Моя Академия 8

Глава 15 Ведем разговор о важном

— Банк, казарма, госпиталь, — сухо перечисляет Кир.

— Ладно банк, но казарма и госпиталь? — удивляюсь. — Очень странно.

— В госпитале все военные, — поясняет парень в капюшоне. — В казармах батальон зачистки. Они верные слуги режима.

— В банке находится всё, что у вас есть из амулетов? — снова задаю вопрос — и замечаю ещё один типичный ход следаков. Теперь становится понятно, почему они по десять раз задают одни и те же вопросы, просто меняя формулировки и добавляя детали. — Может, есть ещё тайники? — Парень мотает головой. — А ключи, кроме тебя, у есть у кого-нибудь ещё?

— Сегодня — у меня, — с гордостью отвечает Кир.

— А завтра? — уточняю.

— А завтра отдам ключ шестому, — поясняет парень. В его голове не откладывается, что никакого ключа теперь нет. Тоже неплохое свойство менталистики. Если Ариадна правильно наложит блок, то Кир никому не сможет толком рассказать о пропаже. Он физически не вспомнит. Просто этот момент уйдётт из зоны внимания. Украли или потерял — на этом их, так называемая, «ячейка» потеряет достаточно времени.

В голове возникает еще одна мысль.

— А когда ты снова получишь ключ? — задаю вопрос. — Для хранения или работы?

— Когда мне понадобится, — Кир не поддерживает мою идею пересчитать по дням число студентов, и снова сознательно или бессознательно уводит разговор в сторону. — Сегодня требовалось убрать опасных свидетелей.

— Понятно. Где еще можно взять такие же модули? На благо революции, конечно, — добавляю и вижу еле заметную улыбку парня.

— Нигде, — с сожалением произносит Кир. — Профессор погиб, а его ученик делает грубые поделки. Они даже близко не идут в сравнение с последними версиями модулей профессора.

— Но работают? — спрашиваю и снова кидаю взгляд в окно.

Рядом по-прежнему никого. Люди сюда просто не доходят: останавливаются в заведениях или спускаются к воде чуть раньше. За работой время пролетает быстро — водитель успевает несколько раз пройтись по набережной туда-сюда. Сейчас его не видно. Возможно, сидит где-нибудь в ближайшей к этому месту забегаловке. Возвращаться не торопится, и это нам на руку. Допрос парня воспринимаю именно как работу — чувствую, как напрягается все тело перед каждым следующим вопросом. Напоминает поход по минному полю, но более безопасный, но от этого не менее нервный. Проникаюсь к менталистам некоторым сочувствием.

— Работают, — подтверждает Кир. — Только для их активации нужно очень много магии и соблюдение ряда условий. — Парень пытается заманить меня в ловушку собственных вопросов. Похоже, все-таки сопротивляется. Пусть и не напрямую.

— Кто его ученик? — перевожу тему.

— Первый, — как само собой разумеющееся отвечает студент.

— Ты можешь его описать? — делаю очередную попытку докопаться до личностей.

Кир тут же замолкает.

— Ларион, всё, что связано с участниками из их ячейки: количеством, именами, описаниями — он, похоже, не скажет, — негромко произносит Ариадна. — Чувствую, как сознание сопротивляется.

— Да, я так и понял, — киваю. — Но решил перепроверить. Ладно. И много у вас таких ячеек? — задаю следующий вопрос парню.

— Мы везде! — с гордостью выпрямляется Кир. — Союз за свободу народа! В империи будут ячейки в каждом городе. Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы народ поднял знамя борьбы.

Прокручиваю в голове всё, что мне говорил Кир. Пытаюсь понять, в какие именно моменты парень пытался уйти в другую сторону от вопроса.

— А у вас бывают общеимперские слёты? — уточняю.

— Конечно! — приободряется студент. — На следующем слёте наша ячейка займет полагающуюся ей роль и поведет остальные две за собой! Только у нас есть возможность так сильно влиять на империю!

Негусто у них с численностью. Но это не моя проблема.

— А в другие города ваша ячейка выезжает? — спрашиваю. — Сколько сейчас человек в нашем городе?

