Санклиты 2 и 3. Охотница. Ангел Губитель

Глава 6 Бункер

В молчании мы прошагали весь этаж и вышли к «пробке». Куча старой мебели, железные обломки и черт знает что еще преградили нам путь. Потратив время на разбор завалов, мы ничего не добились, лишь обнаружили две стальные сваи, подпирающие люк в потолке.

– Сможем их выбить? – отряхиваясь, спросила я у Охотника.

– Давай попробуем.

Это дорогого стоило, но когда их удалось накренить в сторону, сваи перекосило, и они рухнули сами. Следом упал люк. К счастью, не на наши головы.

Фонарики высветили круглый лаз в темно-сером бетоне со своеобразной лестницей в виде огромных «скрепок», убегающих наверх.

– Расскажешь что-нибудь о себе? – попросил Алекс, сооружая постамент, с которого можно будет добраться до люка.

– Что именно? – я отпила глоток воды, вытерла взмокший лоб и начала помогать ему.

– О семье, например.

– Все умерли. – Недавно, правда, бабушка нашлась, но об этом умолчим.

– А брат?

– Он жив. Но я для него точно умерла.

– Все так сложно?

– Там, как говорится, флюгер прибит намертво, поэтому ветер обреченно дует в одном направлении.

– Ясно.

– Теперь у меня есть только Савва, Сеня и…

– Горан?

– И все.

– А я?

– Савва и Сеня. Больше никого.

– Как ты думаешь, у нас могло получиться? – тихо спросил Алекс, положив на постамент кусок бетона.

– Не знаю. – Честно призналась я. – Сейчас мне кажется, что я использовала тебя, чтобы подольше побыть человеком. Не хотелось признавать, что от людского осталась только зыбкая тень. Будоражащая, как питерские белые ночи. Но они ушли, Алекс. И унесли остатки прежней меня с собой.

– А если попробовать? – он подошел ко мне и обнял.

– Это моя кровь в тебе. – Как же хочется его поцеловать! – Все пройдет. – Я положила руки ему на грудь, не давая притянуть к себе, хотя бешеное желание омыло тело горячей волной.

– Пусть. Но я полюбил тебя до того, как твоя кровь оказалась во мне.

– Охотник и санклитка? Мир этого не позволит.

– Но мы можем попробовать.

– Я исчерпала лимит боли, Алекс. Не хочу залезать в то, что гарантированно разобьет сердце. Да и время сейчас в моей жизни такое, что я не принадлежу себе. Нужно разобраться во всем этом, – я обвела взглядом бункер. – И похоже, это только начало.

– Кто хочет – делает, кто не хочет – ищет оправдания.

– Может, и так. – Мисс Хайд с трудом отстранилась от него.

– Кем я был для тебя? Лекарством от Драгана? Клин клином или член членом?

– Уверен, что сейчас подходящее время для ссоры? – надеюсь, мой голос был такой же ледяной, как стены бункера наощупь.

– Прости, это сгоряча вылетело.

– Мне было хорошо с тобой, Алекс. Я любила тебя. Но, наверное, просто не время и не место. У этих чувств не было шансов.

Новый взрыв заставил бункер содрогнуться.

– Я даже знаю, из-за кого у нас не было шансов. – Алекс скривился.

– Для меня Горан в прошлом.

– Поэтому он всегда рядом с тобой?

– Что ты от меня хочешь?! – взорвалась мисс Хайд. – Думаешь, легко сразу все оборвать и оставить человека, которого любила, в прошлом? Ты не знаешь, сколько всего мы пережили вместе! И судя по всему, избавиться от него мне в ближайшее время не грозит! Если бы не Драган, кстати, ты бы и дальше продолжал быть подопытным кроликом!

– И что, мне в ножки ему поклониться?

– А почему нет?!

– Не дождется! – рявкнул Алекс, отворачиваясь.

– Кто у нас вулкан? – пробормотала я и начала смеяться.

– Ты уникальное существо! – Охотник с недоумением посмотрел на меня, качая головой.

– Знаешь, тебе это не понравится, но ссоримся сейчас не мы с тобой, а Горан с Драганом! Или Драган с Гораном. Да не свихнулась я, не бойся. Все просто – во мне его кровь, а в тебе моя. То есть вместе с моей кровью тебе передалась и часть его.

– Только не хватало!

– Ты даже не представляешь, как похоже на него взрываешься!

– Но это же пройдет? – осторожно осведомился Алекс, осознав масштаб проблемы.

– Понятия не имею! – я развела руками. – У меня ничего не прошло.

– Твою ж мать!

– Но меня сделали санклитом. – Сжалились я. – Ты все-таки человек. Может, и выветрится со временем. Все, хватит обо мне. Рассказывай о себе.

