Маленькая волшебница

Глава 16

К удивлению Лиин, ее так и не представили императрице. Спросив у Меланы о том, когда это сделают и к чему готовиться, девушка узнала, что Лучшая Из Элана очень азартна. А еще ей в последнее время было скучно, даже возможность поиграть в сваху и директрису школы для благородных девочек ее уже лет десять, как не радовала. Когда-то любимое развлечение давно превратилось в рутину Недостаточно адекватных девушек во дворец во время празднования Тихого Сезона старались вообще не впускать, а оказаться в числе невест они не смогли бы и при помощи высокопоставленного отца. Так что скандалы случались редко.

А тут вдруг целая наследница, которую мало того, что никто не знает в лицо, так еще и навезли целую кучу девушек-южанок, на которых она похожа. Весело ведь будет наблюдать за тем, как доблестные кавалеры пытаются угадать которая. Впрочем, императрице показалось, что самой угадывать будет еще веселее. Поэтому официальное знакомство она отложила до конца праздников.

— И твои ручки она хорошо рассмотрела, — хихикнув, сказала Мелана. — Теперь думает, что ты волчица, которая попортила нежность этих ручек ножами, абордажными саблями и ингридиентами для зелий.

Лиин хмыкнула. Угадала императрица только с зельями — лекарства Лиин в болотах готовила часто, сама перетирала травы каменным пестиком, сама мешала глину и лепила кособокие горшочки, которые потом благодарные пациенты пытались разбить во время просушки. А вот ножи и сабли прекрасно заменила веревка, с помощью которой приходилось тащить ведро с водой из ямы с фильтром, которые умел создавать Валад.

Лиин отмахнулась от параноидальной мысли о том, что Валад слишком много всего умел, и решила вернуться к разговору о Лучшей Из Элана.

— И что мне делать?

— Ничего. Императрица Кадия и так знала, что среди девушек будут волчицы. И с тем, что охрана красавицам нужна, причем охрана незаметная, она согласна, хоть волчиц и не любит. Просто не давай ей повода обвинить тебя в непрофессионализме и все. Наша императрица вообще мало кого любит, так что ничего страшного.

Лиин только вздохнула.

А потом во дворце появились опоздавшие невесты. Последняя сиротка-южанка на этот раз была зеленоглаза и мрачна. А еще безвкусно, но очень богато одета. И шла она с высоко задранным носом. Видимо, изображала наследницу, как считала нужным. Две неуверенных русоволосых девушки, семенящих следом, оказались самыми настоящими волчицами, причем не какими-то там новичками, а девами опытными и старше того возраста, на который выглядели. У одной даже восьмилетний сын был, а у второй загадочный титул «убийца бретеров».

К моменту появления этих девушек кто-то сумел разозлить императрицу еще больше, чем тогда, когда она раздавала «имена» большей части невест. Так что эта троица была осчастливлена трясогузкой, сорокой и чертополохом. Чертополох сразу же присвоила себе южанка, заявив, что самая родовитая и любит фиолетовый цвет. А сороку с трясогузкой разыграли волчицы на пальцах.

— Представляю, как их будут объявлять, — веселилась Мелана, сидя на подоконнике в то время, как над Лиин издевались, втирая в корни волос какую-то дурно пахнущую пакость. Зачем ее туда втирали Лиин знать не хотела. Гораздо интереснее, как ее оттуда будут вымывать. — Прекрасная Трясогузка! Ой, а как нашу императрицу будет каждый раз перекашивать. И ведь никто кроме нее не виноват.

Лиин хихикнула.

Сидевшая в соседнем с Лиин кресле любительница поплакать, она же Уточка, почему-то побледнела. То ли ей от неприятного запаха стало дурно. То ли верноподданнические чувства сыграли и стали нагонять жути.

Дочка главы гильдии, она же Фиалка, ждущая, как и Мелана, своей очереди на издевательство над волосами и делавшая вид, что читает книгу, улыбнулась уголком губ и одарила Мелану заинтересованным взглядом.

С воняющей гадостью в волосах девушек посадили на балкончике за плетенный столик, видимо, чтобы в комнате не задохнулись. Все еще бледной Уточке вручили тряпочку пахнущую резко, но приятно и велели нюхать, если станет совсем нехорошо. Остальным принесли конфеты и чай.

