Мастер драгоценных артефактов

Глава 17

Устал я уже, честно говоря, да и жрать охота. Но ни усталости, ни голода я почти не замечал. Целительные камушки в карманах делали своё дело, снимая неприятные симптомы. А вот другая потребность, в ресурсах, горела во мне ярче яркого.

Камней, особенно хороших, катастрофически не хватало.

Поэтому, проспав после разборок с жуками пару часов, я отправился в шахту.

Обитатели имения остались разбирать инсектоидов на трофеи. Они, конечно, очень удивились, когда я велел им это сделать. Боялись даже мёртвых жуков.

Но я убедил слуг, что мёртвых тварей опасаться нечего, а в качестве подспорья оставил им бестиарий. Там анатомия огромных тараканов прекрасно была описана.

Свет моего посоха-фонарика выхватывал из темноты неровные стены штрека. Я работал уже несколько часов, почти не разгибаясь.

И дело было не только в нужде.

Здесь, в этом мире, в отличие от моего прошлого, был настоящий кладезь. Магических минералов было не просто много — они находились повсюду, в самых разных формациях, и добывать их, если знаешь где и как, оказалось на удивление легко.

Не то чтобы они валялись под ногами, но всё равно, здесь настоящий рай для ювелира. Правда, рай, в который зачем-то пустили инсектоидов.

Плюс, конечно, нужны мне были и различные руды. Поэтому я копал, копал и копал. Не только камни искал, но и присматривался к породе на предмет железняка и других полезных ископаемых. Пока что находил в основном уголь и сланец, но надежда не угасала.

Сейчас я сидел на корточках у свежего забоя, с горстью мелких камушков в ладони. Перебирал их, оценивая на ощупь и внутренним чутьём.

Среди них попался один камень размером с мизинец, и причудливой спиральной формы. Тёмно-зелёный, с мельчайшими серебристыми вкраплениями. Когда я сконцентрировался, то почувствовал слабый, но очень сложный, многослойный импульс.

Это был не чистый магический аспект, а смесь разных. Очень интересный камушек. Из него можно сделать много чего полезного. Я бережно завернул его в отдельную тряпицу и убрал во внутренний карман.

Выбравшись на поверхность, я невольно сощурился от яркого дневного света.

Стояло безветренное, душное утро. Я прислонился к дереву у входа в шахту, достал фляжку, сделал несколько освежающих глотков воды. Потом отломил кусок вяленого мяса и принялся жевать.

Взгляд упал на огромную кучу породы, которую мои шахтёры натаскали за пару дней. Решил проверить — а вдруг они что-то пропустили?

Поковырялся в куче минут двадцать, посылая тонкие импульсы в каменную груду. Итог: полный ноль. Вообще ничего.

В этот раз вообще не повезло. Ребята поработали на совесть, породы натаскали много, а толку — чуть. Хотя, угля нормально добыли — это уже хорошо. Топливо для кузницы и для будущих печей не менее важно, чем кристаллы.

Единственная интересная находка застряла почти у основания кучи. Я вытащил её и очистил от пыли.

Это оказалась рукоять меча. И даже стальная. Я покрутил её в руках, послал импульс. Никакой магии.

Старое, обычное оружие, вероятно, потерянное кем-то из шахтёров или стражников ещё в те времена, когда шахта только разрабатывалась. Судя по виду, под землёй оно провалялось лет сто, не меньше.

На переплавку отправится. Лишний металл не помешает.

Дожёвывая мясо, я размышлял над этой грудой камня. Она же не бесполезна. Камень всегда пригодится.

Идея пришла простая: организовать вывоз этого камня в деревню. Пусть там его перерабатывают — колют на булыжники поменьше, обтёсывают. Из этого можно и дома построить, и дороги замостить, и заборы каменные поставить.

Камень — основа основ.

Мысли понеслись дальше. Чтобы делать нормальные, ровные каменные блоки, нужны инструменты, навыки, время. Очередной вызов для моих организаторских способностей, если коротко.

Но это уже следующий этап. А пока что нужно наладить логистику: телеги, лошади, люди.

Дороги вокруг, кстати, были в удручающем состоянии. Просёлочные пути размывало дождями, они зарастали травой, про количество колдобин я уж и молчу.

Идеи, как водится, рождались быстрее, чем возможности их реализовать.

