Пароль: рододендрон

Глава 10

Алекс молчал всю дорогу, и когда ехали, сменив по дороге несколько машин такси, и когда заселялись в новую гостиницу.

Молчал и когда въехали в номер, на этот раз просто шикарный, по сравнению с предыдущим нашим пристанищем.

Молчал, пока снимал верхнюю одежду.

Бросил только короткое:

— Я в душ, — и стремительно скрылся в ванной, где почти сразу же полилась вода.

Я тоже молчала. Что я могла сказать? Попытаться утешить? Глупое занятие. Пытаться развеселить и приговаривать что-то вроде: ерунда, подумаешь, братья предали, мелочи какие?

Я ведь прекрасно понимала, что произошедшее не ерунда, и сегодня его мир основательно пошатнулся. И, как бы я ни хотела, помочь я не могла. А потому просто не мешала, решив дать ему время, чтобы прийти в себя.

Алекс был в ванной долго, значительно дольше обычного (я уже успела достаточно изучить его привычки), наверное, стоял под холодной водой и пытался успокоиться.

Когда он вернулся в белом гостиничном халате на голое тело, я сидела за столом и пила чай. Вкуса, честно говоря, совершенно не чувствовала, но не придумала ничего лучше, чтобы скоротать время.

Алекс подошел ко мне и устроился на стуле напротив.

— Ты как? — спросил он.

Мои брови взметнулись вверх.

— Мне кажется, это должна быть моя реплика.

Алекс дернул плечом.

— Со мной все нормально. Мне показалось, ты испугалась.

— Расстроилась, это точно.

Я сделала ему тоже чая, он благодарно кивнул и взял кружку, сам же смотрел на меня в этот момент более чем задумчиво.

— Что? — не поняла я.

— Просто хотел сказать, что если ты все-таки решишь уехать, сейчас у тебя для этого последний шанс. Валентин прямо дал понять, что на нас начнется настоящая охота, в которой он никого не пощадит.

Я упрямо встретила его взгляд.

— Думаешь, я могу сейчас сбежать и бросить тебя одного?

— Не думаю, — ответил Алекс, и мне стало легче. — Но это было бы правильнее.

Я невесело усмехнулась.

— Мне казалось, ты уже понял, что на звание «Мисс Правильные поступки» я не претендую.

— Догадывался, — вздохнул Алекс и надолго замолчал, о чем-то задумавшись.

Наверное, стоило и дальше придержать язык за зубами, но я, кажется, уже исчерпала лимит своего терпения. К слову, о правильных поступках...

— Это правда, — спросила я, — что Валентин платил твоей бывшей за информацию?

Алекс бросил на меня короткий взгляд, потом то ли усмехнулся, то ли скривился.

— Уверена, что ты хочешь это знать?

— Если не хочешь, не рассказывай, — совершенно непоследовательно ответила я.

Алекс пожал плечами.

— Ладно, если тебе интересно. Да, он платил ей. И не только за это.

У меня похолодело внутри. Господи, что этот самопровозглашенный Бог мог еще натворить?

— ...он платил ей еще и за то, чтобы она пила противозачаточные средства. В тайне от меня, разумеется.

— Зачем? — не поняла я.

— Как зачем? Ты же слышала брата, мой дар слишком ценный, он должен быть в семье, негоже плодить потомство от бездарной.

Нет, ну это слишком даже для такого, как Валентин. Даже мое больное воображение не смогло бы до такого додуматься.

— Когда ты узнал? — мой голос как-то сам стал тише.

— А вот после смерти деда и узнал. Валька сам мне рассказал, мол, что я должен быть ему благодарен.

— Ух, — я шумно выдохнула, — веселые у тебя родственнички.

— Ага, — охотно согласился Алекс, — сижу ухохатываюсь.

Я протянула руку через стол и сжала его ладонь в молчаливой поддержке. Все-таки иногда и я умею вовремя заткнуться.

Весь остаток этого дня и весь следующий ломали себе головы над дальнейшими действиями, но ничего ни светлого, ни радужного так и не пришло. Мы топтались на месте. Распределение сил осталось прежним, только теперь мы знали, что Валентин с легкостью распрощается с нами обоими, лишь бы заполучить желанный артефакт.

Я настолько увлеклась проблемами Алекса и всеми этими магическими делами, что мысль, что мне пора бы уже подумать о собственной жизни, пришла подобно озарению. Вот вечно со мной такое: стоит чем-то по-настоящему увлечься, забываю обо всем на свете.

