Суженая

Глава 13

Рыдая, я прошла сквозь странную черную дверь, которую Лиам назвал порталом. Я слышала про них, но сама никогда не пользовалась. Говорят, создание порталов доступно лишь очень сильным магам… ну, или людям с дорогими и редкими артефактами.

Сделав шаг вперед, я вдруг оказалась в незнакомой, богато обставленной комнате.

Бедность — неприятная штука, и даже оказавшись на грани истерики, я как — то само собой оценивала окружающие меня вещи: дорогую солидную мебель, явно магические стекла на окнах, огромную, словно вся моя прежняя комната, кровать.

Именно туда — к кровати я и направилась. Спрятавшись в уголке на полу, я горько зарыдала, понимая полную свою беззащитность перед МакГрегором. Возжелай он завтра отведать меня на завтрак, никто ему и слова не скажет в мою защиту… а может, некоторые даже и обрадуются. Ведь, судя по приему, людям МакГрегора я не очень — то и понравилась.

И не кому за меня заступиться.

Матери я своей не знаю, отец вообще доволен, что избавился от лишнего рта…

Бывший жених, который все своё свободное время проводил в столице империи. уже наверняка обручился с какой — нибудь столичной красавицей, и только я…

Только я никому не нужна

— Мамочка, — лежа на полу в окровавленной нижней рубашке заплакала я. — Мамочка, зачем ты оставила меня так рано? Зачем допустила это…

С детства приученная сдерживать все свои эмоции и чувства: никогда не показывать своей слабости — я внезапно поняла, что не могу этого вынести.

Лиам… Когда я вдруг поверила ему, когда решила, что оборотень меня не обидит?

Я. словно наивная деревенская дурёха, уже стала ему доверять — незнакомцу — мужу, которого и узнала — то только пару дней назад.

Горько зарыдав — теперь уже из — за собственной наивности, я уткнулась лбом в теплый деревянный пол, надеясь забыться в слезах.

Ах, если бы мне сейчас вернуться назад — пусть даже не домой, пусть даже в замок графа, где командует леди Джейн — я бы всё — равно была там в большой безопасности.

Но разве кто — то даст мне убежать…

Я чувствовала, как болит рассечённое МакГрегором плечо — как кровь пропитывает тонкую шёлковую ткань. И даже сейчас я чувствовала на себе его не человеческий язык. Язык зверя — который, как шептались между собой воины МакГрегора. вырвался наружу и был готов меня только что убить.

— Миледи? — услышала я обеспокоенный женский голос, а затем и тихий стук в дверь. — Миледи, вам нужна помощь?

Я, тронутая добротой, прозвучавшей в голосе говорившей, внезапно заревела ещё горше.

— Да что ж… — Дверь внезапно открылась настежь, и на пороге появилась знакомая мне Айлин — та самая экономка, с которой возле конюшен разговаривал Лиам.

Обнаружив меня на полу, со следами свежей крови на нижней рубашке, экономка явно растерялась.

— Миледи…. Да как же так, — испуганным шёпотом спросила она. — Да как же это?

Поскольку я ничего не ответила, она осторожно закрыла дверь, не давая никому больше войти внутрь, и подошла ко мне.

Присев, Айлин участливо спросила:

— Миледи, вы где — то поранились, да?

Я, всё ещё не в силах говорить после слёз, замотала головой.

— Вы ведь сейчас должны быть в купальнях, с вождём. — замерев, она осторожно спросила:

— Кто, миледи? Кто посмел сотворить с вами такое?

— МакГрегор, — сквозь зубы, прошипела я. — Он.

— Который именно, — нахмурилась Айлин, и вдруг широко раскрыла глаза: — Вы имеете в виду Лиама?

Я коротко кивнула.

— Этого же просто не может быть! Он скорее руку себе отрежет, чем причинит вам боль.

Я горько усмехнулась: пока он разрезал когтём лишь моё плечо. Но, может, у него вообще такое увлечение — кого-нибудь резать?

— Здесь явно какая — то ошибка, — осторожно заметила экономка. — Уверена, очень скоро всё выяснится.

Или МакГрегор попросту убьет меня — тогда и не будет никаких проблем.

— Миледи… ммм, вам не стоит лежать на полу. Может быть, вы хотите принять ванну?

Вздрогнув, я забилась в самый угол комнаты.

— Я не вернусь назад! Ни за что!

