🌸 -50%!🌸 🐱 Переполох в Драконьем имении

Глава 20

Ранним утром следующего дня мы с моим Главой стояли на вершине пологого холма и любовались предрассветным небесным пурпуром. Закутанная в плащ, я уютно устроилась в объятиях мужа. Эш предупредил, что в Пещерах, куда мы с Валларом направимся порталом, зябко, и потому закутал меня основательно: штаны, куртка, сапоги из мягкой кожи на низком ходу, плащ.

…Ночью я рассказала ему о бусине, о Ко̀ре, о роли Айсидоры во всей этой истории… Словом, всё. Не сказать, чтобы Эш был удивлён, скорее, рассержен – это я по его тихому голосу поняла и полному отсутствию каких-либо эмоций. Вот когда он таким становился хотелось замереть, как маленький Грут перед лицом Дракса-Разрушителя в бою.

Просмотрев открытую нам Коралл сцену, Эш сцепил зубы и процедил:

– Это плохо, Ия. Это очень плохо. Айсидора задействовала русалочью магию, а это значит…

Эш внезапно замолчал, затем свернул застывшую пространственную картинку обратно, в бусину и обернулся ко мне. Обхватив моё лицо ладонями, проговорил:

– Ты не представляешь, насколько ценна информация, что ты сегодня добыла, родная. Одной этой бусины достаточно, чтобы…

– Предотвратить клановую войну, – добавила я за него и Эш кивнул.

И, в свою очередь рассказал о результатах своих поисков. Что они практически подошли к концу – и это было самой счастливой новостью за день…

…Прижав меня к себе, Эш напомнил, что терпеть осталось недолго.

– Ну как, потерпишь, Вишенка? – муж шутливо поцеловал меня в нос.

– Потерплю, так и быть. Я очень добрая.

– Не скучай, хорошо?

– Вот ещё! – деланно возмутилась я, за что была тут же укушена за губу и поцелована…

Тело мгновенно отозвалось на ласку, а некоторые совсем уж интересные части и вовсе вспыхнули. Потому что ночью мы не только разговоры разговаривали… Кое-кто тиранисто-чешуйчатый свою угрозу-обещание в действие-таки привёл. И ещё как привёл!.. От заплясавших в голове бесстыжих картинок зарделась и… не смогла удержать улыбку.

Эш целовал. Хищно, жадно, будто пил. Твёрдые пальцы легли на мой затылок и по коже мгновенно прокатилась волна удовольствия. Промычала что-то бессвязное в его губы, спустилась пальчиками по спине и жадно сжала… а что ему можно, а мне нет? Несправедливо, однако. Вот только поцелуй тут же прекратился. Более того, меня порывисто развернули… от себя. И, обхватив руками, а по сути, лишив малейшей возможности пошевелиться, тяжело дыша над ухом (так и хочется добавить, – как и подобает уважающему себя маньяку) проговорили:

– Постой, пожалуйста, неподвижно какое-то время.

– Мм?..

– Ииия… Не ёрзай!

Смущённо замерла, думая при этом, что опоздание Валлара пришлось нам на руку.

Валлар опаздывал. И это заставляло Эша хмуриться. Он дважды вызывал брата по ментальной связи, но, как я поняла, безрезультатно. Мне же просто хотелось побыть с моим Гранатовым Главой подольше. Пообниматься ещё немножко, поболтать… вот как сейчас. Потому что совместные ночи, это, конечно, прекрасно, но всё же этого мало.

– Смотри, – голос мужа зазвучал подозрительно хитро. – Узнаю, что от пирожных отказываешься...

– Вот ещё, от пирожных отказываться. – Фыркнула я. – С какой стати мне себе вредить? Ну, где логика?

Эш рассмеялся.

– А вот и Валлар.

Вскоре Валлара смогла увидеть и я – он спускался с неба в ипостаси дракона. Я ещё раньше отметила, что Валлар похож на Эша больше остальных братьев. Вот и дракон его был почти копией Граната, только всё же чуть светлее и чешуя не золотом отливала, а багрянцем, и блеск чешуи был матовым. Одним словом – Каменный.