— Интересно, из-за кого Лучшая Из Элана обозвала девушку Трясогузкой? — задумчив спросила Фиалка, заглянув в чашку так, словно на ее дне был написан ответ.

Уточка еще больше побледнела и стала шумно дышать в тряпочку.

— Так, — сказала Мелана, немного за этим понаблюдав. — Похоже, кто-то стал свидетелем скандала, а отыгрались на других невестах.

Уточка стала еще бледнее и сгорбилась, словно пыталась стать меньше.

Дверь на балкон открылась, и к компании присоединилась еще одна девушка — рыженькая бесприданница-хохотушка — Василек. Она осмотрелась, вздохнула, а потом решительно подошла к незанятому столику, взяла оттуда стул и поставила между Лиин и Уточкой.

— Не люблю сидеть в одиночестве, — объяснила это действие и светло улыбнулась.

— Мы как раз выясняем за что девушку назвали Трясогузкой, — сказала Мелана.

— О, — округлила ротик Василек и тут же хихикнула. — Ой, а как ее будут объявлять?

— Я о том же подумала, — призналась Мелана.

— Я не хотела, — прошептала Уточка таким тоном, словно собиралась умереть прямо на этом месте и это были ее предсмертные слова. — Случайно получилось…

— Так, — азартно сказала Мелана. — Рассказывайте, элана, мы должны знать, с чем можем столкнуться.

История оказалась проста и банальна. Уточка оказалась невезуча. А императрица азартна даже во время семейных ссор, ну или особенно во время этих ссор.

Получилось так, что Уточка случайно отстала от сопровождающей ее и еще двух девушек, идущих примерять шляпки для охоты. Бантик у нее на туфельке развязался. И она так боялась упасть, что остановилась, потом спряталась за штору и завязала его. То, что перед остановкой следовало попросить так же остановиться сопровождающую и других невест, ей в голову не пришло. Дома ее всегда видели и предугадывали, что она будет делать. Так что оказаться в одиночестве посреди коридора девушка была не готова. Стоять на месте побоялась и побрела по коридору, чувствуя себя фамильным привидением.

Коридор был длинный и пустой. Группа, от которой Уточка отстала, наверняка куда- то свернула, и девушка, когда дошла до конца коридора, решила повторить этот подвиг. Она вернулась к той занавеске, за которой завязывала бантик, теперь, правда она не была уверена, что узнала ее правильно. Отсчитала примерно то время, которое ей понадобилось, чтобы привести туфельки в порядок, а сопровождающей, чтобы пропасть вместе с невестами. И свернула в первый попавшийся коридор.

Он тоже оказался длинным. А еще виляющим из стороны в сторону. И бедная девушка сама не поняла, как оказалась перед дверью, за которой ругались мужчина и женщина. Наивная Уточка там остановилась и стала размышлять о том, насколько уместно будет постучать и попросить помощи. Ей, конечно, было страшно, но другого выхода она не видела.

А потом душевные терзания девушки прервала дверь, с размаху стукнувшаяся о стену и чудом разминувшаяся с Уточкиным носом. Оттуда выскочила злая и раскрасневшаяся императрица, обозвала бедняжку идиоткой, хотя та даже спросить ничего не успела, и ушла, громко стуча каблуками.

Уточка там чуть в обморок не упала. Но в коридор, к счастью, выглянул император, который оказался добрейшим человеком, вызвал стражника с помощью какого-то амулета, и девушку отвели к шляпкам для охоты.

— Ага, — задумчиво сказала Мелана. — Ты попала куда не следует, хотя не должна была. Там же щиты, которые чужих не пускают. Если только… надо спросить, вдруг проверка все еще не снята…

— Проверка? — испуганно спросила Уточка.

— На необычный дар, — сказала Мелана и пристально уставилась на бедняжку. Уточка побледнела еще больше, хотя казалось, что некуда, и тихонько спросила:

— А вещие сны считаются необычным даром?

