Новая жизнь Джей

Глава 19 Идентификация

Включение инициировано. Источник питания активирован.

Загружены ауры: 1/10… 2/10…

…10/10.

Вычислительный центр загружен. Свити готов к работе.

Джей редко видел последовательность своей инициации. Когда он перезагружался умышленно — ради сброса всякого мыслительного мусора или по приказу, — загрузка пролетала незаметно, он не успевал всё это прочитать. Насильно его перегружали, может, всего пару раз, он точно не помнил. Да и не до буковок ему было в те моменты.

Сейчас же он вертел в уме загрузочное сообщение и не мог понять двух вещей: во-первых, кто писал этот отчёт, если вычислительный центр грузился последним? Во-вторых, а где же загрузка центрального артефакта? Джей всегда был уверен, что в центре его груди помимо источника питания находится ещё та штука, которая и делает его разумным, ведь вычислительный артефакт — это штука вроде леденца, только мощнее, и она разумной быть не может. Получалось, центральный артефакт не уходил в перезагрузку? Но как, если источник питания отрубался? У него что, независимый есть?

— Джей! Джей! ДЖЕЙ!!!

Невнятный гвалт внезапно преобразовался в членораздельную речь — вот так медленно работали у Джея каналы, что пока до речевой ауры дошло сказанное, Джей успел столько мыслей передумать.

Он открыл глаза. Эдна виднелась в странном ракурсе, прямо перед лицом, но как-то сбоку.

— Ох хвала Сечебуке ты живой! — выпалила она, протянула руку в его поле зрения и погладила его по щеке. Джей закрыл глаза, чтобы снизить количество одновременно задействованных каналов ввода информации. Прикосновение хозяйки зарегистрировалось как приятное. — Эй! Ты опять отрубился?! Сбука, артефактор не отвечает, вот ты не мог сломаться в будний день, а?

Речевая аура набралась сил и выдала ответ, ловко увернувшись от сознания Джея:

— А ты не пробовала по выходным не работать и других не загружать?

Повисла тишина. Джей немного напрягся, не обиделась ли Эдна, но с удивлением заметил, что уже не паникует, как бы она его не наказала.

— Это у тебя речевая штуковина шалит опять, да? — наконец спросила она гораздо более спокойным тоном. — Ты как?

Поскольку она в какой-то момент перестала Джея трогать, он снова открыл глаза. На этот раз угол обзора стал пошире, и он понял, что лежит на полу, головой под краем стола с Церебрумом, рядом с диваном, а Эдна свесилась с дивана вниз головой, поэтому и находится сверху, но сбоку.

— Перезагрузился, — ответил Джей и медленно сел, осторожно пригнув голову, чтобы не треснуться об основание стола.

Тут же почувствовал на верхней губе что-то лишнее. Эдна квакнула. Джей пощупал под носом и глянул на пальцы — по ним растекалась чёрная эктоплазма.

— Сбу-ука-а… — тоненько пропищала Эдна.

Джей поморщился, встал — слегка покачнулся, едва не завалившись на бок, но выровнялся и дошёл до раковины, где смыл эту гадость. Эдна прискакала следом и переминалась с одной босой ноги на другую на прохладном кафеле. К счастью, новая эктоплазма не текла, так что Джей смог всю её вымыть.

— Ты это… — севшим голосом сказала Эдна. Джей глянул на неё, пока вытирал нос полотенцем. Глазищи у неё были на пол-лица. — Может, помочь чем? Может, тебя надо срочно в ремонт везти? Или в больницу?

Джей прислушался к своим ощущениям. В целом он чувствовал себя нормально, разве что устал быстрее, чем обычно. Гибернация бы не помешала. И ещё что-то такое… Что-то посасывало внутри — непривычно, ни на что не похоже. Джей устремил внимание туда и тут же почувствовал, как из носа вытекает новая порция эктоплазмы. Так, ясно, эксперименты со вниманием на сегодня закончены.

Эдна втянула воздух сквозь сжатые зубы, что заставило Джея поморщиться, пока он смывал чёрную дрянь. К счастью, она хоть не пахла. Однако краткое изучение странного чувства успело дать ответ, хоть и тоже странный.

За всю свою жизнь Джей так перенапрягался, чтобы эктоплазма из носа потекла, только один раз, и то не умственно, а физически. Тогда на него и ещё одного Лайма упал стеллаж с какими-то тяжеленными канистрами, и они вдвоём держали его несколько часов, чтобы он их не расплющил, а позвать на помощь не имели разрешения. Вот под конец этого дня у них обоих и потекла эктоплазма. Мастер тогда неделю ругался, не замолкая, и впоследствии всем Лаймам на время работы на складах разрешалось звать на помощь в случае аварийной ситуации.

