Изменивший империю. Последний рубеж. Том 3

Глава 19

В «ТеневомГенштабе», оборудованном в подвале логистического центра Смирновых, царила тишина, нарушаемая лишь гудением серверов и стуком дождя по вентиляционным коробам.

Саша сидела перед стеной мониторов, её лицо освещалось холодным голубым светом бегущих строк кода. Её пальцы замерли над клавиатурой. На графике спектрального анализа, который она вывела с перехваченного спутникового канала АДР, появилась крошечная, ритмичная аномалия.

Это не был радиосигнал. Это была серия микроскопических помех в работе охранного периметра лагеря «Чёрный квадрат». Помех, которые складывались в простой двоичный код.

— Есть контакт, — выдохнула Саша, срывая наушники. — Он на связи.

Княгиня Савельева, стоявшая за её спиной, подалась вперёд. Её лицо, обычно непроницаемое, сейчас выдавало напряжение — уголки губ были жёстко сжаты.

— Подтверди идентификатор. Это точно Илья?

— Ритм помехсовпадает с частотой пульсации его нанитов в спящем режиме. Три длинных, два коротких. Это сигнал «Готовность ноль». Он ждёт.

Савельева кивнула, выпрямляясь. Она посмотрела на карту, где краснаяточка пульсировала в глубине вражеской территории.

— Дай добро группе «Тишина». Время пошло.

Дождь над лагерем «Чёрный квадрат» лил с такой силой, словно небо решило смыть это бетонное пятно с лица земли. Прожекторы на вышках с трудом пробивали водяную стену, выхватывая из темноты куски колючей проволоки и мокрый асфальт плаца.

К главному КПП подъехал тяжёлый армейский грузовик с маркировкой техническойслужбы АДР. Машина затормозила, чихнув пневматикой. Из кабины выпрыгнул высокий, широкий в плечах человек в форме старшего техника. На его груди висел бейдж с уровнем допуска, а лицо было скрыто под капюшоном дождевика и респиратором.

Это был Сергей Анопко.

К нему подошёл начальник караула, светя фонарём в лицо.

— Документы! — рявкнул он, перекрикивая шум ливня. — Цель визита?

Сергей протянул пластиковую карту. Его рука в перчатке не дрогнула.

— Инспекция энергоблока, — буркнул он на чистом наречии АДР — старые уроки в ГРУ и нейролингвистические матрицы Саши работали безотказно. — У вас скачки напряжения в секторе «Зеро». Комендант боится, что отключатся подавители магии. Хотите, чтобы «Князь» разнёс тут всё к чертям?

Начальник караула провёл сканером по карте. Прибор пискнул, загораясь зелёным. Допуск был настоящим — Саша взломала базу данных персонала за час до выезда, вписав «группу ремонта» в расписание.

— Проезжайте, — махнул рукой охранник, возвращаякарту. — Только быстрее. Комендант сегодня злой как собака.

— Быстро — это наш профиль, — усмехнулся Сергей под маской.

Грузовик, рыча дизелем, вкатился на территорию лагеря.

В кузове, средиящиков с инструментами и мотков кабеля, сидели четверо диверсантов из личной гвардии Ромадановского. Они были напряжены, как струны.

Машина остановилась в тени ангара, рядом с гудящей трансформаторной будкой. Сергейдважды ударил ладонью по борту.

— Выходим. Работаем по схеме «Б». Тихо и грязно.

Люди высыпали из кузова тенями.

— Первая двойка — к генератору, — шёпотом скомандовал Сергей. — Закладки на таймер. Три минуты. Вторая двойка — контроль периметра. Если кто дёрнется — валить ножами. Я беру вентиляцию.

Он подхватил с пола кабины тяжёлый металлический баллон, похожий на огнетушитель, но с сложной системойклапанов и цифровым дисплеем. На боку баллона красовалась эмблема лаборатории Савельевой и череп с перечёркнутыми костями.

— Ну что, «Спящая красавица», — прошептал Сергей, поглаживая холодный металл. — Пора укладывать деток спать.

Он двинулся вдоль стены казармы, стараясь держаться в «мёртвых зонах» камер. Маршрут, переданный Ильёй через Сашу, горел перед глазами на визоре тактических очков. Вход в систему вентиляции находился за углом, прикрытый лишь решёткой и ленивым часовым, который курил, прячась от дождя под козырьком.

Сергей подошёл к нему сзади. Бесшумно, как огромный кот. Часовой даже не успел обернуться. Широкая ладонь зажала ему рот, а короткий удар ножом в основание шеи — точно между пластинами бронежилета — оборвал жизнь.