Василек, как раз откусившая кусочек конфеты, закашлялась. Фиалка пробормотала:

— Дела…

А Мелана широко улыбнулась и сказала:

— Считаются. И можешь не бояться, теперь тебе подберут самого чудесного мужа, который не станет тебя обижать. Магов обижать вообще нельзя, особенно необученных, не контролирующих силу.

— Я не поэтому боюсь, — прошептала Уточка и печально вздохнула.

Правда, рассказать, чего же боится, она не пожелала. А Мелана не сильно и настаивала. Наверняка теперь на бедную девушку натравит коллег и те все выпытают. Причем втайне и с клятвой на крови в качестве гарантии неразглашения.

Следующие три дня невесты и охранявшие их волчицы провели в безделье и неге. Их переводили из купален к портнихам, от портних к сапожникам, от сапожников к вышивальщицам, от вышивальщиц к художникам… Их купали, натирали маслами так, что Лиин казалось что эти ароматы въелись в нее навеки, по двести раз расчесывали и пробовали различные прически. Потом примеряли платья и туфельки. Обязательно кормили. И куда бы девушки не пошли, следом обязательно таскались мальчики с фруктами, сладостями и охлажденными напитками. А иногда и какие-то мужики с подносами. Правда, мужиков почти сразу выгоняли девушки- сопровождающие в форменных платьях.

Лиин, не привыкшая к такому времяпровождению, заскучала уже на второй день и очень обрадовалась, когда вечером третьего девушкам сообщили, что завтра все пойдут танцевать и убеждать одну пожилую даму в том, что знают как вести себя за столом, беседовать с кавалерами, приветствовать императорскую чету, да и в целом умеют следовать этикету. Почему-то Лиин казалось, что это будет гораздо веселее бесконечного наведения красоты и выслушивания сплетен о родственниках, министрах и каком-то знаменитом офицере-сердцееде, о котором она до сих пор даже не слышала, но чьи постельные подвиги воспевают даже барды.

Надежды, как оказалось, были напрасны.

Экзамен по этикету ни капельки не напоминал экзамены по магии. Девушек всей толпой сначала усадили за стол, с набором посуды, столовых приборов и разнообразных кушаний, и велели есть. Во главе стола сидела неприятная женщина с таким выражением лица, что большинству девушек кусок в горло не лез, у некоторых начали трястись руки, а Уточка опять расплакалась, за что была обозвана дурой и куда-то уведена под локоток.

Пока неприятная женщина куда-то водила Уточку, умные и голодные девушки быстро похватали, что было ближе и нарезано небольшими кусочками и поспешно это съели. Те, что поглупее, попытались повторить это маневр, убедившись, что громы и молнии на головы первых никто не бросает. Но маленько опоздали, и вернувшаяся вместе с бледной Уточкой неприятная дама застала четверых красавиц с набитыми, как у хомяков, ртами.

— Вот так делать не надо, — мрачно сказала она. Потом одарила всех присутствующих убийственным взглядом и велела: — Ешьте.

Мелана вздохнула, демонстративно наколола на вилку для десерта круглый маринованный грибочек и стала его обгрызать, как ребенок леденец, за что была вознаграждена еще одним убийственным взглядом. Бедняжка Хохлатка, одна из бесприданниц, из-за трясущихся рук уронила на скатерть кусочек чего-то непонятного и выглядевшего очень неаппетитно. Фиалка с достоинством достойным чистокровной элана самых древних кровей, резала на мелкие-мелкие кусочки утиную грудинку. Одна из волчиц сосредоточенно ловила горошины в салате. Соя невозмутимо размазывала по тарелке кусок рыбы. А большинство так и не решилось ничего попробовать.

— Все неправильно! — наконец сказала надзирательница и даже привстала над своим местом. — Вы изначально выбираете не те блюда. Сначала едят…

— То, что принесут слуги, — тихонько сказала Фиалка и потупила глаза. Мелана отложила свой гриб и демонстративно огляделась.

Слуги с подносами появляться не спешили.

— А если все уже на столе, начинать следует с горячих закусок, — сказала Соя и печально посмотрела на стол, где горячих закусок не было.

— А если мы в кофейне с кавалером, заказывать нужно пирожное и чашечку чая или кофе. Объедаться в таких местах допустимо только детям, — задумчиво сказала рыжая хохотушка.