— Сейчас двое, — отвечает Кир. — Я и шестой. Остальные на задании.

— А какое задание? — уточняю, не очень сильно надеясь на ответ.

И парень не разочаровывает — ничего не отвечает. В принципе, предсказуемо, но попробовать стоило.

— Понятно. Значит, твои товарищи ездят на гастроли, — делаю вывод. — А где вы собираетесь? — задаю ещё один вопрос, и вместо ответа парень опять молчит.

— Он устаёт, — шепотом поясняет Ариадна.

— Да, я так и понял, — вздыхаю. — Нужно всё-таки постараться поставить тонкий блок — так, чтобы он забыл пару дней. Забыл нас, но помнил всё остальное. На него выйдет имперский маг, и Кир должен ему всё это рассказать. Попробуй постараться не сжечь его разум. Если сложно — то черт с ним. Главное, чтобы не вспомнил нас.

— Мы вроде не касались болезненных для него тем, — сообщает Ариадна. — Защита так и осталась почти неактивной. Скорее всего, у меня получится.

— Постарайся, пожалуйста, — прошу девчонку и осматриваю парня.

Абсолютно непримечательная внешность — встретишь такого в толпе, забудешь через две минуты. Тёмные волосы, недлинная челка, непримечательная одежда.

Прикидываю: если имперский маг с безопасниками выйдут на этого парня… а они обязательно выйдут, то тут ничего сложного. Хотя — стоп. Как они выйдут, если он не был с профессором в Очаге? Следовательно, они выйдут на кого-то другого. Более точное описание вытянут из группы. Виктор упоминал ребят со шрамами — а это достаточно хорошая примета. Думаю, безопасники достаточно быстро найдут остальных, кто находился с этим профессором в Очаге. Значит, до этого парня тоже рано или поздно доберутся. Тем более, если они хоть как-то взаимодействовали.

Ладно, пусть его.

Задумываюсь. Модули, пожалуй, оставлять не буду. Моё человеколюбие не простирается настолько. Эти штуки мне и самому пригодятся. Делал их только профессор — значит, подобных больше нет. Разве что, его ученик может делать грубые поделки. Теперь понятно, почему все перемещения настолько разные. Академия просто стала испытательным полигоном для поделок, как профессора, так и его ученика.

Жаль, что забыл задать вопрос по поводу менталистов — остается непонятным, как он смог обойти вербовщиков. Это, по идее, тоже важно, но по большей степени не для меня. Да и шансы на ответ стремились к нулю.

Вижу, как на лбу Ариадны выступают капельки пота. Не хочется больше мучать девчонку. Да, информация про вербовщиков нужная и важная, но лично мне она ничего не принесёт. Пусть брат директора сам докапывается — тем более, у меня почти нет сомнений, у него получится.

— Всё, — выдыхает менталистка. — Сейчас Кир заснёт, проснётся и уже ничего не будет про нас помнить.

— У тебя получилось? — спрашиваю у девушки.

— Да, и вроде бы очень неплохо, — с лёгкой гордостью заявляет она. — Я же в первый раз занималась чем-то подобным. С неодаренными легче — их сознания более податливые и предсказуемые. С магами приходится работать немного иначе. Всех тонкостей не расскажу, но они тебе и ни к чему. Самое интересное — знания сами всплывали в памяти, будто я всегда это делала. Не ощущались полученными из пакета информации Кольцова как раньше.

— От лже-Кольцова, — задумчиво поправляю.

— Пусть, уже неважно, — соглашается девушка. — Важно, что работалось по-другому. Очень необычно, но мне понравилось.

— Ладно. Давай отправим парня на набережную, пусть поспит, — предлагаю завершить наш допрос и оставить его тут.

— Прямо здесь? — удивляется менталистка.

— Почему бы и нет? Пусть спустится к воде, поспит на камнях, — киваю за окно. — Никто из прохожих его отсюда не заметит. Проснётся — сам доберется до дома. А нам с тобой, пожалуй, надо бы съездить в банк.

Разговариваю с девушкой, а сам смотрю на Кирилла: он, под влиянием менталистки, оступаясь, спускается к реке по камням.