Обдав нас волной воздуха от гигантских кожистых крыльев, Валлар приземлился и замер, глядя на нас свысока. Ни один мускул не дрогнул на лице Эша, но мне почему-то подумалось, что муж не просто так решил лично проводить меня к брату. Эш говорил, что ещё ему нужно перекинуться с Валларом парой слов и вот теперь мне стало вдруг тревожно по поводу их разговора…

Сама не поняла, как это произошло, но я вдруг услышала:

– Я тебя услышал, брат. А вот ты меня нет.

– В таком случае прекращай придуриваться, Валлар. Перекидывайся и открывай портал в Пещеры.

– Зачем? Тут крылом подать. Такие виды…

Брови Эша сдвинулись к переносице. А ментальный голос стал таким зловеще-тихим, что у меня по коже прокатилась волна ледяных мурашек.

– Как ты себе это представляешь, Валлар?

К несчастью, Валлар то ли слышал плохо, то ли изменившийся тон Эша всерьёз не воспринял, а может всё дело в толстой драконьей шкуре: в ней не то, что мурашек, слона не почувствуешь…

– Тут только один способ: невестка может сесть на меня верхом.

Повисшая пауза была такой жуткой и всепоглощающей, что я отчётливо расслышала полёт шмеля где-то неподалёку.

И в этом гробовом безмолвии прозвучало едва ли не столь же тихое, как и оно само:

– Убью.

Странно дёрнувшись, дракон Валлара взревел и замер. По всему телу его прокатилась судорога. Взревев снова, дракон отступил и склонил голову.

– Ты прав, брат. Я забылся.

Эш вдруг бросил взгляд на открывшую рот меня и… слышать я перестала. Зато в тот же миг мир снова наполнился звуками! Меня тут же оглушило чередой гулких хлопков крыльев: разбежавшись, дракон Валлара взмыл прямиком в небо.

То, что урок магии в Пещерах отменяется, я по чёрным глазам Эша поняла… И по желвакам, что зашлись в пляске ярости на его щеках.

Только вот сама не понимала ничего совершенно и у Эша спросить не успела.

Потому что с неба спускался ещё один дракон.

Драконица.

И была она гранатовой.

***

– Только не это, – простонал Эш, с безысходностью приговорённого глядя в чарующе прекрасное розовое небо.

Там, под радужными облаками, кружили в магнетическом танце два гранатовых дракона… То есть это гранатовая драконица попыталась сделать круг вокруг Валлара, а он как летел, так и летел. Ещё и ускорился.

Тогда драконица сделала ещё один круг – на этот раз прицельно, прямиком над нами. После чего пошла на снижение. И… тоже ускорилась.

Эш ободряюще сжал мои пальцы.

Обречённое выражение на его лице успела сменить тёплая, чуть скептическая ухмылка.

Но обречённость в глазах всё же осталась.

Драконица тем временем приземлилась на противоположный край холма и перекинулась.

Оказавшись высокой стройной красавицей с копной тёмно-гранатовых локонов, ниспадающих до самой талии из хитро сплетённого из множества кос шара на затылке, она продемонстрировала в ослепительной улыбке белоснежные зубы и… широко распахнув руки, направилась к нам.

Шагнув драконице навстречу, Эш со смехом заключил её в объятия.

Я же продолжала с любопытством разглядывать гостью.

Одета драконица была в лёгкое, струящееся по всем аппетитным изгибам и щедро отделанное камнями, платье. Насыщенный гранатовый оттенок подчёркивал красоту безупречной фарфоровой кожи и нежный румянец на скулах. Опушённые веерами ресниц глаза были гранатовыми, расчерченными золотым кошачьим зрачком, как у Эша и благодаря искусному макияжу казались просто огромными.

– Это вы так Валлара раздраконили? – не утруждая себя приветствием, строго спросила драконица, отстранившись и выжидательно глядя на Гранатового Главу. Голос у неё оказался приятным, хоть и немного звучным для женщины. – Так и знала, что без меня вам не обойтись.

– И я рад видеть тебя, сестрица. – Усмехнулся Эш. – Знакомься, Ия, это моя сестра, Глисинда. Глисс, рад представить тебе мою жену Ию, Верховную Гранатовую Леди.

– Да-да. – Немного рассеянно кивнула драконица и, к моему изумлению, присела в каком-то хитром и грациозном подобии книксена.

Вышло у неё изящно и мимолётно, так сказать, играючи.