Девушки посмотрели на стол, но пирожных и кофе там тоже не нашли. Получалось, что начинать торжественный обед было не с чего.

Суровая дама наконец тоже обратила внимание на то, что находится на столе. Обвела взглядом три вида давно остывшей рыбы, уделила особое внимание четвертому виду — жирной маринованной голохвостке, которой на столе во время торжественного обеда вообще быть не должно, так как это ежедневное блюдо. С каким-то странным интересом посмотрела на салат, пестревший зеленым горошком и мелкими кусочками красного сладкого перца. А сырная и мясная нарезки удостоились даже вздоха.

— Похоже, кто-то что-то перепутал, — сказала она ледяным тоном и велела: — Отведите девушек в танцевальный зал!

После чего гордо удалилась.

— Похоже, кому-то сейчас оторвут голову, — со знанием дела сказала Мелана, вызвав в девичьем коллективе нервный смех.

В танцевальном зале девушек уже ждал молодящийся мужчинка неопределенного возраста. Одет это мужчинка был пестро, двигался чуть ли не прыжками и все время болтал на отвлеченные темы. От мужичка Лиин, да и не одна она, узнала, что совсем не умеет танцевать, да и в целом неуклюжа, как медведица на сносях. Уточку мужчинка благополучно довел до слез, а потом сам же утешал. В Фиалку, похоже влюбился и ставил ее всем в пример, как образец грациозности и мастерства.

У большинства девушек из-за бесконечной стрекотни мужчинки, причем на высоких тонах, начали болеть головы. Молодые люди — партнеры в танцах, вообще уходили с такими просветленными лицами, что, наверное, даже наивная Уточка догадалась, что они собираются запить этот урок чем-то крепким.

После танцев девушек опять повели к столу, на этот раз накрытому по всем правилам, и недовольная дама всласть всех покритиковала.

Потом девушкам пришлось вести светские беседы друг с другом, под придирчивыми взглядами компании суровых немолодых элана. Потом на секундочку заглянула императрица, с ней все раскланялись и, не успев насладиться ее присутствием, попрощались по всем правилам.

Потом пришлось вести беседы с кавалерами, в присутствии тех же немолодых элана.

Потом все дружно вспоминали, чего не должна прекрасная и нежная элана делать на охоте, хотя треть девушек были вообще уверены, что она не должна там присутствовать. Им отцы до сих пор не разрешали участвовать в этих забавах. Какие именно отцы не разрешали это делать трем волчицам и примкнувшей к ним сиротке, Лиин даже думать боялась.

А потом как-то незаметно наступил вечер, девушек, сходивших напоследок примерить еще одну партию туфелек, наконец отпустили, велев хорошенько выспаться.

Голова от чудесно проведенного дня, видимо, гудела не только у Лиин, да и желание что-то натворить было не у нее одной. По дороге в свои комнаты девушки, группками, отставали, то любуясь чьими-то портретами, то дружно решив пригладить и расправить мягкие складки на юбках. Сопровождающие по очереди возвращались за отставшими, видимо, знали историю забредшей не туда Уточки, но красавицы все равно умудрялись обзавестись восхищенными их красотой мужчинами, которых сопровождающим приходилось вежливо отгонять от цветника и птичника.

— Неправильная я элана, — выдохнула Лиин, когда наконец оказалась наедине с собой в небольшой спальне.

У этой спальни был выход в общую гостиную, где девушкам, видимо, полагалось вести великосветские беседы, репетируя их для праздников. И, когда в дверь постучали, Лиин никуда идти и ни с кем разговаривать не хотелось. А оказалось, ее зовут не на репетицию беседы, а на девичник — с гадальными картами, легким вином, которое обнаружилось в буфете и фруктами, которые стояли на столе в вазах.

И закончился этот день хорошо и весело.

Мелана, заявившая, что умеет гадать, нагадала девушкам очень хороших мужей. Причем всем девушкам, даже волчицам. Были эти мужья молоды, богаты, благородны и все, как на подбор, голубоглазые блондины — Мелана как-то умудрялась вытаскивать из колоды «офицера» именно такой масти.