– Уж лучше о Драгане. – Пробурчал Охотник, залезая на сооруженный нами «постамент». – Высоковато.

– Дай попробую, подсади.

Алекс усадил меня на плечи и вновь забрался на кучу мусора. Потянувшись, я уцепилась за нижнюю «скрепку» и вскоре забралась в бетонную трубу. Оставалось только прикрепить веревку для Охотника.

Ступеньки так обжигали руки холодом, что забрались мы в рекордное время, продрогнув до костей. Некстати снова вспомнился Коцит. Нет, не хочу о нем думать!

– Куда дальше? – спросил Алекс, дыша на покрасневшие ладони.

– Хороший вопрос.

В обе стороны бетонной змеей убегал длиннющий коридор.

– Ты мне зубы не заговаривай! – спохватилась я. – Рассказывай, почему ушел из Охотников.

– Скорее, «меня ушли».

– Это как?

– Не сошлись во взглядах с руководством. Слишком уж все категорично было у Хана. А после истории с санклиткой, которую Данила убил, все пришло к логичному концу.

– Так ты тоже Маугли?

– В смысле?

– У Маугли был враг – Шерхан. Так мы звали Шамиля.

– Понял. Не сказал бы, что считал Хана врагом, но то, куда он свернул, мне было не по нраву.

– Молодец! – я улыбнулась, положив руку ему на плечо.

– Старался. – Он расцвел ответной улыбкой, взял мою ладонь и поцеловал запястье.

Глаза при этом полыхнули совсем по-драгановски.

– Не делай так. – Напряженно глядя на него, процедила мисс Хайд.

– Прости, оно само как-то…

– Пойдем. – Я помотала головой, сбрасывая наваждение, свернула влево и быстро зашагала вперед.

По верху тянулись насквозь проржавевшие трубы. С обтрепанных стен, шелушась, слезали слои старой краски. Под ногами скрипело крошево из осколков бетона, разнокалиберных железяк и простого мусора.

Пахло чем-то затхлым, полусгнившим, будто кто-то забыл вынести мусорное ведро и поставил его тебе под нос. Когда мы останавливались, было слышно, как звонко и равномерно разбиваются о бетон капли воды, обреченно, как самоубийцы, бросаясь вниз с высоты в последний полет.

Коридор неожиданно кончился.

– Что это? – потрясенно прошептала я, оглядываясь.

Такое ощущение, что посреди бункера стоит небольшая часовня! Круглый купол, арочные проходы. Не хватает только отца Тимофея и песнопений.

– Чего только не увидишь! – пробормотал Алекс, подойдя ко мне.

– Может, это какая-то параллельная реальность, где большевиков не было, Россия осталась монархией…

– … а Драган вообще не появился на свет. – В тон мне закончил Охотник.

– Тогда замыслы Хана воплотились бы в жизнь, мы с тобой не встретились, а мир стал бы адом.

– Выйдем, свечку в храме поставлю за его здравие! – съязвил Алекс.

– И правильно. – Я пожала плечами и пошла дальше.

Но сделав пару десятков шагов, вновь остановилась.

– А это что за…? – взгляд скользнул по длинным массивным опорам, которые держали что-то округлое, похожее на летающую тарелку – из бетона и стекла.

Дальше прохода не было.

– Попробуем в другую сторону?

– Нееет. – Протянула я, не в силах отвести взгляд от НЛО. – Устремляйся в небеса, там последняя черта. – Сами по себе промурлыкали губы. – Нам туда.

– Не спрашивать? – вздохнул Охотник.

– Да! – прорычала мисс Хайд.

И не быть таким похожим на Горана!

Мы подошли к «тарелке», обошли вокруг опор и, задрав головы, полюбовались ее бетонным пузом.

– Как в нее забраться? – прошептала я.

– А надо?

– Надо!

– Не рычи. Если надо – заберемся.

От еще одного взрыва заложило уши.

– Осторожнее! – я схватила Охотника за рукав и притянула к себе за секунду до того, как из НЛО хлынул водопад осколков стекол.

– Спасибо.

– Не за что. – Пришлось сделать несколько шагов назад, чтобы не прижиматься к нему вплотную.

Ноги неожиданно заскользили, словно под подошвами были банановые корки. Я взмахнула руками и ухнула куда-то вниз. Затылок обо что-то ударился, в глазах потемнело.

Когда сознание соизволило вернуться, я поняла, что полулежу на ледяном бетоне, опираясь спиной на… Пришлось повернуться, чтобы понять, на что именно. Хорошо, что фонарик не разбился и не выпал из руки – видимо, намертво в него вцепилась перед падением.

