Суженая

Глава 16

Оборотни, как всем известно, обладают не только запредельной для человека силой, не только острым зрением и замечательным слухом, но отличным нюхом — не уступая в этом даже настоящим волкам, а иногда даже и превосходя их.

Правда, в последнее время, это обстоятельство Лиама вовсе не радовало.

С тех пор, как Айлин стала готовить для Милены отвар, очищающий организм девушки от старого колдовства — с тех самых пор, когда её тело, постепенно освобождающееся от магии, стало просыпаться — именно с этих самых пор Лиам потерял покой и сон.

Хотя, был ли он у него до этого?

Оборотень, всегда честный к самому себе, отрицательно покачал головой. Не было у него никакого покоя.

С самого начала, как только он встретил Милену — когда только учуял её на опушке леса — весь его покой и знаменитый на все горы контроль куда — то подевался.

Исчез без следа.

А теперь ещё проснувшаяся страсть его избранницы. Она — его невинное нежное сокровище, кажется, даже не догадывалась ни об изменениях в своём теле, ни о причинах, их вызвавших.

Оттого — то он пока и сдерживался — сдерживая своего зверя, не давая тому наконец — то взять то, что принадлежало ему по праву.

Однако если раньше страх Милены заставлял его зверя немедленно отступать, не желая пугать суженую, то теперь, почувствовав её желание, волка было практически не остановить.

Не думай об этом, — рыкнул самому себе Лиам. — Лучше сконцентрируйся на запахе… Теребрисы совсем рядом.

Миновав один из холмов, Лиам вместе с воинами выехал к небольшой, усеянной огромными валунами, опушке, на которой резвилась стая почти прозрачных — очень опасных — порождений чужого мира.

Сквозь границу миров проходило огромное количество разных теребрисов, но эти, с хоботами и собачьим оскалом. были самыми жадными до магии. И самыми опасными.

Некоторые из них — матёрые сильные особи — иногда нападали даже на самих оборотней. И не всех оборотней удавалось спасать.

Обернувшись в черного зверя, Лиам мчался в сторону стаи голодных теребрисов — жуткие порождения чужого мира выглядели огромными ледяными собаками с хоботами, высовывающими магию из всего, что встречалось им по пути. А ведь у стаи была добыча… молодой парень, потерявший много крови и почти всю свою магию, медленно умирал, терзаемый огромным теребрисом. Готовясь атаковать, Лиам скользнул взглядом по телу парня, оценивая количество ран, нанесённых жадной тварью. Удивительно, но парень, судя по всему, оказался захвачен теребрисами врасплох — или же парень попросту не знал, как правильно следует обороняться от ледяных тварей.

Лиам точно знал, что парнишка не может принадлежать ни МакГрегорам, ни Грейгам — они с дядей пристально следили за тренировкой молодёжи, за и запах был чужим… Впрочем, Лиама сейчас меньше всего заботила клановая принадлежность юноши: истекая кровь, молодой парень стремительно терял также и свою природную магию… которая уплывала прямо в подставленный хоботок довольного пойманной добычей теребриса.

Впрочем. через мгновение это порождение чужого мира уже было отброшено в сторону мощными клыками черного зверя Лиама.

Теребрис дернулся в сторону — и, изловчившись, атаковал Лиама, пытаясь сомкнуть свои окровавленные челюсти на шеи Вождя. Лиам, ожидавший чего — то подобного, пригнулся — давая теребрису возможность в прыжке отказаться выше его волка — и этот прыжок оказался для матёрого теребриса последним — волк Лиама, ударив мощной лапой с острыми, как лезвия кинжала, когтями, разодрал тело теребриса, выпуская на волю всю его магию.

Волк зарычал. довольной уловом: в теребрисе накопилась много тьмы, которая черными лентами сейчас перетекала в тело огромного разъяренного волка.

Дав возможность своим охранникам уничтожить остальных теребрисов, Лиам подошёл к пострадавшему парню — который уже ослаб настолько, что перекинулся в человека и неподвижным остался лежать на земле.

— Кто это? — спросил подошедший Монро, на ходу перевоплощаясь из зверя в человека. — Он не пахнет МакГрегорами.

Сменив обличье, Лиам хмуро кивнул.

