Санклиты 2 и 3. Охотница. Ангел Губитель

Глава 2 Свежий шрам

Это вечный крест –Менять любовь на миражи…А. Белянин

– Саяна! – Алекс с ходу, стоило только открыть дверь, обнял меня и закружил в воздухе. – Соскучился, сил нет!

– Сумасшедший! – я рассмеялась. – Отпусти уже!

– Целую неделю ведь не виделись! – он осторожно поставил меня на пол и пристально вгляделся в лицо. – Что-то происходит, малышка? Ты меня избегаешь?

– Нет.

– Я обидел тебя?

– Нет.

– Но что-то ведь не так…

– Замолчи. – Я прижалась к нему.

Да, нам скоро придется расстаться. Но не сейчас! Пусть еще хоть один день и ночь будут нашими!

Знакомый вихрь закружил нас, все отошло даже не на второй план, а на десятый, двадцатый… Гори оно все адским огнем, мысли в топку, сомнения в отставку, а самокопание пусть летит в окно!

Но когда Алекс заснул, положив голову на мое плечо, все вышеперечисленное приползло обратно – обозленное, грязное и жаждущее мести. Улежать в постели с таким зверинцем под боком не стоило и пытаться.

Я подошла к окну. Ночь еще заигрывала с сумраком, вившимся около нее, как любовник-неудачник, с которым флиртуют от нечего делать, поддразнивают, задирают, но все равно прогонят рано или поздно.

Подсветка делала купола собора похожими на елочные игрушки на подкладке из синего бархата неба. Как осколки других, давно разбитых украшений, вокруг начинали поблескивать маленькие звездочки.

В который уже раз мне не удавалось избавиться от ощущения чьего-то взгляда. Я давно осознала, что Петербург – живой, привыкла ощущать его одобрение или отторжение, поддержку или равнодушие, но это было что-то иное.

Может, паранойя всему виной из-за чехарды с тенями, мысли о которых загонялись мной в самый дальний ящик подсознания, который скоро, кстати, будет размером с Исаакиевский собор?Взгляд уперся в трехэтажное заброшенное здание. Днем оно добавляло мрачную готическую нотку мистическому колориту вида из квартиры. Сейчас дом словно пялился на меня черными глазницами окон, подозрительно следил за каждым шагом, выжидая удачного момента для…

Для чего? Наброситься и укусить?

Я подавила смех. Крыша едет не спеша, тихо шифером шурша! Хотя, если быть точной, она давно уже улетела со свистом. Не только Драган сходит с ума из-за Закона крови. Посадят нас с ним когда-нибудь в одной психушке на веки вечные.

По коже колючим морозцем пробежал озноб. А ведь это вовсе не смешно! Как и то, что в одном из окон что-то промелькнуло. Или показалось? Подскажите кто-нибудь, как отличить, учитывая то, что происходит с новой Саяной в последнее время, реальность от теней, игры воображения и банального обмана зрения?

Сходить проверить, что ли? Я фыркнула, но нелепая идея не отпускала. Что со мной, неуязвимой санклиткой, может случиться? А так хоть от подозрений избавлюсь. Это, конечно, слегка экстравагантный поступок, если не сказать честно – идиотский. Хотя новая Саяна уже не вляпается в очередную беду, как та, которую Горану пришлось вытаскивать со скалы. А, да пошло оно все! Лучше сделать и жалеть, как говорится.

Я быстро надела перевязь с кинжалом – мало ли что, затем джинсы и рубашку, бросила взгляд на Алекса – спит, как ребенок, и спустилась в гостиную. Шнурки на кроссовках удалось завязать только с третьего раза – руки дрожали так, словно решили потанцевать. Я накинула куртку, подхватила связку ключей, смартфон, и выскользнула из дома в ночь.

Темную тишину разбавлял монотонный гул города, для которого остановиться значит умереть, как для акулы. Ветер лениво шелестел в кронах спящих деревьев. Пахло приближающейся осенью – мокрыми листьями с едва уловимой ноткой гнильцы. В доме не горело ни одного окна. Все нормальные люди спали.

А я не люди, я шмель!

Вздернув нос и застегнув куртку – было довольно холодно, мне удалось сделать вид, что важное неотложное дело ждет за углом, и зашагать к заброшенному дому.

