние сознания с Лиандиром, чтобы он мог не только принимать, но и отдавать команды, контролируя своё подразделение.

— Не знаю я никакого Эрика, — начал Штерн. Договорить он не успел.

Раздался негромкий свист. Короткий, резкий звук, разрезавший воздух.

Арбалетный болт ударил в нагрудник гвардейца, ехавшего слева от меня. Сталь пробила сталь. Наконечник вошёл глубоко, гвардеец захрипел и начал валиться из седла.

— Засада! — заорал кто-то в авангарде, но было поздно.

С крыш домов, с узких переулков, из открытых настежь окон вырвался рой стрел. Они летели не тучей, а прицельными, смертоносными жалами, причём каждый стрелок имел свою «мишень».

Я остановился, потянув поводья.

Это не была беспорядочная стрельба. Скорее, метод хирургии.

Стрелы находили сочленения доспехов. Впивались в незащищённые шеи. Пробивали лицо с поднятыми забралами, били в рёбра сбоку.

Конники слева от меня, справа, впереди и получали сразу по две-три стрелы с рыжим оперением. Кто-то упал, кто-то схватился за плечо. Лошади заржали, вставая на дыбы.

Штерн среагировал мгновенно. Опыт у него был.

— К бою! — рявкнул он, выхватывая меч. — Круговая оборона!

Я просто стоял, смотрел и преодолевал пульсирующую боль в голове.

Неосознанно я повернулся вправо.

Там я увидел картину, придающую смысл всему моему пребыванию в мире Гинн.

Плечом к плечу стояли и стреляли два стрелка-лучника. Легконогий эльф и худой, нескладный, широкоплечий орк. Эльф успевал сделать четыре-пять выстрелов, пока орк сделал один, однако не это было важно. Орк скосил глаза вправо, оскалился и перехватил щит, делая шаг вперёд. И вовремя, потому что в эту же секунду в щит вонзился короткий арбалетный болт из арбалетов маэнской конницы.

Орки и эльф обменялись короткими взглядами, они даже ничего не сказали, эльф лишь кивнул и сделал ещё парочку выстрелов.

Орк прикрыл эльфа, эльф и орк вели бой плечом к плечу, в одном подразделении и кроме моральной составляющей — они были чертовски эффективны.

Они — были, а конные гвардейцы — нет.

Я сидел в седле абсолютно неподвижно.

Дважды стрелы срикошетили и попали рядом со мной, одна вонзилась в седло, вторая бессильна прошла по касательной нагрудной брони.

Я не шелохнулся.

Мои парни знали, где я и не целились в меня. Случайные рикошеты и промахи не влияли на общую картину.

Тридцать конных гвардейцев короля Назира оказались настолько самоуверенными, что прошли по узкой улочке между домов. Тридцать конных гвардейцев попали под обстрел с превосходящих позиций силами людей, эльфов и орков Сводной роты. А также и с флангов, часть Сводной составляли гномы, которые на крыши не полезли, а стреляли с земли. Зато гномы стреляли из-за щитов. Большая часть арбалетных болтов единственного выстрела арбалетов гвардейцев пришлась по щитам гномов.

Двое из них всё же были ранены.

Граф лежал на земле, он рухнул в дорожную пыль, выронив меч.

Бой закончился так же внезапно, как и начался.

Тридцать элитных воинов были побеждены. Лошади пробовали бежать, но им мешали трупы собственных владельцев.

На площади остался только один всадник.

Я. Всё пространство вокруг было обстреляно стрелами и болтами с рыжим оперением.

Я медленно спешился. Сапоги мягко коснулись земли.

Подошёл к лежащему Штерну. Граф пытался подняться, опираясь на единственную не раненую руку. Его лицо было серым от боли и шока. Золотой грифон на его груди был пробит болтом. Болтом с бруосакским цеховым клеймом.

— Вот Вы взялись меня охранять, граф, конвоировать… А сами оказались простофилями. Как же Вы позволили…

Я вынул из мостовой стрелу.

— Обратите внимание, на нас с вами напали бруосакская диверсионная группа, вероятно, наёмники. С традиционными стрелами бруосакцев, с характерными наконечниками, оперением из хвостов местных куриц типичной расцветки.

— Это… ложь, — он терял сознание, но водил глазами.

Он видел, как на улице хлынули бойцы Сводной роты. Без знаков различия и всё же очевидно мои, слишком хорошие доспехи (по чести сказать — лучшие даже по нашим меркам), слишком хорошо натренированные, состоящие из пяти рас, непоколебимо верные, уверенные в себе и технично-жестокие.

Сейчас они проверяли убитых.

— Командор? — Лиандир скользнул между тел и оказался рядом со мной. В руках у него был натянутый лук.

— Нет, определённо, на нас напали бруосакцы и Вы геройски погибли от рук подлых диверсантов, исполняя приказ по сопровождению генерала Штатгаля Роса Голицына.

