Мастер драгоценных артефактов

Глава 16

Вот он, мой «пункт управления». Звучит пафосно для ямки под камнем в глухом лесу, но по сути так и было. Я потратил на него весь день: углубил лаз под камнем, уплотнил землю с помощью магии, а пол выложил еловыми ветками. И ходить мягко, и пахнет приятно.

В самом камне я ещё в прошлый раз вырезал пазы под камни. И вот теперь установил их.

В центр водрузил главный элемент — недавно добытый лимонно-жёлтый топаз. Вокруг него, по точкам силовой схемы, расположил шесть кварцев-аккумуляторов, заряженных энергией спящей ведьмы. На верхушку камня я установил ещё один камень-ретранслятор. Пришлось попотеть, чтобы настроить между всеми кристаллами связь.

Самым сложным делом оказалось не установка камней, а плетение. Необходимо было собрать все ранее расставленные в лесу сторожевые нити.

Я аккуратно привязал каждую из этих них к энергетической матрице пункта управления. Потом провёл сложный ритуал синхронизации — кропотливую работу по настройке резонанса, чтобы сигнал чётко приходил сюда, в пункт управления. К моему сознанию осталась привязана только одна нить, от камня-ретранслятора.

Закончил уже в сумерках. Последние лучи солнца пробивались сквозь листву, когда я поставил финальную точку — собственной кровью нарисовал руну активации. Матрица дрогнула, камни вспыхнули на мгновение ярче, и я почувствовал, как в сознании у меня что-то щёлкнуло.

Теперь я мог, просто сосредоточившись, мысленно «прощупывать» все расставленные нити.

И это было не просто ощущение «кого-то там». Я практически видел лес. Вернее, не видел глазами, а чувствовал чем-то вроде магической эхолокации.

Каждая нить стала моим нервным окончанием. Если что-то живое и достаточно крупное касалось её — я знал. Более того, благодаря ритуалу у сторожевых нитей появилось несколько уровней чувствительности.

Один уровень отвечал за простое касание — сигнал «есть движение». Другой, более тонкий, создавал слабое энергетическое поле вокруг самой нити, радиусом примерно в метр. Это позволяло чувствовать и тех, кто прошёл рядом. Потому что нить можно и не задеть, но избежать их теперь всё равно не получится.

Получалось, что я, как паук, оплёл лес вокруг своих владений магической паутиной. Теперь, если попробует подобраться отряд бандитов или стая инсектоидов, я узнаю об этом задолго до того, как они станут видимы. И смогу подготовить встречу.

Сидя на корточках перед своим творением, я улыбался, как дурак. Устал, конечно, но доволен.

Вот она, настоящая магия. Изящное, сложное устройство, превращающее хаотическое пространство леса в упорядоченную систему безопасности.

Но самое тяжёлое меня ждало дальше.

Почему? Да потому что рядом со мной лежала просто гора работы. Звериные тушки, штук восемь, не меньше. Пара зайцев, тетерев, молодая косуля, глухари и почему-то лягушка.

Часть этих зверушек я подстрелил из арбалета по дороге сюда. Часть угодила в сторожевые нити — я почувствовал, как звери через них переходят, и материализовал, превратив в силки. А остальных, включая лягушку, притащил мой верный мёртвый помощник.

Хоть у него и осталась одна рука, работал он за троих. Старался.

Картина маслом: довольный я, куча мёртвых зверей, а рядом зомби в лохмотьях таскает трупики животных, складывая их в кровавую пирамиду.

Я решил не торопиться домой. Ночь уже близко, да и силы после ритуала не помешает восстановить. К тому же, сидеть в лесу, в центре своей только что созданной сети, было на удивление спокойно.

Я разжёг небольшой костёр, освежевал одного из зайцев, насадил его на прут и принялся жарить. Скоро вокруг поплыл аппетитный аромат.

Пока заяц жарился, я занялся своим помощником. От него уже начинало слегка попахивать. Я не некромант, чтобы поддерживать его в идеальном состоянии, да и не собирался им становиться.

Но пока он ещё мог быть полезен. Только вот увидит его кто — точно сразу поймёт, что перед ним ходячий мертвец, и укокошит. Если получится, конечно.

В любом случае приодеть моего холодного помощника не помешает. Заодно эстетичнее будет выглядеть.

Я достал из своего походного мешка длинный, поношенный плащ тёмно-оливкового цвета — специально для этого и взял. Велел зомби надеть.

