Слепой отбор. Тень для Лунного дракона

Глава 49

Сознание возвращалось короткими вспышками, то вознося к свету,то отправляя обратно в темную глубь небытия. Во время коротких проблесков я слышала чьи-то голоса, но практически не ощущала тела.

Собственного?

Я не могла разобрать, вернула ли настоящую внешность. Если перестала быть принцессой Илоной, то лучше бы не просыпаться вовсе. Ни король Иоард, ни, тем более, Михаэль Авертон, не простят проштрафившегося метаморфа. Плохая из меня вышла Тень. Совершенно никудышная. Так глупо довериться сопернице, пойти у нее на поводу. Позволить заманить себя в ловушку. Еще и подставить помощников

Стинки?..

Леа?..

Оба они хотели помочь, но вместо этого…

— Тише, тише, моя принцесса, — услышала я голос Ярона. Он был тихим, словно доносился из другого мира. И все же я смогла различить его слова. Смогла остаться в сознании, удержаться в реальности, хватаясь за слова Советника, как утопающий за соломинку. — Все хорошо. Опасность миновала.

С трудом, но удалось раскрыть глаза. Веки отяжелели, так и норовили закрыться вновь, но сущность метаморфа делала свое дело. Выполняла роль безупречно, в отличие от меня самой. Власть над телом постепенно возвращалась, я даже смогла пошевелить пальцами ног. А через минуту сжала кулаки.

Конечно, зрение не вернулось, но потребность держать глаза открытыми стала почти насущной. К тому же так было проще активировать зрение магическое. Сейчас в голове все кружилось, цвета аур смешивались, как в калейдоскопе, приобретая картины, одна затейливее другой. Я не только не могла определить, где сейчас находится Ярон, но и отличить пол от потолка.

— Вас оглушило вспышкой, — сообщил советник, предваряя вопросы.

Судя по тому, что он все еще называл принцессой, я таки смогла сохранить внешность Илоны. К моему великому облегчению.

Ярон помог сесть и поднес губам сосуд с немного вязкой жидкостью.

— Это поможет быстрее восстановиться, — предупредил он.

Я смогла сделать два больших глотка и снова откинулась на подушку. Кажется, в сосуде было зелье из особых драконьих трав. Это хорошо. Пусть мою быструю регенерацию спишут на его действие, а не на магию метаморфа.

— Стинки?.. — охнула я, когда под руку подлезло что-то теплое и мохнатое. — Это ты, дружок?

Я нащупала длинные уши и чуть не расплакалась от счастья. С дружком все хорошо. Что бы ни случилось в комнате Леа, это не навредило малышу. Он по-прежнему со мной, вот только…

— Какое-то время вы не будете его слышать и чувствовать, принцесса, — пояснил Ярон, будто снова прочел мои сокровенные мысли. Впрочем, сейчас было проще простого понять, о чем я думаю. — Но скоро ваша связь восстановится. О, а вот и еще один гость. Точнее, гостья. Проходите, принцесса Леванна.

Она тоже жива – какое облегчение!

— Привет, — поздоровалась Леванна, присаживаясь на край постели и беря меня за руку. — Как твои дела?

— Уже лучше, — благодарно произнесла я. — Спасибо.

Знаю, с самого начала наши с Леванной отношения не заладились. Она невзлюбила меня с первого дня отбора. Меня и моего Стинки. Но именно Леванна спасла не только мою жизнь, но и порученное королем Иоардом задание. Больше того, судя по всему, Леванна не рассказала о своих подозрениях. Ведь она наверняка догадалась, что я — метаморф.

— Оставлю вас наедине, — предложил советник. — Только ненадолго. Леванна, помните, Илона еще слишком слаба.

— Да, понимаю, — согласилась принцесса, мягко пожав мои пальцы. — Привет, дружок! Мой маленький спаситель.

Леванна, та, кто вначале так пренебрежительно отнесся к Стинки, теперь гладила его по розовой шерстке и благодарила? Это все действие зелья или бред?

— Твой поводырь вытащил меня из комнаты Леа до того, как она… — Леванна вздрогнула. — До того, как Леванна вспыхнула.

Значит, мне не показалось? В комнате действительно произошло нечто из ряда вон выходящее?

— Вспыхнула?.. — повторила я глухим от напряжения голосом. Слова давались с трудом, но я не могла не поинтересоваться. — Что случилось там? Расскажи мне, прошу…

— Родители Леа настаивают на самовозгорании, — вздохнув, произнесла Леванна. — В их роду водились фениксы. Дар мог проявиться внезапно из-за сильного эмоционального потрясения. И Леа оказалась не готова его принять. По крайней мере, родственники погибшей настаивают именно на этой версии.

С даром огненного феникса я была согласна. Но не с тем, что все произошло случайно.

— Ты ничего не рассказала? — глухо спросила я. — О том, что случилось на самом деле?

Леванна видела все. Знала большее, чем можно предположить. Одно ее слово – и меня с позором выставили бы из замка и резиденции Лунных драконов. И тогда Леванна осталась бы единственной претенденткой. Выиграла отбор!

Но она, почему-то, не сделала этого…

— Нет, — решительно отозвалась она. — Это ни к чему. Леа не сумела сохранить жизнь, так пусть хоть честь ее семьи, которую она ставила превыше всего, останется нетронутой. Думаю, Леа сама активировала дар, чтобы избежать позора. Она обратилась в пепел вместе с рунами, которые до этого начертала на стенах. Знаешь, я бы тоже погибла, если твой поводырь не вытащил меня из огня. Он славный. Мне очень жаль, что я отнеслась к нему предвзято в самом начале. Он не заслуживал такого отношения. На самом деле я сожалею о многом… Этот отбор… Он показал и доказал мне многое. Изменил меня.

Выходит, Леванна прикрыла не только меня, но и Леа. Благородный поступок,достойный повелительницы Лунных драконов.

— Я все еще хочу победить в отборе, — продолжила она. — Но хочу победить честно. Больше никаких уловок, манипуляций и магических выходок. Остались только ты и я, Илона. Пусть Михаэль Авертон выберет достойную. А пока отдыхай, восстанавливайся. Уверена, нам понадобятся все наши силы для последнего, решающего этапа.