Мастер драгоценных артефактов

Глава 19

Мы с Германом быстро покидали деревню по его тайной тропе. Он двигался бесшумно, как тень, и я, стараясь не отставать, думал о том, что взял правильного специалиста.

Через полчаса мы вышли к рощице, где ждал мой отряд.

Мои люди, увидев нас, мгновенно насторожились. Балбесы схватились за копья, но я поднял руку в знак приветствия.

— Свои! Знакомьтесь, это Герман, наш новый следопыт.

— Рад встрече, молодёжь, — широко улыбнулся тот.

— Здрасьте, — широко улыбнулся Юлиан, продолжая тыкать в нашу сторону копьём.

— Оружие убери, — вздохнул я. — И собирайтесь, быстро. Надо сваливать.

Они засуетились, начали седлать лошадей. Семён, сжимая рукоять посоха, подошёл ближе.

— Что такое, ваша милость? За нами хвост?

— Нет, вроде бы всё должно быть нормально, — ответил я, поправляя седельную сумку Громилы. — Но инциденты разные могут произойти. Лучше не задерживаться.

Только я это произнёс, как из деревни, раздался резкий, пронзительный звук. Боевой рог.

Я вздохнул.

— А нет. Поспешить всё-таки придётся. Кажется, староста оказался даже более гнилым, чем я думал.

Я предполагал, что он просто заберёт деньги и спишет Германа как «пропавшего без вести». Мол, поехал куда-то и не вернулся, ну и хрен с ним. Но нет, этот скользкий тип решил выжать максимум: взятку забрать, а потом ещё и «бдительным гражданином» перед начальством выступить.

— По коням! — рявкнул я, вскакивая на Громилу. — Герман, давай, выводи нас.

— Вон по той тропе, — тут же указал он, садясь на свободную лошадь.

Мы рванули прочь. Хотя рванули это слишком громко сказано. Скакать по лесной тропе галопом — самоубийство. Не видно же ни хрена.

А звуки погони за спиной становились всё громче. Слышался отдалённый топот копыт, окрики. Как бы мы ни старались запутать следы, преследователи не отставали.

Это заставило меня насторожиться. Ночь, лес, мы петляли… Как они нас так уверенно ведут? Дело явно не в следах копыт — их тут полно, да и темень. Значит…

Я поравнялся с Германом.

— Слушай, тут дело нечисто. Они нас как-то чуют. Вы тут что, отпечатки ауры сдаёте? Или ещё что-то подобное?

Следопыт кивнул.

— Конечно. Для безопасности. Все, кто на службе у барона или живёт на его земле по особым разрешениям, как я… с нас берут слепок ауры. Чтобы своих определять. И чтобы искать, если кто пропал… или сбежал.

— М-да… А ты не подумал, что об этом следует предупредить?

— Откуда ж я знал, что за нами погоня будет, — с улыбкой пожал плечами Герман.

Ладно, понятно. Выходит, у врагов есть магический маячок. Довольно примитивный, но эффективный в пределах какой-то территории. Значит, у них с собой есть артефакт-детектор, который чувствует ауру Германа.

Проклятье! При таком раскладе оторваться нереально.

Значит, бежать смысла нет. Лучше устроить тёплую встречу.

Я резко осадил коня. Отряд остановился вокруг, люди вопросительно на меня посмотрели.

— Засада, — сказал я.

— Где⁈ — Лаврентий выхватил меч и бросил взгляд по сторонам.

— Мы сядем в засаду, — терпеливо объяснил я. — Герман, ты продолжай ехать вперёд по тропе. Лошадей забирай с собой. Выбери место, чтобы мы тебя нашли.

— Там недалеко овражек сухой, не пройдёте, — кивнул следопыт, сразу поняв мой замысел.

— Славно. До встречи, — я уже спешился и снимал с седла оружие.

Герман кивнул, резво привязал поводья наших лошадей к своему седлу и отправился дальше. Их силуэты быстро исчезли во тьме.

Мы спрятались по обе стороны узкой тропы, в идеальном для нападения месте — дорога здесь делала лёгкий изгиб, а с одной стороны был небольшой обрыв, заросший кустарником.

— Я начну, а вы подключайтесь, — прошептал я.

Лёша и Семён кивнули, крепко стискивая посохи. Для них это будет боевое крещение. Балбесы, приготовив копья, уже спорили, кто сколько врагов убьёт.