Поспешно присела тоже, но, боюсь, вышло у меня далеко не так грациозно. Впрочем, Глисинде было не до моих реверансов. Бросив взгляд в небо, она вздохнула. «Раздраконенный Валлар» явно волновал её больше, чем невестка…

Но через секунду оказалось, что это не так.

– Добро пожаловать в Клан, Ия, – сказала она мне. – Я – Глис’Cинда Иула Турия, старшая сестра этих пятерых дуриков.

Обидевшийся на дурика, Эш приподнял бровь:

– Что-то ты зачастила, Глисс. Чему мы обязаны подобному счастью?

– Да-да, и я рада тебя видеть, братик. Вот, заскочила по пути от одного двора в другой. Не могла же я не познакомиться со своей невесткой!

Эш усмехнулся, и, почему-то подмигнув мне, обнял меня за плечи.

– Тогда тебе следует знать, что Айсидора сейчас при дворе. – Обернулся он к сестре.

Румянец на щеках Глисинды тут же стал ярче, а глаза загорелись.

– И ты говоришь об этом вот так, запросто? Не думала, что у этой гадины хватит духу появиться в обществе после прошлого праздника Белого Солнцеворота… Видимо, мало я ей космы повыдергала!..

Эш хмыкнул, явно вспомнив что-то весёлое, а мне золовка сразу понравилась.

– Боюсь, у неё не было другого выбора, Глисс. – Хмыкнул Эш. – Потому что когда Энтони узнает о том, насколько она забылась на этот раз…

– И на сколько же?! – в очень знакомых, гранатовых глазах Глисинды тут же зажглись лампочки.

Эш покачал головой.

– Прости, Глисс. Я не в праве разглашать всего…

– Эшхор!

– Не вправе разглашать сейчас.

– Ну Эээш!..

– И не проси, Глисс. Обещаю, скоро всё узнаешь. Могу сказать только одно – боюсь, на этот раз испорченной причёской Айсидора не отделается.

– Мм… вот как? – обиженно передёрнула плечами Глисинда и в знакомом жесте заломила бровь. – Ладно-ладно, Эшхор, не хочешь говорить, не надо. Не больно-то и хотелось, но я тебе это предательство припомню, братик… И, кстати, я тоже с новостями. От Энтони. Для тебя ведь не секрет, что весть о твоей женитьбе облетела всю Империю?

Глисинда невинно похлопала ресницами.

– К чему ты клонишь, Глисс? – Тут же насторожился Эш.

Снова хлоп-хлоп ресницами. И улыбка такая хитрющая, как у лисы…

– Всего лишь к тому, что наш пресветлый император готовиться покинуть двор.

– Накануне сезона?..

– Ага, – беспечно подтвердила Глисинда. – Неужели ты думал, что будет как-то по-другому?

Эш сжал зубы.

– Я наивно полагал, что до конца сезона нам не о чем волноваться. И тем более, в наш медовый месяц. До ТрехЛунья даже Энтони не может призвать нас ко двору.

Улыбка Глисинды стала прямо-таки ослепительной.

– Поэтому я здесь, братик. – Выдержав эффектную паузу, драконица торжественно провозгласила: – В настоящий момент императорский двор охвачен лихорадочными сборами, шурша крыльями от любопытства.

– Глисс. Не хочешь же ты сказать…

– Жди гостей, дорогой Эшхор. Двор Империи Драко вовсю готовится к посещению Гранатового Имения.

Если бы прямо сейчас над нами развезлось небо, клянусь, эффект был бы не таким впечатляющим. И то сказать, прозвучало довольно зловеще. Я не всех Клановых в лицо и по именам запомнить успела, а как представила, что скоро замок наполнится высокопоставленными расфуфыренными придворными во главе с самим императором, мамочки… А я ведь вроде как хозяйка. Которая понятия не имеет о том, как здесь принято встречать императорские дворы…

От волнения сердце так и застрочило…

Мгновенно уловивший перемену в моём настроении Эш ободряюще поцеловал меня в висок.

– К счастью, ты успеешь подготовиться, братик. – Продолжала Глисинда. Разумеется, с моей помощью.

От списка, бойко озвученного Глисиндой, – такое ощущение, что по бумажке читала, – что именно следует непременно добыть к приезду императора, от того, какие покои кому предоставить, у меня пошла кругом голова. Учитывая, что половину слов из «списка необходимого» я просто не понимала!.. Например, что такое визгокрутка, мумлус, чечёточник? И почему нужно обязательно проследить, чтобы окна из покоев Леди Виталинэ Козен и Леди Виталаны Клозем выходили в противоположные стороны? Бойко перечисляемые сестрой Эша имена, титулы, регалии и причуды высокопоставленных гостей, которых вскоре мне предстояло принимать, как хозяйке, решительно ни о чём мне не говорили.