— Онне наш… судя по запаху, парень откуда- то со стороны озёр.

— Может, какой редкий гость клана Дункана, забредший на наши земли? — потерев рукой щеку с пробивавшейся щетиной, поинтересовался Монро. — Здесь совсем рядом наши границы.

— И всё же, это не объясняет, почему парень был один, — нахмурился Лиам. — И почему совсем не умеет охотиться.

— Вот и мне показалось, это скорее теребрисы охотились на парня, а не он на них.

— Именно, — согласно кивнул Лиам. — Интересно, кто именно пустил этого желторотого птенца прямо к границе миров?

Линдсей, проверив раненого, покачал головой.

— Слишком слаб, чтобы мы использовали тьму.

Лиам махнул рукой, перемещая ближе своего коня.

— Доставим раненого в замок — а там уже разберемся, как ему помочь, — произнёс вождь. — Монро, отправляйся к Дункану. Узнай, нет ли в его замке каких — нибудь гостей — и если наш парнишка всё же гость Грейги, попроси Дункана как можно скорее связаться с вождём его клана.

— Конечно, вождь, — кивнул Монро, открывая портал в сторону замка Грейги._ Лиам же, аккуратно перенеся парня с земли на своего коня, вместе с остальными своими воинами отправился к замку МакГрегоров.

Наличие раненого жутко злило Лиама. заставляя того то и дело оборачиваться на своих воинов, подгоняя их то волчьим рыком, то разъяренным звериным взглядом.

Какому идиоту могло прийти в голову отправиться к границе миров одному? — негромко, почти про себя, зарычал МакГрегор- Да ещё и без необходимых навыков. Теперь мальчишка почти при смерти, а я должен волочить его к себе в замок, в надежде, что мы успеем найти вождя его клана.

Волк внутри Лиама согласно вторил человеку: вместо того, чтобы нежной лаской приручать свою суженую, оборотень вынужден был тащиться по горам — и переживать, как там Милена; всё ли у неё хорошо… И главное: как — то обходиться без её запаха.

Задрав голову вверх, Лиам протяжно завыл — и из далекого леса ему завторили волки.

Линдсей, с опаской подъехав к вождю, спросил:

Вождь. а что случится, если мы не сумеем вовремя определить клан парнишки?

— Надеюсь, до этого не дойдет, — вздохнул Лиам. — Ты же знаешь, что по нашим законам, мы не можем принимать чужака в клан без его высказанного вслух желания. Вначале он должен очиститься от тьмы своего нынешнего вожака — и только после, я мог бы ему помочь. Сейчас же любое моё вмешательство будет для него не только бесполезно, но и вредно.

— Жалко парня, — тяжело вздохнул Линдсей. — И переведя вэгляд на Лиама, тихо поинтересовался:

— Это очень больно — находится так далеко от своей суженой?

— Не спрашивай, — почти прорычал Лиам. — Пока в ней нет тьмы, я не могу её чувствовать, как чувствую каждого из вас. Я не знаю, как она сейчас, не могу до неё докоснуться, не могу насладиться её сладким запахом. Мой волк уже сходит с ума — а на лошадях нам добираться до дома не менее шести часов.

— Если, конечно, парень останется в живых, — заметил Линдсей.

— Если, конечно, останется, — кивнул Лиам. — Но знаешь, как погано желать зла малолетке только потому, что хочется поскорее оказаться дома?

Впрочем, позволить себе быть настолько откровенным Лиам мог только со своим друзьями детства. Лиам, Линдсей и Монро всегда были больше чем просто друзьями — почти братьями, делившими на всех и горести, и радости… После того, как Лиам возглавил клан, ему пришлось закрыться от друзей — и теперь лишь мелкие крохи откровенностей напоминали о том, как они были близки в детстве.

Но это была та цена, которую обязан платить каждый вождь — и друзья Лиама понимали и принимали это, преданно прикрывая спину своего лидера.

Спустя почти семь часов они ступили на мост, ведущий к замку МакГрегоров. Лиам к тому времени уже почувствовал, что в его замке находится чужак — и этот чужак вместе с Дунканом мчится прямо к нему.

— Нейл, — закричал вождь клана МакСвен, унюхав на лошади Лиама своего родственника. — Нейл, мальчик мой!