Что вы, миледи… — женщина просяще протянула ко мне руку. — Я не имела в виду купальни. У нас есть ванные комнаты в каждых апартаментах.

— Ванные комнаты? — удивлённо переспросила я.

— Комнаты с ваннами, — объяснила Айлин, помогая мне подняться на ноги. — Согласитесь, это такое мучение для слуг — перетаскивать ванны из комнаты в комнату. Вот дед нашего нынешнего дворецкого и придумал создать отдельные комнатушки с ванными. Там только моются — и ничего больше.

Открыв неприметную дверь слева от камина, Айлин ввела меня внутрь небольшой комнатки с крохотным круглым оконцем.

Комната была и впрямь небольшая, но тут имелся и камин, и большая ванная, и столик, на котором стояло несколько продолговатых, доверху наполненных светящимися магическими шариками, ваз.

Но больше всего меня удивило не огромное количество магических шариков (я и так знала, что МакГрегор баснословно богат), а дырка внутри ванной.

Айлин же, нисколько не смущаясь наличию дырки, провела рукой по металлической ручке, вделанной в стену — и в ванну через небольшой медный носик. тоже вделанный в стену, полилась вода.

— А теперь закроем слив, — улыбнулась экономка, располагая прямо над дыркой внутри ванны какой — то каменный диск.

— Это какая — то магия, да? — спросила я, заметив, что вода никуда не уходит.

Ладно… пусть диск и закрывал дырку внизу ванной, но ведь вода — то откуда — то бралась.

— Что вы, миледи, какая магия, — отмахнулась Айлин. — Просто трубы, подведенные к горному источнику. Когда ванна наполнится, мы повернем эту ручку вверх — и вода перестанет течь. А когда вы закончите принимать ванну, просто уберите затычку — и вода по трубам сольётся в реку. Вы ведь знаете, как пользоваться магическими шариками? — мягко поинтересовалась экономка, явно не рассчитывая на такое чудо. Однако я кивнула, добавив вслух: красные — для подогрева воды, а остальные…

— Это травы, миледи, — кивнула Айлин, явно обрадованная тем, что я знаю хотя бы такую малость. — Только не берите синий шарик — это чтобы воду охладить.

— Охладить, — я протянула руку, чтобы проверить какая вода течет сейчас в ванну.

Очень холодная!

Однако экономку это нисколько не смутило. Кивнув, она осторожно заметила:

— Синим шариком пользовался вождь, когда ожидал вашего появления в замке.

Экономка посмотрела на меня с таким видом, будто это обстоятельство должно было меня каким — то образом обрадовать. Не знаю, правда, каким именно. То, что мне достался морозоустойчивый супруг? Я бы и не морозоустойчивому обрадовалась бы — главное, чтобы держал свои когти… и язык подальше от моего тела.

Алин же, как будто ждала от меня какого — то ответа… или наоборот, вопроса.

Но я лишь устало кивнула. Поблагодарила и сказала, что дальше справлюсь сама.

— Я принесу вам полотно для вытирания, — произнесла Айлин. — И пеньюар, чтобы вам было во что переодеться.

Я снова кивнула и снова поблагодарила. Рядом с этой удивительной женщиной, из которой добрая энергия била ключом, все страхи и плохие мысли отходили куда-то на дальний план. Нет, страх никуда не делся — я дико боялась появления супруга, но… но пока его не было в комнате, пока вода наливалась в ванну, а рядом стояла Айлин — всё казалось не так уж и плохо.

Может быть, именно поэтому я немного успокоилась и даже как следует, помылась в диковиной горской ванной, которая имела дырку в своём днище.

Я мылась очень долго и очень тщательно, старательно намыливая кожу по нескольку раз, желая навсегда избавиться от своего запаха. Может, это вывело Лиама из себя?

Наконец, уже даже Айлин постучала мне в дверь, поинтересовавшись, скоро ли я выйду.

— Уже выхожу, — с сожалением протянула я, поднимаясь из ванны. Обернувшись полотном, я убрала диск — заслонку со дна ванной — и с любопытством наблюдала за тем, как вода убегает по круглому отверстию вниз.

Мне бы убежать вместе с ней, навсегда исчезнув из замка, но отверстие было слишком узко…

Надев новую нижнюю рубашку и тонкий шёлковый халат, я открыла дверь, ожидая, что в спальне меня ждёт Айлин. Но экономки в комнате не было. Зато там оказался МакГрегор: широко расставив ноги, он сидел в массивном кресле возле кровати и смотрел на меня.