Сергей подхватил оседающее тело и аккуратно уложил его за мусорные баки.

— Ничего личного, парень, — буркнул он. — Просто работа.

Он вскрыл решётку вентиляции мультитулом. Шахта гудела, всасывая влажный воздух. Сергей вставил сопло баллона в воздухозаборник, закрепил его магнитными держателями и активировал таймер.

На дисплее побежали цифры. 02:59… 02:58…

Внутри баллона находился экспериментальный газ-паралитик «Морфей-6». Разработка имперских алхимиков по заказу Савельевой. Без запаха, без цвета. Он действовал мгновенно, блокируя нервные окончания. Через минуту после вдоха человек просто падал, не в силах пошевелить даже пальцем, но оставаясь в полном сознании. Идеальное оружие для тихого захвата. Или для создания паники.

Сергей нажал кнопку «Пуск». Газ с тихим шипением пошёл в систему.

— Сладких снов, ублюдки, — усмехнулсяон.

В это время вторая группа уже закончила работу у генераторной подстанции. Маленькие брикеты пластида были прилеплены к ключевым узлам распределительного щита и к системе охлаждения дизель-генераторов.

— Командир, готово, — раздалось в наушнике Сергея. — Отходим к точке эвакуации.

— Принял. Ждём фейерверка.

Сергей растворился в темноте, отходя к забору, где уже была подготовлена «дыра» в сенсорной сетке. В штабе «Черного квадрата», в казармах, в комнатах отдыха охраны люди начали чувствовать странную тяжесть. Кто-то зевнул. У кого-то выпала из рук кружка с кофе.

Дежурный офицер на пульте охраны попытался поднятьруку к микрофону, чтобы объявить тревогу, но его пальцы не слушались. Он с ужасом смотрел, как его рука безвольно падает на колени. Ноги стали ватными. Он сполз со стула на пол, глядя в потолок остекленевшими глазами.

Тревога так и не прозвучала. Лагерь погружался в сон. Тихий, жуткий, химический сон.

Единственным местом, куда газ не мог добраться, была герметичная камера «Зеро» и изолированный блок комендатуры, имевший автономную систему жизнеобеспечения.

Но для них был приготовлен другой сюрприз.

Сергей, добравшись до безопасного расстояния, нажал кнопку на дистанционном детонаторе.

— Час «Ч», — сказал он.

Взрывразорвал ночную тишину.

Генераторная подстанция превратилась в огненный шар. Пламя взметнулось выше сторожевых вышек. Ударная волна выбила стёкла в ближайших бараках.

И тут же, в одну секунду, лагерь «Чёрный квадрат» оправдал своё название.

Свет погас везде. Прожекторы на вышках, лампы в коридорах, подсветка периметра — всё исчезло. Остались только отблески пожара и красные аварийные маячки, питающиеся от слабых аккумуляторов.

Но самое главное — замолчал низкочастотный гул маго-подавителей. Шпили, высасывающие силу из пленных, остались без энергии. Защитный купол над лагерем мигнул и растворился. В наступившей тьме, под проливным дождём, что-то изменилось. Воздух стал плотным, электрическим.

Из глубины центрального блока, из той самой камеры, где держали «сломленного пленника», вырвалась волна. Это была не взрывная волна. Это была волна чистой, концентрированной Тьмы и Ярости.

Она прошла сквозь стены, заставив выживших и не парализованных охранников схватиться за головы.

В лесу, наблюдая за пожаром в бинокль, Сергей хищно улыбнулся.

— Просыпайся, зверь, — прошептал он. — Клетка открыта. Завтрак подан.

Тишина, наступившая после взрыва, была оглушительной.

Сначала погас мертвенно-белый свет ламп, уступив место густой, вязкой темноте. Затем, с жалобным стоном умирающей электроники, затих низкочастотный гул маго-подавителей. Шпили, высасывавшие мою силу, превратились в бесполезные куски бетона.

Я лежал на полу камеры, и в тот момент, когда давление исчезло, моё тело выгнулось дугой.

Это было похоже на первый вдох после долгого погружения. Исток, сжатый в крошечную точку, рванулся наружу, заполняя каналы горячей, яростной энергией. Наниты, дремавшие в крови, получили сигнал пробуждения и ответили синхронным импульсом.

— Доброе утро, Вьетнам, — прошептал я в темноту.

Я встал. Медленно, наслаждаясь каждым движением. Антимагические браслеты на моих руках всё ещё были застёгнуты, но теперь это не имело значения.