Граф потянулся к поясу, чтобы взять оттуда артефакт. Скорее всего, это был артефакт связи, и он мог бы много туда наговорить, но Лиандир был намного более быстрым.

Он ловко отобрал артефакт и раздавил, наступив прямо на малый герб короля Назира. Раздался хруст.

— Мой друг-эльф, командир роты, не испытывает пиетета перед гербом короля, — пояснил я. — Когда-то во славу короля его хотели повесить. Всю мою армию, включая меня, хотел бы убить Назир. Плохо ли то, что я не храню ему верность?

Жизнь ускользала из Штерна.

Я забрал у него меч Мзгени и вставил в слабеющие пальцы его собственный меч.

— Вы примете смерть в бою и с оружием в руках. Не уверен, заслужили ли Вы этого, Штерн, но пусть будет так.

Лиандир вздохнул, всем своим видом намекая, что не разделяет моих сентиментальных порывов.

— Так… О чём я говорил? — спросил я эльфа, когда граф отправился к своим родовитым предкам.

— Какой план дальше? Как обычно, раскладываем, обносим?

— Нет, сейчас ситуация совершенно иная. Для начала, все применяли бруосакские стрелы?

Эльф кивнул:

— Да, только их. Болты и стрелы. Даже не стилизация, а трофейные. К счастью, у нас этого добра навалом. Верно я понимаю, нужно, чтобы на нас не падала тень?

— Вроде того. Барахло бросаем, ничего не берём, разве только то, что твоим покажется ну оооочень ценным. Всё остальное — пусть останется на гвардейцах.

— В предместьях действуют мародёры, они всё равно всё обнесут, — вздохнул Лиандир, которому было жаль терять доспехи, которые стоили очень и очень дорого.

— Ну и пусть. Пусть доспехи всплывут среди мелких банд. Так даже и лучше. То же самое касается коней. Я понимаю, что каждый боевой конь стоит как целое состояние, но надо их отпустить. Скорее всего, часть разбредётся по округе и попадёт в лапы к тем же мародёрам, а часть отправится в ставку Назира.

— Конь без седока — беда недалека? — вслух размышлял эльф. — Это заставит их конную гвардию пройти по предместьям и найти место нападения?

— Наверное. Это не точно. В любом случае, мы не должны дать повод обвинить нас. Единственный конь — тот, которого наделили мне. На нём и вернусь.

— Один? — с сомнением спросил эльф.

— А думаешь, найдётся дурак, который на меня нападёт? — задал встречный вопрос я.

— Босс, ты меня прости, но да, такое может произойти. Я настоятельно рекомендую хотя бы двух своих бойцов. Пара коней туда-сюда… Ну пожалуйста, командор, ну мне так спокойнее будет. Одного эльфа-стрелка и кого-то из людей-рубак. Или орк.

— Ладно, давай двух коней, двух сопровождающих, только быстро. Пять минут и мы покидаем место нападения. Нечего тут лицом торговать.

Когда нужно — Сводная рота действует быстро.

В своей логистике они, как правило, не пользуются дорогами, потому что так меньше вероятность попасть в засаду. Вот и сейчас они проверили, что все до одного мёртвые являются таковыми и ушли в поля.

Со мной поскакали двое, орк Оардкхит и эльф Фармари. Может быть, благодаря сопровождению, а может быть, иначе и быть не могло, но через час мы спокойно вернулись к Фельку.

Мои сопровождающие остались вне зоны видимости стен города, к запертым воротам я подъехал один.

Стены Фелька выросли передо мной серой громадой, заслоняющей горизонт.

Мой конь шёл шагом, опустив голову. Животное устало и было напугано. Здорово, что кони не умеют говорить, иначе их бы тоже пришлось перебить. А такого делать мне бы не хотелось. Зверей мне традиционно больше жаль, чем разумных.

Те кони, списанные с конюшен короля Назира, которых придали мне, когда отправили создавать Штатгаль, до сих пор верой и правдой служили мне. Все как один — старые, потрёпанные, их откормили, первые полгода не грузили работой. Нашлась парочка солдат, которая за ними ухаживала и в момент начала войны с Бруосаксом эти кони уже являлась важной частью обоза армии. По мере ведения войны мы часто забирали из взятых замков коней, то же самое касается и побеждённых армий.

В настоящий момент на службе Штатгаля уже почти восемь сотен лошадей, в том числе и боевые. У нас три конные роты, которые пока что выполняют только вспомогательные функции и ни разу я не бросал их в прямое столкновение. Учитывая, что мы под стенами Монта и если нам не придётся в скором времени отсюда драпать, то предстоят городские бои, где конница так же не потребуется.

Вот и получается, что конницу я создаю на некое будущее. А пока…

Пока что у моей конницы и обоза стало на три коня больше.

Привратная башня ожила. Я заметил движение фигур на стене. Блеснул металл доспехов, кто-то махнул рукой.