Я же замерла на пороге, не смея сделать ни одного шага вперед.

Пусть я и выросла в деревенской глухомани; пусть даже и настоящих поклонников у меня никогда не было (жених, которого его родители обязали на мне жениться — не в счёт); но даже при полном отсутствии сколь нибудь житейского опыта и понимания мужчин, мне всё — равно не нравилась та нарочитая небрежность. с которой Лиам развалился в кресле.

Это его показушное спокойствие совсем не совпадало с его взглядом: цепким и внимательным — взглядом осторожного хищника.

Впрочем. МакГрегор и был хищником. Убегать от которого было чревато.

Однако после купания пол в комнатах уже не казался таким уж теплым, и преступив босыми ногами, я было приготовилась…

…Но тут Лиам спегка шевельнул рукой, свисающей с резного деревянного подлокотника кресла.

— Ой! — закричала я. бросаясь назад, в ту комнатушку, где стояла ванная.

Захлопнув за собой дверь, я изо всей силы навалилась на неё, надеясь, что это хоть как — то задержит МакГрегора.

Пусть моя попытка будет лишь маленькой отсрочкой — но ничего другого я пока придумать не могла.

— Милена. — спокойно позвал из — за двери МакГрегор. — Пожалуйста, открой дверь. Я всё объясню.

Поняв, что он находится совсем рядом — что нас разделяет всего лишь одна, пусть и тяжелая деревянная дверь, я ещё сильнее на неё навалилась… и вдруг упала в крепкие мужские объятия.

Этот… оборотень… каким- то образом сумел переместить меня за дверь. в спальню — прямо себе в руки.

— Не бойся меня, — то ли попросил, то ли приказал Лиам. жаля непроницаемым черным взглядом.

— Не бойся меня, милая…

Разница в росте не позволяла нам находиться на одном уровне: даже наклонившись. МакГрегор всё равно был значительно выше, а потому. если бы я захотела встретиться с ним взглядом, мне пришлось бы задирать голову кверху.

Но я не собиралась этого делать. Арвела всегда учила, что диким зверям нельзя смотреть в глаза — они воспринимают это как вызов. А я не была готова снова оказаться один на один с волком Лиама.

Однако…

Видимо, права была всё же леди Джейн — глупая и недалёкая девица, которой по счастливому жребию судьбы выпало родиться в семье аристократов, навсегда останется той же глупой, недалёкой девицей. Умная, хитрая бы давно попыталась вырваться из объятиях оборотня, да закричала бы, чтобы на помощь позвать — а там, может, и запросилась бы домой.

Только я всё по- другому чувствовала.

Шепот Лиама — его тихие, успокаивающие слова, ложились прямо на сердце, заставляя меня потихоньку снова к нему прильнуть.

Он осторожно и нежно дотрагивался до моего лица, спины, волос — и эти, совсем другие его прикосновения, учили, как не бояться его… как желать его прикосновений.

Вдруг мои губы обожгло чувственным огнём. Не выдержав, я подняла голову — и встретилась с мужем взглядом.

— Не знаю, как долго я смогу продержаться, — тихо посетовал самому себе Лиам, накрывая губами мои губы. В это же время одна из его ладоней будто случайно заскользила по моему пеньюару вниз, пока не остановилась почти в неприличном месте — куда ниже талии (и даже ниже пупка).

Возможно, в другой момент я бы обязательно попыталась вырваться из его объятий — ведь нельзя, неприлично же, но именно тогда, в ту секунду без этой его руки мне как будто не хватало какой — то тяжести… И даже наоборот — хотелось чего — то большего, чего — то…другого.

Усмехнувшись, Лиам подул на мои поцелованные губы. Не дожидаясь ответа, он оттянул мою нижнюю губу своими губами — таким образом, открывая доступ своему языку внутрь моего рта.

Я даже не успела поймать его дыхание (которое тоже стало вдруг необходимо), а чужой язык уже нежничал внутри, заставляя меня отринуть в сторону все свои страхи… ну и остальные мысли.

Извиваясь в объятиях МакГрегора, я не сразу заметила, что его рука, съехавшая уже почти к развилке моих ног осторожно повторяет каждое действия его языка у меня во рту — каждую его ласку, каждое прикосновение.

А затем его ладонь каким — то образом оказалась у меня между ног — и один из пальцев….