Конский топот приближался. Скоро я увидел в темноте движение.

За нами торопилось не меньше пятнадцати всадников. Вооружены хорошо: в звёздном свете на них блестело немало металла.

Я поднял посох и выпустил сразу очередь.

Град огненных сгустков понёсся вперёд. В их свете отлично было видно изумление на лице врагов.

Часть шаров угодила в землю перед гвардейцами, несколько досталось лошадям, а ещё несколько — самим всадникам. Ну и парочка пролетела мимо, потому что я особо не целился.

Испуганные лошади вскочили на дыбы, сбрасывая седоков. Воцарился непередаваемый хаос. Ржание, вопли, хруст костей под копытами. Музыка для моих ушей.

В этот момент с двух сторон дороги ударили мои огнемётчики. Один снаряд удачно врезался в морду бородатому гвардейцу, второй — в лошадь. Оба рванули в разные стороны, один с горящей бородой, другая — с пылающей гривой.

Схватив арбалет, я успел сделать два выстрела. Первый зачарованный болт удачно пробил насквозь одного противника и вонзился в руку другому. А второй вонзился гвардейцу в глаз и взорвался.

Зрелище так себе. Но на врагов подействовало изумительно, они аж присели. Может, даже готовы были свалить подальше, но я не дал им такой возможности.

— В атаку! — проревел я.

Юлиан и Лаврентий с дикими криками рванули вперёд, рубя направо и налево. Я выскочил с другой стороны, закрывая противникам путь к бегству.

Эффект неожиданности поработал ещё какое-то время, а потом нам стало тяжеловато. До гвардейцев дошло, что они превосходят нас числом, и они перешли в контратаку.

Я заколол одного, подрубил сухожилия другому, сломал рукоятью нос третьему. Лёша и Семён поддерживали нас редкими огненными залпами — молодцы, экономили силы и заряды кристаллов. Балбесы дрались отчаянно, но их силы постепенно таяли.

Юлиану распороли плечо, и теперь он отступал. Я пробился к нему, отвёл клинком смертельный удар и оттащил парня в сторону. Сунул ему целительный камень, а сам ринулся обратно в гущу боя.

Навстречу мне вышел разъярённый здоровяк в опалённом нагруднике. Судя по нашивке на рукаве — капитан гвардии. В одной руке он стискивал меч, в другой — топор. И явно был решительно настроен порубить меня и тем, и другим.

Ну, пускай попробует, мне не жалко.

Отваги ему было не занимать, а вот мастерства не хватало. Я ловко отразил удар меча, ещё ловчее перерубил древко топора. И вот мой клинок уже летит в горло соперника.

Оу! Меч отскочил, а рука онемела до локтя. В момент удара капитана окружила мерцающая плёнка, которая и спасла ему жизнь.

Ага, понятно. Защитный амулет или что-то вроде. Барон Рогозинский не жалеет денег на экипировку ключевых людей. Молодец, хвалю.

Противник взревел и сделал выпад. Я едва успел уклониться, между делом проткнул пузо другому гвардейцу. Одновременно создавал заклинание, вклиниваясь в защитное плетение. А затем выхватил камень, подбросил в воздух и ударил по нему.

Яркая вспышка осветила всё вокруг. Мгновение — и я порвал защиту капитана. Ещё одно — и мой клинок вонзился в брешь, а следом и в шею врага.

Эффектно получилось! Кто-нибудь видел? А, неважно.

Я краем глаза заметил лучника и вовремя взмахнул мечом, активируя чары. Стрела отскочила от клинка и вспыхнула зелёным. Ого, ядовитое заклятие. Не ожидал.

Подскочив к лучнику, я наказал его за подлость.

Чаша весов уже клонилась в нашу сторону. Мои огнемётчики обнажили клинки и кинулись в общую свалку. Юлиан, придя в себя, с новыми силами обрушился на измотанных врагов. Лаврентий размахивал отобранной у кого-то булавой, круша черепа и рёбра.

Может показаться, что мы тут очень рискуем из-за какого-то следопыта. Но это риск ради будущего. Ради мастера, который многому может научить моих людей. А ещё…

Я парировал удар меча, пнул врага под колено и добил коротким тычком в сердце.

…а ещё это опыт. И для меня, и для моих ребят.