Получилось жутковато. Зато теперь со стороны мой мертвец смотрелся просто как очень неопрятный бродяга. Мало ли кто в лесу встретится.

Слопав зайца, я почувствовал, как силы возвращаются. Пора было двигаться.

Я нагрузил основную часть туш на Громилу. Бедняга покосился на меня укоризненно, но стерпел. Остальную мелочь, кроме лягушки, запихал в большой холщовый мешок.

Зомби приказал тащить косулю. Он схватил её за рога своей единственной рукой и поплёлся следом. Медленно, но дойдёт. Тоже как-никак помощник. И свидетелей всё равно нет.

Скоро этого зомби придётся отпустить. Во-первых, он уже дико вонял. Во-вторых, управлять им на расстоянии становилось сложнее — связь слабела по мере разложения.

Я не был некромантом, да и не хотел им быть. Поддерживать нежить на должном уровне — это отдельная и ресурсоёмкая дисциплина. У меня на неё не было ни времени, ни желания, ни соответствующих камней.

В магии я универсал, много чего знаю и умею, но углублённо владею только зачарованиями, магией камней и, конечно, артефакторикой.

До самого края леса, где уже начинались земли усадьбы, мы добрались без приключений. У кромки деревьев я остановился. Выслал зомби последний приказ:

— Иди обратно в свою яму под деревом. Ложись и не двигайся до новых указаний.

Фигура в плаще замерла на секунду, потом развернулась и, бросив оленя, зашаркала обратно в чащу.

Затем я въехал во двор усадьбы. Моё появление с богатой добычей уже не вызывало бурных реакций — люди начали привыкать. Но всё равно из кухни выскочила баба Катя, а за ней потянулись несколько слуг.

— Разобрать, — коротко приказал я, слезая с седла. — Мясо — в морозильную комнату. Шкуры — кожевникам, пусть занимаются.

Слуги засуетились, принявшись снимать поклажу с Громилы. Я отдал им и мешок с мелочью. Сам же, чувствуя, как после сытного ужина и долгого дня накатывает сонливость, направился в дом.

Войдя в спальню, я едва успел скинуть плащ и сапоги, прежде чем плюхнуться на кровать.

Завтра много дел. А когда их было мало? С тех пор как появился в этом мире, верчусь без остановки.

И хорошо. Движение — жизнь.

Утром после завтрака, я первым делом отправился проведать свою спящую красавицу. Ну, то есть, ведьму.

Заглянув в стойло, я застал всё ту же картину. Красотка пока не планировала просыпаться.

Ну и славно.

— Спи, красавица, — пробормотал я вслух. — Восстанавливайся. Чем дольше ты спишь, тем дольше у меня есть халявный источник энергии. Всё же честно, да? Я ведь не дал Макару в лес тебя выбросить.

Заботливо подложил под её голову принесённую с собой небольшую подушечку, накинул сверху одеяло. Даже волосы поправил и немного полюбовался её лицом.

Красивая девушка. Честное слово, я бы с радостью с ней… прогулялся под луной.

Но пока что пусть остаётся моим спящим генератором. И я этим вполне доволен.

Я уже собирался уходить, чтобы заняться более насущными делами, как снаружи донёсся непривычный шум: скрип колёс, ржание лошадей, грубые мужские голоса.

На бандитский налёт непохоже. Чего это там происходит?

Я вышел из конюшни и хмыкнул. К усадьбе подъезжал небольшой караван. Три крытые кибитки, запряжённые неказистыми лошадками, и человек десять охраны.

Охрана была примечательная: кроме обычных парней с копьями, я заметил двоих с ружьями. Ещё у большинства были доспехи с металлическими пластинами, а у главного охранника аж целая кираса и шлем.

Он как раз что-то говорил Ильдару, который преградил им путь у ворот. Подойдя, я услышал обрывки разговора:

— … хозяина вашего, графа Шахтинского, хотим видеть. Или, может, из челяди желает кто-нибудь обменяться? Товар у нас разный, можно и купить, и продать.

— Здесь хозяин, — сказал я, подойдя. — Что везёте?

Тут же показался. Круглый, как булка, мужчина с маленькими хитрыми глазками.

— Леонид Сергеевич! Рад знакомству! — радушно воскликнул он. — Меня зовут Гаврила Петрович. Торговец, путешественник и просто хороший человек. Всё продаю, всё покупаю. Осмелюсь предложить взглянуть.