А закончились эти невиннейшие из посиделок тем, что Уточка опять расплакалась и сказала, что не может выйти замуж. Потому что после этого случится что-то страшное, причем, не с ней, а со всем миром.

Что именно случится и как это будет связано с ее замужеством, девушка толком сказать не смогла. Но Мелана слушала ее очень внимательно и хмурилась. Лиин даже заподозрила, что именно ради этого девичник и был затеян. Не зря же Уточка единственная при упоминании загадочного голубоглазого блондина покраснела и смутилась.

— Дела, — тихонько сказала Лиин своему отражению, когда опять оказалась в комнате наедине с самой собой.

И ей очень хотелось поговорить с Валадом. В предсказаниях он тоже разбирался, даже мог как-то вычленить что-то нужное из бредовых видений вдовы рыбака, примкнувшей к борцам с тиранией после того, как ее чуть не забили камнями односельчане за предсказание пожара. Который, кстати, случился через два дня после этого.

— Мне его не хватает именно как учителя, — сказала Лиин отражению по секрету, немного подумав над своими желаниями.

А еще было интересно, чем сейчас занимается душечка Змей. Как-то он очень загадочно пропал вместе с Марком. Это притом, что Айдэка Лиин видела. Он прямо во дворе, перед девичьими окнами, вымахивал кривым мечом, пока не выбежала какая-то женщина и не прогнала его. А душечка и Марк так ни разу на глаза и не попались.

Впрочем, то, что Мелана, как только девушки стали расходиться, подхватила Уточку под руку и куда-то повела, обещая, что там ей помогут успокоиться и перестать бояться, было тоже очень интересно и подозрительно.

Во дворце что-то затевалось помимо праздника.

Лиин это и так подозревала, но сейчас появилось ощущение, что эта затея все ближе и ближе, а скоро и вовсе выскочит из-за угла, как грабитель. И как-либо повлиять на происходящее будет уже невозможно.

Впрочем, Лиин подозревала, что и так повлиять ни на что не сможет.

Да и не очень этого хотела.

Радостно бросаются в чужие интриги только полные дуры. А выходят из них без потерь только бестолковые героини романов, живым девушкам крайне редко так везет.

Собственно им даже нечасто везет с тем, чтобы не быть в интриги втянутой помимо воли и без предупреждения. И времени разобраться им обычно не дают.

И Лиин подозревала, что сейчас этого времени не дают ей.

Хотя если бы и дали, и даже позволили задавать вопросы, указав на человека, который сможет на них ответить, внятно эти вопросы она сформулировать бы не смогла. Ей явно не хватало информации.

— Ладно, затаимся пока, как мышка под веником и будем внимательно слушать, — глубокомысленно сказала Лиин отражению и подергала за веревочку у кровати, вызывая девушку, которая поможет снять платье. Шнуровку на спине явно изобрел какой-то извращенец, считающий, что элана самостоятельно снимать платья не должны в принципе.

Пока служанка помогала Лиин снять платье, расстелить постель, а потом еще и взбивала подушку для большей мягкости, многие люди во дворце ложиться спать даже не думали.

Запропастившийся душечка Веливера, скрывающийся от собственной матери, императора и всех желающих с ним поговорить, причем немедленно (льтиматумы будут ставить, сразу же догадался капитан), сидел на кухне над ведром и ловко чистил морковь. Так он отрабатывал каморку, которую милостиво уступил один из помощников поварихи, который ночью должен был начистить овощей в достаточном количестве, чтобы можно было наварить полезного для фигуры и цвета лица супчика, которым императрица приказала накормить невест. А у помощника было назначено свидание, и никто не мог с ним поменяться, все либо должны были выйти в дневную смену, либо тоже были заняты заготовками выше головы — с утра любят покушать не только невесты.

С другой стороны ведра сидел Айдэк, у которого очистка овощей получалась даже лучше, чем у капитана, и рассказывал последние новости, часть из которых ему, в свою очередь, рассказала Мелана, а другую часть он беззастенчиво подслушал.

— Дохлая черепаха, — сказал капитан, когда Айдэк рассказал об открывшемся таланте видеть пророческие сны одной из невест, причем наследниц.