В прошлой жизни я был крут. Но здесь приходится учиться заново. Я вот не знал, например, что в этом мире есть такие жёсткие защитные амулеты. Даже зачарованный меч не пробил. Или вот эта ядовитая стрела — тоже что-то новенькое.

Пару минут спустя всё было кончено. Лаврентий с размаху опустил булаву на лицо последнего гвардейца, и стало тихо.

— Все молодцы, — сказал я, тяжело дыша и стирая с лица кровь. К счастью, чужую.

Мы победили, но всё-таки нас жёстко потрепали. Я оглядел своих. Все на ногах, но изранены. Юлиану снова распороли то же плечо, Лёха ранен в ногу, а у Лаврентия два пальца на правой руке смотрят в обратную сторону. Один Семён остался невредим. Ну и я.

Хотя я чувствовал себя так, будто меня пропустили через камнедробилку. Сейчас бы чайку горячего и в кроватку… Но увы. Ни чая, ни кроватки в этом лесу нет.

— Собираем добычу, — скомандовал я.

Мои ребята кивнули, сбегали в лес за оставленными там рюкзаками. А вернулись каждый с парой пустых мешков в руках.

— Это вы что, заранее мешки захватили? — удивился я.

— Конечно, господин, — кивнул Семён. — Мы с дедом Макаром посоветовались, он сказал — если с господином куда-то едете, обязательно пустые мешки возьмите. Всегда добычи много. Вот и подготовились.

Трофеи оказались отличными. Вооружение у этих бойцов было очень даже качественным. Мечи, несколько луков, кинжалы, топор и булава. Доспехи — в основном кожаные с металлическими вставками, но досталась нам и пара кольчуг и, конечно, кираса капитана. Монетами мы тоже поживились.

Часть лошадей убежала слишком далеко, парочка оказалась случайно убита, но всех остальных мы забрали.

Мы запрыгнули в сёдла и поехали вперёд. Я раздал парням целебные камушки, так что их раны потихоньку затягивались, а силы восстанавливались.

Германа мы встретили возле указанного оврага. Он сидел на мшистом камне и беззаботно жевал яблоко. Увидев нас, выбросил огрызок в кусты и широко улыбнулся.

— Я уже хотел за вами возвращаться! Все живы, я смотрю? Что за шум был? Откуда столько лошадей? Вы ранены? Сколько их было? Гвардейцы барона? — посыпались вопросы один за другим.

— Всё потом, — отмахнулся я. — Поехали, нам лучше поторопиться.

Герман, не споря, сел на лошадь. Мы снова двинулись. Новые лошади, надо сказать, были не ахти — строптивые и не слишком-то выносливые.

Издалека снова донёсся звук рога. Новый отряд, наверное, вышел из деревни. Может, до них донёсся шум боя, а может, просто дополнительный отряд. Но они нас вряд ли нагонят, мы слишком далеко ушли.

Единственный неприятный момент — они всё равно знают примерное направление, куда мы отправились. Но я сомневался, что враги смогут выследить Германа в моих владениях. Во-первых, эти артефакты-детекторы, ищущие по слепку ауры, имеют ограниченный радиус. День-два пути — и сигнал, скорее всего, станет слишком слабым.

А во-вторых… я уже думал, как по приезду немного «подправить» ауру Германа. Это потребует времени и сил, но возможно.

Главное — мы ушли, и не с пустыми руками. Всё остальное — потом…

Барс сидел на своём привычном месте — на пне огромного дуба, служившем ему и троном, и табуретом, и наблюдательным пунктом. Атаман точил свою любимую саблю — видавшую виды, но всё ещё способную на дело.

Лагерь жил своей обычной, грязной и шумной жизнью. Где-то ссорились, где-то играли в кости, где-то уже храпели, нахлеставшись краденого самогона.

И вот в эту привычную картину врезалось движение. Послышался грохот, фырканье усталых лошадей, громкие, хриплые голоса. Барс поднял голову и прищурился.

В лагерь въехали три телеги. За ними следовала ватага — человек тридцать, не меньше. Они размахивали руками и бутылками, приветствуя товарищей.

Барс криво ухмыльнулся. Отлично. Это те, что ушли три недели назад на «заработки». Ну и, видимо, поработали неплохо.

