Новая жизнь Джей

Глава 25 Симметрия

— Джей, и ты тут! — Ноэль взмахнула магически наращёнными ресницами. — Как удачно!

Эдна тут же присмотрелась к её ногтям — ну да, чёрные контурные розы по перламутровому фону. Даже стиль мастера узнавался. Хотя на Шантали вышло удачнее, и к самой Шантали дизайн подходил лучше. На Ноэли длинные блестящие когти смотрелись хищно, особенно в сочетании с не по-летнему тёмной помадой.

— Здравствуйте, — чопорно произнёс Джей без намёка на улыбку.

Веальда Торос перевела взгляд со своей дочери на Джея и обратно. Фамильное сходство только сильнее подчёркивало разницу между двумя женщинами: старшая Торос всегда выбирала нейтральные и естественные образы, а младшая — вызывающе подиумные. Не то чтобы она не могла себе этого позволить. Ноэль вытянула выигрышный билет в лотерее красоты, к тому же следила за собой. Эдна рядом с ней чувствовала себя чем-то мятым, вытащенным с верхней полки шкафа, где оно пролежало всю свою жизнь.

— Нолечка, курочки? — нарушила повисшее молчание Виллемика.

Эдна встрепенулась: когда это молчание успело повиснуть? Вроде только что все здоровались. Но вон Шанталь и Матильда тоже странно косились на Ноэль. Эдна чего-то не знала?

— Ой, да, с удовольствием! — обрадовалась Ноэль, принимая одноразовую тарелку. — М-м, как вкусно пахнет! Это Джей готовил?

— Нет, — быстро сказал Джей.

— Не, он сегодня гость, — пояснила Виллемика. — Вот ты бы к нам в школу пришла, попробовала бы его выпечку, вот это да-а-а!

Эдна покосилась на Джея. Он носил выпечку в школу? Джей виновато потупился. Нет, Эдне было не жалко, нагревательные картриджи стоили копейки, не говоря уж о продуктах, да и вообще, угостить соседей Эдна бы не пожадничала. Но всё это подводило её к мысли, что у Джея за пределами дома была какая-то своя жизнь со своими социальными связями, о которой Эдна даже не подозревала. И вот вопрос — соседи, которые не хуже неё представляли, какими талантами Джей обладает, не сманили его, потому что не хотели обидеть Эдну, или по какой-то другой причине?

— О, может, вы поможете его убедить, — вступил в разговор Флур. Эдна с трудом припомнила, что это хозяин станционной кофейни. Она его наверняка видела, покупая кофе, но память на лица у неё оставляла желать много лучшего.

— В чём? — Антун обернулся к нему, жуя.

— Печь на продажу! — Флур так горел идеей, что взмахнул стаканом, чуть не расплескав морс на блюдо с мясом. — Я уже год ищу, кто бы мне круассаны пёк, но надо же стабильно, изо дня в день, ну максимум — с небольшой ротацией. А у нас такое впечатление. что в посёлке одни художники и артисты, готовят только по вдохновению!

— Не только, — хмыкнула веальда Торос. — Но после того, как на свою семью стабильно с небольшой ротацией наготовишь, уже никакого вдохновения не хватает.

Остальные посмеялись, но Флура с мысли было не сбить.

— Нет, ну семья, все дела, я понимаю. Но Джейлин — свободный человек, мог бы неплохо заработать. Хватает же у него сил всех угощать!

— Кого это всех? — хмыкнула Шанталь. — Он тебе в кафешку, что ли, носил свои круассаны?

Джей замотал головой, но за него ответила Виллемика.

— Я это, я угостила, мне вредно много сладкого, а если не раздам, точно всё съем! Джеюшка у нас настоящий мастак.

— А вот работал бы у меня, все бы попробовали, — не отставал Флур. — Такой талант в землю закапываешь, а мог бы зарабатывать!

Эдна обернулась к Джею. Вот же именно то, чего она хотела. Значит, кто-то всё-таки разглядел его как работника. И кафешка — это отличный вариант, там Эдна могла бы хоть иногда его навещать. От этой мысли внутри всё сжалось, но Эдна заняла своё место в жизни не потому, что ей не хватало силы характера. Если надо, значит, надо. Вот только, почему Флур так говорил, словно с наймом возникла какая-то проблема?