Он еще не стал развалинами, но все, что представляло хоть какую-то ценность, из него уже растащили. Фонарик на телефоне высветил обшарпанные стены, похабные надписи и битый кирпич вперемешку с мусором под ногами. Обычное заброшенное здание с соответствующим запахом. Наверняка имеет историческую ценность, но всем плевать. И что я ожидала здесь найти?

Мне уже хотелось уйти, вернуться домой, нырнуть в теплую постель и прижаться к Алексу, как наверху, в соответствии с жанром триллера, раздался шум. Помедлив, я, конечно же, не удержалась.

На втором этаже было почище, но тоже пусто. Побродив немного и проверив «до кучи» третий этаж, где на полу обнаружились две чашки с пакетиками чая – наверное, бомжи эстетствовали, или кого-то на дворовую романтику пробило, я подошла к окну.

Да, отсюда прекрасно видна моя терраса, комната, кухня. Но это не повод страдать приступами паранойи. Проще задернуть шторы и успокоиться.

Все хорошо, можно посмеяться над собой и топать домой. А не то придется объяснять Охотнику, за каким дьяволом я поперлась в ночь на улицу.

Но усмешка на губах быстро погасла, когда в свете фонарика ярко вспыхнула длинная рыжая волосинка. Повиснув на остатках оконной рамы, она трепыхалась, будто живая. Очень длинная, очень. И мне знаком только один человек с рыжими волосами до попы. Вернее, санклитка.

Злата.

Повинуясь вибриссам, я вернулась к чашкам – обе были чуть теплыми на ощупь. Значит, не почудилось. Взгляд действительно был. Еще одна проблема добавилась. Зеленоглазая бестия не намерена оставлять меня в покое. Хорошо, что я уже предупредила Юлию о ней.

И все бы ничего, только вот вряд ли Злата пила чай сразу из двух чашек.

Был кто-то еще.

Но кто?

Вся в тугих раздумьях, как говорит Глеб, я вышла из злосчастного дома и угодила прямиком в объятия взволнованного Алекса.

– Саяна, что ты тут делаешь ночью?

Вполне резонный вопрос.

– Гуляю. – Пришлось огрызнуться мне, потому что логичного ответа в такой ситуации не придумаешь.

А может, лунатиком прикинуться? Черт, поздно.

– Ты прямо как вампир.

Я поперхнулась. Как в морском бое – «ранил». А что, кровь пьет, бессмертна, по ночам гуляет – что за зверюшка? Ответ напрашивается сам собой. Еще чуть-чуть и «убил» бы, догадавшись. Или сначала понял, что я санклит, а потом попытался убить – и уже по-настоящему. Но такой подлости он от меня не ждет. А зря, выходит.

– Пойдем. – Пришлось подхватить Охотника под руку, чтобы он сдвинулся с места.

Мы молча зашагали прочь от развалин. Но не успели отойти и на десяток метров, как услышали сзади хохот. Не быть сегодняшней ночи нормальной, не судьба. Я развернулась.

Стая скинхэдов, штук десять отморозков – людьми назвать язык не поворачивается. От них за версту несет перегаром и опасностью – ибо безмозглые существа непредсказуемы.

Хм, интересная мысль. Может, поэтому Горан всегда говорит, что понятия не имеет, чего от меня ждать? Если так, то в свете нынешней ситуации вынуждена с ним согласиться.

– Эй, красавица, иди к нам, мы веселые! – завопил дурной голос.

Вибриссы заголосили, предупреждая об опасности.

– А то сама не вижу! – прошипела мисс Хайд, прикидывая варианты.

В рукопашную мы с Алексом их уложим. Но существует проклятое «но» – если хоть у одного из них есть нож или пистолет, жизнь Охотника будет в опасности, несмотря на все наши умения.

– Мальчики, давайте жить дружно. – Пробормотала я, потихоньку отступая.

– Саяна, беги. – Напряженно глядя на гогочущую свору, отпускающую сальные шуточки, Алекс попытался прикрыть меня собой.

– Сама могу за себя постоять!

– Верю, но… – в противовес словам он посмотрел с таким снисхождением, словно максимум, что я могла – это кинуть в подонков смартфоном и завизжать.

– Бери половину, посмотрим, кто быстрее управится! – во мне взыграло уязвленное самолюбие.