Я кивнул, и караван впустили во двор. Слуги, услышав шум, начали выходить из дома. Для них это был редкий шанс приобрести что-то полезное или просто красивое, не рискуя жизнью в поездке на ярмарку. Которая, к тому же, уже закончилась.

Гаврила Петрович ловко распахнул брезентовые пологи на своих кибитках. Ассортимент, честно говоря, не поражал воображение. Было много было вещей, которых у нас так хватало. Много откровенно бесполезного барахла — бижутерия из дешёвого стекла, какие-то вычурные безделушки.

Но кое-что радовало глаз.

Я прошёлся вдоль прилавков и посмотрел товары.

— Мешок соли, — сказал я. — И вот эти специи. И эту посуду.

Гаврила Петрович оживился:

— Отменный вкус, ваша милость! Настоящий фаянс! Вы не пожалеете!

Я пожал плечами. Люблю пожрать, что поделаешь. И предпочитаю делать это вкусно и красиво, а не как попало.

Одна из кибиток была полностью отдана под оружие. Кроме неплохих дубинок, ножей и различных стрел, здесь имелись патроны. Я решил приобрести пару коробок — у меня уже имелись трофейные стволы, а обращаться с ними мои люди умеют.

Параллельно с товарами я оценивал и сам караван. Ограбить их на дороге было бы непросто. Охрана крепкая и хорошо вооружена. Да и сам Гаврила Петрович, судя по виду, явно не первый день катался по этим опасным дорогам. Только с виду казался мякишем, внутри у него твёрдый стержень.

Пока слуги и некоторые из моих гвардейцев кучковались у других кибиток, я вступил в переговоры с торговцем.

— Часто по этим краям ездите?

— По главным дорогам, ваша милость. Стараюсь во все поместья и более-менее крупные деревни заглянуть. Продаю, покупаю. Что-то везу из города, что-то с одного имения в другое переправляю. Цены, конечно, везде разные… — он развёл руками. — Но есть у меня и особенные вещи. Для ценителей. Правда, цена соответствующая.

Меня это заинтересовало.

— Например?

Гаврила Петрович сделал знак одному из своих людей. Тот принёс небольшой ящичек. Внутри, на мягкой подкладке, лежало несколько предметов.

Пара зачарованных амулетов — слабеньких, но всё же. Какая-то странная металлическая безделушка, напоминающая компас. И фонарик.

Я взял его в руки. Довольно тяжёлый, с хорошей линзой. Внутри находился зачарованный на свечение кварц, а в качестве питания использовались камни попроще, наполненные маной.

Примитивный артефакт для моего прошлого мира. Но для этого — почти диковинка.

— Отличная вещь! — разулыбался торговец. — Светит ярко, как днём! Работает от заряженных кристаллов, которые можно…

— Сколько? — перебил я.

Он назвал такую цену, что я чуть не выронил это «произведение искусства». Ну нахрен, за такие деньги можно купить годовой запас зерна для всей деревни.

Да я обычную палку обстрогаю, вырежу на ней руны, добавлю маленький камушек — и у меня будет фонарик ещё лучше. Разве что выглядеть будет не так презентабельно.

Но вслух я ничего не сказал. Просто положил фонарик обратно в ящик и велел нести товар на обмен.

Немного мяса, звериные шкуры, а также всякую мелочь, собранную с трупов бандитов и в заброшенной деревне — парочка колец, неплохая обувь и одежда, свечи, мыло, посуда. И, на десерт, рога магического оленя с перламутровым отливом.

Гаврила Петрович принялся осматривать товар. На шкуры сразу начал бурчать:

— Качество не ахти, ваша милость. Выделка грубовата, дырок много…

— Зато мясо отборное, — парировал я. — И рога редкие.

Мы поторговались. Мне, честно говоря, было даже интересно — давно я не вёл таких переговоров. В прошлой жизни за меня обычно торговались управляющие, а я лишь утверждал итоговые суммы. Здесь же каждый медяк был на счету.

Торговец попытался купить лошадей, но я твёрдо отказал. Лошади мне были нужны самому, для мобильности гвардии. Я уже размышлял, как бы наладить их разведение.

Машина-то сломалась, а запчастей, как назло, в ассортименте Гаврилы Петровича не наблюдалось.

Когда сделка была уже почти заключена, торговец, понизив голос, сказал:

— Вижу, вы человек умный, Леонид Сергеевич. Есть у меня ещё кое-что, именно для человека, который ценит знания.

Он достал из потайного отделения своей кибитки две книги в потёртых обложках.

