Суженая

Глава 15

Я привыкла заниматься хозяйством.

С самых малых лет мне приходилось не только контролировать работу слуг. но и много работать самой — засучив рукава, я с утра до ночи носилась по замку, пыталась сохранить хоть какую — то видимость порядка в нашем доме. Слишком мало у отца было служанок, слишком старым был замок Стивенсонов…

Здесь всё было по- другому.

Когда Айлин впервые знакомила меня со всеми, кто так или иначе прислуживал в замке, я испуганно крутила кончик косы, боясь, что никогда не запомню так много имён. Замок МакГрегоров был огромным, однако и слуг тут оказалась целая армия: отряд поваров, отряд прачек, отряд служанок, занимающихся хозяйскими покоями, отряд служанок, занимающихся комнатами и залами первого этажа, отряд Конюхов… и так далее, и тому подобное.

Они не экономили тут — ни золота, ни магии. а потому в красивых массивных буфетах стояли горы изящной фарфоровой посуды (именно такой даже у самого графа отродясь не было); в библиотеке хранились драгоценные экземпляры ещё написанных от руки, то есть безо всякой магии, свитков; а в саду замка — в холодном горном крае — росли диковеннные ароматные цветы и фрукты. которые я до этого видела лишь на картинках в книгах отца. А что уж говорить об остальном?

Казалось, я попала в сказку, а вовсе не замуж за горца…

Единственное, что огорчало меня в моем новом доме — это поведение Мердэг.

Несмотря на внешнее дружелюбие и даже почтение, спутница Дункана не приняла меня и даже продолжала всячески изводить придирками и насмешками — в том случае, если никто не оказывался рядом.

Мне казалось, будто она злится на меня за что — то… Но ведь я только недавно приехала в земли МакГрегора, а потому не могла (пусть и ненамеренно) причинить ей какого — нибудь вреда.

— Это всё её ревность, — объяснила однажды добрая Айлин. которая усердно помогала мне по хозяйству. — Мердэг много лет распоряжалась в замке вождя. требуя к себе особого отношения… За много лет, она и сама поверила в то. что является частью рода вождя… Хотя изначально и знала, что никогда не сможет стать суженой вождя Дункана.

— Как же так получилось, что Мердэг вела хозяйство в замке МакГрегоров, хотя и является спутницей Дункана? — спросила я, отложив пересчитанные простыни в сторону. Мы как раз начали готовиться к приезду гостей. которых ожидали на ежегодную охоту. — Почему Мердэг, хотя и является доминарэ Дункана, но не живёт с ним в его замке?

— Ох, — Айлин тяжело вздохнула. — В том то и депо, миледи. что она только доминаро. а не леди клана. Клан Грейги не принял и никогда не примет Мердэг в качестве своей хозяйки — так оно и понятно, она ведь не истинная суженая вождю Дилану.

Вернув посчитанные простыни обратно на полку, экономка склонилась ко мне и почти шёпотом рассказала:

— Она и в нашем замке не должна была командовать. Но вождь Лиам был настолько благодарен Мердэг за своего дядю, что даровал ей это право… Она ведь из наших, из МакГрегоров. Родилась в этом замке. Только — то теперь вы — законная хозяйка, а Мердэг должна умерить свою гордыню и подчиниться вам.

— А что именно случилось с вождём Дунканом? — быстро спросила я, надеясь, что Айлин немного забудется, и в этот раз расскажет мне о произошедшем. За прошедшие дни, я частенько ловила обрывки фраз, которые так или иначе касались трагедии, которая произошла с Дунканом. Или, может, по его вине… Так или иначе, несмотря на то, что сплетничали все — от поломоек до воинов, от кухарок до советников Лиама, ни один из них не горел желанием рассказать мне полную историю того, что произошло. Более того, при мне все разговоры замолкали — и это несмотря на то, что я продолжала делать вид, будто не понимаю языка оборотней. Казалось, в клане просто не хотели говорить об этом перед чужаками…

— Так что всё — таки произошло?

— Ох, миледи, — Айлин даже присела в быстром реверансе — явно извиняясь за свою последующую фразу — Я не имею права говорить вам об этом.

— Лиам? — нахмурилась я, на что экономка тут же радостно закивала головой.