Джей плохо помнил, как его чинили после этого. Вроде бы никак особенно… Дали уйти в гибернацию внепланово, а кроме этого… Кажется, мастер что-то в него залил, но Джей уже не мог вспомнить, что. Подтёрли ему архивы перед тем, как отдать его Эдне, это точно. Однако диагностика странного чувства внутри вполне сочеталась с оставшимся воспоминанием.

— Мне надо что-то съесть, — произнёс Джей непривычные слова. — Лучше сладкое.

Эдна метнулась к холодильнику, чуть не оторвала дверцу и принялась вынимать лоточки: грушевый мусс, творожный пудинг, банку протёртой с сахаром малины, черничное желе. Потом хлопнула дверцей и потянулась к верхнему шкафчику, из которого достала печенье, две шоколадки, мармелад, зефир, вафли и сливочные помадки. Джей в ужасе следил за растущей на столе горой сладостей. Ну, то, что в холодильнике, делал он, а остальное?..

— Это откуда всё?

— А… — Эдна хлопнула на стол последний пакетик с карамельками. — Да я вечно покупаю на перекус, на случай если мозги совсем не работают, но последнее время вроде нормально было, вот и накопилось.

Джей подумал, насколько приемлемо для Свити установить слежку за хозяйкой и отключать ей доступ к деньгам на то время, что Джея нет рядом, но всё же отбросил эту идею. Потом почитал состав на нескольких упаковках, отодвинул от себя всё сомнительное и принялся за малину, которую заготовил на случай простуды. Простуда не простуда, а за болезнь его состояние точно сойдёт. Холодная сладкая масса проваливалась в глотку, но не исчезала, как обычно, а так и текла куда-то там внутрь, по ходу нагреваясь и, наверное, впитываясь. Джей только порадовался, что удалил из лакомства все косточки.

Эдна помялась ещё между столом, за которым сидел Джей, и холодильником.

— Ты как себя чувствуешь? — наконец снова спросила она.

— Нормально, — сказал Джей между ложками. Во рту от малины всё слиплось, и слова звучали необычно. — Устал. Это было трудновато.

Эдна обошла стол, зашла Джею за спину и внезапно обняла его, прижавшись щекой к его затылку. Джей замер и опустил ложку, переваривая новые ощущения.

— Ты меня так не пугай, — тихонько попросила Эдна. — Ты, если трудно, так и говори. Я же не знала. — Она потёрлась лицом о его волосы. По спине Джея пробежали мурашки. — Надо же беречь себя, ну ты что.

Джей отложил ложку, перекрутился в поясе, как человек не мог, и обнял Эдну в ответ. Речевая аура молчала. Даже Юдзу не знал бы, что сказать человечке, которая переживала за своего Свити.

***

Клетчатая рубашка Джейлина оказалась мягкой на ощупь, а сам он, несмотря на паршивое состояние, был тёплым и приятно пах. Эдна зарылась носом ему в воротник, игнорируя маячащие на задворках сознания мысли про то, что Лайму, может, вовсе и не приятно. Она даже не помнила, чтобы хоть раз в жизни за кого-то так пугалась, хотя по молодости друзья и родственники влипали во всякие истории у неё на глазах. Сама же Эдна всегда была ужасно благоразумной.

Отогнав размышления о прошлом, она сфокусировалась на здесь и сейчас — погладила Джея по спине. Мягкий, как котик. Её рука замерла посерёдке.

— У тебя сердце не бьётся! — выпалила она и отстранилась.

Джейлин выглядел живым, но каким-то виноватым. Даже уши опустились.

— По умолчанию не бьётся, — подтвердил он. — Запустить?

Эдна открыла и закрыла рот. С чего она взяла, что у Свити должно биться сердце? Удивительно, что оно у него вообще было… Или, может, не было, но Свити мог имитировать сердцебиение. Точно, люди же с ними, ну… развлекаются. Эдна попыталась себе представить, как бы почувствовала себя, если бы заметила, что у её партнёра не бьётся сердце. Ну, как сейчас, примерно. Но если бы помнила, что он — Свити… Кто вообще в здравом уме станет развлекаться с подневольным Свити?

Хотя, может, они, как и сама Эдна поначалу, думали, что Джейлин — артефакт. Если они не общались с ним ежедневно, а только встречались в определённом ограниченном контексте, могли и не понять. Но… спать с куклой? Впрочем, какое Эдне дело до чужих увлечений. Кто-то вон в Церебруме себе держит персонажей из любимых сериалов, которые им, как сказочное зеркало, комплименты говорят. В принципе от этого до удовлетворения с Лаймом не так далеко, особенно если в местной культуре это не порицается.

— Если тебе так норм, то не надо, — в итоге ответила Эдна. — Тебе, наверное, напрягаться сейчас будет лишним.