О, нет…

Как только почувствовав прикосновение Лиама там, я хотела было отшатнуться, но оборотень словно знал, что я попытаюсь воспротивиться его действиям, а потому тут же подстраховался… всосав мой язык в свой рот…

И фейерверк чувств вспыхнул от этого его движения.

— Настоящая оборотница, — восторженно воскликнул Лиам, с неохотой перемещая меня в кресло.

Точнее, это МакГрегор уселся обратно в кресле, а меня посадил на себя.

Приспустив немного пеньюар на одну сторону, он внимательно рассматривал тонкий, все ещё слегка кровящий след от своего когтя.

Широкий длинный язык тотчас опустился на это место, зализывая рану.

— Сейчас всё зарастет, — пообещал Лиам, сверкнув на секунду острыми, страшными клыками. — Наша слюна быстро лечит.

Сделав глубокий прерывистый вздох — который обычно бывает только после долгих рыданий, я растеряно посмотрела на МакГрегора.

— Сейчас нам принесут поесть — ты с утра ничего не ела — а потом поговорим, — мягко улыбнувшись, распорядился супруг.

Посмотрела в расслабленное, спокойное лицо Лиама, я призналась:

— Знаешь, в купальнях я очень испугалась.

— Знаю, — кивнул Лиам. — И очень этому огорчён.

Покрепче меня, обняв, он опустил свой подбородок на мою макушку.

— Милена, — терпеливо объяснял он. — Мы — оборотни, и живём по своим — отличным от людских — законам. Невозможно сразу рассказать тебе обо всех тонкостях и нюансах наших традиций. Именно поэтому мне так важно твоё доверие.

Лиам взял мою ладошку в свою руку и, перевернув тыльной стороной вверх, нежно её поцеловал. Затем он переместил меня таким образом, чтобы без проблем видеть моё лицо. Странное дело, я сидела на его коленях практически обнажённой

{в одном лишь пеньюаре, наброшенном на голое тело}, но чувствовала себя на удивление спокойно и расслаблено.

— Ты должна безоговорочно мне доверять. — Продолжил Лиам. — Я могу обратиться при тебе в монстра. Могу на твоих глазах напасть на маленького ребенка — но ты всё — равно должна верить только мне. Верить и во всём полагаться — это вопрос прежде не только твой собственной безопасности — но и безопасности всего клана.

Я неуверенно кивнула, не зная, смогу ли выполнить то, о чем просит (или мягко приказывает) Лиам.

— Какие — то проблемы? — заметив явные сомнения на моём лице, поинтересовался супруг.

Внимательный, теплый взгляд МакГрегора не торопил, как будто соглашаясь подождать столько времени, сколько мне будет необходимо для начала разговора.

Что ж, я не заставила мужа долго ждать.

— Я мало что знаю о доверии, — отведя взгляд в сторону, чтобы не увидеть разочарование на его лице, ответила я. — Отец… оказываясь под воздействием чувства азарта, он мог запросто спустить последние деньги. Такое бывало не раз — и дорого обходилось всем нам.

Тяжело вздохнув, я продолжила.

— Не то, чтобы он хотел делать подобные вещи — просто азарт насколько будоражит его кровь, что отец каждый раз забывает о последствиях. Это своего рода болезнь, понимаешь? Просто люди, подверженные этому недугу, не всегда отвечают за свои действия — и как бы ты их не любил, ты не можешь им всецело доверять.

— Милена, только полная дурочка стала бы доверять такому человеку, как твой отец, — мягко заметил Лиам, осторожно пытаясь разжать мои пальцы — оказывается, пока я рассказывала про отца, я вцепилась в подол пеньюара, зажав тонкую ткань в кулак. — Я намного дольше, чем ты прожил на этом свете, и нисколько тебя не осуждаю. Отец проигрывал последние деньги, жених… что там сынок графа делал?

— Лиам вопросительно приподнял бровь. — Наверняка и шагу не мог ступить без одобрения отца и матери — а потому, тоже не мог быть тебе опорой.

— Всё так, — опустив голову вниз, тихо призналась я. — Джордж никогда не перечил родителям и учил меня также во всём полагаться на их мнение.

— Которое тебе не всегда нравилось, — улыбнулся Лиам, приподнимая меня за подбородок — так, чтобы посмотреть мне в глаза. — Милена, в том, что тебя окружали одни слизняки и слабаки нет никакой твоей вины.

— Если все вокруг кажутся плохими, то причину скорее всего надо искать куда ближе.