— У нее характер неподходящий, — сразу же сказал Айдэк, бросая очищенную морковь в тазик с водой. — Боится, рыдает, в обмороки падает. Да и нравится ей какой-то блондин. Мелана говорит, что бедная девочка его как увидела, так и застыла соляным столбом, еле увела эту дурочку оттуда. Правда, не говорит, что это за блондин. А пугать и без того запуганную собственным даром девушку никто не будет. Ах да, а еще это наивное существо совершенно не умеет хранить тайны, даже о том, как случайно подслушала скандал между императорской четой выболтала. Каяр в юбке, похоже.

— Ладно, а другие?

— А там вообще забавно. К одной уже не желают ходить служанки, в чай ей плюют, скоро крысиный помет начнут добавлять. Но там и так было понятно, что за характер у юной девы. А насчет остальных пока спорят, сам слышал, как твоя мама обещала в следующий раз принести кости и попросту разыграть на удачу. Там у каждого варианта есть как достоинства, так и недостатки.

— Значит, решение не приняли, — задумчиво сказал капитан.

— Пока нет. Но если ты будешь прятаться здесь и дальше, твой папа треснет об пол поленом и поклянется женить тебя на первой, что попадется ему на пути, — промурлыкала Мелана, стоявшая на пороге каморки. — Если хочешь вмешаться в этот выбор, самое время.

— Не хочу, — сказал капитан и светло улыбнулся. — А вообще не собираюсь позволять им делать какой-то выбор. У меня другие планы.

— Малек собирается переиграть акул? — Мелана светло улыбнулась и покачала головой. — Ладно, попробуй, а я понаблюдаю. И да, тебя на самом деле не сложно найти. Тебе просто везет, времени на твои поиски пока ни у кого нет.

— Я справлюсь до того, как меня найдут, — сказал капитан и взял следующую морковь.

— Ну-ну, — проворчала Мелана. — Дерзай. Только не забывай, чем закончилась твоя предыдущая авантюра.

— Я помню. Именно поэтому не пытаюсь все сделать самостоятельно. Мелана только вздохнула и ушла, оставив мужчин в компании овощей.

Каяру в это же время было гораздо веселее. Он пил хорошее старое вино, которое один из набивающихся в друзья малознакомых мужчин специально достал из погреба. Еще он играл в карты. И вел сугубо мужской разговор. То есть, болтовня перетекала с оружия на лошадей, с лошадей на корабли, с кораблей на охотничьих собак и скоро должна была дотечь до женщин, ради чего это разговор, похоже, изначально и затевался.

На столе стояла уже четвертая бутылка. Стаканы, в которые вино разливали были не стеклянные, а старинные, бронзовые, якобы извлеченные из не менее старинной шкатулки ради дорогого гостя. Но Каяр был уверен, что их достали из-за того, что не было видно сколько и кому в них налито. Дорогие и ценные «друзья» решили попросту его напоить и выпытать какие-то страшные тайны. А Каяр, как только увидел стаканы, попрощался с идеей неплохо провести время и проглотил горошину не позволяющую опьянеть.

Правда, сыграть опьянение у Каяра получалось не очень. Но хозяина дома и ценных стаканов эта игра вполне удовлетворила и, долив вина в стаканы гостей в очередной раз, он наконец начал переводить разговор на женщин. Переводить разговоры он умел так себе, и Каяр еле удержался от неуместного гнусного хихиканья.

— Говорят, Веливера в этот раз двух каких-то красавиц привез, — сказал он, сразу после заявления о том, что норным псам обязательно надо купировать уши, чтобы лисы их не хватали за эти длинные лопухи.

— Ага, — отозвался Каяр изо всех сил пялясь в карты. — Свою бывшую командиршу и ее подругу привез. Должен же кто-то опытный за этим курятником присматривать.

Хозяин дома и притворявшийся его старым знакомым маг, явно умеющий улавливать ложь, переглянулись. Маг кивнул, а хозяин задумчиво хмыкнул и заглянул в свои карты.

— Да, курятник, с золотыми курочками, — сказал медленно. — В этот раз куча наследниц, как бы их вычислить? Говорят, одна на красавицу-южанку похожа. Наверное, поэтому их так много в этот раз. Красавиц-южанок. А эта девушка, подруга надсмотрщицы в курятнике, она волчица?