Лагерь встретил их радостным рёвом. Кто-то уже бежал к телегам, заглядывая под брезент. Барс отложил саблю и поднялся, проведя ладонью по лысой голове.

Неспешно подошёл, и толпа перед ним расступилась. Он отбросил холстину, глядя на добычу.

Неплохо даже на первый взгляд. В первой телеге лежали тюки с тканями — шерсть, сукно, даже немного шёлка, а ещё прялка и десяток-другой пар обуви. Во второй теле была еда: зерно, мука, несколько бочонков с вином и солониной.

А в третьей — оружие. Вот это самое интересное. В основном, конечно, дубины, пускай и усиленные металлическими шипами. Но имелась и пара длинных мечей в ножнах, несколько топоров, связка дротиков.

— Атаман, вот самое интересное, — ему поднесли два сундучка.

Барс отщёлкнул крышки. В одном лежали медные и серебряные монеты. В другом — безделушки: ложки с узорами, пара подсвечников, женские украшения из низкопробного серебра и цветного стекла. Для продажи в городе — идеально.

— Нормально, — кивнул Барс. — Молодцы. Разгружайте. А вино открывайте сразу!

По рядам пронёсся довольный гул. Люди бросились снимать добро с телег, предвкушая пьянку.

Не успел атаман вернуться к пню, как к нему подбежал один из «засадчиков» — тех, кто вёл постоянное наблюдение за окрестными дорогами.

— Атаман! Новость!

— Чего у тебя? — буркнул Барс, снова принимаясь за свою саблю.

— Граф Шахтинский вчера вечером со своими людьми куда-то выдвинулся. На конях, с мешками, с палатками. На дальняк собрались, судя по всему.

— И?

— Можем его перехватить! — глаза у засадчика загорелись. — Устроим засаду, и всё! Замочим его!

Барс слушал, не переставая водить точильным камнем по лезвию. Замочить Шахтинского… Соблазнительно, конечно.

Но он прекрасно помнил тот ночной налёт на поместье, который обернулся позором. Граф, которого вообще считали мёртвым, вышел к ним и… навалял, как детишкам.

Шахтинский — отличный мечник. И магией владеет неплохо. А сейчас в себя пришёл, наверняка ещё сильнее стал.

Нет уж. Сражаться с ним себе дороже выйдет.

Но Барс прекрасно помнил ещё одну вещь. То, что в имении Шахтинского почти нет людей, способных держать оружие. А раз он взял с собой часть гвардейцев — значит, вообще почти никого не осталось.

Барс улыбнулся своим мыслям. Отложил саблю и камень, поднялся во весь рост.

— Нет, — сказал он. — Никого мы перехватывать не будем. Этот граф нам сейчас на хрен не нужен. А вот его имение…

— Да-да, имение! — обрадовался засадчик.

— Слушайте все! — проревел Барс. — Собираемся и едем в земли Шахтинского! Захватим дом, пока хозяина нет. Граф вернётся, ничего не подозревая… И тут мы уже устроим ему радушный приём!

Тишина, повисшая на секунду, взорвалась рёвом одобрения. Бандиты засуетились, собирая оружие и седлая лошадей.

Барс смотрел на это и чувствовал, что сегодня его наверняка ждёт триумф.

Ильдар и Макар стояли у коновязи, обсуждая насущное — как лучше распределить работы на день, пока граф в отъезде. Сена нужно заготовить, с хитином до конца разобраться, а кузнец попросил новый сарай для угля.

— Смогут твои новобранцы сарай соорудить? — спросил Макар. — А то слуг не хватает, да и строители из них так себе.

— А деревенские тебе на что? Граф им как раз поручил камни от шахты таскать. Пусть немного сюда привезут, да построят нормальное хранилище для угля, — ответил Ильдар, почёсывая бороду.

Тут их разговор прервали. Подбежал молодой гвардеец, из первого призыва и выпалил:

— Мы разбойника поймали!

— Доложи как положено, — приказал Ильдар.

— Так точно, — гвардеец вытянулся в струнку и отрапортовал: — Господин капитан, мы поймали разбойника! Нарушителя!

Макар махнул рукой.

— Ну и что? Повесить его, да и всё.

Но Степан не уходил, топчась на месте.

— Да там не всё так просто, Макар Степаныч… Понимаете, он сам пришёл.

— Как это, сам? — удивился Ильдар.