— Алекс, — отвлекла я его от раздумий.

— А? — отозвался он, продолжая что-то делать в ноутбуке.

— Мне надо позвонить Ксюше.

К моему удивлению, он не стал ни спорить, ни запрещать. Пожал плечами:

— Звони.

Но я все-таки сочла нужным объяснить:

— Понимаешь, она ведь думает, что я улетела за границу, но ведь я могла ей позвонить. Моего номера у нее нет, наверное, места себе не находит, а я еще и Нафаньку на нее повесила.

Теперь Алекс посмотрел на меня удивленно.

— Зачем оправдываешься?

— Просто боюсь, вдруг я позвоню, а телефон засекут, — призналась я.

Он задумался.

— По идее, телефон, который я тебе дал, засечь не должны.

Правда, уверенности в его тоне я не услышала.

— А без идеи?.. — догадалась я.

— А без идеи — черт его знает, — честно ответил Алекс. — После вчерашнего я уже ни в чем не уверен. Но о своей жизни тебе тоже забывать не следует, тут я с тобой согласен.

— Спасибо, — я была приятно удивлена.

Алекс усмехнулся:

— Вообще-то не за что.

Я отошла в другой конец комнаты и по памяти набрала номер Ксюши. Отошла не для того, чтобы Алекс не слышал наш разговор, а потому что не хотела ему мешать.

— Ксения Великая, слушаю, — официально ответила подруга, когда у нее на экране высветился незнакомый номер.

— Ксю, это я, — мои губы сами собой растянулись в улыбке, надо же, я успела соскучиться.

— Кирка! Ааа! — завопила темпераментная Ксюша. — Наконец-то! Совсем обнаглела! Любовь-морковь, понимаю, но надо же совесть иметь!

— Извини, замоталась, — сказала я чистую правду.

— Вы приехали, что ли? — продолжала допытываться подруга.

Я замялась, не зная, что ответить, потому все-таки решила слишком не завираться. Вдруг кто из знакомых встретит на улице, потом окончательно запутаюсь во вранье.

— Приехали, — ответила я. — Только я пока немного дезориентирована. Можно, Нафанька погостит у тебя еще недельку?

— О чем вопрос! — мгновенно отреагировала Великая подруга. — Он мне как сын, вот пирожки с ним жарим.

Я улыбнулась. Нафанька у меня такой, любит посидеть на кухне, повдыхать вкусные запахи.

— Спасибо.

— Э-э, нет, — Ксюша сразу же поняла по моему тону, что я хочу свернуть разговор. — Так не пойдет. Пусть Нафанька живет пока тут, но ты так просто не отделаешься. Жду тебя в гости! Сегодня же!

Вот это называется «Уп-с». И что мне теперь сказать? По какой такой адекватной причине я могу отказать? Дела? Да я в отпуске. Не могу оторваться от возлюбленного? Ксю меня знает, я не настолько безумная, чтобы не суметь выкроить час для друзей.

— Не сегодня, — твердо ответила я, — давай завтра, — а сама подумала, что до завтра может случиться все, что угодно, так что тогда и подумаю, как выкручиваться.

— Ладно, завтра, — согласилась Ксюша. — Но завтра даже не пытайся смыться, я понятно излагаю?

— Понятно, — вздохнула я. Когда моя подруга хотела чего-то добиться, спорить с ней было себе дороже.

— Отлично, вечером жду вас у себя, — и прежде чем я успела переспросить, Ксюша сама пояснила: — Да-да, вас обоих, тебя и твоего Алексея, тащи его с собой.

— Я с ним поговорю, — пообещала я, бросив на Алекса обреченный взгляд, но он не смотрел в мою сторону и не подслушивал.

— Отлично! — обрадовалась подруга моей сговорчивости. — А я тогда тоже кое-кого позову.

Я уже хотела положить трубку и попрощаться, но так и замерла с открытым ртом.

— В смысле «кое-кого»? Володька все? Ушел в отставку?

— Ну-у-у, — красноречиво протянула Ксюша, — ты же меня знаешь, все не то, и все не так. А вчера познакомилась с парнишкой, ой, такой милый!

— Вчера?!

— Ну да, — быстро затараторила подруга, обрадованная тем, что я заинтересовалась и теперь со мной можно поделиться. — Симпатичный, умный, начитанный, галантный, — принялась она перечислять, — правда, младше на год, ему всего двадцать шесть, но, клянусь, это его единственный минус! — я еще не успела и слова вставить в эту тираду, как Ксюша сама принялась оправдываться: — А что? Я сейчас женщина самого прекрасного возраста: могу постарше искать, могу помладше выбирать. Ух, один простор для действий!

