Он съел моего фамильяра

18 глава. О том, как Сладкие девушки могут по-настоящему огорчить...

Пряничный домик был действительно пряничным, самым что ни на есть. Вика корябнула темно-коричневую поверхность и сунула палец в рот...

Корица и цедра.

Вкуснятина!

Осмотревшись и убедившись, что в комнате никого, она лизнула створку окна: ммм, настоящая карамель!

Она бы посягнула и на кусочек оконной рамы из шоколада, но в комнату вернулась Сладкая Молли.

- Не сразу нашла нужный обрез, - объяснила свою задержку и опустила на стол два куска ткани или... рулона раскатанного марципана, как выяснилось секундой позже. - Сейчас быстренько выкрою себе платье, - сказала она. - Поможешь надеть его?

Вика кивнула. Платьев из марципана ей видеть не приходилось! А уж одевать на кого-то...

Молли же разложила кусок желтого марципана и начала лихо работать ножом, отсекая все лишнее, - вскоре Вика смогла рассмотреть силуэт летнего платьица с вырезом «лодочкой».

И Молли сказала:

- Теперь осталось только пригладить. - Приложила платье к себе и начала разглаживать его по фигуре. - Помоги, пожалуйста, со спины, не хотелось бы выглядеть неопрятно.

Вика подумала, что именно так накрывают торты сахарной мастикой и с улыбкой принялась формировать идеальное платье для Сахарной Молли. Все равно что кондитер в своей мастерской... Это было даже забавно.

Когда платье было готово, Молли украсила его шоколадной присыпкой. Посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна, судя по виду.

- Думаю, моему рыцарю платье понравится! - констатировала она, разглаживая последние складки на талии. - Он заслужил видеть меня в лучшем виде.

Виктория подивилась подобному самомнению, но промолчала: Молли выглядела бесхитростной, словно ребенок.

- Пойдем скорее к столу, - сказала она, - мой бриошь с шоколадом должен как раз подоспеть.

И они поспешили к столу, за которым Демиан сидел в одиночестве. Сидел и глядел на увлеченно лакающего молока с блюдца калабриуса... Он периодически подливал ему молока из бидона и, кажется, хотел испытать, сколько влезет в эту ненасытную прорву.

- Я думаю, он хочет выпить все, - заявил он на полном серьезе, едва девушки вошли в комнату. - Это его десятое блюдце.

- Пусть пьет, миленький мой пушистик, - умилилась Сладкая Молли. - Героям - все самое лучшее. - И поглядела при этом на Демиана. - Садитесь, я быстро накрою на стол и будем ужинать! - добавила она следом. - Вы, должно быть, проголодались.

- Изрядно, - подтвердил молодой человек.

И Молли начала заставлять стол десертами всех сортов: бланманже, ягодный пудинг, круассаны с шоколадной начинкой, профитроли с заварным кремом и многое-многое другое. В завершение вытащила из печки тот самый бриошь и водрузила его прямо по центру стола...

- Готово, - с улыбкой заключила она и, довольная, оглядела заставленными сладостями стол.

Вика и Демиан обменялись недоуменными взглядами.

- Я как-то слышал, - произнес молодой человек, - что альварийцы всегда начинают трапезу только с десерта, лишь после этого переходят к менее... сладкому.

Молли захлопала в ладоши.

- Я обожаю десерты, - продолжала улыбаться она. - Не понимаю, как можно есть что-то другое!

- То есть другого не будет? - решила уточнить Вика.

И девушка всполошилась:

- Ты не любишь бриошь и ягодный пудинг?!

- Люблю... конечно, - аккуратно, не зная, как бы тактичнее донести истину, ответила Вика. - Но обычно десерт - это десерт, а все остальное... все остальное.

- «Все остальное», - сникла Сладкая Молли, - я пока не умею готовить. Только десерты. Я и сама состою только из сахара и карамели... - И вдруг вспыхнула, словно лампочка, новой идеей: - А хотите попробовать Молли на вкус? Говорят, что я очень сладкая. - И она чуть откинула шею, приглашая продегустировать... ее вкус. Должно быть, считала это какой-то особенной привилегией...

Час от часу не легче! Вика даже закашлялась.

- Нет уж, спасибо, - сказала она. - Как-нибудь обойдусь.

Но Молли не унималась:

- Сама я не знаю, но замечала, что каждый понимает мой вкус по-другому. Одним он напоминает конфеты ириски, другим - фундук в карамели. Третьим...

- И многим ты позволяла... себя дегустировать? - вклинилась Вика.