— Ну вот так. С поднятыми руками. Мы его обыскали — никакого оружия. Он настаивает, что ему нужно с главными поговорить. А коль графа нет, значит, вы главные.

Ильдар и Макар переглянулись. Это пахло либо подставой, либо чем-то очень странным.

— Ладно, — кивнул капитан. — Ведите его сюда.

Через несколько минут два гвардейца привели к ним мужчину. Вид у него был, что и говорить, бандитский: грязная одежда, засаленные волосы, растрёпанная борода, в которой застряли колючки.

Ильдар смерил его взглядом с головы до ног.

— Ты дурак, что ли, раз сам сюда пришёл? Или не знаешь, что у графа с вашим братом разговор короткий?

— Я не просто так пришёл, — сипло ответил бандит. — Я по делу. У меня есть информация, которая стоит денег.

Макар фыркнул и вдруг достал из-за пазухи длинное шило. Он ткнул им в сторону пришельца и прорычал:

— Каких ещё денег, рвань лесная? Сейчас повесим тебя на ближайшем суку, и всего делов.

— Информация очень важная! Можете и повесить — тогда ничего не узнаете, — храбро ответил бандит. — И у вас будут большие проблемы. Жизнью клянусь, не пожалеете, если выслушаете!

Ильдар прищурился. Всё это было очень подозрительно.

— Граф ещё отдыхает, — сказал он медленно. — Вот проснётся позже и выслушает тебя. Если сочтёт нужным.

Бандит вдруг рассмеялся.

— Да я знаю, что он в отъезде! Не переживайте — если вы мне сейчас не заплатите, то ваш граф уже никого никогда не выслушает. Моя информация может сохранить вам жизнь. Всем вам!

— А может, я тебе просто эту штуку воткну куда-нибудь поглубже, и ты просто так всё расскажешь? — Макар двинулся на разбойника, выставив шило.

— Да погоди ты. Кровожадный какой… — вмешался Ильдар и скрестил руки на груди. — Ладно, давай так. Денег мы тебе не дадим. Но могу обещать, что тебя не казнят здесь и сейчас. Если информация и правда стоящая. Говори.

Бандит скривился, подумал немного, а потом махнул рукой.

— Прогадал, выходит. Хотя бы дайте слово, что после того как всё скажу, вы меня отпустите! Живого и невредимого.

Макар пожал плечами.

— Если информация будет стоящей — отпустим.

— Я не так давно в банде у Барса был. Мне там не нравилось, честно говоря. Я вообще туда случайно попал, после того как нашу деревню спалили. Бандитом быть не хотел, честно. Я у них в основном кашеварил, на побегушках был, дрова таскал…

— Давай к делу, — перебил Ильдар.

— Ладно, ладно… Барс знает, что ваш граф в отъезде. И сейчас готовится в поход. Хочет захватить имение, пока хозяина нет, — бандит кивнул на дом.

— Понятно, — сухо сказал Ильдар после паузы. — Спасибо за информацию. Можешь быть свободен.

Бандит немного постоял, будто ждал чего-то, а потом сплюнул в сторону.

— Жаль… Думал, хоть небольшую награду получу. Чтобы новую жизнь начать было проще…

— Можешь остаться, — вдруг сказал Макар. — В темнице посидишь, дождёшься графа. Он вернётся и решит твою судьбу. А можешь уйти и вернуться потом. Если твоя информация подтвердится, и она поможет сохранить жизни — может, его милость тебя и наградит. Но не обещаем, что он не отдаст приказ тебя казнить за прошлые дела.

Бандит покачал головой и выпалил:

— Да вы не поняли что ли⁈ Я не просто так пришёл! Если вы здесь останетесь — вам всем хана! Барс ведёт серьёзную силу! Я на то и рассчитывал, что вас предупрежу, вы мне заплатите и смоетесь! А если вас здесь всех перережут, кто мне заплатит?

Ильдар и Макар снова посмотрели друг на друга. И в этот раз их взгляды были твёрдыми и решительными.

— Тогда просто вали, — тихо сказал Ильдар. — Пока можешь. И не попадайся больше ни нам, ни Барсу.

Бандит замер на секунду, потом фыркнул, развернулся и почти побежал прочь. Через минуту его и след простыл.

— Что будем делать? — спросил Макар.

— Готовиться, — отрезал Ильдар. — Это наш дом, и мы будем его защищать. Шансы выстоять есть.