Я засмеялась ее энтузиазму. Вот уж кто ни дня не может без мужского внимания.

— Ладно-ладно, — сдалась я, — мы постараемся завтра.

— Уж постарайся, — отрезала Ксюша. — А мой мальчик, если за сегодня не проштрафится, завтра позову, разбавит компанию, а то твой Алексей заскучает в нашем бабьем обществе.

— Заметано, — с фальшивой радостью пообещала я и положила трубку.

Вот и приехали. Что теперь-то, интересно?

Мое затянувшееся молчание привлекло внимание Алекса. Он поднял голову и встретился с моим затравленным взглядом.

— Что-то случилось?

— Ну, как сказать... — протянула я.

— Ну, как есть, так и говори, — логично заключил он.

— Ксюша требует нас завтра в гости.

Алекс прищурился, тут же вычленив главное из моих слов:

— Прямо «нас»?

— Угу, — я обреченно закивала, а потом опустила голову. — Ничего не говори, я знаю, что это опасно, нас могут выследить, и...

— Ладно, — легко согласился Алекс, — не хочешь, как хочешь, твоя подруга.

— В смысле? — удивилась я, подошла и села возле него на кровати. — Ты не против?

— Ну, желанием не горю, — признался Алекс, — но если тебе это нужно, почему бы и нет? Нас могут выследить где угодно, поэтому особой разницы не вижу. Твою подругу подставлять не хотелось бы, но вряд ли Валентин будет думать, что мы делимся секретами со всеми, с кем только разговариваем. Так что не вижу причин, почему нет, — закончил он.

— Слушай, ты чудо! — не сдержалась я.

— Так кто ж спорит, — усмехнулся он.

Я накрасилась и нормально уложила волосы впервые за эту бесконечную неделю. Пришлось, правда, долго замазывать синяки под глазами от постоянного недосыпания, но лучше полчаса помучиться, чем дать Ксюше почву для подозрений, что что-то не так.

С гардеробом все было хуже. В запасе в моей сумке обнаружились только опять свитер и опять джинсы. Что ж, придется выслушать от подруги очередную лекцию на тему: «Женщина рождена женщиной, чтобы носить платья». Но выбирать не приходилось.

Была у меня идея предложить Алексу наведаться в мою квартиру, но я решительно ее отринула. Уж за чем, за чем, а за ней, наверняка, ведется наблюдение на случай моего внезапного возвращения. Не хватало еще попасть в ловушку из-за моего глупого желания переодеться.

— Алекс, а что я скажу Ксюше? — спросила я, возвращаясь к делам насущным. — Где были? Загара нет, так что теплые страны не пройдут.

— Скажи, что были в Европе, — подумав, предложил Алекс, — там сейчас тоже не жарко.

— Где именно? — уточнила я и сразу пояснила: — Ну, чтобы наши версии совпадали.

Он закатил глаза:

— Ты как на допрос готовишься, честное слово!

Я обиженно засопела:

— Ты не знаешь Ксюшу. Она хуже гестапо, когда хочет что-то узнать.

Алекс хмыкнул.

— Тебе не кажется, что стоило меня об этом предупредить, прежде чем я согласился?

Я сделала в воздухе неопределенный жест рукой, мол, не суть.

— Ладно, — сдался Алекс. До этого он валялся на кровати, наблюдая за моими суетливыми сборами, теперь сел и придал своему лицу серьезное выражение. — Хорошо, давай определимся. Итак, Европа. Если твоя Ксюша такая фашистка, допрос будет с пристрастием, поэтому нужно говорить о месте, где ты на самом деле бывала.

Мне почему-то стало неудобно оттого, что я нигде за границей толком и не была.

— В Берлине была, — призналась я. — И в Париже.

Алекс моего смущения то ли не заметил, то ли решил не заострять внимания.

— Отлично, с нас хватит. Предлагаю Берлин, моя фирма как раз недалеко в пригороде. Расскажешь ей об основных достопримечательностях, а от подробностей можно отговориться тем, что почти все время мы проводили в моем загородном особняке.

Я выпучила на него глаза:

— У тебя там особняк?!

— Нет, — беспечно отозвался он. — Откуда у меня особняк? Так, квартира. Но сама посуди, тебе будет легче описать несуществующий особняк, чем реально существующую квартиру, в которой ты пока ни разу не была.