Джейлин пожал плечами и вернулся к варенью. Эдна только сейчас заметила, что так, как он перекрутился, люди не могут.

— У тебя вообще сердце-то есть? — всё-таки спросила она.

Джей замер, не донеся ложку до рта, и почему-то прижал уши.

— Нет. Но тело может имитировать пульс.

Эдна кивнула своим мыслям. Захотелось ещё погладить его по спине, но Эдна сдержалась. Джею сейчас нужен был покой и отдых, а не приставания навязчивой человечки, которая была для него в основном источником проблем.

И если Эдна хотела изменить свой образ в глазах этого Свити, то надо было как-то работать в том направлении. Вот только у неё даже на подумать об этом не было сил.

— Когда доешь, иди отдыхать, — предложила она. — Я тут приберу сама.

Уши, которые начали было подниматься, прижались снова. Джейлин просил на неё странный взгляд, едва обернувшись, и молча прикончил варенье.

Когда он ушёл, Эдна неохотно поплелась к Церебруму. Она и до происшествия работать не хотела, а теперь вообще волоком себя тащила, и понимала, что, скорее всего, протупит до ночи, а пользы будет пшик. Но если даже не попытаться, будет чувствовать себя виноватой и не заснёт, потому что собиралась сделать всё это ещё вчера, а в итоге прогуляла почти до вечера и ничего не успела.

Кое-как взяв себя в руки, она открыла пузырь с отчётами. Была слабая надежда, что Джейлин поможет, но, очевидно, он к такому не приспособлен. Всё-таки с документами работают Юдзу, у них движок мощнее, а одной только речевой ауры тут недостаточно.

Эдна поймала себя на том, что вместо того, чтобы открыть первый отчёт и начать работать, она бездумно раскручивает карусель документов в пузыре и смотрит, как они плавно проезжают перед глазами и замедляются. Она уже почти дала себе по рукам, когда заметила незнакомый документ, причём не текстовый, а таблицу. Вроде бы такого тут не было. Из любопытства — и прокрастинации — она его открыла.

И несколько минут не могла поверить своим глазам.

Это была огроменная таблица, содержавшая все замечания из отчётов прошлого года — Эдна узнала некоторые в лицо. Каждое из них было помечено тегами — даты, клиент, тип предприятия, тип формы, а ещё ключевые слова и связи между схожими замечаниями.

Эдна мотала таблицу туда-сюда, пытаясь понять, откуда она взялась, пока не сообразила посмотреть на сведения о создании. Сегодняшняя дата, время — полчаса назад, создатель — Лайм-54С (К57071ВА) 0089-6574-7712-FBLJ.

Джей. Джейлин вчера у артефактора сказал ей, что Джей — это последняя буква его серийного номера.

Значит, Джей не зазря перенапрягся. Он сделал то, что она просила. Сбука, он сделал в тысячу раз больше, чем она просила!

Эдна запустила руки в волосы. Её штормило. С одной стороны — это означало, что работа пойдёт в разы быстрее, причём не только с нынешним клиентом, но и в перспективе. Замечания же по большей части повторяются, а если вдруг попадётся что-то новое, будет несложно внести его в эту же таблицу и протегать. С другой стороны — это как же она теперь должна Джею! Он так выложился, что чуть не помер, а она ему и спасибо не сказала! И чем его благодарить? Он ведь ни о чём не просил… Ну да, она обещала сходить с ним к морю, но разве это сравнится?.. Да после такого подарка даже если он попросит отдельный дом и больше никогда Эдну не видеть, она будет обязана выполнить всё в точности.

И от этой мысли внутри вдруг стало пусто и холодно.

***

Когда Эдна не вышла к завтраку, Джей забеспокоился. Но разрешения её будить у него не было. Конечно, он больше не зависел от разрешений, да и Эдна плохо понимала, как они работали, но даже если забыть про ауры и контроль, Джей не мог просто так пойти и разбудить человека без особых на то указаний.

Завтрак сиротливо остывал на столе, кофеварка стояла наготове в любой момент начать работать, но Эдна не спускалась. Джей подключился к Церебруму и выяснил, что Эдна вчера полночи просидела за ним — сначала работала с той таблицей, которую Джей сделал, а потом чуть не до света смотрела какую-то беспорядочную чушь. Что ж, неудивительно, что теперь она не могла проснуться.

Джей вздохнул. Сон — это для людей важно. Пускай спит.

А море плескалось у пляжа, скрытое всего несколькими домами.

Джей понял, что не может больше это терпеть. Разбудить Эдну он не мог, идти к морю одному — во-первых, было ещё страшновато, а во-вторых, половина смысла прогулки была в том, чтобы вынудить Эдну хоть немного подвигаться. Все домашние дела он уже переделал, и оставалось только одно — поехать в город оформить документы.