Я уже собрался возвращаться в шахту за новой порцией камней, как заметил движение на тропе. Приближалось несколько фигур.

Я даже чутка напрячься успел, но это оказались мои шахтёры в сопровождении двух гвардейцев для охраны. Они шли на смену и, увидев меня, замедлили шаг.

— Ваша милость? Вы что здесь? — первым спросил старик Василий.

— На инспекцию, — ответил я, отряхивая руки от каменной пыли. — Как дела?

Мужики переглянулись.

— Да мы… честно работаем. Магических камней, господин, почти нету. Мы всё, что нашли, передали гвардейцам вчера вечером. Они должны были Макару Семёновичу сдать. Честное слово!

— Честное-пречестное? — сощурился я, хотя и не думал подозревать работяг в воровстве.

Ну, сами разговор завели.

— Конечно! Вот только две штучки маленьких нашли… Если вы за этим пришли, можете проверить, хоть все наши дома обыскать! Ничего мы не прятали!

Я вздохнул.

— Не за этим я здесь, а по своим делам. Расслабьтесь. Вы молодцы, работайте дальше.

На их лицах отразилось облегчение. Василий даже кивнул с одобрением — мол, правильный барин, не давит понапрасну.

— Спасибо, господин, — проговорил он. — Уголь неплохо идёт. Толстую жилу нащупали, богатую.

— Отлично. Кстати, вот, — я указал на несколько новеньких кирок, которые принёс с собой и сложил у входа. — Обновлённые. Попробуйте поработать.

Василий подошёл, взял одну, взвесил в руке.

— Легче, кажется… И в руке удобнее лежит.

Ну ещё бы. Кузнец над сплавом постарался, а я над рукоятью. Чтобы эргономичная была. Никакой магии, прошу заметить.

— А старые-то куда? — спросил другой шахтёр.

— Ну, вы же хотели своих родственников к работе подтянуть? — напомнил я. — Возьмите кого-то потолковее из ваших пацанов, дайте им старые кирки.

Мужики снова переглянулись, но на этот раз с пониманием. Кивнули.

Я наблюдал, как они, взяв новый инструмент, скрылись в шахте вместе с охраной.

Может, и не стоило брать этих родственников. Управлять толпой всегда сложнее, чем малым, сплочённым отрядом. Но шахта — такое место, где ты должен доверять своим напарникам. А кому ты будешь так же сильно доверять, как родным людям?

Правда, чем больше людей, тем больше нужно гвардейцев для охраны. Придётся добавить ещё одного к смене у шахты. Ильдар, конечно, будет ворчать, но справится.

С этими мыслями я, забрав свои находки, отправился обратно в усадьбу. Времени на сон уже не было, да и не хотелось спать. Нужно было заняться обработкой добытого.

Первым делом — омовение. Смыть с себя липкую смесь пота, пыли и подземной сырости. Потом — в свою мастерскую.

Разложив перед собой дневную добычу, я прикинул, за что взяться. Новый зелёный камень с серебряными вкраплениями я отложил — для него нужна особая подготовка.

Остальные, более простые кристаллы, требовали превращения во что-то полезное здесь и сейчас.

И тут меня осенило. Свет. Мне нужно больше света. Не только для себя. Баба Катя и её помощницы на кухне вставали затемно, чтобы к утру приготовить еду на всех.

Они работали при чадящих факелах, что было неудобно, вредно для глаз и просто пожароопасно.

Электричество в усадьбе имелось, конечно, но слабое. Старый, еле живой ветряк на холме и пара потрескавшихся солнечных панелей на крыше обеспечивали током лишь несколько комнат. На всё имение его не хватало.

Да и проводка была дерьмовая, а часть её я уже успел вырвать из стен и пустил на свои поделки.

Я узнал, кстати, что в городе, да и у богатых дворян, вроде того же барона Тернова, с электричеством было всё в порядке.

Ну и пусть. Мне электричество, в принципе, и не очень-то нужно. Я могу обойтись магией.

Взял три слабеньких, но чистых кварца и принялся за огранку. Потом нанёс на каждый кристалл микроскопическую рунную схему. Причём довольно сложную: поглощение рассеянной мировой маны, её аккумуляция в кристалле и последующее преобразование в свет.

Такие светильники могли светить два-три месяца, а то и больше, прежде чем потребовалась бы ручная «дозаправка» от более мощного источника. Например, от спящей ведьмы.