— Я не хочу, — внезапно сказал Джей. Негромко, но отчётливо. — Я вам уже говорил, мне это неинтересно.

Флур воздел руки к небу.

— Вот! Помогите же мне его убедить!

Эдна открыла рот спросить, с чего это Джей упёрся, но её опередила Ноэль.

— Конечно, не хочет! Зачем такому красивому мальчику работать на тебя, когда он может просто жить у меня и не париться?

— В смысле — жить у тебя? — вырвалось у Эдны совершенно против воли. — С чего вдруг?

Ноэль слегка смежила веки, как довольная кошка.

— С того, что мы с лапулей отлично поладили.

Глаза Эдны раскрылись так широко, что в поле зрения попали нахмуренные лица всех вокруг.

— Это не так, — сказал Джей.

Ноэль ему подмигнула.

— В прошлый раз из-за спешки между нами осталась некоторая недосказанность, но я уверена, мы всё решим, лапуля.

— Не решим! — В голосе Джея зазвучала паника, и Эдна обернулась к нему. Вид у него был крайне напряжённый, даже тарелку отставил и стоял со сжатыми кулаками — правда, за краем столика другим это не было видно.

— Что у вас произошло? — тихо спросила она.

— Ничего! — выпалил Джей таким тоном, что Эдне захотелось написать на Ноэль заявление в полицию.

— Лапуля просто не разобрался, — продолжала Ноэль. — Нужно больше слушать своё сердце, а не всякие глупости. Вот заглянешь внутрь себя и поймёшь, что так хорошо, как со мной, тебе ни с кем не будет.

— Может, не сейчас? — тихо предложила Фенна. — У нас тут праздник и вообще…

— Неправда! — выпалил Джей. — Я не хочу с вами жить и не хочу, чтобы вы меня трогали. И я имею право отказаться, у меня теперь удостоверение есть!

На мгновение все непонимающе уставились на Джея, включая Эдну. Какая связь с удостоверением? Потом она сообразила: Джей имел в виду, что он теперь свободный Свити и не обязан слушаться всех подряд? Но…

Она обвела взглядом соседей. И, судя по вытянувшимся лицам, они тоже что-то поняли.

— Так! — сказал Антун. — У нас там канапе недоделаны, а ещё фрукты надо помыть, а ну-ка кто тут вызывался помогать, погнали!

— Я обещал, — тут же напомнил Джей и стал протискиваться к воротам, но по ту сторону столика как раз и стояла Ноэль. Осознав опасность, Эдна оттеснила его себе за спину и полезла вперёд. Гости расступались, пропуская их, а вот Ноэль не собиралась никуда деваться с прохода.

— Нас с Джеем вполне хватит, кухня не такая уж большая, — проворковала она, подбоченившись так, что Эдне пришлось бы задеть её локоть, чтобы пройти между столиками.

— Ноля! — укорила её веальда Торос.

Рука Джея вцепилась Эдне в плечо, словно он боялся, что его сейчас оставят один на один с этой гарпией.

— Ноготочки попортишь, — рыкнула Эдна, повернулась и обхватила Джея левой рукой, после чего упёрла правую в бок, отзеркалив позу Ноэли, вытащила Джея вперёд и шеренгой с ним форсировала узкое место. Ноэль и не думала отходить — видать, до последнего ожидала, что Эдна не попрёт сквозь неё. Но Эдна заняла своё место под солнцем не потому, что ей не хватало характера. Остриё её локтя упёрлось Ноэли в рёбра, в нос ударил приторный запах духов, а сама Ноэль с писком попятилась под напором и, не устояв на острых каблучках, села парадной юбкой на нешлифованные доски, присыпанные песком.

Эдна мстительно наступила ей на подол и прокомментировала:

— Точно на кухню нельзя пускать, с такой ловкостью погромишь там всё.

И уволокла Джея в сад.

— Ах ты… — донеслось ей вслед, но веальда Торос тут же перебила свою дочь:

— Ноля, вставай, ты мне нужна в беседке.

— Но я…

— В беседку, срочно!

Эдна мстительно ухмыльнулась. Так-то, веальда Торос ей сейчас устроит головомойку за скандал на празднике!

И только тогда наконец задумалась: как она собралась Джея отдавать в добрые руки, если первый же намёк на то, что кто-то в нём заинтересован, делает её опасной для окружающих?

