Пароль: рододендрон

Глава 15

А на следующий день Голубев назначил Алексу встречу. Видя, как он разрывается меж двух огней, я не выдержала:

— Иди, со мной все будет хорошо.

— Я могу попросить Никиту Игоревича выделить человека для твоей охраны, — предложил Алекс.

— Нет уж, спасибо, — решительно отказалась я. — Лучше я, в случае чего, позвоню тебе, и ты примчишься, чем коротать время с человеком, которому ни ты, ни я до конца не верим.

— Логично, — согласился Алекс с моими доводами.

— Не волнуйся, — пообещала я, подойдя и поцеловав, — буду держать телефон в руке все время, пока тебя не будет.

Сильно успокоенным Алекс не выглядел, но сдался, что так будет лучше. В конце концов, ему было необходимо выяснить намерения сопротивления и, в соответствии с нашим первоначальным планом, втереться им в доверие.

Он ушел, а я включила его ноутбук и углубилась в изучение растений. Когда я рассказала Алексу идею Ксюши, он не то чтобы проникся энтузиазмом, но сказал, что допускает, что эта версия имеет право быть, и раз я в это верю, мне и карты в руки. Чем я немедленно воспользовалась, едва осталась одна.

Введя в поисковик: «Названия цветов по алфавиту фото», я приступила к изучению.

«Абутилон, авокадо американское, агава, агапантус (Господи, даже ни разу не слышала!), агератум Хоустона, аглаонема (вообще напоминает название какой-нибудь болезни), адениум тучный, адиантум, адонис, азалия...»

Азалия оказалась похожей на некоторые цветы со стен, но на другие совершенно нет. Пришлось смириться, что с буквой 'а' не повезло и продолжать.

Когда, спустя два часа, я остановилась на «зафирантесе», у меня уже разболелись и голова, и глаза от постоянного вглядывания в экран.

В конце концов, я решила сделать перерыв. Руки сами потянулись к рабочей почте. Уже давно ведь не проверяла, вдруг там что-то важное? Алекс говорил, что IP-адрес проследить не должны, поэтому решила воспользоваться случаем.

В общем-то, ничего стоящего внимания не обнаружилось. Письма из разряда «массовой рассылки», запоздалые поздравления с днем рождения от коллег, несколько заявок на перевод, судя по времени отправки, уже давно перенаправленные на другого сотрудника...

Заслуживало внимания только последнее письмо, отправленное сегодняшней ночью.

Я побледнела, увидев имя отправителя — Елизавета Лазовская.

Как, черт возьми?!

Я решительно нажала «открыть».

«Здравствуйте, Кира, — встретил меня неожиданно вежливый текст письма, — не удивляйтесь, это действительно я. В отличие от наших друзей-магов, я понимаю, что человека можно найти разными способами, а не только шестым чувством. Зоя Иосифовна обмолвилась, что вы переводчик, поэтому найти девушку с редким именем Кира среди сотрудников агентств переводов не составило труда. Так что, здравствуйте еще раз, Зорина Кира Юрьевна. Поблагодарите своего работодателя за то, что так любезно разместил ваше фото на своем сайте и значительно упростил мне задачу, — я разрывалась между желанием зарычать и начать биться головой об стену. — Я не знаю, когда вы прочтете это письмо, но прошу вас ответить мне, как только это произойдет. Я хочу с вами поговорить и уверяю, это в интересах Алексея. Мы ведь обе за него волнуемся, не так ли?»

Смайлик в конце письма меня окончательно доконал, и я чуть было вовсе не захлопнула ноутбук. И дернул же меня черт проверить почту!

Сначала я хотела проигнорировать послание и снова заняться изучением растений, но не смогла собраться с мыслями. Фраза: «Это в интересах Алексея» не давала покоя. А что если эта Елизавета, правда, знает что-то, о чем мы даже не догадываемся? Кажется, она на самом деле любит Алекса...

Был бы Алекс сейчас рядом, я бы даже не подумала скрывать от него письмо, наоборот, показала бы в первую очередь. Но его не было. Позвонить и только напугать? Ведь мы договорились, что я звоню только в случае опасности.

Разумный человек на моем месте просто бы «выключил» панику и дождался возвращения Алекса, но мои руки так и зачесались ответить. И, как я ни боролась со своим глупым женским любопытством, бой был неравным, и, следовательно, проигран априори.

