Столица на краю империи

Глава 23

Я сидел в удобном кресле, закинув ногу на ногу, и просматривал весёлые картинки.

Для удобства закрыв глаза.

Картинки мне сбрасывал Федя через Ольгу, а получал он их от своей призрачной проекции. Делать дубля материальным мы не стали — это не имело практического смысла. Сейчас мы просто наблюдали.

За корреспонденцией из боксов прибыли инкассаторы.

Нет, я не шучу.

Реальные инкассаторы, как в банке. Только с имперской символикой. При этом ребята были вооружены резиновыми полицейскими тонфами и боевыми ножами в набедренных чехлах. Имелись накладки и прозрачные ростовые щиты — такие обычно используют для разгона демонстрантов.

Микроавтобус почтальоны-боевики подогнали к чёрному ходу со стороны закрытого двора, поставили чуть ли не вплотную к дверям и откатили боковую дверь. Водитель остался в кабине. Боец с ростовым щитом занял позицию у распахнутого настежь салона. И ещё двое инкассаторов отправились за корреспонденцией.

Федя активировал метку.

Проекцию моментально притянуло к боксу, в который мы запихнули письмо накануне. Я не знаю, что оружейник испытывал, но через пару минут он заявил, что не может отвести дубля от конверта дальше, чем на полтора метра. И это, по его словам, не очень приятно.

Почтовые инкассаторы ввалились в комнату с боксами, вооружившись големом и здоровенным ящиком на колёсиках. Ящик, судя по всему, был металлическим. Голем закатил эту штуку в центр помещения, а один из почтальонов склонился, чтобы набрать цифровой код на барабанчике. Откинув крышку, он сделал знак своему напарнику, и тот встал у двери, положив руку на тонфу. Чётко, без суеты и лишних движений. Сразу видно профи.

Я бросил взгляд на часы.

Начало первого.

Значит, выемка производится не в конце рабочего дня, а перед обедом. Что ж, ещё лучше. Ночью приятнее спать, а не гоняться за дирижаблями.

Почтальон методично открывал боксы, пользуясь для этого универсальным кодом. Упаковывал в большие серые конверты, на которых шариковой ручкой писал какие-то цифры. В нескольких ящиках лежали ценные бандероли и посылки — их инкассатор пометил специальными стикерами. Содержимое боксов незамедлительно отправлялось в контейнер. Проекцию, естественно, никто не видел.

Удивительно, но мужик справился за полчаса.

Плюс-минус.

Я не учёл того простого факта, что большая часть камер хранения будет пустовать. Оно и понятно — услуга редкая, дорогая. Не всем по карману. Далеко не каждый видит в этом смысл.

Опечатав контейнер, боевой почтальон отдал приказ голему, и тот покатил громоздкий куб к выходу. Второй инкассатор выдвинулся в коридор, быстро оценил обстановку и дал знак: чисто. Первый, обогнав голема, придержал дверь, чтобы тот выкатил ношу.

Мы продолжили наблюдение.

Пока я ловил непрерывный поток образов, ко мне запрыгнуло нечто мягкое и пушистое. Довольно тяжёлое. Нечто замурлыкало, выпустило коготки и начало топтаться по моим коленям. Я машинально погладил Кефира за ухом.

Инкассаторы закатили контейнер в фургон по специальному пандусу.

Ракурс изменился.

Проекция переместилась внутрь фургона и всё, что происходило дальше, меня не особо волновало. Потому что вселенная сузилась до тесной клетушки с одним железным ящиком и двумя инкассаторами. Под потолком горела плоская лампа, а окон, как и следовало ожидать, предусмотрено не было. Движения не чувствовалось, поскольку дубль Феди был невидимым и бесплотным.

Оля, переключи меня на мастера Багуса.

Федя возмутился:

Эй! Вы думаете, мне тут интересно? Скукотища полная!

Потерпи, дорогой. Во имя Рода.

Сергей, придумай отмазку получше. Ты у меня забираешь последние дни летних каникул. И это надо компенсировать… папочка!

Я рассмотрю твоё предложение. Веди их, я на другой линии.

Возражения мальчишки отрезало.

Слушаю вас, господин.

Индонезиец был собран и готов к любым поворотам судьбы.

Мастер Багус, куда они едут?

Исходя из тех справок, что мы навели, вариантов много. Грузы отправляются преимущественно на почтовых дирижаблях и поездах, но мы ведь живём на берегу моря. Иногда корреспонденция проходит через порт.

Спасибо. Ваши люди на местах?

Так точно, господин. Мы узнаем, куда они собрались. В любом пункте отправления.

Я вновь переключился на канал Феди.

Выгляни через крышу. Хочу понять, куда мы едем.

Оружейник выполнил приказ.

В Фазисе я уже освоился достаточно хорошо, но вот почтовое отделение, через которое мы отправили конверт, явно находилось не в центре города. Вывески с иероглифами подсказали мне, что фургон мчится по Хуабу. Географически местный чайнатаун граничил с Пригорьем и Промышленным Сектором. А раз на горизонте маячили величественные кавказские вершины, мы точно не могли ехать в сторону порта.