— Бестиарий инсектоидов, — сказал он, показывая первую. — Описания, повадки, слабые места. Неполный, конечно, но лучше, чем ничего. И вторая — справочник по животным, в том числе магическим. С рисунками.

Я взял книги, пролистал. Качество печати было средненьким, но информация — бесценной. Особенно про инсектоидов. Мои знания о них были отрывочными, из воспоминаний Леонида и слухов. Здесь же всё было систематизировано.

— Сколько? — спросил я.

Цена оказалась приемлемой, особенно после торга. Правда, за книги пришлось монетами, но знания — сила. Денег не жалко.

Гаврила Петрович, довольный сделкой, попрощался, пожелал процветания моим владениям, и вскоре его караван покинул нас.

А я, с новоприобретёнными книгами под мышкой, отнёс их в библиотеку, а потом отправился в свою комнату.

Раз уж возникла идея насчёт фонарика, почему бы и не сделать?

Я взял хорошо просушенную палку подходящей толщины, инструменты, горсть кварцев и принялся за работу.

Вырезал выемку для кристалла, нанёс вокруг неё и по всему древку простейшие руны накопления, фокусировки света и включения/выключения. Вставил кварц, закрепил его клеем.

Так увлёкся, что к вечеру на столе передо мной лежало целых шесть «фонариков». Просто палка с камушком на конце, но…

Я взял один, нажал на включающую руну. Кварц вспыхнул холодным белым светом, ярко освещая комнату. Ни копоти, ни огня, чёткий, направленный луч. Даже яркость можно регулировать, если знать, как.

Да, эти светилки нужно будет периодически подзаряжать. Но в будущем можно сделать зарядную станцию. Только потом. А первое время я могу заряжать их сам.

Я вызвал Макара и Ильдара. Вручил один посох управляющему.

— Макар, тебе — для хозяйственных нужд, когда темно. Ильдар, остальные гвардейцам. Чтобы ходили не с факелами, а с вот этим. Объясни, как включать и выключать. И чтобы берегли!

— Так точно, ваша милость, — кивнул Ильдар, принимая посохи.

Макарыч осторожно потрогал светящийся конец.

— Чудо, да и только…

Один фонарь я оставил себе. Хотя, честно говоря, он мне был не очень-то и нужен — мои «Кошачьи глаза» справлялись лучше.

Но пусть будет. Для коллекции.

Включив посох, я прислонил его к краю стола и открыл бестиарий инсектоидов. Пора изучить врага получше.

Ночью меня разбудил щелчок в сознании. Я распахнул глаза и сел на кровати. Кто-то задел сразу несколько сторожевых нитей на восточной опушке леса, метрах в трёхстах от усадьбы.

Я мгновенно проснулся, мысленно соединяясь с пунктом управления.

Ага, понятно. Вот и гости. Давно их жду.

«Интересно, — подумал я. — Гвардейцы собираются вообще свой хлеб, вернее, своё мясо отрабатывать? Где тревога, я не понял?»

Только я об этом подумал, как с улицы раздался тревожный звон колокола. В последний момент заметили врагов. Ну, хоть так.

Надеюсь, что когда достроим большую башню, с этим у нас будет получше.

Я вскочил с кровати и выглянул в окно. Картина была интересной, хотя и неприятной.

К имению от опушки леса двигалась группа инсектоидов. Относительно мелкие и слабые. Большинство были похожи на огромных тараканов с шипами на спине. Впереди всех ползла длинная тварь вроде сколопендры.

Видимо, молодняк или просто мелкая порода. Но от этого они не менее опасны.

Эх, жаль, огненных посохов не успел ещё наделать. Было бы славно, если бы та троица в реальных условиях их применила.

Ладно, обойдёмся старыми добрыми методами.

Я выскочил во двор, где уже кипела суета. Гвардейцы строились под командованием Ильдара. Видел я и тех троих жилистых парней, которые вооружились луками. Они стояли с открытыми ртами, глядя на приближающихся монстров.

— Стрелки на позиции! Щитоносцы — вперёд, не дайте им пробиться к дому! — рявкнул Ильдар.

— Огнестрел возьмите, — велел я. — Но без моего приказа не стрелять, экономим патроны.

— Так точно, — кивнул Ильдар.

Гвардейцы замерли на своих местах. Когда твари приблизились, я первым вскинул арбалет и выстрелил.

Это стало сигналом. Остальные стрелки тоже выпустили свои снаряды.

Не все попали — твари двигались быстро и непредсказуемо. Но два инсектоида рухнули замертво. Одного подстрелил я, а второго, кажись, Яшка.