А когда речь зашла о моей подготовке, о необходимости вызвать лучших портных, куафёров и модисток, дозаказать туалеты, драгоценности и прочее совершенно необходимое и полагающееся по случаю, боюсь, невольно выбила зубами нервную дробь.

– И не надо смотреть на меня виверном, дорогой братик. – Фыркнула Глисинда и повела плечами. – Уверена, вместе мы самым чудесным образом справимся!

Мы с Эшем переглянулись, и я поняла, что сомнения в «чудесности» предстоящего мероприятия не у меня одной.

– И даже не думай попытаться увильнуть от подготовки, Эшхор. – Голос Глисинды снова стал строг. – Я-то знаю, что ты как раз совершенно свободен. Не считая медового месяца, конечно, – поспешно добавила она.

– Ошибаешься, сестрица…

– Это ты ошибаешься, братик, – отмахнувшись, перебила Глисинда: – Надо же, чуть не забыла, моя новость номер два!

С этими словами она грациозно и с достоинством поклонилась и протянула Эшу свиток с огненной печатью в виде дракона, чья голова, крылья и хвост выходили за пределы искусно изображённого бриллианта.

Сдвинув брови, Эш сорвал печать, и, развернув свиток, забегал глазами по вспыхнувшим строчкам. По прочтению он поднял голову на Глисинду, а свиток продолжал догорать в его руке, пока не исчез вовсе.

Поцокав языком и погрозив Эшу пальчиком с алым, остро заточенным ногтем, Глисинда проворковала:

– Уж я-то знаю, что ты совершенно свободен, Эшхор. Императорскую печать на приказе видел?

– Видел, видел, – хмыкнул Эш и пояснил мне: – Я отстранён от расследования, родная. С чем нас обоих и поздравляю, – добавил он тихо, заговорщицки подмигнув.

А я почувствовала несказанное облегчение оттого, что Эшхор будет рядом в эти дни. И только затем до меня дошёл смысл сказанного Гранатовым Главой.

– Как это… отстранили?..

Я осеклась. Ведь Эш не стал делиться с сестрой подробностями.

– Эшхор, конечно, лучший во многом, Ия, – с гордостью сообщила мне Глисинда. – В том числе, как следопыт. И по тому, как был доволен проделанной им работой император, Эшхор прекрасно справился. Но теперь, когда тот злополучный дракон практически пойман… да-да, Эшхор, не думай, что я совсем уж ничего не знаю; грустно, конечно, это признавать, но факт остаётся фактом: наш Алмазный Император доверяет мне больше, чем собственный брат… в общем, теперь, когда дело практически сделано, драконом займутся Владыки. Это называется политика.

– Не совсем так, сестрица, – в тон Глисинде ответил Эш. – Единственным объяснением утраты драконом разума… может быть лишь постороннее вмешательство. Здесь замешана магия, Глисс. Высшая магия. И это уже не просто политика…

– Это политика Первых!.. – округлив глаза, закончила за брата Глисинда.

По драконице видно было: то, что Эш слегка приоткрыл завесу тайны, очень ей польстило.

– Но Эш… Как же так? – Не выдержала та, кто пять минут назад мечтала, чтобы муж остался дома. – Неужели ничего нельзя сделать?

Глисинда посмотрела на меня по-новому. Не то с интересом, не то с подозрением. Взгляд драконицы стал пристальным, изучающим.

Эшхор же пояснил мне:

– В мире драконов очень строго с иерархией и субординацией, Вишенка. Нами правит не кровь и даже не магия. Сила – вот наш единственный, непреложный, нерушимый закон. Но не волнуйся, сердце моё, если всё так, как я думаю в силу открывшихся ночью обстоятельств, – Глисинда закатила глаза, а я вспыхнула, как свечка, до самых корней волос. – Вот увидишь: не пройдёт и нескольких дней, как меня призовут снова.

– Если отбросить витиеватость, когда Владыки решают, Главы не вмешиваются. – Подвела итог Глисинда, старательно делающая вид, что «открывшиеся обстоятельства» совершенно ей неинтересны.