Когда три кристалла были готовы, встал вопрос о форме. Просто вставить их в стену было бы скучно. И тут я вспомнил про те самые красивые, перламутровые рога оленя, которого я подстрелил.

Я взял их, очистил, отполировал до благородного блеска. Затем закрепил три кварца между отростками рогов, создав изящную композицию.

Получилась не просто люстра, а настоящее произведение искусства в духе лесного лорда.

Я повесил эту красоту на потолок в кухне, выслушал благодарности от поварихи и довольный отправился на улицу. Свежим воздухом подышать.

Дела потихоньку начинали налаживаться. Запасы мяса имеются, башня строится. Даже гуси по двору ходят как-то бодрее, зная, что их пока не пустят на суп.

Люди стараются. Появилось неуловимое ощущение не просто выживания, а настоящей жизни.

Вызвав к себе Макара, я спросил его, как обстоят дела в деревне. Старик, потирая бороду, отрапортовал, что вроде бы всё спокойно, работа идёт, но…

— Людишек новых подвалило, господин. Беженцы, поди, с юга. Говорят, там инсектоидов тьма стала, даже какой-то городок захватили. Вот и бегут оттуда.

— Понятно, — хмыкнул я. — Поеду, посмотрю.

Дорога до деревни заняла не больше получаса. И уже на подъезде я увидел изменения.

На самой окраине, там, где раньше был пустырь, вырос целый посёлок. Не дома, конечно. Шалаши, несколько потрёпанных палаток и даже пара землянок.

Я нашёл старосту Степана возле колодца. Он что-то суетливо объяснял группе своих мужиков и, увидев меня, бросился навстречу.

— Ваша милость! Не ждали вас!

— Давно ли у нас столько новых людей появилось, Степан? — спросил я без предисловий, кивая в сторону шалашей.

Староста вздохнул, развёл руками.

— Да вот, последние дни подтягиваются. Беженцы. Куда их, бедолаг, девать? Не бросать же в беде.

— Тогда почему они тут живут как попало? — продолжил я. — Если уж приняли, надо бы и условия обеспечить. Хоть какое-то подобие нормального жилья, а не эти… конуры.

Степан смущённо развёл руками.

— Да домов-то свободных нету, ваша милость. А они себя ещё и не показали толком, кто есть кто. И работы, если честно, особой для них нет. Себе бы прокормиться…

— Вот как раз по работе я и пришёл, — перебил я его. — Есть задача. Для начала — перевозить пустую породу от шахты сюда, в деревню.

— Породу? Зачем она тут? — удивился староста.

— Возите пока, там решим, — отмахнулся я. — Строить что-нибудь будем. День и ночь возите!

Степан побледнел.

— Ночью-то? Ваша милость, да ночь в наших краях — страшное время… Инсектоиды, бандиты…

— Ну, я имел в виду от рассвета и до заката, — поправился я. — Если нужно, можете в караваны собираться, для безопасности.

— Караваны — это долго, да и внимание лишнее привлекает, — Степан покачал головой. — Разбойнички могут позариться. Проще уж маленькими отрядами. Но есть проблема: мы медленно будем таскать. Дорога от шахты сюда неровная, пригорки ещё, грязь после дождей. Тяжело же.

— А на хрена вам лошади? — спросил я.

Степан посмотрел на меня так, будто я спросил, почему они не летают.

— Да какие лошади, ваша милость? У нас на всю деревню три клячи. И то две — ваши, это вы нам тогда, после разборок с бандой, подарили.

Тут до меня окончательно дошло. Лошадей здесь, в этой глуши, конкретно не хватало.

Я вздохнул, делая быстрые расчёты в уме.

— Хорошо. Выделю вам двадцать лошадей.

Степан аж охренел. Его глаза округлились, он закашлялся и выкрикнул:

— Д-двадцать⁈ Ваша милость, да это же… целое состояние!

— Господин сегодня щедрый. Только учтите, есть их нельзя, — строго предупредил я, глядя ему в глаза. — Это рабочие лошадки. Таскайте пока что камни. Потом разберёмся, что с ними делать дальше. И следите за лошадьми, чтобы не украли. Это теперь ваша ответственность.

Пока староста приходил в себя от моей щедрости, я перешёл ко второму пункту.

— И ещё. Я хочу, чтобы к моему имению была построена нормальная дорога.