***

На кухне они каким-то образом оказались одни. Эдна была уверена, что Антун и веальд Торос шли с ними, да и Виллемика где-то там маячила, но когда дверь кухни закрылась под действием пружинки, внутри не осталось никого, кроме Эдны и Джея.

— Ты как? — спросила она первым делом, даже не осмотревшись на предмет фруктов и канапешек, с которыми надо было что-то там делать.

— Н-нормально, — ответил Джей, однако руки не разжал, так и держась за Эдну, как за спасательный круг.

Она хотела сказать что-то ободрительное, вроде того, что не стоит обращать внимания на Ноэль, она просто слишком высокого мнения о себе. Но тут Эдну посетила новая мысль: а действительно ли Джей хотел отказаться?

Он ведь и от работы на Флура отказался так же категорично, хотя в ней не было ничего неприятного или чересчур личного. Выпечку Джей и так пёк, а деньги и так зарабатывал. Но вот почему-то же работать маникюрными мастером он был готов и рад, а поставлять круассаны в кофейню — нет.

Это потому, что он действительно не хотел соглашаться, или потому, что ему нужно Эднино разрешение? И если второе — то хороша бы она была, пытаясь пристроить его в добрые руки, когда он привязан к ней договором дарения или какими-то своими настройками.

А если первое, то что это вообще значило?

— Джей, — тихо начала она, оглянувшись на дверь. — А почему ты не пошёл работать к Флуру?

Джей сосредоточил на ней озадаченный взгляд и наконец перестал выглядеть так, словно искал, в какое бы окно выпрыгнуть.

— Ты уже спрашивала. Я не пойду работать в другой дом.

Эдна что-то такое смутно припоминала, но то было во времена, когда Джей шарахался от каждого слова, говорил с ней на вы и закатывал истерики на полу. И вроде бы это прошло.

— Но ногти делать ты же ходишь в другие дома?

Она не заметила, когда Джей перестал цепляться за её плечи и вместо этого взял за руки.

— Это ненадолго и каждый раз в разные. Живу я всё равно у тебя. А если работать в кафе, я там буду весь день. Когда тебе еду готовить?

Эдна помялась. Сейчас было самое время спросить самое важное — и как это она не подумала заранее, что прежде чем отдавать Джея в добрые руки, неплохо бы узнать его собственное мнение? Но что если он не сможет ответить честно? Или в нём что-нибудь там зашито, что заставляет его цепляться за хозяев?

Она снова нервно оглянулась на дверь. Вроде никто не ломился. Ну, к Сечебуке сомнения, авось в гостях Джей сцен устраивать не станет.

— А ты не думал, что в другом месте тебе может понравиться больше?

Пальцы Джея на её руках сжались, но по крайней мере падать и кататься по полу он не стал.

— Не может.

Эдна всмотрелась в его решительное лицо.

— Почему ты так уверен?

Джей наклонился, как будто хотел сказать ей что-то на ухо, но передумал и не отвёл взгляда. Солнце как раз вышло из-за облачка и залило кухню ярким светом. Глаза Джея на этом свету сверкали чистейшей синевой, как какие-нибудь волшебные кристаллы в эфирной игре, а в реальной жизни Эдне и не попадалось ничего похожего. Неудивительно, ведь Джей и сам — не из реальной жизни. Он — создание каких-то злых учёных где-то далеко от Вегрии, его тело не человеческое, а разум не артефактный, и в отражении у него сидит огромный кот. Что из этого имело отношение к Эдниной реальности? На что из этого Эдна могла претендовать, как на своё, привычное?

— Потому что, — сказал Джей, — там нет тебя.

Сердце пропустило удар. Это ему речевая аура подсказала такие слова? Или всё-таки он привязан к Эдне какими-то настройками?

— Джей… — Она помялась, подбирая слова. — Если проблема в том, что что-то в твоей конструкции не позволяет тебе менять хозяев, то это можно решить. Я дам разрешение или договор подпишем, или артефактора попросим переключить… Тебе не обязательно всю оставшуюся жизнь сидеть при мне. Если ты хочешь сменить хозяина и дом, то мы можем это устроить.

Синие глаза раскрылись так широко, что стали видны белки выше и ниже радужки. Внезапно Джей отпустил её руки и отошёл на шаг, обхватив себя за локти. Он смотрел в пол, и лицо его ничего не выражало. Пока Эдна соображала, что случилось и как всё исправить, Джей потоптался на месте, поворачиваясь к ней спиной. А потом ещё потоптался — теперь уже поворачиваясь лицом.