Сладко улыбаясь, на глазах очередного ошарашенного шовиниста – мне на них везет, мисс Хайд вклинилась в толпу гопников. Что-то мурлыкая в ответ на пошлые заигрывания, дала вибриссам время вычленить наиболее опасных – кто имел при себе оружие, и была неприятно поражена – три пистолета на десятерых, а ножи у каждого.

К тому моменту, как меня начали гладить по попе, один ствол и пара ножей – на всякий случай, перекочевали в мои карманы. Нужна была всего одна секунда, чтобы отпрыгнуть от них, наставить пистолет, и мы с Алексом ушли бы.

Но именно в этот момент Охотник решил спасать свою девушку. Которая совершенно в этом не нуждалась и сама была гораздо опаснее всей банды вместе взятой.

Я его понимала, но этим он все испортил.

Пришлось принимать бой.

Первого я долбанула по башке, отняв у него же бутылку пива. Осколки полетели в разные стороны, парень осел на землю, благоухая дешевым русским напитком, не имеющим с пивом ничего общего, но «розочка» осталась в моей руке.

Скоро и ей нашлось применение – малышка смачно вгрызлась в задницу второго, заставив его взять такие высокие ноты, что позавидовала бы любая оперная дива.

Еще двое один за другим получили привет от Горана, на себе испытав эффективность моего любимого приема «горло-локоть».

– Ах ты, сука! – завопил следующий, с разбегу пытаясь меня уронить – видимо, чтобы опустить до своего уровня.

Это было до обидного легко, даже неинтересно. Я скользнула в сторону, выставила подножку, и придурок рухнул с размаху, поцеловавшись с асфальтом. Перевернувшись на спину, он начал размазывать по лицу кровавые сопли из сломанного носа, воя от боли. Новая Саяна его жалеть не стала и, ногой с размаху обеспечив гаду перелом челюсти, двинулась дальше.

И вовремя – как раз к этому моменту скины, напавшие на Алекса, почуяли неладное и полезли в карманы за оружием. Двоих он уже уложил «отдохнуть», так что осталось всего трое. Я взяла того, у кого был последний пистолет.

Уже понимая, что раз ублюдок смог выстоять против хорошо подготовленного Охотника, то ему есть чему меня научить, мисс Хайд достала один из ножей, нырнула вниз и воткнула его ему в ботинок.

Следом последовал удар по яйцам – а что, просто, действенно, и мне, как особе женского пола, нет необходимости придерживаться негласного мужского кодекса и не бить ниже пояса.

Теперь оставалось только вырубить подонка. А что может быть лучше, чем, опять же, ногой в челюсть?

Итак, что у нас по итогам? Я огляделась. Охотник дрался с последним. Мне оставалось только наблюдать.

И в тот момент, когда я по наивности расслабилась, пошла «замедленная съемка».

Алекс уронил скина на землю и с удовольствием начал знакомить его лицо со своим кулаком. Не замечая, как другой, что лежал рядом, очнулся, выхватил нож и…

Я успела в последний момент. Рыбкой нырнув к ним, мне удалось закрыть спину Алекса собой. Жгучая боль прожгла плечо. Оттолкнув гада, я вытащила нож из своего тела и зашипела от «потрясающих ощущений».

– Саяна! – Охотник бросился ко мне, стягивая футболку. – Надо зажать рану!

– Не надо.

– Малышка, все будет хорошо. – Забормотал он, снимая мою куртку.

Я безропотно позволила ему это сделать, потому что уже смирилась с тем, что будет дальше. Где-то в глубине души мне даже хотелось, чтобы это произошло поскорее.

Расстегнув рубашку, Алекс замер. Прямо на его глазах рана начала зарастать. Он не сводил с нее взгляд, пока она не превратилась в свежий розовый шрам. Который, наверное, долго еще будет «баловать» меня сильной фантомной болью, ведь рассудку сложно смириться с тем, как теперь обстоят дела с регенерацией.

– Ты санклит! – потрясенно прошептал Алекс, отползая от меня.

– Да. И я в курсе, что ты Охотник. – Уж рвать, так окончательно. – Не трудись, знаю, что ты хочешь сказать. – Я поднялась, застегивая пуговки. – Понимаю, что не поверишь, но это получилось случайно и без всякого умысла.