— Так она же есть… — неуверенно начал Степан. — Нормальная — это какая?

— Позови тех, кто в строительстве разбирается, — велел я.

Через несколько минут передо мной стояли трое мужиков — один бывший каменщик, и двое просто самых умелых и здравомыслящих деревенских старожилов. Я взял палку и начал рисовать на утрамбованной земле, объясняя на пальцах.

— Вот грунт. Копаем канаву, глубиной пару локтей. На дно — крупный булыжник и битый камень. Щели между ними оставляйте, они сыграют роль дренажа. Потом слой помельче — гравий, щебень. Трамбуем. Потом — песок. Снова трамбуем. По краям — небольшие канавки для стока воды. Понятно? Основание должно быть прочным, чтобы дорога не проваливалась и не размывалась.

Они смотрели на мои рисунки, переваривая информацию. Каменщик, которого звали Прохор, кивнул первым.

— Понимаю. Долго это, конечно… А как же в усадьбу к вам ездить, пока мы тут копать будем?

— А вы новую дорогу рядом прокладывайте, — ответил я. — Не на том же самом месте. Просто подготавливайте участки пока что. Вам сегодня привезут несколько лопат.

— Да у нас лопаты есть, — пробурчал один из мужиков.

— Не-а, — покачал я головой. — Деревянными задолбаетесь копать. Вам металлические, нормальные лопаты привезут. И кирки.

По лицам собравшихся было видно, что их не очень-то воодушевляет перспектива такого масштабного и тяжёлого проекта. Энтузиазма ноль. Я видел это и, чуть помедлив, добавил ключевую фразу:

— Все, кто будет работать на строительстве дороги и на перевозке камня, будут получать оплату мясом. Ежедневно.

Глаза у всех, включая Степана, загорелись. Скепсис будто сдуло.

— Ну, если мясом… — закивал Прохор, потирая руки.

— Тогда дело другое! — подхватил второй.

— Конечно, людей найдём! — оживился Степан. — И своих, и новых подтянем! Работы всем хватит!

Я кивнул, скрывая улыбку. Всё по-прежнему решалось через желудок. Грустно, но факт.

По дороге обратно в имение мысли крутились вокруг увиденного.

Ну вот, пускай возят камень. Для начала дома себе построят из того камня, и заодно дорогой занимаются.

Деревянные дома, конечно, проще и быстрее. Но есть нюанс, — дерево легко горит и от жука не так хорошо спасает. Причём речь-то вовсе не о короедах, а о тех жуках, что людей с радостью лопают.

Камень надёжнее. А дорога… хорошая дорога — это не роскошь, а кровеносный сосуд для экономики. Она позволит быстро перебрасывать силы, возить грузы, контролировать территорию.

В то же время я думал о том, что деревню надо как-то переводить на самообеспечение и внедрять им, так сказать, новый тип мышления. Пока что выходило, что я даю приказы, а они ещё и нос воротят, пока не пообещаешь мяса.

А они должны и так любой мой приказ выполнять с радостью, понимая, что у них всё есть и это благодаря господину. В здоровом феодализме ведь так и должно было работать: защита и порядок сверху, труд и верность снизу. А если они накосячат — у них что-то отберут.

Но здесь система была сломана. Люди привыкли, что от господ одна головная боль и поборы, а не защита и развитие.

Мне предстояло это менять. Медленно, через реальные дела.

Но вот с лошадьми — полнейшая лажа, как ни крути. Двадцать лошадей — это огромная дыра в моём табуне.

Где взять ещё? Или как начать их ускоренно разводить? На это нужны годы.

Мысли об этом занимали меня всю дорогу.

Въезжая во двор усадьбы, я уже строил в голове планы по конюшне и поиску породистых жеребцов, как навстречу мне выскочил запыхавшийся гвардеец.

— Ваша милость! Вы как раз вовремя! Разведка заметила какое-то сражение недалеко отсюда!

— Интригующе. Где? Кто с кем?

— В лесу, на востоке. Минут пятнадцать верхом. Не очень понятно, кто с кем дерётся… Скорее всего, опять бандиты на кого-то напали.

Это могло быть всё что угодно: нападение на караван, стычка между бандами, атака на какого-нибудь зазевавшегося соседа.

Я подумал секунд десять. Риск? Да. Но и возможность. Возможность узнать что-то новое, поживиться трофеями, или просто не дать разбойникам беспределить рядом с моими землями.