Протянув неподвижное тело едва дышащего парня главе озёрного клана. Лиам спрыгнул с лошади и подошёл к ожидавшему его Дункану.

— Тревис — вождь МакСвенсов отдал мне парня, чтобы я подготовил его к охоте, — сплюнул на землю Дункан. — А этот малолетний идиот решил проявить героизм и без подготовки отправился к теребрисам.

Лиам нахмурился.

— Я не слышал, чтобы у Тревиса были дети.

— Это не его сын. — поморщился Дункан, глядя на то. как Тревис МакСвен опутывает раненого юношу своей тьмой. — Это его племянник.

— Подожди, — не понял Лиам. — Но ведь у Тревиса был только один — младший брат — и он погиб около двадцати лет назад. Помню, там ещё была какая — то темная история с сужеными. Вы ведь вместе ездили на равнину, не так ли?

— И вместе привезли суженых из людского рода, — кивнул Дункан, заскрежетав зубами. — Только моя суженая предпочла убить себя, лишь бы не достаться мне. а суженая Нейла старшего предпочла воспользоваться их редким родовым артефактом с помощью которого сбежала назад, в поместье родителей.

— Артефакт переноса? — нахмурился Лиам. — Но ведь без носителя тьмы….

— Вот именно, — кивнул Дункан. — Когда Нейл старший наконец- то понял, куда делась его избранница, он отправился за ней — но спасти её уже не удалось.

Приподняв бровь, Лиам насмешливо заметил:

— Это всё никак не объясняет появления на моих землях этого парнишки.

— Нейл, — сын моего брата от сестры его суженой, — объявил Тревис МакСвен. подходя к Дункану и Лиаму. — Только вожди видели сейчас. как быстро восстанавливается тело молодого человека в коконе тьмы. которую для него сплёл его дядя.

— У избранницы Нейла была сестра — близнец, — пояснил Дункан Лиаму. — То ли девка ему симпатизировала, то ли они оба так утешились, только в результате она понесла от оборотня.

— До сих пор не понимаю. как такое могло произойти. — нахмурился Тревис. — Всем хорошо известно, что дети у нас рождаются ох как редко — и почти всегда от истинных суженых. Нет. доминарэ тоже иной раз приносят приплод — но без нашей тьмы, их дети всегда слабы. А уж чтобы человеческая девка — не истинная избранница — затяжелела от оборотня — такого я прежде не слыхивал, хотя не одну сотню лет на свете белом живу.

— Может, какой талисман применили, — заметил Дункан, поведя плечом.

Лиам же покачал головой.

— В суженой Нейла — и её сестре — могло быть немного нашей крови. — думая о Милене. предположил вождь клана МакГрегоров. — Так мало, что человеческий запах перебивал запах оборотней.

Дункан и Тревис переглянулись.

— Не полукровки, — пояснил Лиам. — Просто люди с частичкой нашей крови.

Тревис МакСвен задумчиво кивнул.

— Что ж, это бы многое объясняло…В общем, девка эта спустя десять месяцев принесла ребенка — и даже написала мне об этом.

Вождь МакСвенов опустил взгляд на землю.

— Её письмо пришло аккурат на следующий день после гибели брата.

Дункан, положив руку на плечо друга, тихо произнёс.

— Ты ни в чем не виноват. Кто бы поверил, что не истинная суженая — и даже не оборотница — смогла родить твоему брату наследника.

— Я должен был проверить, — нахмурился Тревис. — Должен был!

— Но ведь ты каким — то образом нашёл парня, — произнёс Лиам.

— Это он нашёл меня, — покачал головой вождь озёрного клана. — По словам Нейла младшего, обернулся он очень поздно — в лет шестнадцать. Сильно испугавшись — и испугав этим всю семью своей матери, он только тогда узнал правду про родного отца. В общем, парень долго искал, как с нами связаться… и, когда мы совсем недавно купили интересовавшие мой клан земли у обедневших равнинных дворян — показался перед моими поспанниками.

— В результате ты получил наследника, который больше человек, чем оборотень, — заключил Лиам.

Тревис кивнул.

— Он быстро учится…

— …. и иногда совершает ошибки, — закончил Лиам. — Прежде, чем воспитывать в нём оборотня, начни воспитывать в нём вожака. Ведь его гибель неминуемо скажется на всём клане.