«Где и когда?» — набрали мои пальцы. Я не стала распинаться в вежливых приветствиях.

Ответ пришел буквально через пару секунд. У компьютера она, что ли, дежурила?

«Кафе «Жемчужина». В центре. Сможешь через час?»

О, вот мы уже на «ты»...

На самом деле, я могла быть на месте уже минут через двадцать, но это бы выдало мое место положения.

Я колебалась. Это было глупо, я отдавала себе отчет, очень глупо, примерно так же, как тогда, когда я сдалась и сама пошла в лабораторию Лазовских.

С другой же стороны, тогда я точно знала, что Валентин опасен и настроен ко мне враждебно. А Лиза... Не знаю, можно ли верить моей интуиции после всего случившегося, но Лиза не казалось мне исчадием зла.

Алекс меня убьет...

Но я уже написала: «Ок, успею».

Тут же пикнул ответ: «Жду».

— Ух, — я шумно выдохнула, собираясь с мыслями. И что я только что натворила?

А если это ловушка? Опять же, вчера Лиза сказала, что уже отказалась от денег Валентина, которые он предлагал за выдачу Алекса. Но, с другой стороны, вчера она еще на что-то надеялась...

Я запуталась окончательно.

Мелькнула мысль, даже сейчас взять и обмануть, не явиться на назначенную встречу и больше не отвечать на сообщения. Однако я встала и пошла собираться, дав себе обещание, что если Алекс вернется раньше, чем я выйду на улицу, я все ему расскажу и поступлю так, как он решит. А если не вернется, то пойду.

Но Алекс не вернулся. А обещание, данное самой себе, нужно держать. Особенно данное самой себе.

На улице было морозно и солнечно. Ночью выпала новая порция снега, но его уже расчистили и с дорог, и с тротуаров. Сугробы лежали лишь на обочинах.

Я шла не спеша, потому что здесь было рукой подать, я даже намеренно сделала круг, чтобы выйти к кафе с другой стороны.

Телефон лежал в кармане и молчал. Время от времени я касалась его рукой, это придавало чуть больше уверенности. Однако разумная часть моего мозга все равно периодически задавала мне вполне логичный вопрос: «Куда ты поперлась, дура?» Что-то подсказывало, что Алекс тоже не поскупится на выражения, когда узнает, что я учудила.

Вывеску «Жемчужина» я увидела еще издалека, отогнала от себя последние запоздавшие сомнения и решительно вошла внутрь.

Лизу увидела сразу. Та сидела за столиком у окна, листала меню.

Она тоже заметила меня, приветливо улыбнулась и махнула рукой.

Я выдохнула, сбрасывая оцепенение, и пошла навстречу. Фальшиво улыбаться даже не пыталась, оставшись предельно серьезной.

— Рада, что ты пришла, — поприветствовала меня Лиза.

— То Кира Юрьевна, то «ты», — не удержалась я, вешая куртку на спинку стула и устраиваясь напротив пригласившей меня.

— Мы, вроде как, ровесницы, можно по-простому, — пожала плечами Лиза.

— Хорошо, — согласилась я. В общем-то, мне было совершенно все равно, как к ней обращаться.

Я замолчала и выжидательно уставилась на нее. По-моему, кто пригласил, тот и должен начинать разговор. Но Лиза молчала, только внимательно изучая меня. Наверное, не могла понять, как Алекс мог променять ее на меня.

— Зачем ты хотела встретиться? — я все-таки не выдержала.

— Поговорить, — последовал незамедлительный ответ.

Ясное дело, что не плюшками баловаться.

— В таком случае, я слушаю, — подтолкнула я.

— Я беспокоюсь, — сказала она, наконец. — За НЕГО беспокоюсь. Вчера Валентин рассказал мне, что он натворил. Не спорю, у него высокие мотивы, но отказаться от семьи — это слишком, даже для Лешки.

Лешка... Может быть, это я что-то не понимаю, но как человек, проживший с ним несколько лет, может называть его так, как ему не нравится? Что это? Очередная попытка его переделать или загнать в рамки?

— Я думаю, Алекс отдает себе отчет в том, что делает, — ответила я, намеренно назвав его именно так.

Я думала, она разозлится из-за моих категоричных слов, но нет, Лиза отлично владела собой. Она только прищурилась, чуть склонив голову набок.

— А если он ошибается?

— Тогда рано или поздно, он поймет свою ошибку.