— Нет, — честно ответил Каяр, полюбовался поверх карт за тем, как маг кивает и хозяин дома расцветает, вообразив себя великим умником, а потом добавил: — Она сирота. Представляете, в этот раз императрица разрешила привезти сироток- компаньонок и выдавать их за элана ради большего веселья. А так как все знают, что одна наследница-элана похожа на южанку, таких сироток и привезли. Теперь императрица будет наблюдать за тем, как в стайке одинаковых птичек ищут самую ценную, и очень веселиться.

Каяр гнусно хихикнул, а потом хлопнул картами об стол, маг, как раз сосредоточенный на вибрациях и прочих тонких материях подскочил и опрокинул на себя вино. Хозяин дома неодобрительно посмотрел на Каяра, подал магу салфетку и прошептал:

— Что?

— Правда, — шепнул в ответ маг.

Каяр почувствовал, как губы раздвигаются в улыбке, поэтому громко икнул, попытался встать и с грохотом уронил стул.

— Это будет так весело! — жизнерадостно заявил, глядя в потолок. — Как ловля золотых карасиков в мутном пруду, населенном обычными желтоспинками. Кто ту наследницу вообще видел? Она же не чистокровная южанка. А то, что считают похожим на красивых южанок на островах Запада, может быть совсем не похожим на то, что считают красивым сами южане. Вот! Да для них любая черноглазая девица со смазливым личиком уже прекрасная южанка, даже если она при этом бледна как смерть и худа, как жердь.

На физиономии хозяина дома расцвело торжество. Видимо, он вспомнил, что среди невест есть две худенькие темноглазые брюнетки, мало похожие на южанок. И маг подтвердил, что Каяр не лжет. А что там лгать? Жители запада действительно называют девушками южных кровей любую достаточно темноволосую и темноглазую красавицу.

— А то, что у самых красивых южанок синие или голубые глаза, на западе уже не знают, не интересно им это, — печально сказал Каяр, молясь всем богам, чтобы эти интриганы не задали прямой вопрос.

Нет, Мелана была уверена, что не зададут. Побоятся, что он потом его вспомнит, удивится и поделится воспоминанием с друзьями. Но мало ли, вдруг подумают, что он пьян настолько, что ничего вспомнить будет не способен.

Мелана оказалась права. Прямых вопросов ему задавать не рискнули. Попытались выяснить окольными путями голубоглазая все-таки или кареглазая, но Каяр упорно утверждал, что на юге больше ценят голубоглазых девушек, а на западе прекрасными южанками называют тех, у кого цвет глаз близок к черному. На том и расстались. Подобревший хозяин дома даже выигрыш распихал Каяру по карманам, чтобы не вспомнил о забытых деньгах и не пришел за ними, прихватив для представительности того же Айдэка или кого-то похуже.

Маялина со-Леглези, она же Уточка, тоже спать пока не собиралась и понятия не имела, когда соберется. У нее вообще было смутное ощущение, что спать больше не придется, потому что живой ее из этой комнаты не отпустят. Разум утверждал, что не может этого быть, потому что много людей видели, что волчица Мелана, сейчас сидящая в кресле в углу и пьющая чай, куда-то ее вела. А они ведь не хотят, чтобы эту девушку заподозрили в убийстве.

А ощущение никуда не пропадало.

Впрочем, Маялина всегда знала, что ничего, кроме неприятностей, ее дар принести своей хозяйке не может. Поэтому и скрывала его ото всех, даже от родителей. Все равно еще в тот самый первый раз убедилась, что изменить ничего не возможно. Как оно снилось, так и случится.

А тут вдруг взяла и проговорилась. Не зря мама считала, что молоденьким девицам можно пить только разбавленное вино. Дочь ее не послушалась и теперь сидит за этим столом, отвечает на вопросы, а у двери стоит высокая девушка с кинжалом, открыто висящим на поясе.

— Значит, сначала вы вышли замуж и были очень счастливы. А потом огненное чудовище разрушало город, а вы стояли на палубе корабля и плакали, — задумчиво сказала незнакомая женщина. Красивая, синеглазая и, кажется, даже не злая.

— Да, — подтвердила Маялина.