Эта перспектива пугала почище моря, но тут уж Джей обещал, что съездит сам. Информацию Эдна ему прислала ещё вчера, пока он был в гибернации, так что внешних преград не оставалось. Что же до внутренних — Джей понял, что злится. У них был план. Договорённость. Эдна обещала. А в итоге он бездарно промаялся всё утро, не сделал ничего ни для неё, ни для себя, и вообще, так и лето кончится, а они к морю не сходят.

Джей пошипел в пустоту, переоделся в новую клетчатую рубашку, которую купил во время шопинга с Эдной — точно такую же, как старую, но новую. И пошёл на станцию.

Когда проходил мимо кофейни, его внезапно поманил аромат свежей выпечки. Нет, запах этот всегда был для Джея приятным, но вот так чтобы прямо захотелось зайти и что-то купить? Более того, съесть? Джей, конечно, сдержался, но вся эта ситуация с перегрузкой, перезагрузкой и странными потребностями тела его нервировала. Вспомнить бы, что мастер тогда в него вливал… Но память не содержала ответа.

Джей сел в поезд в сторону Концеречья — туда они ходили чаще, чем к рынку. Ехать тут было всего минут сорок, и Джей употребил это время на то, чтобы вытрясти из информационной ауры всё, что касалось Свити, перегрузок и текущей из носа эктоплазмы.

Понятное дело, Цитрус ничего на этот счёт официально не публиковал: во-первых, устройство Свити — проприетарная информация, а во-вторых, за починку любых поломок компания хотела получить денег.

Однако не Цитрусом единым эфир полнится. Джей нашёл несколько каналов из самого Логроканта, а ещё парочку кралийских и один теасский — причём последний явно был для корпоративной переписки, но попадал в выдачу поиска, потому что директора жёстко сэкономили на эфирной безопасности. Джею всего-то и понадобилось, что подтвердить, что он человек. Как будто только люди могут опознавать Импульсы на снимках!

Джей всегда знал, что для Свити принадлежать корпорации намного лучше, чем частному владельцу, потому в корпорации были правила обращения с казённым имуществом, и за вред, причинённый Свити умышленно или по халатности, сотрудники получали штрафы, выговоры, понижения в должности, а в крайних случаях даже увольнения. Не всегда и везде, но у них хотя бы было представление, что это может не сойти с рук. Частный же владелец был волен творить что угодно и рисковал при этом только тем, что Свити сломается и не сможет выполнять свои функции.

Джей продрался сквозь ворох историй, от которых у него кожа на спине собиралась в пупырки, прищурив виртуальные глаза, чтобы не всматриваться. Новая речевая аура позволяла выхватывать из текста ключевые слова, не пропуская его через себя в подробностях, чем Джей и воспользовался.

Уже на подъезде к конечной станции Джей наконец нашёл в стогах этой мерзости то, ради чего в неё погрузился.

"От перенапряга патока помогает, — писал какой-то свитивод в теме о Клементине, у которого эктоплазма текла не только из носа, но и изо рта и ушей. Джей не вчитывался, что с ним для этого сделали. — Ещё жжёный сахар или там леденцы такие детские, на палочке. Сахар, короче, нужен, от него что-то там восстанавливается у них, мне мастер так сказал. Работает безотказно. Патоку вообще можно ему в рот заливать прямо в отключке, даже так подействует."

Джей неловко вдохнул и кашлянул, представив себе это.

"Странно, какая связь сахара с эктоплазмой?" — спрашивал другой комментатор.

Советчик не ответил, но ещё один знаток написал так:

"Эктоплазма отделяет центральный артефакт от внешнего мира. От перенапряга он расширяется и её выдавливает, но слишком тонкий слой эктоплазмы плохо фильтрует внешние магические воздействия, и центральный артефакт хуже работает. Поэтому вокруг всего этого обматывают сеть из мелких симбионтов, которые превращают сахар в эктоплазму. Это законсервированные души каких-нибудь мелких животных, у Лаймов, например, обычно кошачьи."

Джей не проехал свою станцию только потому, что она была конечной. Он едва включился достаточно, чтобы выйти, когда в вагон уже зашла работница в униформе, чтобы проверить, что пассажиров не осталось.

В нём жили коты-симбионты! Вот, значит, почему чесание за ушами так действовало? Оно действовало не на Джея, а на котов! А ещё он припомнил, как странно примагничивался его взгляд к магомеханической птичке, когда та чистила пёрышки. Что же это получалось, Джей сам отчасти кот? И что тогда в другой части? Ведь, насколько знала информационная аура, коты не разумны. И артефакты не разумны. Почему же тогда разумен Джей?