Я направил поток Тьмы в кисти. Металл заскрипел, нагреваясь. Наниты вгрызлись в замки на молекулярном уровне.

*Щёлк.*

Тяжёлые кандалы упали на пол с глухим стуком. Я растёр запястья. Кожа горела, но регенерация уже запустилась, стирая следы плена.

В коридоре послышались крики. Паника. Топот сапог. Кто-то орал в рацию, требуя включить резервное питание. Глупцы. Сергей не оставляет резервного питания. Если он взрывает, то на совесть.

Я подошёл к двери камеры. Массивная стальная плита, рассчитанная на то, чтобы удержать слона.

— Покров, — скомандовал я.

Чёрная жидкая броня хлынула из пор кожи, обволакивая меня. Она затвердела за долю секунды, формируя мой боевой костюм. Шлемсомкнулся, и мир вспыхнул зелёными контурами тепловизора и тактической сетки.

Я сжал кулак, концентрируя кинетический удар.

— Тук-тук.

Удар был коротким, без замаха. Просто выброс силы. Дверь не открылась — её вырвало из петель вместе с кусками бетонной стены. Стальная плита пролетела через коридор и впечаталась в противоположную стену, превратив зазевавшегося охранника в мокрое пятно.

Я шагнул в коридор.

Красные аварийные лампы мигали, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Воздух был наполнен пылью и сладковатым запахом газа — «Морфей» Сергея уже начал действовать, но вентиляция здесь была хорошей, так что многие ещёстояли на ногах.

На меня уставились три дула автоматов.

— Стоять! — заорал сержант охраны, его голос срывался на визг. — Лечь на пол! Или стреляю!

Я склонил голову набок. Моя маска, лишённая человеческих черт, уставилась на него пустыми глазницами.

— Ты опоздал с приказами, — мой голос, искажённый модулятором, звучал как скрежет могильной плиты.

Они открыли огонь.

Пули застучали помоему Покрову, как град по крыше. Они сплющивались, плавились и стекали каплями свинца на пол. Я даже не замедлил шаг. Я шёл сквозь ливень огня, и с каждым шагом моя аура становилась гуще, темнее. Изумрудное пламя плясало на моих плечах.

— Моя очередь.

Я взмахнул рукой. Теневые хлысты, сотканные из магии и нанитов, вырвались из стен. Они обвили стрелков, подняли их в воздух ис хрустом ударили друг о друга.

Крики оборвались.

Я перешагнул через тела и направился к лестнице. Мне не нужно было бежать. Демоны не бегают. Они приходят.

Штабной блок был охвачен хаосом. Офицеры метались, пытаясь спасти документы. Кто-то баррикадировал двери, кто-то пытался выпрыгнуть в окно. Газ Сергея делал их движения вялыми, заторможенными, словно они двигались в киселе. Я шёл по коридорам, оставляя за собой след из разрушений. Двери разлетались в щепки. Любой, кто пытался поднять оружие, получал ментальный удар такой силы, что падал с пеной у рта.

Мне нужны были серверы. И мненужен был комендант.

Но на втором этаже, в широком холле перед кабинетом генерала, меня ждали.

Он стоял посреди коридора, окутанный фиолетовой дымкой псионического щита. Тот самый Жнец Пустоты, который допрашивал меня. Его маска тускло блестела в свете аварийных ламп.

Он не паниковал. Он был профессионалом.

*«Ты обманул меня»,* — его голос прозвучал в моей голове. Теперь в нём не было того высокомерия. Была настороженность. И злость. *«Ты спрятал силу. Ты показал мне ложь».*

— Я показал тебе то, что ты хотел увидеть, — ответил я вслух. — Зеркало для идиота.

Жнец поднялруки. Воздух между нами сгустился. Он собирался ударить ментальным молотом — техникой, способной превратить мозг противника в кашу.

*«Умри!»*

Удар пришёл. Мощный, сконцентрированный. Если бы я был темИльёй, которого они привезли в кандалах, я бы уже был мёртв.

Но я был Мором. И я был готов.

Мои наниты выстроили ментальный барьер за долю секунды. Удар Жнеца врезался в негои рассыпался искрами головной боли. Я даже не пошатнулся.

Я сделал шаг вперёд. Ещё один.

Жнец попятился. Я чувствовал его растерянность. Его техника не сработала. Его самое страшное оружие оказалось бесполезным. — Это всё? — спросил я, подходя ближе. — Ты копался в моей голове, искал там страх. Искал слабость.