— Ильдар! Собирай гвардию и по коням! — приказал я.

— Ваша милость, там много людей… Наш разведчик, он считать не умеет, так что он на пальцах просто показал — много. Опасно же! — забеспокоился гвардеец, который передал мне новость.

— Тем интереснее, — ответил я. — Может, из беды кого-то выручим. Я за гуманность, знаешь ли.

Вскоре наш небольшой отряд — я, Ильдар и ещё десять гвардейцев, включая троих моих «огнестрельщиков» — выехал на место стычки.

Картина, в общем-то, оказалась стандартная: клубы пыли, крики, бряцание металла. И посреди всего этого — здоровенная карета.

Я придержал Громилу, достал из седельной сумки трофейную подзорную трубу, чтобы взглянуть на происходящее поближе.

Ого, это не карета даже, а целый бронированный фургон. Колёса — с железными ободами, борта подбиты стальными листами. В общем, крепость на колёсах. И вокруг неё суетилась куча бандитов — человек двадцать, не меньше.

Охранники кареты уже валялись в лужах крови. А бандиты, ликуя, колупались у двери кареты. Видимо, замок пытались взломать.

Да, именно так. Главарь, здоровенный детина в разодранном кафтане, орал что-то, тыча пальцем в массивный висячий замок. Один из его подручных долбил по нему обухом топора, но без особого успеха. Металл звенел, но держался.

Изнутри кареты — ни звука, ни движения. Либо там сидят тише воды, ниже травы, либо… Ну, вариантов немного.

— План простой, — сказал я, убирая трубу. — Бережём карету. В ней, возможно, люди. Огненный залп — по кучке справа, подальше от колёс. Потом в ближний бой. Понятно?

Парни с посохами закивали. Камни на их палках уже начали чуть заметно светиться изнутри, набирая мощь.

Мы бросились вперёд галопом. Бандиты, увлечённые взломом, заметили нас слишком поздно. Троица с посохами вынеслась вперёд, как и договаривались.

— Пли! — рявкнул я.

Три огненных шара размером с добрую тыкву просвистели в воздухе и врезались в ошалевших бандитов.

Эффект превзошёл ожидания. Человек шесть-семь, стоявших с той стороны, разбросало в разные стороны. Причём не всех целиком.

Один загорелся, катаясь по земле с диким визгом. Остальные, включая главаря, на секунду остолбенели.

— В атаку! — крикнул я, выхватывая меч.

Гвардия рванула вперёд. Схватка закипела мгновенно. Бандиты опомнились, но инициатива была уже на нашей стороне. Сквозь лязг острой стали раздалось два выстрела, а затем возглас:

— Патроны кончились!

Я, рубясь с каким-то верзилой, мысленно вздохнул. На хрена тогда вообще стрелять, если патронов мало? Всё равно ни в кого не попал.

Но и лишних боеприпасов, чтобы учить парней метко стрелять, у меня не было. Увы.

Мой верзила оступился, и я пинком в колено отправил его на землю, где его быстро добил Ильдар.

Главарь, оправившись от шока, с бешеными глазами рвался ко мне, размахивая длинным клинком.

«Интересно», — промелькнуло у меня. Я оттолкнулся от очередного бандита и пошёл ему навстречу.

Он атаковал первым. Быстро, жёстко, и весьма умело. Я парировал и понял — парень не просто бандит с большой дороги. Он умеет фехтовать. Стойка что надо, работа ног вообще отличная, удары чёткие, точные.

Наёмник? Бывший солдат?

А, неважно.

Мы сошлись ещё раз, со всем старанием пытаясь отправить друг друга на тот свет.

Бандит принял мой очередной удар на клинок. В этот миг я чуть-чуть активировал отталкивающие чары меча.

Его клинок, упиравшийся в мой, дёрнулся и соскользнул в сторону всего на пару сантиметров. В обычной драке — ерунда. Но в схватке с профессионалом — фатально.

Его защита на мгновение открылась. Мне хватило этого мгновения. Меч, описав короткую дугу, вошёл бандиты в горло чуть ниже кадыка. Он захрипел, выронил меч и отступил на шаг, изумлённо вытаращив глаза.

— За что? — спросил он и рухнул наземь.

— В смысле, за что? — удивился, но бандит уже не ответил.