– Не поверю. – Не сводя с меня глаз, он тоже встал.

– Тогда держи кинжал. – Мисс Хайд протянула ему клинок рукоятью вперед. – Покончим с этим прямо здесь. – Только сейчас я оценила иронию судьбы, вспомнив, что подобное уже случалось, от души расхохоталась и пробормотала, – да, карма та еще сука!

– С ума сошла? – растерянно пробормотал он, забирая оружие.

– Переживи за два года все, что мне пришлось, тогда поговорим. – Я отряхнулась. – Алекс, так ты будешь меня убивать или нет? Вот Данила с Анжеликой не церемонился, например.

– Ты знаешь Хана?

– К сожалению, и старшего, и младшего. Я ведь и Охотницей успела побыть, пока являлась человеком.

– О чем ты?

– Ты, наверное, единственный на земле среди всех санклитов, Охотников и Наблюдателей, кто умудрился остаться не в курсе, кто такая Саяна. – Я рассмеялась сквозь слезы. – Просто найди Юлию, мать Данилы, или его самого. Они тебе подробно расскажут мою историю. Потом принимай решение. Если решишь убить, приходи, дверь открою. – Мне удалось направить ноги в сторону дома, хотя тело колотило так, будто по уши залезла в трансформаторную будку. – Может, хоть у тебя получится.

Звонку в дверь, яростно-нетерпеливому, я даже обрадовалась. Но когда открыла дверь, увидела Горана.

– Неожиданно. – Пришлось озадаченно констатировать мне. – Какими судьбами? Новую икебану приволок?

– Саяна!!!

– Дай догадаюсь – Юлия отправила тебя спасать мою задницу от разгневанного Охотника?

– Это не смешно!

– По-моему, очень даже. Настоящая комедия! У сценариста, правда, дурное чувство юмора, да и к продюсеру имеются вопросы, – я посмотрела вверх. – Уж прости, Господи!

– Дай мне зайти!

– Зачем? – мисс Хайд прочно заняла оборону в дверном проеме, прижавшись к косяку. – Опытным путем установлено, что кинжалы меня не берут. То ли из-за того, что ты мое сердце вдребезги разбил, то ли кто-то сверху намекает, что я бессердечная тварь.

– Саяна, это ерун… – Санклит замолчал на полуслове.

Глаза остекленели. Со лба на лицо шустро потекла струйка крови. Ноги подкосились, и он начал медленно падать, пытаясь обернуться назад.

– Горан! – в этот раз пришлось мне его подхватывать.

Под весом главы клана я осела на пол и, подняв глаза, увидела Алекса с куском хочется сказать арматуры в руках, но не представляю, как она вообще выглядит. Одно было понятно – именно этой железной хренью он и долбанул Горана по голове.

– Ты, вроде, по мою душу пришел? – прошипела я, по привычке щупая пульс Драгана. – Или сегодня акция – два санклита по цене одного?

– Это его вина! Во всем!

– Хорошо, справки ты навел. Но как со спины смог определить, что это глава клана Лилианы, а не совершенно ни в чем не повинный мирный петербуржец? – убедившись в очередной раз, что Драгана убить сложно, я положила его голову себе на колени, ибо негоже мозгам главы клана вытекать прямо на пол.

– С улицы за ним шел. – Алекс достал кинжал, не сводя глаз с санклита.

– А вот про это забудь. – Пришлось подняться, переложив бойца с проломленным черепом на паркет, и встать между ними. – Если у кого и было право на него… хм, обижаться, так это у меня. У тебя – нет.

– Он сделал тебя упырем!

– Это у вас сугубо питерское, что ли, нас упырями называть, как парадное и поребрики? – пробормотала мисс Хайд. – Алекс, тебе же известно, при каких обстоятельствах все произошло?

– Это его не оправдывает!

– Я сама не бьюсь в восторге, уж поверь!

– Саяна, если бы он не сделал тебя санклитом…

– То твоя малышка гнила бы сейчас в могиле! Может, такой вариант и милее моему сердцу, как ни странно, но для тебя это полностью меняет все.

– Что, например? – Охотник с трудом отвел взгляд от Драгана.

– Мертвой у меня точно не было бы шансов с тобой пересечься, и не случились бы наши волшебные ночи. – Продолжала увещевать я, ожидая, когда оборзевший глава клана Лилианы прекратит заливать кровью мою прихожую и соизволит очнуться.