— Заряжай! — приказал я.

Второй залп оказался удачнее — ещё три твари упали. Но оставшиеся были уже близко.

— К оружию! Готовься к рукопашной! — заорал Ильдар, выхватывая саблю.

— Огнестрел, огонь, — приказал я, отбрасывая арбалет.

Раздалось несколько выстрелов — хлопнула винтовка, громыхнул бандитский обрез. Ещё один таракан скончался, а в боку сколопендры появилась дыра.

Я обнажил меч и первым бросился вперёд. Ильдар с боевым кличем повёл следом остальных. Неугомонный дед Макар с алебардой тоже оказался среди гвардейцев. Когда он только успел появиться?

Вокруг закипела схватка. Гвардейцы действовали слаженно, не давая тварям окружить себя и помогая товарищам. Особенно отличились двое парней, которым я ранее выдал хитиновые щиты. Они шли вперёд, принимая на себя удары жуков, а их напарники с копьями наносили удары из-за спины.

Лёгкие, но прочные щиты прекрасно выдерживали натиск инсектоидов. Ну, не зря я же решил их создать!

Я бился, стараясь не лезть в самую гущу. Моё тело, подпитанное целительными камнями, слушалось хорошо. Удар, уворот, ещё удар!

Сколопендра попыталась схватить меня за ноги, но я резким выпадом обрубил ей жвалы. Тварь пронзительно заверещала. Тут Белогор метнул копьё и пробил ей башку насквозь. Сколопендра тут же замолкла, но гвардейцы на всякий случай отрубили ей голову полностью.

В общем, весёлая вышла заварушка, хотя и недолгая. Через несколько минут последний таракан вдруг решил, что делать ему здесь нечего, и попытался бежать. Не тут-то было. Яков с товарищами нашпиговали его стрелами.

— Все живы? — спросил я, оглядываясь.

— Так точно, ваша милость! — отозвался Ильдар, вытирая саблю травой. — Ранения есть, но не смертельные.

— Времена-то какие, времена, — вздохнул Макар, опуская алебарду. — Раньше таких чудовищ под самым носом не водилось. А теперь смотрите-ка! Как к себе домой пришли. Скоро и наши края станут совсем безжизненными, одни жуки останутся…

— Ты прав, — мрачно поддержал Ильдар. — С каждым годом их всё больше.

Я слушал их, разглядывая хитиновые останки. В их словах была горькая правда. Это вообще не удивительно. Учитывая, что по этим землям прокатилась большая война, людей практически не осталось. Ну и вот, всякие паскуды чувствуют себя вольготно.

— Не парьтесь, — сказал я, перебивая их унылые размышления. — И давайте искать во всём плюсы. Вот, к примеру, наши многоногие друзья принесли с собой кое-что полезной. Соберите их и в сарай. Хитин пригодится.

Материал, конечно, не идеальный. Изнашивается быстро, особенно если есть повреждения. А этих жуков нехило так помяли. Но щиты и доспехи из хитина всё равно куда надёжнее, чем кожаные или деревянные.

Пока гвардейцы и слуги принялись собирать «урожай», я осмотрел пострадавших. Бойцы отделались лёгкими ранами, ничего критичного.

Я достал из кармана горсть мелких целительных кварцев.

— Держите, — сказал я, раздавая по камушку каждому пострадавшему.

— Зачем, господин? И так заживёт, — пробормотал один.

Я так посмотрел на него, что возражения мгновенно стихли. Люди без слов поняли, где я вертел их мнение. Господин сказал — делай.

Гвардейцы сжали камни в ладонях. Через несколько секунд на их лицах отразилось облегчение. Никакого чуда, просто ускоренное естественное заживление и лёгкий обезболивающий эффект.

— Спасибо, ваша милость, — забормотали они.

— Пожалуйста, — отмахнулся я. — Теперь все по местам. Дозор удвоить на остаток ночи. Ильдар, проследи. А утром займёмся разделкой этого… ну, этого всего.

Когда всё улеглось, и двор снова погрузился в тишину, я отправился спать. По пути заглянул в конюшню, к моей спящей «электростанции».

Ведьма спала. Даже грохот боя не потревожил её. Я поправил сбившуюся подушку, подтянул одеяло повыше.

— Спи-спи, солнышко, — пробормотал я, погладив её по прохладной щеке. — Хорошо, что тебя эти громкие звуки не разбудили. Продолжай копить энергию. Она нам ещё пригодится.