— Да, миледи, да! Только вождь имеет права рассказывать об этом. Не мы.

Я решила, что вечером обязательно спрошу об этом у Лиама — нисколько не сомневаясь, что он обязательно расскажет мне о том, что случилось с его дядей.

Несмотря на все мои страхи и опасения, МакГрегор оказался на редкость понимающим и внимательным мужем. Вечером, лежа в кровати, мы долго разговаривали, делясь собственными переживаниями, последними новостями, и просто мыслями, которые приходили в голову — а потом вместе засыпали.

Правда, я с каждым днем засыпала всё хуже и хуже — и это несмотря на всё то количество работы, что удавалось переделать за день. Обычно, тяжелая работа меня так выматывала, что я всегда засыпала, едва только стоило коснуться подушки. Однако сейчас…

Пришедшая на ум мысль заставила меня поинтересоваться у экономки, имеется ли в замке, какой — нибудь целитель или знахарь.

— Знахарь? — обеспокоенно спросила Айлин и даже как будто поменялась в лице. — Зачем вам знахарь, миледи?

— Но ведь у вас есть кто — то, кто помогает заболевшим оборотням? — попытала я ещё раз напрасную надежду. Экономка задумчиво покачала головой.

— Мы не болеем, миледи.

— Как это? — не поняла я. — Все болеют.

— Но не оборотни. — Заметив, что я до сих пор ничего не понимаю, она поспешила объяснить: — тьма, которой делится с нами вождь, не допускает болезней и ранней смерти. Мы живём много столетий — и умираем только, когда устаём жить.

Закусив губу, я поняла, что опять забыла об этом: что несмотря на всеобщую дружелюбность, на нежность и заботу супруга, я всего лишь небольшой эпизод в его долгой жизни — и не больше.

— Миледи, разве вам нужна помощь? — всё тем же обеспокоенным голосом поинтересовалась Айлин. — Вы заболели, да?

— Всё хорошо, — ответила я не совсем впопад, чувствуя, как мгновенно падает настроение. Однако пришлось не подавать виду.

— Нам ещё надо проверить запасы мыла, — улыбнулась я, для вида сверяясь со своим списком. — Где у нас хранится мыло?

Так, меня хватило ровно до заката.

Сделав пометки — мы с Айлин определили, сколько и чего именно нам надо будет закупить или заготовить к приезду гостей. Работы предстояло совсем немного — и меня даже это немного огорчило, ведь когда весь день занят различными хлопотами нет времени размышлять о грустном.

Я только- только переоделась в вечернее платье и собралась уже спускаться к ужину в главный зал, когда в комнату, едва не выбив дверь с петель, ворвался Лиам. Бросившись ко мне, он принялся меня ощупывать… и кажется, обнюхивать.

— Лиам, что случилось? — испуганно спросила я, замерев на месте. После произошедшего в купальнях, я хорошо усвоила для себя одну простую истину: с оборотнями не стоит паниковать раньше времени.

— Это я у тебя хочу узнать, что случилось? — грубовато прикрикнул (в первый раз между прочим) на меня Лиам. — Почему я от слуг узнаю, что ты приболела.

— Я не приболела.

— Нет? — раздражённо фыркнул Лиам. — Или всё- таки да? Зачем тебе понадобился лекарь?

— Лиам, — простонала я, поскольку не готова была обсуждать с ним настолько интимные вещи.

Муж навис надо мной черной скалой.

— Ми- ле- на. — по слогам произнёс он моё имя. — Говори.

— Да не о чем говорить, — я всплеснула руками и даже попыталась немного отойти в сторону. — Просто хотела спросить.

— О чем?

— Мне неловко об этом говорить с тобой, — Отвела я взгляд в сторону.

— Ничего, это дело практики, — заметил супруг и схватив меня за подбородок, вынудил таким образом посмотреть ему в глаза. — Я жду.

— Ты же не целитель.

— Я лучше, — рыкнул Лиам. — Я твой муж.

И поскольку я продолжила молчать, он раздражённо фыркнул.

— Мне надо знать. что именно с тобой приключилось, потому что есть два пути решения проблемы со здоровьем. Я хочу знать, какой именно путь подойдет в этой ситуации. Где у тебя болит?