Он был прав. Пусть граф и забрал с собой часть бойцов, но не всех же. Гвардия за последнее время выросла. И оружие теперь уже не то, что раньше. Новые мечи и копья из настоящего металла. Хитиновые щиты, которые даже огнестрел не может пробить.

И да, кстати, сам огнестрел — парочка винтовок и обрезов, добытых в бою. Патронов немного, но есть.

— Собирай всех, кто может сражаться, — приказал Ильдар. — Будем обороняться. Даже если не справимся — дорого продадим свои шкуры! У нас есть чем их удивить.

Он посмотрел на стены усадьбы, которые им предстояло защищать. Граф доверил им дом. Значит, они не подведут.

Возвращаясь, мы кружили, петляли, оставляли ложные следы — в общем, делали всё, чтобы сбить врагов со следа. Герман, глядя на мои усилия, одобрительно кивал — следопыт он был отменный, и в таких предосторожностях разбирался.

К моим владениям подошли уже глубоким вечером, почти ночью. И как только выехали из-за деревьев, я вдруг увидел зарево. От усталости не сразу понял, что к чему, а потом дошло — пожар. Усадьба горит!

— Что за… — вырвалось у Семёна.

— Вперёд! — рявкнул я, пуская Громилу в галоп.

Мы понеслись по последнему отрезку дороги, ворвались на границы имения, и картина перед нами предстала паршивая.

Недостроенная башня пылала, как гигантский факел. Полыхала пара сараев на окраине двора. Но самое главное — в свете пожара перед домом мелькало множество теней.

Возле имения шла схватка, и нешуточная. Крики, брань, звон металла, изредка даже выстрелы.

Я сначала подумал, что мой друг барон Тернов наконец-то решил напасть. Но нет — похоже, это были разбойники.

— Герман, ты с нами? — спросил я.

— Конечно. Я так понимаю, теперь это и мой дом, — ответил он, доставая стрелу из колчана.

— Прекрасно. Лёха, Сёма — не жалейте кристаллов, — я вытащил из потайного кармана запасные и бросил им.

— А мы? — спросил Юлиан.

— А вы как обычно. Рубите всех. За мной!

Наш маленький отряд рванул вперёд. Через несколько секунд мы на полном скаку врезались в задние ряды осаждающих.

Они не ждали удара с тыла, а за шумом битвы не услышали нас.

Мы просто смяли их, как таран. Первые ряды рухнули под копытами, кто-то закричал, кто-то попытался развернуться и получил копьём в лицо. Я, не слезая с коня, выпустил из посоха всё, что оставалось — веером, в самую гущу противников. Отбросил посох и выхватил меч.

Я оказался в самой гуще дикой, хаотичной свалки. Соскочил с Громилы — в такой каше конь был скорее мишенью. Огляделся, пытаясь сориентироваться. Врагов было много — штук пятьдесят, наверное.

Мои люди забаррикадировались в самом имении. Из окон летели стрелы и болты. Тех бандитов, кто подобрался слишком близко, обливали кипятком и забрасывали камнями.

Под стенами уже лежали трупы. Один так и торчал из окна, насаженный на пику — видать, пытался забраться, но не смог.

«Молодцы, — мелькнула мысль. — Держатся».

Но держались они из последних сил. Это было видно. И бандиты, оправившись от нашего удара, с новой силой бросились на штурм.

Я бился на автомате. Усталость давала о себе знать — движения стали чуть медленнее, реакция — не такой резвой. А целительные камушки в карманах уже истощились.

Какой-то верзила с каменным топором едва не размозжил мне рёбра. Я в последний момент уклонился, разорвал дистанцию и пробил ему висок рукоятью меча.

Чья-то стрела по касательной задела плечо. Дубиной прилетело по спине. Все, кто ухитрялся меня достать, тут же получали ответку, но легче мне от этого не становилось.

Это была не битва, а бойня. В узком пространстве двора, залитого кровью и светом пожаров, всё смешалось. Люди рубили, давили, резали друг друга.

Из дома пошла контратака. Ильдар с хриплым кличем первым бросился на врагов.

Бандиты оказались в клещах. Их по-прежнему было больше, а вот духу не хватило. Они рассчитывали на лёгкий грабёж беззащитного имения, а наткнулись готовую к обороне крепость, а потом ещё и кавалерия в спину врезалась.