Молли, должно быть, уловила насмешку, так как ответила без улыбки:

- Многим не требуется разрешение: они просто берут свое, вот и все.

И Вике стало жаль эту бедную девочку, Демиан, видно, тоже из жалости произнес:

- Я... хотел бы попробовать. Если ты, конечно, не против...

Вика таааак на него посмотрела, что бедняга предпочел сделать вид, что этого не заметил...

Молли же с явным восторгом вспорхнула ему на колени и снова откинула шею. Демиан, пусть и смущенный этой детскою непосредственностью, вида старался не показать... Примерился раз или два, а после неловко лизнул ее шею прямо за ухом.

- Слюнями не подавись, - буркнула Вика, отвернувшись к стене.

Видеть эту картину ей было невмоготу...

А Сладкая-будь-ей-неладно-Молли уже щебетала:

- И как, что ты чувствуешь?

Вика не удержалась:

- Уж чувствует, можешь поверить, только не языком.

Демиан покраснел, самым натуральнейшим образом, и просипел:

- Чувствую...

- Да уж, скажи, что ты чувствуешь...

- Чувствую... - с напором повторил молодой человек, посмотрев Вике прямо в глаза, -яблочную «Шарлотку» с кремом из взбитых сливок и шоколадом.

- Подумать только, какой изысканный деликатес! - припечатала Вика, а Сладкая Молли обвила шею парня руками.

- Вот видите, я оказалась права, - сказала она, - все ощущают это по-своему. Но с «Шарлоткой» меня сравнил только ты, - прошептала у лица парня.

И Вика сглотнула... от ванильности происходящего. Просто как-то вдруг замутило...

- Можно я пойду спать? - спросила она. - Я сыта... этим по горло, - закончила совсем тихо, сквозь зубы.

Комната ей досталась их розовых воздушных зефирок - не самая подходящая под настроение, но Виктория просто хотела немного поспать. День выдался нервный... И чем дальше, тем хуже.

Пусть облизываются, коли им обоим приспичило...

Она залезла под одеяло и закрыла глаза.

И проснулась под странный ритмичный стук и до странности подозрительные слова:

- Вот так... да-да... толкай сильнее... О да... да! Не останавливайся. Мне нравится, что ты делаешь... Продолжай.

И снова «стук, стук, стук» в одинаковом ритме. Сердце у Вики, в противовес этому ритму, сбилось с привычного такта... Замерло на мгновенье и зачастило с бешеной скоростью.

Вот тебе и «без признаков пола», ага.

Сладкая-будь-она-проклята-Молли!

Вика сунула голову под подушку и постаралась отрешиться от звуков из другой комнаты, выходило не очень... Только злость подступила к самому гору и застряла там возмущением.

- Да в конце-то концов! - в сердцах выдохнула она и вскочила с кровати.

Бросилась к двери и распахнула ее, намереваясь отчитать обоих бесстыдников, и застыла с открытым ртом...

Демиан раскатывал тесто.

Налегал на него скалкой всем своим телом, а Молли руководила процессом, сидя на стуле и наблюдая внимательными глазами.

- Мы тебя разбудили? - Она первой заметила Вику. - Извини, Демиан ничего не смыслит в кулинарии, мне пришлось обучать его с самых азов. Мы так увлеклись...

- Тесто раскатываете... - как бы самой себе, независимо от ее слов, произнесла Вика.

И улыбнулась. От сердца вдруг отлегло! Даже дышать стало легче...

- Раскатываем. А ты что подумала? - спросил Демиан, утирая вымазанный в муке нос.

Сам он, в кружевном женском фартучке и колпаке, выглядел так комично... и мило, что Вика почти простила его за желание «миловаться» со сладкими девушками.

- Ну... сам понимаешь... со стороны вас послушать, так...

Демиан покачал головой, пряча улыбку.

И произнес:

- Ты плохо обо мне думаешь...

- Я не думаю... я вообще не думаю о тебе... никак.

- В самом деле?

- Я думаю лишь о том, как найти мою дочь.

Демиан опять покачал головой, только уже без улыбки.

- Такая взрослая, а ведешь себя словно ребенок...

- Мне соро... ть, - оборвала она себя, - но ведь не восемьдесят. И вовсе я не ребенок!

- Еще какой, - сказал Демиан и снова налег на скалку.

Катал он с видимым увлечением, весь отдавшись процессу, и Вика, присев возле хлопающей ресницами Молли, глядела, как его руки формируют тонкий пласт теста.

Наблюдать за процессом было истинным удовольствием...