– Отойди. – Кажется, Алекс тоже разгадал этот коварный план.

– Предложение заманчивое, но вынуждена отказаться, хотя искушение велико. – Последнюю часть я специально повторила погромче. – Алекс, шутки в сторону! Уж если мне удалось сдержаться и не убить его за содеянное, то и тебе не светит.

Почему, когда нервничаю, перехожу на высокопарный слог или, наоборот, сленг? Проще попросту материться, как все нормальные люди.

Ах, да, я не люди, я же ж шмель.

– Саяна!

– Хочешь рискнуть? Вперед. Предупреждаю – убивать не буду, но покалечить могу. Видел Данилу? Моя работа.

– Ты все еще его любишь?.. – потрясенно прошептал Охотник.Может, пора пнуть Драгана, чтобы у него проснулась совесть? А то для бесчувственного тела он слишком явно затаил дыхание в ожидании ответа на животрепещущий вопрос!

– Хочешь прямо сейчас копаться в загадочной женской душе? Мы, девушки, иногда спасаем и тех, кого сами не против придушить. У нас все сложно. Гормоны и иже с ними.

– Не трудись, уже и так все понял. – Он сделал шаг назад.

– Тогда я тебе завидую. – Искренне вырвалось у меня.

– Ты еще наплачешься из-за него, – поиграл напоследок в Вангу Охотник, у которого из-под носа ушел шанс замочить главу клана Лилианы – неубиваемого Драгана.

– Несомненно. – Смиренно согласилась я.

– А ведь я впервые в жизни полюбил, когда встретил тебя. – Алекс сквозь слезы посмотрел на меня, протянув кинжал.

– Поверь, и я любила тебя. Но, видимо, не судьба. – Я забрала злополучный клинок.

Что с ним не делай, он все равно возвращается назад.

– Не судьба. – Повторил Алекс и, развернувшись, начал спускаться по лестнице.

Я села на пол рядом с Гораном и вновь положила его головой себе на колени.

– И долго ты намерен валяться?

– «Мне триста лет, я выполз из тьмы». Или как там? Можно немного и отдохнуть. – Он открыл глаза и улыбнулся.

– Вот сейчас бдительные соседи вызовут полицию, сам будешь объяснять органам, почему ты жив, несмотря на то, что вся прихожая живописно украшена твоими мозгами. И цитаты из «Машины времени» их не убедят. Вставай.

– Можно еще минутку? Мне тут так хорошо…

– Симулянт. – Фыркнула мисс Хайд, поднимаясь.

– Ай! – с глухим стуком ударившись затылком о пол, возмутился санклит.

– Садись. – Я отвела его в ванную и начала мокрым полотенцем вытирать кровь с лица.

– Волшебные, значит? – прищурившись, пробормотал он. – Ваши с ним ночи?

– Тебя это не касается.

– Поспорил бы.

– Горан, ты удивительнейшее существо! Вот, вроде, везде твои мозги – заметь, мне их убирать придется, а ведешь ты себя так, словно серого вещества в этой дырявой коробочке, – я постучала пальцем по его лбу, – отродясь не бывало.

– Пусть так. Но мне интересно – а какими были наши?

– Ключевое слово – были. Ты лучше скажи, почему в каждый приход в мою квартиру ты стараешься оставить здесь часть своего организма? То кровь, то мозги…

– Перебираюсь к тебе по частям.

– И какая следующая?

– Выбирай любую.

– Дурная затея! Мне проще вообще тебя больше не пускать на порог.

– Все равно просочусь. – Пользуясь тем, что я стояла между его широко разведенных коленей, Драган осторожно сжал мои бедра ими. – Мне… не жить… без тебя.

– Прекрати.

– Саяна, лучше отойди. Пожалуйста… родная. Ты… так близко! Я не выдержу!

– Тогда домывайся сам. – Мне пришлось поспешно отступить.

Он с рычанием потянулся за мной.

– Горан!

– Прости.

– Ванная в твоем распоряжении. Приводи себя в порядок. Стиральная машина там. – Я кивнула на угол и выскользнула за дверь, стараясь унять бешено стучащее сердце.

Надо заняться уборкой, переодеться – вся перепачкалась, и оттереть кровь с его куртки.