— А он нас точно не вспомнит? — уточняю. — Всё-таки тоже менталист как-никак.

Ариадна задумывается и провожает парня взглядом.

— Знаешь, я же не очень опытный маг, — пожимает плечами девушка. — Больше того — сегодня впервые так плотно работала со своим даром. В Академии такое показывать нельзя, иначе какие мне увольнительные? Посадят под замок и никаких разговоров. Для преподавателей я обычная начинающая, просто чуть старше остальных на курсе. А здесь — оказывается, много чего могу.

— Как минимум, прямо сейчас противостоишь менталисту, — киваю на парня в капюшоне.

— А-а, — машет рукой Ариадна. — Какой там менталист. Да, сильный, но без должного обучения. Я уже поняла. Его проблема простая — он слишком односторонний. Не может навязывать что-то другому человеку. Парень, кстати, страдает из-за этого. Инициация у него была так себе: делал ставки на скачках. Играл на последние и случилось так, что инициировался прямо на трибунах.

— Разве его при этом не заметили? — удивляюсь.

— В том-то и проблема, — соглашается менталистка. — Он инициировался очень криво. Эта часть воспоминаний у него вообще никак не защищена. Кир почти все время переживает «а если бы…». Только ничего уже не поменяешь — есть как есть. В который раз удивляюсь, насколько мне повезло с моим талантом.

— А почему кривая инициация? — спрашиваю Ариадну.

— Парень усилил чувства почти всех зрителей скачек, — объясняет девушка. — Не навязал ничего нового, просто выкрутил ощущения, и то не сильно. Может быть, на четверть. И, понимаешь, что получается? Три трибуны — казалось бы, огромная мощь, но никаких новых вводных. Никто даже не заметил изменения в своём состоянии. Да и окружающие вели себя плюс-минус так же как обычно. Чуть больше возбуждения, пара-тройка драк… В общем, почти всё в пределах нормы.

— Так вот почему торговцы из подворотни так странно меня атаковали? — догадываюсь. — Просто навязывали товары и выполняли свою работу. Просто чуть активнее, чем обычно и все сразу.

— Именно, — подтверждает Ариадна. — Примерно об этом ты и говорил.

— Всё равно, у него есть мощь и не маленькая. Менталисты должны были заметить, — размышляю. — Научили бы. Главное, что силы есть, просто Кир не умеет ими пользоваться.

— Так не работает, — качает головой Ариадна. — В Академию его так и так не возьмут. Из-за неправильной инициации могли даже заблокировать его дар — при этом официально. По крайней мере, парень именно этого и боялся — видимо, наводил справки. Зато времени зря не терял — научился виртуозно играть на желаниях и эмоциях других людей.

— По мне — так отличное умение, — улыбаюсь.

— Согласна, — кивает девушка. — Особенно, если до этого не иметь никакого.

Кир медленно спускается к воде. Ариадна его не торопит: либо не может, либо специально всё делает аккуратно, чтобы не навредить парню. В следующий момент понимаю, почему она медлит.

— Ты уверен, что нужно оставить его в живых? — спрашивает менталистка. — С нами он не особо церемонился. Тем более, учитывая всё то, что происходило в лесу, парень с полной уверенностью выписал нам билет в один конец.

— Не уверен, — глубоко вздыхаю. — Единственное, почему нельзя его сейчас убить — Кир знает то, что обязательно должно стать достоянием следователей. Они постепенно на него выйдут — невелика сложность. А вот то, что находится внутри ячейки банка, нужно лично мне. Очень здорово, что мы можем получить модули без лишних заморочек. К сожалению, нет теории и нет понимания, но практического воплощения пока хватит, раз до профессора больше не добраться. В идеале, конечно, найти его ученика… но раз его нет в городе, то пользуемся тем, что имеем.

Верчу в руках ключ-амулет от банковской ячейки.

— Пусть парень полежит тут, — киваю в сторону набережной. — Убивать не стоит. Тем более, если последние два дня исчезнут из его в памяти. Не останется никаких следов, ведущих к нам. Да и в первый раз он вышел на нас случайно. Конкретно меня, похоже, ищет другой человек, — задумываюсь. — Давай лучше решим, что будем делать внутри банка. Не хотелось бы оставлять там следы. Даже если потом рыться в мозгах придёт не профессиональный менталист, а вот такой недоделанный, как Кир. Уверен, что после того, как с ним поговорят, профессиональный тоже будет.