Опустил руки по швам, пригнул голову и глубоко вдохнул, словно нырять готовился. Эдна попятилась, но далеко не упятилась, когда Джей всё-таки заговорил.

— Я отключил себе ауру человеческого контроля.

Слова не сразу сложились в смысл — говорили ведь о совсем другом, о выборе дома и хозяина, о… О принудительных настройках. Которые Джей себе снёс. Как? Разве так можно? А это не опасно?

Эдна помотала головой: не о том думаешь! Он отключил себе человеческий контроль — то есть, нет больше принуждения?

— Когда? — выпалила она.

Джей снова потупился.

— Когда первый раз был у артефактора.

Это же… В самом начале? Сто лет назад! То есть всё это время… Память на последовательность событий у Эдны была немногим лучше памяти на лица, но по её ощущениям почти всё произошло после того визита.

— То есть, — медленно произнесла она, — ты… Уже давно не обязан ничего для меня делать.

Джей молча кивнул.

— Тогда почему делаешь? — спросила Эдна и тут же сама поняла ответ: притворяется, чтобы не насторожить её. Хотя Эдна бы и не почесалась, если бы он сам не сказал.

— Потому что мне нравится.

Джей произнёс это так аккуратно, словно сами слова были чем-то ужасно ценным и хрупким, и как бы не сломать их, пока не выпустишь на волю.

Брови Эдны поползли вверх. Нет, наверное, Свити как-то так создавались, чтобы уборка приносила им удовольствие, но…

— Что именно нравится?

Джей сверкнул глазами из-под ресниц.

— Ты нравишься.

Эдна открыла рот — и не придумала, что сказать.

— Ты очень добрая ко мне, — продолжил Джей. — И относишься ко мне, как к человеку, хотя знаешь, кто я. И доверяешь мне. Я… таких людей не встречал, кто бы так… Здесь все добрые, но они не знают обо мне. В Госсамере мы были, как хлебопечки. Ты такая одна. Я не хочу другого хозяина.

Эдна со стуком захлопнула рот, прикусив щёку. в голове у неё орала пожарная сирена, заглушая все мысли.

— Я тебе нравлюсь… как что?

Джей обезоруживающе улыбнулся.

— Как варенье.

***

Остаток вечеринки Эдна запомнила плохо. Они с Джеем вроде бы мыли какие-то фрукты, а потом он втыкал шпажки в сэндвичи и резал их на много квадратиков. К вечеру на пляже развели костёр и водили вокруг него хоровод, призывая хорошую погоду на остаток лета. К счастью, Ноэль больше не появлялась — видимо, мать отправила её подумать о своём поведении.

Джей то и дело кидал на Эдну странные взгляды, но она не знала, что с ним делать. Варенье. Что это вообще значило?! Что она должна была понять из этого сравнения? Что Джей сам вообще понимал о человеческих отношениях? Он говорить-то не так давно научился. И да, оболочка его наводила на самые взрослые мысли, но начинка головы оставалась под вопросом. Понимал ли он, что значит быть с кем-то в отношениях? Или для него ублажить человека было такой же функцией, как пол помыть? Свити появлялись в мире уже сразу взрослыми, но насколько они на самом деле дееспособны?

Все эти вопросы грозили похоронить Эдну под своим весом, и потому она старалась думать только о том, что съесть, чем запить и как не полететь носом в песок, запнувшись о чей-нибудь стул.

Когда совсем стемнело, Антун кликнул Джея пускать салют. По всему побережью тут и там уже расцветали огненные цветы, отражаясь в воде, а с мыса, где стоял городок побольше, доносилась музыка. Заряды салюта попадали в ударные, и всё небо покрывалось мерцающими блёстками, которые складывались в картины — драконов, лилии, павлинов, планеты и галактики, а ещё подробные иллюстрации к легендам о происхождении созвездий.

Форму фейерверка чаще всего задавали на производстве, но Антун припас несколько штук со специальным экранчиком, на котором можно было нарисовать что душе угодно и запустить это — а уж установка сама расцветит искры так, что будет красиво. Эти-то Антун и выдал Джею.

— Ты у нас художник, — сказал он с усмешкой.