— Не правда, — покачал головой МакГрегор и участливо спросил- А с сестрами почему не ладилось? Мне показалось, что вы дружны — хотя при этом не слишком близки.

В его черном теплом взгляде по- прежнему плескалось бесконечное терпение.

И я честно рассказала:

— Леди Джейн, которая помогала отцу с нашим воспитанием по приказу графа. приходится графу и первой жене отца, какой — то родственницей. Она много лет была дуэньей леди Иветт, пока та не вышла замуж за моего отца.

— Значит, она сначала воспитывала леди Иветт, а затем тебя с сестрами, — понимающе кивнул Лиам. — Эта леди… она так и не смогла просить твоего отца за то, что он женился второй раз?

— Если бы дело было только в этом, — горько посетовала я. — Если бы мама оказалась дочерью высокородного лорда, богатого господина или просто влиятельного вельможи. Но нет — моя мама была лишь безродной чужачкой, посмевшей занять место её любимой Иветт.

Подняв взгляд на МакГрегора, я поспешила пояснить:

— Я не жалуюсь, у меня на самом деле было не плохое детство, просто…

— просто слишком одинокое, — кивнул Лиам. — Дети, как правило, слушаются взрослых — особенно, когда им это выгодно, и любят, как маленькие оборотни, сбиваться в стаи. Когда вы в итоге подружились, между вами была уже большая пропасть, не так ли?

— Да, — поспешила согласиться я. — То есть, нет… То есть… Понимаешь, мы просто жили в разных мирах. Граф и графиня часто забирали Хоуп и Мегги на разные балы и приемы; их, как родных племянниц, баловали. в конце — концов сестричкам — наследницам своей матери, не стоило бояться нищеты и работать до упаду, чтобы сохранить хотя бы остатки нашего состояния.

Я покачала головой.

— Когда я, бывало, просила Мегги помочь мне с чем — нибудь по хозяйству — она могла согласиться — а в нужный день резко сорваться в город за новым романом, позабыв о моей просьбе.

Тяжело вздохнув, я призналась.

— Пустые жалобы не делают мне чести, прости меня. Но так уж вышло… пожалуй, в замке я безоговорочно могла доверять только слугам. Ну и Арвеле, конечно.

Знаешь, она как — то сказала, что оказалась в наших краях из — за моей мамы. Она во многом заменила мне её, став моей учительницей, наставницей и старшей подругой. Только ей многие годы я безоговорочно доверяла, зная, что она никогда меня не предаст.

Заметив на лице МакГрегора странное выражение, я поспешила добавить:

— Не такую жену, ты, наверное, ожидал получить, отправляясь в наши земли. Я вовсе не утончённая леди из гостиной богатого дома, а нищая бесприданница, всю жизнь якшавшаяся со слугами и крестьянами.

Покачав головой, Лиам улыбнулся. Черные внимательные глаза его сейчас источали только теплоту — без единого проблеска разочарования.

— Как я уже сказал, я куда дольше тебя прожил на белом свете. И меня несказанно радует, что такая, какая есть.

Губы супруга мягко и нежно опустились на мои губы.

— Спасибо, что доверилась мне.

Наш второй — куда более нежный и чувствительный поцелуй, чем тот первый, прервала Айлин, постучавшаяся в спальню.

— Входи, — велел Лиам, так и не спустив меня со своих колен — хотя и пыталась вырваться.

— Тише, — слегка прикусив моё ухо, произнёс МакГрегор. — Милена, в нашем обществе проявления чувств между супругами только поощряются — и никто не будет ожидать от тебя равнинной чопорности. Наоборот, клан будет разочарован, если ты начнёшь избегать моих прикосновений.

Я, конечно, кивнула… но снова попыталась вырваться — и снова безуспешно.

Лиам хмыкнул, и — о ужас! — на глазах вошедшей в комнату экономки зарылся лицом в мои распущенные волосы.

— Праздничный ужин будет подан в семь, — оповестила нас весёлым тоном экономка.

— Вождь, если что — то понадобится…

— Подготовишь Милену к празднику, — приказал Лиам. — И напомни Мердэг, чтобы держалась от моей супруги подальше.

— Но ведь милорд Дункан…

— Айлин, я уважаю и ценю Мердэг за всё, что она сделала для Дункана. Но ей придётся принять Милену как хозяйку клана МакГрегоров. Мне очень жаль. Но она знала, на что шла.