Звук рога разорвал тишину полудня. Тревожный, протяжный гул, от которого вороны с карканьем сорвались с зубцов башни.

Я не ускорил шаг.

Ворота начали открываться. Тяжёлые створки, окованные железом, медленно расходились в стороны со скрежетом, похожим на стон умирающего великана.

Из тёмного зева арки вырвалась группа всадников и, обгоняя коней — Хайцгруг.

— Командор! — его бас перекрыл шум топота коней.

В его глазах читалась неподдельная тревога.

Никто, кроме Сводной роты, не знал суть плана. С их точки зрения я ушёл с королевской конницей и вернулся один, перемазанный кровью.

Шёпот побежал по рядам конников, которые поравнялись со мной.

— Что случилось, командор?

— На нас напали подлые бруосакцы. К сожалению, все гвардейцы мертвы. А я… — в этом месте я сделал паузу. В принципе, мне не было обязательно врать собственным подчинённым, но я решил быть последовательным. — У меня хороший доспех и я более везучий. Мне удалось вырваться из окружения.

— Хвала Григгасу! — пророкотал Хайцгруг.

Мы въехали в город и в районе ворот я передал поводья одному из конников, а сам спешился.

— Стандартная процедура, боец. Передай его Фомиру, пусть снимут с коня магические метки. Потом сапёрам Круэддингта, они поменяют клеймо. Теперь это наш конь… Ну, раз уж так вышло. Вопросы?

— Никак нет, командор! — рыкнул парень и увёл коня.

— Босс, — Хайцгруг огляделся и убедился, что рядом никого нет, он всё это время был рядом. — А Ваше чудесное возвращение и спасение… Оно не связано никак с тем, что несколько часов назад Сводная рота спустилась на верёвках на южном участке стены, там, где стоит одна из моих рот?

— Возможно, — уклончиво ответил я на вопрос орка. — Будешь общаться с Лиандиром, скажешь, что я разрешил тебе всё рассказать. Судя по тому, что ты способен задать этот вопрос, ты заслуживаешь знать чуть больше. Само собой, ты уже знаешь много тайн, это будет ещё одна, о которой ты будешь молчать.

Орк кивнул.

— Командор, я только хотел сказать… Спросить… Сводная рота, с ними всё в порядке? Нет потерь? — Хайцгруг искренне переживал, поэтому я поспешил его успокоить.

— С Лиандиром всё хорошо.

— А со всей ротой?

— Со всеми всё хорошо. Ну, там парочка гномов получили болтами в плечи и руки, но пальцы целы, Зульген их вылечит. Скоро они вернутся, пройдут через ворота.

Хайцгруг облегчённо выдохнул:

— Спасибо, босс. Служу Штатгалю, босс. Я пойду на стену, проверю, как там мои.

В этот момент с центральной улицы ко мне спешно вышагивал человек. Он почти бежал, спотыкаясь на неровности брусчатки.

Барон Кройчл.

Он выглядел так, словно увидел призрака. Его лицо было белее мела, а глаза, казалось, готовы были выпрыгнуть из орбит.

— Рос? — просипел он, останавливаясь в паре шагов. — Герцог?

Он переводил взгляд с меня на Хайцгруга, который тут же напустил на себя зверский и туповатый вид.

— Да, я тут.

— Как я рад… А где конвой? Что-то случилось.

— Типа того. На нас напали, все погибли. Если Вас это успокоит, то они погибли, защищая честь короля и мою жизнь. Мне удалось вырваться из окружения. Это всё проклятые бруосакцы.

— Да пёс с ними, с гвардейцами, — на одном дыхании выдал Кройчл.

Внезапно надменный юный маг, член баронского рода, шагнул вперёд и приобнял меня, как пьяница — бочку с креплёным вином.

Я посмотрел на Хайцгруга. Орк смотрел на представшую перед ним картину ошалело.

Потом Кройчл отшагнул обратно и откашлялся:

— Генерал Рос! Докладываю! За время Вашего отсутствия никаких происшествий не было. Я не отдал ни одного приказа, чтобы… Чтобы не нарушить гармонию Ваших порядков. И безмерно рад, что Вы вернулись. Пусть я и не вижу обратного приказа, но… Ваша светлость, прошу Вас принять обратно командование Штатгалем и гарнизоном Фелька!

Кройчл вытянулся, как настоящий военный и даже отдал воинское приветствие раскрытой ладонью к непокрытой голове.

Я уж не стал ему говорить стандартное «к пустой голове…».

— Я принимаю командование, Кройчл. Прошу Вас доложить Вашему руководителю Эрику Мэнсфильду о нападении на меня и о том, что я вернулся. И я бы вам советовал оставаться при Штатгале в качестве… куратора, что ли. Обещайте присматривать за нами. Так, глядишь, встретите конец войны живым, барон.

Кройчл кивнул.