Оставшиеся в живых разбойники, увидев гибель лидера, бросились врассыпную,. Мои гвардейцы хотели преследовать, но я остановил их.

— Не надо, пускай бегут. Эй, вы! Расскажите всем, что вам навалял граф Шахтинский и его гвардейцы! — крикнул я.

— Хорошо! — даже ответил кто-то. Смешной.

— За работу, ребята, — я кивнул на разбросанные трупы. — Собираем добычу.

Пока Ильдар и остальные снимали с покойников всё пригодное, я огляделся. Бандитских лошадей нигде не было видно.

— И где же их скакуны? — проворчал я. — Не пешком же они сюда пришли.

— Да вон они, в той рощице, — показал посохом Яшка.

И правда, в небольшой лощине за кустами стояла дюжина лошадей разных мастей и качества, привязанные к деревьям. Я присвистнул.

— Вот не понимаю, — сказал я вслух. — Бандиты бандитами, но откуда, мать его, у них столько лошадей? Это ж целое богатство.

— Да их много бесхозных, — отозвался подошедший Ильдар. — Во время войны, когда деревни выжигали, много лошадей сбежало. Одичали, распродились, особенно ны бывших полях, ближе к городу. Приручить их несложно. А ещё эти ублюдки, — он кивнул в сторону дороги, — грабят путников. По нашим краям редко кто пешком ходит.

Логично. Печальная, но железная логика любого мира. Ресурсы перетекают к тем, кто сильнее.

Ну что ж, сегодня они перетекли ко мне.

Вернувшись к карете, я громко постучал по бронированному борту кулаком.

— Эй, внутри! Выходите, угроза миновала! Вы свободны!

Тишина.

— Может, боятся, — предположил Ильдар.

Я снова постучался — нет ответа. Создал лёгкое магическое плетение — простейший импульс на обнаружение жизни. Запустил его внутрь и…

Ничего. Ни намёка на живой организм.

Видимо тот, кто ехал внутри, предпочёл покончить с собой вместо того чтобы попасть в лапы бандитов.

— Да это, кажись, торговцы, — вдруг сказал один из гвардейцев.

— В смысле, торговцы? — переспросил я.

— Ну, смотрите, — он показал на боковину кареты. — Эмблема Торговой Гильдии.

Вот оно что. Теперь ещё интереснее стало, кто там внутри ехал.

Замок на дверях был серьёзный, но не магический. Просто здоровенный кованый висячник.

Ломать жалко. Я приложил руку к скважине, сосредоточился. Внутри замка были пружины, штифты, хитроумные поворотные механизмы. Однако мана — лучшая отмычка, особенно если умеешь ей правильно пользоваться.

Я умею.

Замок щёлкнул и открылся. Я потянул дверь на себя и заглянул внутрь.

Никаких трупов.

Зато…

Карета оказалась полна ценного груза. В основном — металл. Аккуратные слитки сырой стали в углу, рядом — несколько мотков толстой медной проволоки. Дальше — утварь: медные котлы, чайники, миски. Всё новенькое, блестящее.

В отдельном ящике отыскался целый мешок специй. Дорогая штука.

На полках — мягкие подушки в шёлковых наволочках с рюшами, свёртки бархата, свечи, бумага и чернила. Предметы роскоши для этих выжженных краёв.

Отличная добыча. Прекрасная. И по здешним законам — всё наше. Кто нашёл — берёт себя. Мы не нападали на карету, а наоборот, убили нападавших. Так что мы — молодцы и заслужили награду.

— Охрану — похоронить, — распорядился я. — Они свой долг до конца исполнили. Бандитов — в яму бросьте, пусть волки полакомятся. Карету и лошадей забираем. Всё, что внутри — тоже наше.

Ильдар широко улыбнулся.

— Так точно, ваша милость!

Вместе с теми конями, что были запряжены в карету, у нас получилось шестнадцать новых скакунов. Так что проблему с лошадьми на данный момент мы решили.

Но если учитывать нужды деревни, пахоту, перевозки… надо хотя бы сотню. Чтобы в каждой семье было по одной, а лучше по две. Для посменной работы. Лошадям ведь отдых тоже нужен.

Мечты, мечты.

Дорога домой показалась короче и веселее. Солнце клонилось к закату, окрашивая всё вокруг сочным золотом.

Я ехал на Громиле и улыбался. Движение — жизнь. А жизнь, если её правильно организовать, обязательно будет налаживаться.