Продолжай слежку.

А ты?

Скоро приду. Есть дело.

Ольга прервала трансляцию.

Кефир недовольно мяукнул, когда я скинул его на ковёр. Но что поделать, дружище, я тут до бесконечности сидеть не собираюсь. Надо подготовиться к сражению.

— Бродяга, попроси Джан зайти в мой кабинет.

— Хорошо, Сергей.

Через несколько минут турчанка уже переступала порог, радуя меня своим загорелым телом. Девушка была в купальнике и солнцезащитных очках, на её коже блестели капельки влаги.

— Случилось что-то?

Я вспомнил, что они с Маро сегодня решили позагорать до обеда и обсудить последние сплетни. Бессмертная уже не состояла в клане, но знакомства остались. Обширные знакомства. И вообще, как-то они спелись с Джан за последний год. Никогда бы не подумал, что при такой разнице в возрасте можно стать подругами. И это при том, что Маро не скрывала своего интереса к моей персоне, а Джан конкуренток на дух не выносит. Обычно не выносит.

— Да, — сказал я. — Мы отслеживаем конверт по метке.

— И как это поможет мне получить ровный загар, милый?

— Никак, — я приблизился к Джан и нежно поцеловал её в губы. — Но у меня всего два варианта действий, если мы нападём на след Мастеров.

— Перечисли.

— Расширитель и переброска Бродяги.

— Чем плох Расширитель?

— Тем, что Мастера иногда сотрудничают с инквизицией. И если до Супремы дойдёт слух о Расширителе, у нас могут возникнуть проблемы.

— Хочешь лишить нас басика и прогнать мою лучшую подругу?

Джан успела набраться от меня словечек из параллельного мира.

— Могу и не прогонять, — я нехотя отстранился от девушки. — Тогда мы все дружно отправимся… хрен пойми куда. И сохранность бассейна я не гарантирую.

Джан притворно надулась:

— Мужчины! Ладно. Если будет очень нужно, мы перейдём в гостиную.

— Я предупрежу через Бродягу.

— Замётано! — Джан притянула меня к себя и снова поцеловала.

На сей раз мы задержались подольше.

— Извините, что прерываю, — раздался ровный голос Бродяги. — Федя просил передать, что фургон выезжает на Аэрокольцо.

— Принято! — обрадовался я.

С Аэрокольца можно попасть и к железнодорожному вокзалу, но я бы на месте инкассаторов сократил маршрут через Промсектор. Вряд ли это хитрый план, и они с большой долей вероятности доставляют свой контейнер воздухом.

— Дорогая, — я нежно посмотрел на турчанку, — хочешь принести пользу обществу?

— Когда ты так говоришь, назревают неприятности.

— Не-не-не, делать почти ничего не нужно! Я просто хочу знать, где сейчас Лука Каримов. Уточни у Маро. И если он дома… пусть лучше перебирается к нам.

Джан нахмурилась:

— Всё настолько плохо?

— Я не знаю. Но Бродяга предоставит ему защиту, а усадьба Маро — нет.

— Хорошо, — Джан решительно направилась к двери. — Мы сообщим.

Кивнув, я последовал за ней.

Поднявшись на третий этаж, вновь оказался в спальне оружейника.

— Что нового?

Мальчишка сидел рядом с Проектором.

Кефир разлёгся на подоконнике, греясь в лучах полуденного солнца.

— Повернули к аэровокзалу, — сказал Федя. — Трансляция нужна?

— Просто держи меня в курсе.

— А морсу принесёшь?

— Принесу.

— А бутерброд с колбасой?

— Нет.

— Я тебя проверял.

Заказ Феди я передал горничной, а сам отправился к себе.

Первая половина дня обошлась без диверсий, но я не спешил расслабляться. Маловероятно, что от нас с Джан без видимой причины отстанут. Думаю, теперь они попробуют связаться и напомнить о себе. Или готовят что-то масштабное. Признаться, я не видел противоядия от очередных психопатов, решивших вдруг напасть на какой-нибудь склад или винную лавку. Что касается пансионата, казино и холдинга — там я максимально усилил защиту. Но как противостоять собственным подчинённым, если к ним в голову влезут через сны? Я надеюсь, бухгалтерия не начнёт делать переводы благотворительным организациям. А то ведь Мастера — парни с фантазией…

Чтобы подстраховаться, я запустил постоянную ротацию охранников. Подчинённые Багуса перебрасывались на объекты рандомно, график дежурств было невозможно просчитать. Хочется верить, это хоть как-то собьёт с толку моих оппонентов.

Созвонившись повторно с Багусом, я распорядился, чтобы наш человек в терминале аэровокзала был готов к перехвату гостей. Точнее — к изучению полётных листов. Проекция Феди привязана к грузу, но не факт, что мы сумеем вычислить пункт назначения.