— Пожалуй, ты прав. — немного помолчав, согласился Тревис. — Дункан, как ты смотришь на то, чтобы парень погостил у тебя подольше?

Дункан фыркнул и насмешливо посмотрел на своего старого друга.

— То есть ты и дальше будешь добрым дядюшкой, а я злым цербером, муштрующим твоего бесценного парнишку?

— А что делать, — криво улыбнулся вождь МакСвенов. — Он так похож на моего брата, что я вряд ли смогу стать ему хорошим учителем. Оберегать и заботиться надо о дочерях, сыновей же… и племянников беречь нельзя — иначе не выйдет из них хороших воинов.

— С тебя бочонок твоего драгоценного, трехсот летней выдержки, бренди, — притворно тяжело вздохнув, протянул Дункан, — так и быть, пострадаю за друга.

Друзья коротко рассмеялись, и тут же вновь посерьезнели, поглядывая на спеленного тьмой парня.

— Дункан обрадовал нас доброй вестью, что ты, наконец — то, нашёл свою избранную, — обратившись к Лиаму. произнес Тревис. — Поздравляю, вождь.

— Благодарю, — кивнул Лиам.

Светло — серые глаза вождя озёрного клана встретились с желтым. сверкающим взглядом Лиама.

— Мой племянник не спешит с обрядом, — пояснил своего другу внезапно возникшее напряжение Дункан. — Наша Милена тоже родом с равнины.

Лиам, борясь со своим волкам, глухо зарычал.

— Никто не смеет мне приказывать.

Только смертник посмеет приказывать Лиаму МакГрегору, — опустив голову вниз — выражая тем самым свою покорность, заметил Тревис. Глава озёрного клана хорошо знал, на что был способен вождь МакГрегоров, а потому вовсе не чувствовал унижения от своего поступка. Ему не стоило злить сильнеишего оборотня, но в то же время Тревис не мог не предупредить брата своего друга.

— Лиам, за последние двадцать лет только два оборотня провозили своих суженых с равнины — мой младший брат и твой дядя…

Набравшись храбрости, Тревис закончил:

— Ты сам знаешь, чем всё закончилось.

— У меня всё будет по-другому, — громко рыкнул Лиам, и, вызывая тьму, исчез с моста, оставляя двоих вождей с беспокойством смотреть на то место, где только — что открылся портал.

— Надеюсь, у него всё получится, — тихо произнёс Тревис.

— Хотелось бы верить, — также тихо кивнул Дункан.

Переместившись в купальни, Лиам стащил с себя одежду и тут же бросился в воду, смывая теплой водой обуявший его гнев. Разумом, он понимал, что МакСвен и Дункан хотели его только предупредить — дабы он не совершил тех же ошибок, что Нейл — старший и Дункан, но…

Не стоило затрагивать эту тему. Милена — его суженая, и только он вправе решать, когда и как он проведёт обряд.

Впрочем, волка Лиама. напуганной перспективой потерять желанную суженую, подначивал вождя как можно быстрее сделать то, что вправе делать со своей женой каждый муж — независимо, оборотень это или человек.

Зелье отворота на неё уже почти не действует, плавая в ласкающей его воде, размышлял Лиам — Да и Милена уже давно возбуждается не меньше меня — так стоит ли тянуть дальше?

Мы и так дали ей много времени, — вторил Лиаму его волк, чувствуя, насколько сильно страдает от неудовлетворённого желания тело вождя. — Жена дается мужу для услады и продолжения рода. Милена с радостью примет своего мужа.

Лиам зарычал, чувствуя, что возникшие от этих мыслей в голове картинки ещё сильнее распаляют и без того его каменное сейчас тело.

Поскольку в Милене не было ещё его тьмы, он не мог почувствовать её напрямую — но замок, окутанной его магией, легко подсказал вождю, где сейчас находится его суженая.

Они насколько задержались в дороге с раненным молодым МакСвеном, что Милена, уже отужинав, находилась сейчас в ванной, готовясь отойти ко сну.

— Самое время, — по- мужски усмехнулся вождь, выбираясь из воды и давая магии тьмы скорее обсушить его тело.