Поскольку экономка и Лиам разговаривали между собой на языке империи, то и мне не было нужды скрывать своё любопытство. Лиам ведь сам сказал, что их традиции отличаются от наших — вот я и стремилась скорее познакомиться с традициями своего нового народа.

Дождавшись, когда Айлин расставив закуски на столике возле камина. покинула комнату, я спросила у мужа:

— А что не так с Мердэг? Почему она невзлюбила меня?

Лиам тяжело вздохнул.

— Мердэг всего лишь доминарэ моего дяди Дункана. Она во всём должна тебе повиноваться и признавать твою власть.

Я кивнула, спросив:

— А кто такие доминарэ? Это какой — то титул?

— Нет, так мы называем неистинных спутниц оборотней.

— То есть это жена? — перевела я странное слово на свой язык.

— Не совсем, — терпеливо пояснил Лиам. — Мы признаём своими женами только истинную суженую. Но иногда суженые всё не рождаются… или погибают — как в случае моего дяди. Тогда оборотень может взять какую — либо женщину во временные спутницы, и именно их мы называем доминарэ. Мердэг — хорошая женщина, но чернота Дункана уже отравила её.

Я на всякий случай кивнула — хотя до конца объяснение супруга я так и не поняла.

Лиам тяжело вздохнул — и прижал мою голову к своей груди.

— Об этом лучше поговорим как нибудь потом. А сейчас давай- ка перекусим.

Оглядев стол, который накрыла Айлин, я сильно удивилась: тут было и вяленое мясо, и запечённое, и какие — то фаршированные яйца, и рыба, и даже несколько видов сыров — настоящий пир, а вовсе не легкий перекус.

Я изо всех сил старалась удержаться и не наброситься на деликатесы как последняя голодранка, но… всё было так вкусно, а МакГрегор только и делал, что подкладывал мне новые кусочки в тарелку.

Наконец, наевшись, я устало откинулась на резную спинку стула.

— Хочешь отдохнуть перед вечерним приемом? — спросил МакГрегор, заинтересованно поглядывая в сторону огромной кровати. — Или можем прогуляться по замку.

Вспомнив минувшую ночь, и то, как мы лежали друг рядом с другом, я не знала, куда девать взгляд от неловкости.

— Лучше прогуляться, — выдавила я из себя. — Только мне, наверное, надо будет во что — то переодеться?

Лиам спокойно кивнул и… тут же выпустил из пальцев тьму, которая почти сразу оплела моё тело, превращаясь в красивое изумрудное платье! И даже туфельки на ногах появились — в цвет к платью.

— Прогуляемся, — протянул ко мне руку МакГрегор. — Я покажу тебе замок.

— Ты обещал рассказать, почему… — я запнулась, но всё же завершила фразу. — … почему укусил меня в купальнях.

Спокойный, мягкий взгляд Лиама сразу стало абсолютно непроницаем.

— Я подозревал, что дома тебя могли опаивать зельями.

— Что? — нахмурилась я, беспокоясь о том, что он узнал о том подарке, который мне сделала ведунья. Я так и не могла понять. как именно Арвела смогла сварить зелье, которое помогало мне понимать оборотней — но то, что в этом только её заслуга я даже не сомневалась. — Ты что — то почувствовал?

Лиам нехотя — словно через силу — кивнул.

— Одно не очень хорошее зелье, — медленно произнес он. — Оно хотя и впиталась в твоё тело, но не причинило большого вреда.

Я поёжилась. Арвела с самого детства твердила мне не пить зелий из чужих рук, и только её настойки я употребляла безо всякого страха…

Я почти споткнулась, вспомнив ту настойку, что приказал мне выпить отец. Тогда, перед самым приездом оборотней.

Но, возможно папа сам не знал, какое зелье мне даёт выпить. Возможно… и его обманули.

Расспрашивать дальше было не просто страшно — но и больно.

Однако я всё же попыталась это сделать:.

Что это была за настойка?

— Зелье подчинения, — глядя мне в глаза, ответил МакГрегор. — Милена, оно всё равно не подействовало.

Миллионы вопросов крутились в моей голове: что это за зелье, почему не подействовало; почему Лиам почувствовал настойку отца и не почувствовал настойку Арвелы — благодаря которой я могу понимать их язык… И так далее, и тому подобное.

— Милена, оставь прошлое в прошлом. — Почти приказал МакГрегор. — Сейчас ты живёшь здесь, со мной. И теперь никто не сможет причинить тебе вреда.