И Джей запустил — огромного довольного кота. Он разросся на полнеба, а вторые полнеба накрыл своим хвостом. Из моря же на него глядел такой же кот, и море в ответ заплескало в ладоши от радости.

— Какой необычный, — заметила Матильда, присматриваясь к узорам на звёздной шерсти.

— Это мой хранитель, — тихо пояснил Джей и поклонился.

А исполинский кот в ответ взял и подмигнул. Думай теперь — это фейерверк так зачарован был или настоящий Маньяр в небе отразился.

Домой после праздника Джей с Эдной шли неохотно. Не сговариваясь, они выбрали самую обходную дорогу, а потом ещё как будто случайно заблудились в трёх домах. Эдна не знала, в каких облаках витал Джей, а она вот возвращаться очень не хотела.

Потому что если прийти домой, то сразу вступят в силу привычные рутины: помыться, почистить зубы, полистать что-нибудь в леденце и лечь спать. Джей наверняка пойдёт мыть полы или там рисовать свою домашку. А Эдна не хотела вот этого всего. Сегодня они вроде бы как выбрались, как котята, каждый из своей коробки, и увидели друг друга и кусочек мира, а теперь пора возвращаться в картонный домик. И неизвестно, когда удастся залезть по отвесной стенке снова.

Джей молчал весь остаток вечера. Нет, с другими людьми он болтал, улыбался и вообще показывал себя настоящим светским львом. А Эдна смотрела на это и не могла понять, что она видит: работу новой речевой ауры? Тайную личность, которую дома Джей не выпускал, потому что Эдна не заслужила? Или какую-то маску, под которой он прятал свой страх быть раскрытым?

За очередным поворотом начинался сквер, и по вечернему времени туда стягивались гулять парочки. Сегодня в честь праздника их было больше обычного, а периодические вспышки фейерверков над морем подсвечивали всё то, ради чего сюда приходили в потёмках.

Эдна упёрлась взглядом в переплетённую парочку на скамейке и внезапно поняла, что дальше идти не стоит. Потому что они с Джеем будут выглядеть или как одни из здешних завсегдатаев, или как то же самое, но в ссоре, потому что они не собирались обниматься.

Она остановилась, а Джей прошёл ещё пару шагов, пока понял, что Эдна не двигается. Он обернулся к ней с вопросом на лице.

— Давай другой дорогой, — попросила она, чувствуя себя очень глупо.

Джей глянул на гравиевую дорожку через сквер в окружении старых деревьев. В конце аллеи очередной фейерверк отразился в море.

— Почему?

А Эдна так надеялась, что он не спросит.

— Ну там… место для особых встреч.

Джей снова кинул взгляд на сквер. На ближайшей лавочке две пары глаз блеснули в свете фейерверка, присматриваясь, кто это такой нерешительный застыл на дорожке. Эдна попятилась и спряталась за Джея.

Тот, видимо, пришёл к какому-то выводу, потому что развернулся и зашагал назад. Эдна засеменила следом, подсознательно ощущая какое-то напряжение, словно до ссоры оставалось одно слово. Только она никак не могла понять, какое именно, чтобы его обойти.

— Т-ты куда? — выдавила она наконец, когда поняла, что Джей идёт быстрее и целенаправленнее, чем до сих пор.

— Домой.

— Уже?

Эдне стало досадно. До сих пор как-то казалось, что этим вечером ещё могло что-то произойти, например, какой-то важный разговор, объяснение… Но, похоже, она проворонила момент.

Джей глянул на неё — вспышка фейерверка высветила его лицо, хмурое, кислое. Он помолчал, словно собираясь с мыслями, а потом выдал напряжённым голосом, точно так, как говорил о своём освобождении:

— Я думал, у нас и есть особая встреча. То есть свидание. Ну а раз нет, то чего ходить без дела?

Эдна не ожидала, что Джей знает, что такое свидание. Пора была признать, что она вообще ничего не знала о том, что известно и неизвестно Лайму с речевой аурой от Юдзу. Или, может, стоило учитывать то, что он уже несколько недель живёт среди людей, притворяясь одним из них? Или — не настолько он наивный, как ей казалось?

— А ты хотел бы, чтобы это было свидание? — тихо спросила она.

Джей пожал плечами.

— Я не хотел бы ставить тебя в неловкое положение.

Эдна заморгала и остановилась.

— Это какое же?