Большой гофрированный лист стали или алюминия. А что за ним?

– Саяна! – Алекс подбежал ко мне. – Ты как, родная?

Твою мать, теперь еще и родная! На подходе «жизнь моя», вероятно.

– Не молчи!

– Все нормально. – Процедила я сквозь зубы. – Помоги поднять это.

– Зачем?

Вот Горан бы не спрашивал. Хоть в этом они разные. Драган уже понял, что со мной спорить бесполезно.

– Надо.

Мы вместе потянули ледяной наощупь лист вверх. Охотник посветил фонариком в темноту.

– Ага! – у меня вырвался торжествующий крик.

Лестница! Спорю на что угодно, она ведет в «тарелку»!

– Идем!

Я почти бегом преодолела ступеньки. Вот и внутренности НЛО. Матерчатые койки в несколько рядов, похожие на доски для серфинга, верхние пружинами прикреплены к потолку.

– Прямо пионерский лагерь. – Усмехнулся Алекс.

– Нет, это концлагерь. – С горечью уточнила я, указав на держатели для рук и ног. – И даже не думай защищать Охотников!

– Не буду. – Он отвел глаза.

Я толкнула рукой белую дверь со стеклом-иллюминатором и вышла на следующий этаж.

Опять длинный серый коридор.

Мы молча шагали по нему, пока на пути не попалась ниша с электрооборудованием. За ней обнаружился лаз, прикрытый решеткой. На коленях преодолев его и перемазавшись в грязи, я от души выругалась, обнаружив, что дальше дороги нет – все забетонировано.

– Промахнулась?

– Я тебе не гибрид Ванги и навигатора! – огрызнулась в ответ моя мисс Хайд.

– Давай сделаем перерыв. – Миролюбиво предложил Алекс.

– Хорошая мысль.

Долго отдыхать не пришлось – неподвижному телу перенести такой холод было сложно. Мы выпили воды, перекусили и вновь двинулись в путь.

Извилистый лабиринт заставил поплутать, но потом вывел к длинному ряду комнат. Где-то двери едва держались на петлях, нещадно скрипя при малейшем прикосновении, в других местах дверные проемы вообще зияли черной пустотой.

От помещения с комнатами во все стороны лучами расходились новые коридоры с железными дверями.

– Куда двинемся? – спросил Алекс.

– Тоже хотела бы это знать. – Пробурчала я.

Луч фонарика пробежался по стенам и потолку в поисках подсказки. Ничего. В центре старая мебель и что-то накрытое полотном. Я подошла ближе, осторожно стянула ткань и отшатнулась.

– Твою ж мать!

– Что? – Охотник подошел ближе.

Мне хватило сил лишь молча указать на кресло.

В котором величаво восседал скелет.

Горделиво повернув в нашу сторону голову, он надменно взирал пустыми глазницами на незваных гостей, потревоживших его покой. Одна рука мертвеца, с полуистлевшими браслетами, покоилась на скрещенных коленях, другая вальяжно лежала на спинке кресла, пальцем указывая во тьму.

– Ты ушедшему поверь, знает он, как выбрать дверь. – Тихонько пропела я, проследив взглядом, в каком направлении предлагает двигаться перст незнакомца. – Пойдем туда.

– Теперь будем слушаться скелетов?! – лимит Алекса на мистику, очевидно, был исчерпан.

– Хорошо, веди ты. – Я пожала плечами.

Что толку спорить? Сам поймет, что неправ. Мне проще немного потерпеть, чем тратить нервы и силы, объясняя то, чего сама вообще не понимаю.

Мы долго плутали по извилистым ответвлениям, но в одной половине мест нас встретил тупик, в другой – шины, залитые бетоном.

– Сдаюсь. – Признал свое поражение Охотник, со вздохом подняв руки вверх.

Мы вернулись к скелету и подошли к железной двери, на которую он указывал. Проржавевшие петли поддались с трудом, нам пришлось навалиться обоим, чтобы хоть немного с диким скрежетом приоткрыть ее.

Проскользнув в узкую щель, я осмотрелась. Ничего нового. Одно хорошо – никаких лабиринтов, коридор только один. И на том спасибо.

Но в конце бетонного червя нас ждало разочарование – очередной тупик.

– Может, вернемся и набьем мертвяку морду? – Алекс улыбнулся.

– Лучше помолчи, или я твою набью! – рявкнула раздосадованная неудачей мисс Хайд.

– Как скажешь, жизнь моя.

Где взять сил?! И где там Драган с его неисчерпаемым запасом терпения? Хотя зачем он мне, если под боком бегает копия?