На слове «пока» мои брови бессовестно поползли вверх, но я удержалась от комментариев.

— Хорошо, остановимся на этой версии, — решила я.

К Ксюше приехали ровно к семи. Еще в подъезде ее дома заметила, как Алекс натянул себе на лицо обворожительную любезную улыбку, точь-в-точь как на моем дне рождения.

— Собрался очаровывать мою подругу? — толкнула я его локтем в бок.

— Уй, — подпрыгнул он от неожиданности, а потом любезная улыбка превратилась в ехидную: — Приревновала?

Я закатила глаза:

— Еще чего!

— Ладно, не ревнуй, я верный, — не унялся Алекс.

— Сейчас еще стукну, — мстительно пообещала я.

— Ой, какие мы грозные и серьезные, — не остался он в долгу, — и правда, как допрос собралась.

— Ну тебя, — обиделась я и пошла вперед по лестнице. Неужели не понимает, что я на самом деле волнуюсь? Я не привыкла врать друзьям, умалчивать о чем-то — да, но не врать про чужие страны и особняки. И данная перспектива нервировала.

Алекс догнал меня на лестничном пролете и повернул к себе, убрав с лица все усмешки.

— Прекращай, все будет нормально, — пообещал он, а потом притянул к себе. — Расслабься.

И как ему это удавалось? Не иначе, магия. Потому что я, и правда, успокоилась.

— Все, пошли, — вырвалась я. — Опаздываем.

Он не стал спорить и пошел за мной к нужной квартире.

Как я и ожидала, Ксюша встретила нас не в домашней одежде, а в красном вечернем платье, эффектно подчеркивающем ее фигурку.

— Кирка! — завопила она с порога и повисла у меня на шее. — Ой, как я рада! И вам здравствуйте, Алексей, — приветливо кивнула подруга, отлипнув от меня.

— И вам, Ксения, — подыграл Алекс ее официальному тону.

— Да ладно, — отмахнулась та, — можно просто Ксюша.

— Тогда просто Алекс.

— Ух ты, — брови Ксюши взлетели вверх, — как по-современному.

— Он долго жил за границей, — шепнула я подруге.

— А-а, — протянула она. — Ну, тогда ясен пень.... Ну, не стойте, проходите.

Пока мы раздевались, из комнаты принеслось нечто серое и пушистое и кинулось мне в ноги.

— Нафанька! — радостно заключила я в объятия четвероного друга. — Как он себя вел? Не проказничал? — это уже Ксюше.

— Не, — отмахнулась она, — вел себя как настоящий джентльмен. Золото, а не котейка.

Ксюша убежала на кухню, а я поставила Нафаню на пол и повернулась к Алексу как раз вовремя, чтобы заметить озабоченное выражение на его лице.

— Что-то не так, — пояснил он на мой недоуменный взгляд.

— Не поняла. Что не так?

— Не знаю, — создавалось впечатление, что он к чему-то прислушивается. — Фон мигнул, — и пояснил, видя, что я все еще не понимаю: — Такое бывает, когда маг ставит «щит», но недостаточно профессионально, и он соскальзывает.

— За нами следили? — испугалась я.

— Нет, — Алекс уверенно покачал головой, — я смотрел.

— Ну, вы где?! — донесся из кухни нетерпеливый голос Ксюши. — Мы заждались!

— Мы? — прошептал Алекс, покосившись в сторону кухни. — Теперь понятно, откуда фонило.

— Слушай, — я схватила его за рукав, — давай прямо сейчас уйдем. Если там одаренный, он может донести Валентину.

— Да? — Алекс подарил мне скептический взгляд. — И под каким предлогом мы сейчас уйдем?

— Ну, не знаю. Скажем, что у тебя бабушка захворала, — ляпнула я первое, что пришло в голову.

— Ага, отличный план.

— Хоть какой-то, — не сдалась я.

— Пойдем, — Алекс решительно взял меня за руку и потащил за собой. — Он там один. А один мне ничего не сделает при желании.

Мне бы его уверенность.

И мы вошли в кухню, где за по-праздничному накрытым столом обнаружилась Ксюша и ее новый кавалер, который немедленно поднялся нам на встречу. Не знаю, как у Алекса, а у меня при виде этого молодого человека пропал дар речи, кого-кого, но его я увидеть здесь точно не ожидала.

— А это Гриша! — радостно пропела Ксюша. — Кира, Алекс, знакомьтесь!