— Ну… — Джей тоже встал посреди дороги, но смотрел не на Эдну, а куда-то вниз и вбок. — Ты же не пошла бы на свидание со Свити.

Эдна открыла рот, закрыла его и тут же упёрла руки в боки, при этом не отпустив руку Джея.

— Это ещё почему?!

Из-за её жеста они оказались очень близко друг к другу, и Эднино лицо теперь было у Джея прямо под носом, так что не отвернёшься. Он неуверенно заглянул ей в глаза.

— Я не знаю. Но люди не ходят на свидания со Свити.

В темноте его глаза светились синим, напоминая о его нечеловеческой природе, и такая подсветка его не украшала, но Эдне было всё равно. Мало ли какие приблуды кто использует — очки там артефактные, уши кошачьи, кто-то вон когти отращивает, а кто-то, наверное, и хвост. Магия всё позволяет. Эдна родилась и выросла в столице, где на улице можно было встретить хоть ящера, хоть медведя, благо эстетическая магомедицина процветала. Грань между человеком и нечеловеком представлялась Эдне скорее покатой округлостью.

— Ты же сам говорил, что я отношусь к тебе, как к человеку, — припомнила она.

Джей опустил свои опахала-ресницы. Нет, что ни говори про логрокантских извергов, но они умели делать красиво.

— Ну это в обычных делах. А так… массаж ты не хочешь, в ванную нельзя… Я же понимаю, что это значит. Пока я был для тебя всего лишь артефактом, было можно, а теперь, раз я разумный, то всё. Уже не хлебопечка, ещё не человек. Люди бывают двух видов: те, кто пользуется Свити для удовольствия, и те, кто считает это отвратительным. Я теперь понимаю, что ты — из вторых.

Эдна надулась от возмущения.

— Что ты там понимаешь?! Я же думала, что ты подневольный! Я же не знаю, может, тебе положено даже невысказанных желаний слушаться! Не стану же я тебя заставлять, я ведь думала, ты не сможешь отказаться, понимаешь?

Опахала взметнулись вверх.

— Но теперь ты знаешь! Я же тебе сказал! И ничего не изменилось.

Эдна нервно взмахнула руками.

— Что я знаю-то?! Что я для тебя — как варенье? И что это значит? Может, ты съесть меня хочешь, а может, в кладовку убрать! Как я должна была понять из этих слов, что ты вообще знаешь слово свидание?

Выпалила и замерла. И Джей напротив тоже застыл. Пару секунд они просто смотрели друг на друга, как будто только что впервые увидели такое странное существо.

— Подожди, — медленно произнесла Эдна, — то есть ты на самом деле всё понимаешь? В смысле, про отношения?

Джей быстро кивнул, как будто спешил перейти к чему-то важному, и спросил:

— Так у тебя… есть насчёт меня какие-то желания?

Эдна фыркнула.

— А ты чуть не голым по дому рассекаешь — и прям не догадываешься!

Уголки губ Джея медленно поползли в стороны.

— Ну… я немножко надеялся тебя соблазнить. Но ты такая стойкая… Я уже почти отчаялся.

Эдна тяжело вздохнула и уронила лоб ему на грудь.

— Я вообще не стойкая. Потому и не хотела, чтобы ты меня трогал лишний раз. А то вот так взяла бы и не устояла. А ты — котик.

— Ну, теперь-то не устоишь? — хмыкнул Джей.

Эдна помотала головой, возя лицом по его рубашке.

— Отлично, — промурчал котик. — Я тоже думаю, что лучше не стоять, а лежать. Причём дома.

Эдна сделала над собой усилие и всё-таки подняла голову, чтобы глянуть в светящиеся глаза.

— Ты же у меня в спальне лежать собрался, правда? И не пойдёшь потом посреди ночи ничего мыть на кухне?

Джей на мгновение растерялся.

— Я тебе мешаю шумом?

Эдна хлопнула его ладошкой по груди — так приятно было наконец разрешить себе трогать.

— Ты мне мешаешь своим отсутствием в моей кровати!

Пару секунд Джей обдумывал эту мысль.

— То есть ты хочешь, чтобы я остался? До утра? Как люди? — на последнем слове его голос внезапно дал петуха, как в самые первые дни.

— Ну конечно, оставайся, — пробормотала Эдна, внезапно смутившись. — Ты жемойкотик.