— Не болит, — покраснев, я тихо призналась. — Просто я не понимаю.

— Чего? — нахмурился Лиам. — Ми-ле- на! Не тяни.

— Ну… — с трудом вырвавшись из его железных объятий, я отошла к самой кровати и покаянно призналась:

— Понимаешь, я теперь плохо засыпаю.

Лиам внимательно смотрел на меня.

— И чувства, какие — то странные.

— Какие именно чувства? — вкрадчиво поинтересовался супруг.

АЯ… что я могла на это ему ответить? Что теперь по ночам я тайком пялюсь на лежащего рядом супруга, мечтая о его поцелуях? Да не о простых поцелуйчиках в щеку, а о тех самых — звериных. Что у меня аж всё переворачивается там внутри — до того мне этого хочется.

НУ НЕ МОГЛА ЖЕ Я НА САМОМ ДЕЛЕ ЕМУ ОБ ЭТОМ РАССКАЗЫВАТЬ?

— Ммм, да я только и хотела попросить какого — нибудь слабого настоя для улучшения сна, — вывернулась я, не желая признаваться в постыдных мыслях.

Лиам усмехнулся — будто и без слов всё понял, и осторожно заметил:

— Милена, каждый оборотень верит, что суженые — это не просто наши предопределенные свыше жены, это кусочек нашей души — нас самих… Так что никогда — слышишь, никогда не стесняйся рассказывать мне о себе. Нет ничего такого личного, о чем бы тебе могло было быть стыдно. Слышишь? Ничего.

Оказавшись рядом, Лиам принялся меня трогать. целовать… ласкать.

— Милая моя, — шептал он, — нежная моя, невинная моя…

И его поцелуи жгли мою кожу, навсегда оставляя на ней след. Я даже забыла, как дышать — и лишь мечтала о том, чтобы это не заканчивалось… Но вот супруг навис надо мной, щерясь улыбкой кровожадного хищника, со сверкающим желтым взглядом.

— Моя, — зарычал сейчас зверь в образе человека, вынуждая меня вздрогнуть и вжаться в изголовье кровати.

Это моментально отрезвило моего супруга. Звери хорошо чувствуют чужой страх, и зверь МакГрегора не был исключением.

— Тебе не надо бояться, — хрипло прошипел то ли зверь, то ли уже человек. — Я никогда не причиню тебе боли.

Схватив меня в охапку, он зарылся в мои волосы, не давая мне даже пошевелиться.

Уже намного позже, когда мы вернулись в комнату после ужина — когда Лиам своей магией погасил негасимые магические светильники, висящие на стене рядом с камином, я всё же спросила его о том, что случилось с его дядей.

— Ты говорил. что его суженая погибла, — напомнила я Лиаму его же слова, — Но как это произошло?

Взяв мою руку в свою ладонь, МакГрегор что — то внимательно на ней разглядывал.

— Ты и правда хочешь это знать?

— Ну… да, — поспешно кивнула я. — По замку гуляет столько слухов, однако все боятся со мной об этом говорить.

— Правильно боятся, — спокойно произнёс Лиам. И тут же цинично усмехнулся. — Наверное, мне надо ввести новые правила насчёт слухов.

— Но мне интересно. Что же произошло?

— Она, как и ты была человеком, — тяжело вздохнул Лиам. — Наши суженые очень редко рождаются в семьях людей. Намного чаще среди полукровок или в семьях, где у обоих родителей есть капля нашей крови.

— А я ине знала, что бывают полукровки….

— Иногда, — кивнул Лиам. — Очень редко.

— Но я ведь человек.

— Ты уверена? — улыбнулся МакГрегор и в темноте блеснули его крепкие — чересчур острые для человека — клыки.

— Мы говорили о суженой Дункана, — решив, что Лиам хочет увести разговор в сторону. напомнила я. — Что с ней случилось?

— Она не приняла нас. Не приняла оборотней.

Я молча смотрела на мужа, ожидая продолжения. Глядя на меня сверху вниз, Лиам задумчиво провёл кончиками пальцев по моими губам.

— Избранница Дункана боялась и ненавидела нас, — горько усмехнулся он. — Так боялась, что предпочла убить себя, лишь бы не разделить свою жизнь с одним из оборотней.

Черные глаза супруга заглянули мне прямо в душу.