Неприятно, понимаю.

Я чувствовал, как последний целительный камешек истощился. Всё. Теперь можно рассчитывать только на ресурсы своего организма.

Передо мной вдруг вырос здоровенный детина с мечом в руке. Он заорал, разбрызгивая кровавую слюну, и обрушил на меня свой клинок. Я увернулся, а детина с неожиданной ловкостью сменил траекторию, и чиркнул меня по руке.

Из раны тут же хлынула горячая кровь. Но я лишь стиснул зубы и ударил в ответ. Бандит попытался заблокировать удар — ага, размечтался. Чары моего меча отбросили его клинок в сторону, а следом я погрузил остриё ему в грудь.

Клинок скрежетнул о рёбра и добрался до сердца. Здоровяк ахнул и занёс оружие для последнего удара. Но его рука ослабела, пальцы разжались, и меч шлёпнулся в кровавую грязь.

После этого сопротивление стало разваливаться окончательно. Кто-то бросил оружие и попытался бежать через горящие сараи, кто-то сдавался, падая на колени. Отряд Ильдара и мой, объединившись, добивали тех, кто ещё дрался.

В какой-то момент я просто остановился, опираясь на окровавленный меч, и попытался перевести дух. Вокруг творился сущий ад. Сараи горели, разбрасывая снопы искр. Недостроенная башня с грохотом и шипением обрушилась внутрь себя, осыпав двор тлеющими головешками.

Стоял удушливый запах гари и крови. Всюду валялись трупы и брошенное оружие. Лужайка, которую слуги усиленно приводили в порядок последнюю неделю, превратилась в истоптанное месиво.

Остатки разбойников бросились бежать через поля, в сторону леса. Герман достал из колчана последнюю стрелу и выпустил её. Стрела пропала в темноте, а через секунду раздался короткий крик. Попал.

Я вытер лицо ладонью, но лучше не стало. Только размазал пот и кровь.

Ко мне, прихрамывая, подошёл Ильдар. Вид у него был жуткий. Лоб рассечён, всё лицо в крови, с бороды капают тягучие бордовые капли.

— Имение сохранили, ваша милость, — отчеканил он. — Шесть часов держались, пока вы не пришли.

Я кивнул и благодарно похлопал его по плечу. Сглотнув вязкую слюну, спросил:

— Потери?

— Девятнадцать гвардейцев, — тут же ответил Ильдар.

Всё внутри сжалось в ледяной ком. Девятнадцать. Поглоти меня Хаос, да это же почти все!

Я до боли стиснул кулаки. Дерьмо. Грёбаное, вонючее, дерьмовое дерьмо!

А Ильдар, смахнув с бороды кровь, вдруг добавил:

— Раненых, ваша милость. Девятнадцать раненых.

Я замер. Мозг не сразу переварил.

— В смысле… то есть убитых нет?

— Нет, — помотал головой Ильдар. — Ни одного. Запас целебных камней, что вы перед отъездом создали, спас нас. У каждого бойца при себе было, поэтому никто не погиб. Четверо, правда, тяжело ранены. Могут не дожить до утра… но шансы есть.

— Что ж ты молчал! — рявкнул я. — Бегом к ним! Где они? Показывай!

Усталость как рукой сняло. Я быстрым шагом направился к дому, на ходу отдавая приказы — пожары потушить, добычу собрать, трупы сжечь.

Раз мои ребята живы, ничего непоправимого не случилось. Здоровье всем восстановлю. Раны залечу. Сараи отстроим заново, если они нам вообще нужны.

Башня? Да хрен с ней, с башней, всё равно недостроенная была.

Ошибки учту. Хотя… какие ошибки? Я всё сделал правильно. Не могу же я сидеть вечно в имении, и при этом находить полезных людей, добывать ресурсы, налаживать связи. Пришлось рискнуть, сделать вылазку.

И она окупилась — Герман стоит десятка простых бойцов. А то, что Барс этим воспользовался… Ну что ж. Он дорого заплатил за свою попытку.

«Ничего, я вам ещё устрою, — думал я, оглядываясь на лес, в котором скрылись бандиты. — Нет, конечно, можете ещё раз попробовать. Только вас будет ждать здесь куда больше сюрпризов. Очень, очень неприятных сюрпризов…»