Я протянул руку. Невидимая телекинетическая хватка сомкнулась на его горле. Жнец захрипел, хватаясь за шею. Его ноги оторвались от пола.

— Ты нашёл там только свою смерть, — прорычал я.

Я сжал кулак.

Раздался отвратительный хруст ломаемых шейных позвонков. Голова Жнеца неестественно дёрнулась вбок. Его тело обмякло, ментальный щит рассеялся.

Я разжал пальцы, и труп элитного ликвидатора АДР рухнул к моим ногам, как мешок с мусором.

— Слабак, — бросил я, переступая через него.

В серверной никого не было. Техники сбежали, бросив оборудование включённым.

Я подошёл к главной стойке. Мне не нужно было взламывать пароли — Саша уже сделала это удалённо, как только питание упало. Мненужно было просто забрать «железо».

Я вырвал жёсткие диски из гнезд с мясом. Пластик хрустел, искры сыпались на пол. Данные о переводах Гордееву, планы наступления, коды связи «Актива-1» — всё теперь было у меня в кармане разгрузки.

Напоследок я сформировал в ладони шарик перегретой плазмы и швырнул его в стойку. Огонь жадно лизнул микросхемы. Никаких копий.

— Командир! — голос Сергея в гарнитуре пробился сквозь помехи. — Мы зачистили периметр. Ждём тебя у северных ворот. У нас тут… жарко.

— Иду, — ответил я. — Готовьте фейерверк.***

Выход из здания штаба превратился в бойню. Остатки гарнизона, придя в себя, попытались организовать оборону во дворе. Броневик перегородил выход, пулемётчик поливал двери свинцом.

Я вылетел наружу, используя рывок. Мой силуэт размылся. Я оказался на крыше броневика раньше, чем пулемётчик успел повернуть ствол.

Удар клинком из нанитов — и башня замолчала навсегда. Я спрыгнул вниз, в гущу врагов.

Это был танец смерти. Я не использовал сложные заклинания. Просто грубая сила, скорость и Тьма. Удары, ломающие кости. Выстрелы плазмой в упор. Я двигался так быстро, что они стреляли друг в друга.

Через две минуты двор был пуст. Только стоны раненых и треск пожара.

Я дошёл до северных ворот. Сергей и его диверсанты уже ждали меня, укрывшись за бетонными блоками. Они угнали вражеский грузовик и теперь грузили внего ящики с трофейной взрывчаткой.

Увидев меня, Сергей опустил автомат.

— Ну ты и зверь, Илья, — выдохнул он, глядя на мою броню, залитую чужой кровью и маслом. — Живой?

— Живее всех живых, — я хлопнул его по плечу. — Отличная работа с газом, Серёга. Они спали на ходу.

— Стараемся. Уходим? Тут сейчас будет подкрепление из соседнего сектора.

— Уходим. Но сначала оставим послание.

Я повернулся к высокой белой стене штабного здания, которая чудом уцелела.

Я поднял руку. С кончиков пальцев сорвался луч концентрированной Тьмы, смешанной с огнём. Я начал выжигать на бетоне символ.

Огромный, пылающий, зловещий. Знак Мора. Череп в короне, перечёркнутый молнией.

Он светился в ночи, как маяк. Пусть знают. Пусть боятся.

— А теперь — салют, — я кивнул в сторону складов боеприпасов, где мы заложили заряды.

Мы запрыгнули в грузовик. Сергей дал по газам, и машина рванула прочь, ломая ограждение.

За нашей спиной ночь превратилась в день.

Взрыв был колоссальным. Склады АДР сдетонировали цепной реакцией. Огненный гриб поднялся в небо, освещая лес на километры вокруг. Ударная волна догнала нас, тряхнув грузовик, но мы уже были далеко.

Я сидел в кузове, глядя на удаляющееся зарево. Снял шлем. Дождь холодил разгорячённое лицо.

— Десять миллионов, Гордеев, — прошептал я, чувствуя тяжесть жёстких дисков в кармане. — Надеюсь, ты успеешь их потратить на венок.

Лагерь «Чёрный квадрат» перестал существовать. А легенда о демоне, который вырвался из цепей и сжёг своих тюремщиков, только начинала жить. Выжившие солдаты АДРбудут рассказывать её шёпотом в своих блиндажах, и этот страх будет работать на нас лучше любой артиллерии.

— Домой? — спросил Сергей из кабины.

— Домой, — кивнул я. — На Северный склон. У нас там ещё свидание сгенералом фон Кляйстом.