— А если будет слишком поздно? Если он погибнет?

Ее слова звучали слишком серьезно, и я прекрасно понимала, что отчасти они были правдивы. Убить Алекса, действительно, могли.

— Я в него верю, — просто ответила я, опустила руку к карману куртки, еще раз убедившись, что телефон в пределах досягаемости.

— Похвальное утверждение для девушки героя, — улыбнулась Лиза.

Я чуть было не рассмеялась, удержалась в последний момент.

— Мне кажется, Алекс никогда не позиционировал себя как героя.

— А по-моему, именно это он сейчас и делает, — не согласилась Лиза. — Этакий герой, один против всех.

Я покачала головой.

— Тогда ты совсем его не знаешь.

Что мне было доказывать? Свою правоту? Увольте, кто мне эта женщина и что мне ее мнение?

— А ты, значит, знаешь? — прицепилась та. — За сколько за неделю? За месяц?

— Это тебя не касается, — твердо ответила я, намереваясь встать.

— Погоди, — Лиза резко пошла на попятные. — Я не затем тебя позвала, чтобы ссориться.

Я остановилась.

— Тогда зачем?

— Кем бы он там себя не считал, что бы ни делал, Валентин ясно дал мне понять, что не успокоится и брата в покое не оставит, пока не получит булавку.

В этот момент официантка принесла поднос с двумя кружками и чайником.

— Угощайся, — предложила мне Лиза, подвигая чашку ближе.

— Не хочу.

— Да ладно, — он усмехнулась. — Неужели ты думаешь, я тебя отравлю? В общественном месте?

На самом деле, про отраву я не думала, просто не хотела с ней делать ничего вместе, ни больше разговаривать, ни, тем более, чаи гонять.

— Чего же ты хочешь от меня? — спросила я напрямик. — Теперь вы с Валентином решили подкупить меня?

— Не драматизируй, — попросила Лиза, попробовав свой чай. — М-м, — похвалила она, — жасминовый, попробуй, — в ответ я только покачала головой. — Ладно, как хочешь... А что касается, чего хочу. В идеале: хочу быть с Лешкой, — сказала она прямо, — не в идеале: хочу, чтобы он был жив и здоров, пусть и не со мной.

Я напряженно вглядывалась в ее лицо. Нет, не врет, совершенно точно не врет. Она его любит, действительно, любит. Своей эгоистичной неправильной любовью, в которой он не нуждается.

— И зачем тебе понадобилась я? Чтобы оставила его в покое и уступила тебе место? — я хмыкнула: — Или, может быть, замолвить за тебя словечко?

Лиза скривилась.

— Ты у него научилась так все переиначивать?

— Нет, — заверила я, — это мое природное свойство.

Лиза помолчала. Я прямо-таки видела, как она усилием воли прячет во взгляде злость и обиду и натягивает фальшивую улыбку.

— Я хочу, чтобы ты поговорила с ним, — сказала она, наконец, полностью совладав с эмоциями. — Попроси вернуть булавку Валентину.

— С чего ты взяла, что он меня послушает?

— Послушает, — кажется, Лиза в этом ни на мгновение не сомневалась. — Я уверена, скажи ты, что тебе страшно, что ты хочешь спокойной жизни, он тебя послушает.

Я покачала головой. Нелепая мысль. Чтобы я пришла к Алексу и попросила его предать свои идеалы ради моей спокойной жизни? Это же ничем не лучше, чем предать его за деньги, как это сделала женушка, которую он любил, которой доверял.

— Я никогда этого не сделаю, — отказалась я наотрез.

— Тебе, что, плевать, что с ним будет? — теперь уже Лиза убрала с лица все улыбки. — Я думала, ты тоже за него волнуешься.

— Нельзя посадить кого-то на цепь только потому, что боишься оставлять его без присмотра.

— Любовь — это забота.

Вот теперь улыбки не сдержала я. Правда, вышла она невеселой.

— Нет, Лиза, любовь — это, прежде всего, уважение.

Сказав это, я решительно встала. Мне больше не о чем было разговаривать с этой женщиной.

Когда уже подошла к двери, обернулась. Лиза смотрела мне вслед с лютой ненавистью во взгляде, но преследовать не попыталась, к телефону, чтобы вызвать Валентина, не потянулась. Только смотрела взглядом-обещанием, что это еще не конец.