— С чего ты взял, что вся эта история так заинтересует следаков? — спрашивает Ариадна.

— Модули, про которые говорил Кир, как мне кажется, нужны следователям, — предполагаю. — У них целая куча дел, связанная с прорывами и с исчезновениями. Хотя в данном случае вообще не понимаю суть — парень ничего не знает про прорывы. Твердит только про свои модули. А ведь там два разных направления, но оба ведут в одну сторону — к пространственной магии. Не думаю, что это совпадение.

— Не совсем понимаю, о чем ты говоришь, — устало выдыхает менталистка. Видно, что манипуляции с магом ей даются хоть и не из последних сил, но тяжело.

— Не обращай внимания, просто мысли вслух, — отмахиваюсь.

— Нет уж, попробуй объяснить, — улыбается девушка. — Как говорится, сказал «А», говори «Б».

— Ладно, смотри, — начинаю объяснять. — У нас есть два феномена, которые следователи записали в один. И я об этом точно знаю.

Ариадна выжидающе молчит.

— У нас есть прорывы другого мира, некоторые из них создают искусственно, — продолжаю рассказывать то, что мне известно. — И есть вот такие вот ворота для исчезновения людей, — киваю на Кира, — которыми занимаются они. Несмотря на то, что, вроде как, и то, и другое работает с пространством… — Прикидываю. — Во-первых, работа идет с разными мирами — но это мои подозрения. Во-вторых, противоположный принцип. Здесь без сомнений два разных направления. Это сборище студентов существует отдельно от реальных террористических актов, как тогда — с моим поездом.

— Считаешь не все так однозначно? — Девушка приподнимает бровь.

— Есть у меня лёгкое подозрение, что за смертью профессора и за активностью этих студентов стоит что-то другое, — отвечаю. — Кто-то просто решил по шумок прикрыться похожим феноменом-исследованием. В принципе, довольно успешно — следователи записали все схожие происшествия в одно дело. Только мне кажется, что после нахождения этой группы, дело закроют. Этих не очень умных студентов другая группа просто использует для маскировки.

— Знаешь, Ларион, — вздыхает Ариадна, — если честно, мне пока хватило приключений на сегодня. Всё, что ты сейчас сказал, я не до конца поняла, но расспрашивать не буду. Мне вся эта информация пока не к спеху. Возможно, потом когда-нибудь… — улыбается девчонка.

— Возможно, — улыбаюсь в ответ. — Я просто пытаюсь сказать, что именно поэтому торопиться нам не нужно. Не стоит преждевременно убивать парня — нужно, чтоб его арестовали и допросили. Со своей стороны дам пару намёков следствию.

— А ты можешь? — удивляется менталистка.

— Да, в происшествии с поездом я официальный потерпевший, — рассказываю. — Уверен, что с братом директора мы ещё неоднократно встретимся. Чем-то я его все-таки заинтересовал.

— Брат директора? — переспрашивает девушка. — Ты уже второй раз его упоминаешь. Он какая-то важная шишка?

Никак не могу привыкнуть, что Ариадна не в курсе подробностей того, что происходит в нашей Академии. После нашего совместного выхода мне кажется, что мы работаем далеко не первый раз.

— Имперский маг, — поясняю. — Он оказался братом нашего директора, и меня с ним познакомили лично.

— Надо же, — с нотками зависти и восхищения качает головой Ариадна. — Какие интересные у тебя знакомства.

— Да уж, — ухмыляюсь. — Ладно, надо выдвигаться в банк, и сделать так, чтобы там нас не особо запомнили. Ещё лучше — чтобы не запомнили совсем. Снимем ячейку и заодно вытащим из их четыреста восьмой всё, что там лежит.

— Думаешь, нам позволят? — спрашивает Ариадна.

— Ну, смотри. Какие условия получения вещей из ячейки? — задаю вопрос.