Демон доложил, что в очередной раз сменил патрули.

Мы выстроили такую хитрозаточенную систему, что отдельно взятый боец понятия не имеет, на какой участок его перебросят в следующие несколько часов. В теории, это должно спутать карты Мастерам. Программируя человека на некое действие, они должны быть уверены, что жертва окажется возле ключевого объекта. Упс! Мы бросаем кости, выбирая назначение. Или тянем жребий.

Хаос мешает жить и нам.

Думаю, что ненадолго.

Я погрузился в изучение доклада СБ о потенциальных врагах Мастеров. Фактически о людях, которые могут стать временными союзниками. Чтение выдалось увлекательным, и я чуть не пропустил реплику Бродяги:

— Фургон прибыл к взлётно-посадочному полю аэровокзала.

— Прямо на поле заехал? — не поверил я собственным ушам.

— Это специальная доставка, — ответил домоморф. — Они могут.

Бродяга у меня знает всё, что касается официально опубликованных законов и правил. Раньше он в подобных вещах не разбирался, но с тех пор, как мы скопировали в его память огромное количество книг со всего мира, превратился в крутого эксперта. Я даже к своим юристам не всегда обращаюсь, если вопрос пустяковый.

Звоню Багусу.

Тот уже в курсе.

Пока наш человек наводит справки в терминале, я иду к Феде, подключаюсь к прямой трансляции из Проектора и обнаруживаю себя у распахнутого настежь фургона. Напротив «припаркован» грузовой дирижабль — раздувшийся кит, превосходящий габаритами как пассажирские, так и военные аналоги. В корпусе гондолы зияет квадратное отверстие, на бетон откинута аппарель.

Голем закатывает контейнер с письмами и посылками по аппарели.

Проекция неотступно следует за скрытой меткой.

Я пытаюсь разобрать символы на выпуклом борту, но они ни о чём мне не говорят. У воздушных контейнеровозов свои правила перемещения. Зачастую эти махины принадлежат кланам, но существует обязательное к исполнению правило — в трюме должно быть отведено место под корреспонденцию. Имперская почтовая служба — внеклановая организация. К кому бы не переходила власть, доставка почты — в общих интересах.

Безусловно, есть и почтовые дирижабли.

Но их не так много, как хотелось бы.

Ибо рыночек порешал. Совместное финансирование на то и совместное, что никто толком не отвечает за результат. Но даже в этих условиях почтовая служба развилась, и работает значительно лучше, чем у тех же арабов в Халифате. И даже, как я слышал, лучше, чем в Наска. Но это не точно.

За големом неотступно следовал один из инкассаторов, а впереди шёл грузчик в сером комбинезоне и указывал дорогу. Контейнер катили по узкому проходу между двумя рядами деревянных ящиков.

В голове активировалась Ольга:

Сообщение от мастера Багуса.

Я слушаю.

Мы выяснили, что это за рейс. Грузовой дирижабль ВК-241, принадлежит Дому Орла. Пункт назначения — Кипр. Аэровокзал Никосии.

Без промежуточных остановок?

В полётном листе ничего подобного не указано.

Фух.

Я выпал из трансляции и несколько минут приходил в себя. Эти ментальные слепки — как грёбаная матрица. Ты напрочь вылетаешь из реальности и с трудом соображаешь, что происходит дома.

— Сергей, — меня вывел из задумчивости ровный голос Бродяги. — Джан просила сообщить, что Лука Каримов прибыл. Сейчас он в большой гостиной.

— Очень хорошо, — кивнул я. — Передай, что сейчас загляну к нему.

— Почтальоны сваливают, — предупредил Федя.

— Уже?

— Ну, они закрепили контейнер фиксаторами, а по радио объявлено, что посторонним надо покинуть гондолу.

— А проекция где?

— В трюме, где же ещё.

— Пока не уходи, — решил я. — Сейчас узнаю точное время взлёта.

Багус, с которым я связался через Ольгу, сообщил, что ВК-241 простоит на поле ещё тридцать пять минут. Достаточно, чтобы проверить надёжность фиксации грузов, распределить экипаж по своим местам, поднять аппарель и запустить двигатели.

— Чего мы ещё ждём? — недовольно пробурчал Федя.

— Сиди там, пока не запечатают гондолу.

— Ох, и заколебал же ты.

— Сочтёмся, брат.

Последствия моя фантазия нарисовала в два счёта: какой-нибудь тематический парк в духе «Новой Анимации», покупка на аукционе редкой коллекционной фигурки супергероя или поход на премьеру… да чего угодно. Того же «Джеймса Бонда», который снимается не в Голливуде, а в Британии, на родине литературного папы. Между прочим, Агент 007 в альтернативной эпопее вооружён хитроумными клинками и артефактами, но остальные его привычки остались неизменными…

Выбросив Бонда из головы, я направился в гостиную.

У меня полно времени, чтобы объяснить ситуацию Доброму Эху.