До отеля добиралась окружными путями, все время оборачивалась и смотрела по сторонам в поисках погони. Но за мной никто не шел и не следил. Да и взгляд, которым Лиза одарила меня на прощание, ясно говорил, что это не конец, но свою месть она будет подавать холодной.

Меня начало беспокоить, почему Алекс не возвращается так долго. С момента его ухода прошло уже около четырех часов. Что можно обсуждать так долго? Планы военных действий? Черт, да за четыре часа можно уже и баррикады соорудить!

Я подумала ему позвонить, сжала телефон в кармане пуховика, но потом снова отринула эту мысль. Что я говорила Лизе? Что верю ему и верю, что он знает, что делает. Раз не звонит сам, значит, чем-то занят. Позвоню сама — только подниму тревогу из ничего.

Добралась до отеля только через час после того, как покинула «Жемчужину». Номер оказался пуст, Алекса не было. Чего, собственно, и следовало ожидать: пришел бы раньше меня, позвонил бы и поинтересовался, куда меня понесло.

Я вздохнула, чтобы успокоиться, включила ноутбук и снова принялась за изучение растений.

«Зигокактус, золотарник, золотая розга, зопник....»

А вот когда на улице стемнело, а я добралась до «маргаритки» и «мединиллы прекрасной», мне стало по-настоящему страшно.

Ладно, пусть считает меня паникершей, но сам должен понимать, что пропадать на целый день, когда я волнуюсь, это свинство.

Я взяла телефон и нажала на клавишу быстрого набора, где был размещен номер Алекса.

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети...

Как стояла, так и села. Благо, я стояла возле кровати.

— Спокойно, — сказала я себе вслух, — спокойно. Телефон просто разрядился.

Вот только я своими глазами видела, как Алекс заряжал его утром. А намеренно он отключить телефон не мог, просто не мог, потому что беспокоился за меня. В этом я не сомневалась ни минуты.

А это могло означать только одно: план провалился, Голубев, опасный квадратный человек, нас перехитрил.

— Спокойно! — прикрикнула я на себя, потому что сердце уже готово было выпрыгнуть из груди.

От собственного громкого голоса в пустой комнате стало еще более жутко. Но сидеть и впадать в истерику я была не намерена. Ничего, где наша не пропадала!

Все проще простого, просто надо выяснить, где Алекс и как ему помочь...

Ладно, не проще простого, но терпимо. Разберемся.

Я побродила по комнате, собрала вещи в сумку. Сумку Алекса оставила. Куда я ее потащу? Только засунула ноутбук в свою. За номер оплачено заранее, так что, получится, вернемся, все заберем.

Уже стоя в дверях в обуви и одежде, я вдруг поняла, что не знаю, куда идти. Но мое шестое чувство, о котором я раньше не особо догадывалась, просто визжало, что нужно немедленно уходить.

И визжало оно совсем не зря. Стоило мне перекинуть ремень сумки через плечо, как в комнате за моей спиной что-то стукнуло.

Я резко обернулась. Двое. В комнате появилось двое здоровых незнакомцев, которые явно не на чай заглянули. Дежавю. Правда, действующие лица другие.

— Берем ее, — распорядился один из них.

Ну-ну, только шнурки поглажу. Мы все-таки не в моей «хрущевке», где тебя убивать будут, а соседи только телевизор погромче сделают. Мы в достаточно дорогой гостинице в центре города, полной охраны и персонала.

— Помогите! — завизжала я так громко, как только была способна, и бросилась в коридор.

Естественно, незваные гости бросились за мной.

— На помощь! — орала я, как резанная, пока бежала по длинному коридору.

О да, мысленно позлорадствовала я уже через несколько секунд, мы не старой «хрущевке». На крик высыпали жильцы, а с обеих сторон коридора и с лестницы выбежала вооруженная охрана.

— У моей сестры плохо с головой, — попробовал выкрутиться один из преследователей. Тоже мне, братец. Уловка из американского боевика.

— Я его не знаю! — завопила я снова, демонстративно размазывая слезы по лицу. — Они ворвались в мою комнату!

— Так, — двинулся самый массивный охранник к моим обидчикам, — давайте спокойно разберемся, кто чья сестра, кто кого преследует?

Другие два охранника тоже перегруппировались, отрезая путь напавшим на меня. Отлично!

Я толкнула дверь на лестничную клетку и понеслась вниз по ступенькам, пока никто не успел меня остановить.