– Ладно. – Деланно скучающим тоном произнесла она. – Я в Замок, остальных оповестить о прибытии Императора. Об отстранении, думаю, наши братишки уже в курсе. А вы подтягивайтесь! У нас уйма дел! Ума не приложу, как всё успеть!..

Проводив удаляющуюся в облике драконицы Глисинду взглядом, Эш развернул меня к себе, отступил на шаг и накрыл ладонями плечи.

Я ожидала всего, чего угодно: ободрения в силу предстоящей подготовки, заверений, что у нас всё получится и прочего в подобном духе…

Но только не тех слов, что были произнесены Эшем в следующий момент. Произнесены с теплотой в голосе и… в то же время запросто, обыденно так...

– Хочешь навестить родных, Вишенка?

– ЧТО?!!

– Ну как же. – Улыбка Эша потеплела ещё больше. Чуть шершавые мужские пальцы с нежностью погладили щёку. – Ты же слышала, что сказала сестрица: я отстранён, а, следовательно несколько свободных дней до прибытия этого сумасшедшего дома, который почему-то принято именовать двором, у нас есть. Не волнуйся, Глисс – Первая Статс-дама Её Величества Нефритовой Императрицы, она всё здесь организует куда лучше нас, уверяю тебя. Ещё и братьев припашет, если не разлетятся, конечно. У нас с детства выработалась безошибочная интуиция во всём, что касается грандиозных затей Глисс. Вон, Валлар уже свалил… – На мгновение на лицо Главы набежала тень, но он мигом её согнал и снова улыбнулся мне. – Конечно, бедняжка Глисс рассчитывала познакомиться с невесткой поближе, но это ещё успеется.

– И ты… – Я осеклась. У меня всё ещё дыхание никак в норму прийти не могло. И глаза предательски защипало.

– Потрачу ли я свободное время на подготовку Имения ко встрече императора, к слову, Энтони – мой друг детства, мы росли вместе, как братья, или же познакомлюсь, наконец, с семьёй моей жены? Право, странный вопрос.

И вот у меня нет слов.

Совершенно.

– Эш… Эш…

– Вишенка моя… – Дракон притянул меня у себе и поцеловал в макушку. Голос его сделался тих и серьёзен. – Я много думал о твоих словах вчера. Знаю, по мне не скажешь, – чуть виноватая улыбка, – но я правда, думал… И, конечно, я выбираю твое счастье, родная. Сердце моё…

– Не то, что бы я была несчастлива… – прошептала я и расплакалась.

Громко, навзрыд, с иканием и чередой судорожных всхлипов. В общем, совсем не так, как полагается плакать леди. Просто облегчение было таким невероятным... А любовь и благодарность так переполняли душу, что на какой-то момент мне самой стало страшно.

Что говорить о моём Главе.

Вот кто испугался не на шутку.

– Ия? Ия, милая, что с тобой?.. Ну, тише, тише…

Дрожь его пальцев на моих влажных щеках. Россыпь нежных поцелуев, снимающих слёзы.

– Эш, ты лучший... Лучший, лучший, лучший… – Только и могла повторять я, давясь слезами и продолжая всхлипывать.

– Прости за блокиратор, Вишенка. Прости, родная. – Продолжая покрывать моё лицо поцелуями, шептал муж, который, как и любой мужчина превратно истолковал слёзы радости, счастья и ликования. – Сердце мой… Я ведь как узнал, что ты от охраны уйти смогла, просто обезумел, правда. Они же лучшие, Ия! Лучшие!.. Кто же знал, что Драконида – открывающая Врата? И что природа кошки раскроет этот бесценный дар так быстро? Ну же, сердце моё, не плачь, пожалуйста… Вишенка моя… родная…

И снова извинения за блокиратор.

Истерику понемногу вытесняло нервное хихиканье, что заставило Эша взволноваться не на шутку.

Насилу убелила, что это от радости. И от счастья.

И от большой Любви.

Всё ещё глядя на меня с недоверием – должно быть, Глава впервые в жизни наблюдал, как вместо того, чтобы скакать от радости, соплями увешиваются, спросил осторожно:

– Значит, Земля? Я правильно произнёс имя твоего мира?

– Земля… – тряхнув головой и всё еще не веря в собственное счастье, подтвердила я.