— У нас не бывает вторых суженных, Милена, — строго заметил Лиам. — Оборотням дается лишь единственный шанс на счастье, и Дункан потерял его вместе с гибелью своей избранницы.

— А как же Мердзэг?

— Мердэг много лет является доминарэ Дункана. Но это не одно и тоже… Доминарэ — это женщина, которую лишь терпит наш зверь — не больше. Мердэг никогда не сможет занять место супруги возле моего дяди.

Лиам нежно отвёл локон моих волос со лба.

— Мили, я догадываюсь, что Мердэг не самая любезная и не самая доброжелательная оборотница в клане. И всё же, она заслужила своё место в моём замке десятилетиями верности, — муж долго и внимательно смотрел на меня. — Я не хотел бы лишать Мердэг её единственного дома, ведь и в клан дяди она тоже не сможет пойти. Понимаешь?

— Понимаю, — кивнула я, чувствуя себя неловко под пристальным взглядом Лиама.

— Но если у тебя будут с ней какие — то проблемы…

— Уверена, всё будет хорошо, — быстро ответила я.

Не то, чтобы я на самом деле в этом верила: уж слишком ядовито разговаривала со мной Мердог, но… если дома леди Джейн всячески унижала меня прилюдно, то Мердэг всегда язвила скрытно, на людях же демонстрируя только хорошее отношение — таким образом, слуги не были вовлечены в наши распри, и охотно выполняли все мои поручения.

Что же касается злых слов Мердэг, то в большей мере они казались тех вещей, которых я при всём своём желании не в силах была изменить: она язвила из — за того, что я родилась человеком; что приехала из империи; что не являюсь оборотницей. После всей той злобы, которую источала леди Джейн, всячески оскорблявшая мою маму, слова Мердэг хотя и расстраивали меня, но не казались каким — то уж сильно обидными. Я решила, что легко справлюсь с этим — к тому же добрая Айлин всегда была готова прийти мне на помощь.

Однако я всё же пообещала мужу не расстраиваться и даже покорно выпила тот отвар, что Айлин готовила специально для меня. Добрая экономка утверждала, что этот сбор успокаивает душу и укрепляет тело, но я — то недаром много лет помогала Арвеле — чуяла в горечи напитка вкус знакомой травки. Артимисия, так называли в наших краях это доброе растение, много где применялась. но Арвела всегда добавляла её в отвары, если требовалось вывести магию из тела человека.

Что ж, подумала я, отставляя чашу в сторону. видимо, Лиам хочет вывести из моего тела зелье подчинения, которое, к счастью, не подействовало… Жаль только, что вместе с этим ужасным зельем, зелье Арвелы тоже перестанет действовать — и я перестану понимать язык оборотней.

Эту ночь я снова почти не спала: мешала рука мужа, обхватившая одну из моих грудей. Видимо, во сне Лиам то ли махал мечом, то ли ещё что — то делал этой рукой — оттого то его ладонь то и дело приходила в движение. Жесткие пальца накрывали мою грудь, чуть сжимали и разжимали её, трогали вершину… Я было попыталась отстраниться, но Лиам. закинув на меня свою ногу, лишил тем самым любой возможности сдвинуться в сторону. Приходилось лежать… и терпеть.

При всём при этом, моё тело так странно реагировало на эти случайнее прикосновения, что через какое — то время бессонница была уже самым меньшим моим страхом.

Тело как будто горело в каком- то огне… а снизу, ну… там… в общем, там стало так влажно, что я даже подумала, будто у меня внезапно начались регулы. От этого мне стало совсем не по себе — спала я лишь в тонкой нижней рубашке на одних простынях с МакГрегором. Поди, точно простыни испачкаю — вот стыдоба — то будет! Мердэг на весь замок меня ославит… Леди — неряха!

Испугавшись позорной участи, я изо всех сил старалась выбраться из объятий Лиама, но на каждое моё движение он начинал тихо рычать и сильнее прижимать меня к себе — пока я вообще не оказалась лежащей на нём.

Мужское тело было горячим, словно печка.

А у меня было жутко мокро между ног — ну, точно регулы!

Стыдоба! Ой, стыдоба….

С этой мыслью я и заснула — на самом исходе ночи.