Ладно. Будем искать. Вот только что и где, хотелось бы знать! Вокруг просто ледяные стены, склизкие на ощупь, и потолок с проржавевшим воздухопроводом.

Я задрала голову, рассматривая его. Хм, а трубы ведь достаточно большого диаметра. Мой взгляд под контролем фонарика проводил их до тупика. Там вентиляционная система расширялась и ныряла в переплетение прочих коммуникаций – симметрично разветвляясь вверх и вниз.

Мысль металась по голове, как таракан в луче света, не даваясь.

– Черт! – мисс Хайд с досадой врезала кулаком по стене и зашипела от боли. – Мы все с тобой. Ага, как же! И где вы, когда так нужна ваша помощь?

– Что?

– Я не с тобой разговаривала.

– Боюсь спрашивать, с кем.

– Неважно. – Пробормотала я, зачарованно разглядывая белесую Тень – зыбкую, как последний свет луны, растворяющийся в рассвете.

Здесь нет источников света. Откуда она?

А какая, впрочем, разница?

Я медленно двинулась к ней, вытянув вперед руку и со стороны, наверное, напоминая лунатика. Когда до Тени, молочно–прозрачной, как фата призрачной невесты, оставалось несколько шагов, пол под моими ногами зачавкал, словно болото. Еще шаг – и я провалилась по грудь.

– Ага! – торжествующе крикнула мисс Хайд, ощупывая ладонями зловонные сгнившие доски.

– Только ты способна такому радоваться! – Охотник подбежал ко мне. – Ничего не сломала?

– Все заживет. – Беспечно отмахнулась я, протянув к нему руки. – Вытаскивай! Быстрее!

Встав на ноги, я посветила фонариком в дыру. Так и есть, шахта.

– Если закрыта дверь – лезь в форточку. – Я победоносно улыбнулась, поднимая голову к потолку, где виднелось в точности такое же пятно гнили. – Вот и она, наша форточка!

– Спасибо строителям, что не залили бетоном, а наспех прикрыли досками, – пробормотал Охотник.

– Это Россия, у нас и на АЭС могут реактор скотчем обмотать, если трещину даст. Подсади.

– Понравилось на мне кататься? – полыхнув взглядом, Алекс присел на корточки.

– Неужели во мне столько пошлого, что это всем передается? – задалась я риторическим вопросом, забираясь на плечи копии Драгана.

Так, вот эти несчастные доски. Прогнили насквозь. А воняют – ужас!

С трудом подавив рвотный рефлекс, я пробила мягкую, как тесто, массу кулаком и начала расширять отверстие. Комья гнили шлепались на бетон с противным чмоканьем. Зловонная черная жижа потекла на голову и за шиворот, но мне было все равно. До свободы оставалось совсем немного. Если для того, чтобы выбраться из норы Крота, Дюймовочка должна вонять, как тысяча бомжей, то так тому и быть!

– Алекс, тут лестница! – торжествующе прокричала я, когда расширила дыру настолько, что смогла посветить в нее фонариком.

– Я пахну, как общественный бесплатный сортир. – Отозвался он.

– Будешь бурчать, тут оставлю!

– Злая.

Может, и не такая уж и плохая идея. С одним Драганом справиться не могу, куда мне два?

– Так, пробую пролезть. – Я встала на его плечи.

И вновь ледяная лестница, к которой прилипают руки. Переживем.

– Держи веревку.

– Давай.

– Что это? – спросила я, когда Охотник встал рядом со мной.

– Очередной сюрприз, – пробормотал он, глядя на полуоткрытую дверь толщиной не менее метра с открывашкой, как на подводных лодках, напоминающей значок мерседеса.

– Не люблю сюрпризы. – Мне с трудом удалось сдержать мерзкую дрожь. – Так что это?

– Гермодверь, – Алекс уважительно погладил стального монстра.

– А нормальным языком?

– Герметичная дверь. На случай, если снаружи будет… короче, если там совсем хреново будет. За ней «предбанник» должен быть, – он прошел внутрь, – ну да, вот оно, небольшое помещение, а за ним – главный гермошлюз.

– И что это значит?

– А это значит, что мы в полнейшей заднице!

– Почему?

– Потому что он состоит из пяти вот таких же гермодверей, как эта. И нам не открыть ни одну из них, малышка.

– Не может быть! – потрясенно прошептала я, забравшись по маленькой лесенке до самого потолка. – Столько преодолеть, чтобы застрять у самого выхода?! – мои руки уперлись в бетонную плиту. – Ну, и зачем вы привели меня сюда? Посмеяться? – рыча от злости, я принялась дубасить потолок.

И в этот момент бетонная плита начала медленно уплывать вверх.