— Муж ваш где был в это время? — спросила женщина.

— Кажется, он умер, — сказала Маялина и печально вздохнула. Она больше десятка раз видела во сне, как светловолосый мужчина падает и больше не встает, и уже даже не боялась этого. А вот увидеть этого мужчину живого, с веселыми глазами и обаятельной улыбкой оказалось очень страшно.

— Как он умер? — спросила из угла волчица.

Маялина невольно вздрогнула, закрыла на мгновение глаза и опять вздохнула.

— Там еще одно чудовище было. Мы, кажется, тогда на корабль бежали и не успевали. А тут оно. А он взмахнул вот так руками. — Маялина попыталась повторить жест, но получилось не сильно похоже. — И чудовище разлетелось в разные стороны брызгами. У меня щитовой амулет сработал, когда они начали на нас падать.

— Ага, — задумчиво сказала волчица и красиво отпила чай. Она вообще умела делать все красиво. — Значит, убил демона, сам упал и больше не встал. Надеюсь вы его там не бросили?

— Нет. Его подняли и потащили. А потом он на палубе лежал.

— Вот и хорошо, — благодушно сказала волчица. — Вообще не думаю, что он умер. Такой жест присущ магам, не умеющим пользоваться своей силой. Они инстинктивно ее отталкивают на то, что видят. А потом, как повезет. Иногда сознание теряют ненадолго. Иногда надолго. Бывает, впадают в летаргический сон, который может длиться как несколько дней, так и несколько недель. Вы, главное, не пытайтесь его хоронить, пока маг жизни не подтвердит, что он действительно умер. А то выйдет конфуз, как с той девицей, которая очнулась в семейном склепе, испугалась, завернулась в саван и выбежала оттуда, как ошпаренная. А там как раз ее бабушка маргаритки и свечи принесла, решив как положено проводить незамужнюю внучку. Еле ее откачали потом.

Маялина представила выбегающую из склепа девицу в саване и невольно хихикнула.

— В каком городе все происходило можете сказать? — спросила синеглазая женщина, заглянув в листочек, на котором что-то писала, пока Маялина пересказывала свой сон.

— Нет. Кажется, я никогда там не была.

— Ладно, элана, можете идти спать. Вас проводят, — сказала собеседница и опять посмотрела на свои записи.

— А что мне потом делать? — растерянно спросила Маялина.

— Живите спокойно, клятва, которую вы дали, больше не позволит вам проговориться о своем опасном для вас же даре. А девушкам скажете, что пошутили, если будут спрашивать. Во лжи вас уличить тоже не смогут.

— Кадмия, думаю она спрашивала можно ли ей теперь выходить замуж и какая взаимосвязь между этим замужеством и нашествием демонов? — сказала волчица, отложив в сторону чай.

— Да никакой, — рассеяно ответила синеглазая. — Просто вешка. Привязка- событие, чтобы понять когда примерно все начнется. — Она внимательно посмотрела на Маялину, улыбнулась и добавила: — Можете смело выходить замуж. От вашего замужества ничего на самом деле не зависит. Возможно даже, что между этими двумя событиями из вашего сна в реальности пройдет год, а то и больше.

Маялина бледно улыбнулась, поблагодарила и пошла к двери. И думала она о том, что это хорошо, что от замужества ничего не зависит. Ощущать, что из-за твоего счастья рушится целый мир, очень неприятно. А во сне она всегда это чувствовала.

Когда дверь за пророчицей и провожающей ее помощницей Кадмии закрылась, Мелана вскочила с кресла и, в два прыжка оказавшись у стола, тоже заглянула в записи.

— Ты завтра что-то здесь поймешь? — спросила, так и не разобравшись в каракулях.

— Пойму, — пообещала Кадмия. — Невеселая картина, да? И Ожерелье можно смело вычеркивать из списка претенденток, раз уж ей суждено стать женой блондина.

— Я даже знаю какого, — сказала Мелана. — Но тебе не скажу, пускай это будет сюрпризом.

— Приятным? — спросила Кадмия.

— Более-менее.

— Ладно, — решила не настаивать глава ночных волков. — Сюрприз так сюрприз. Ты мне лучше другое скажи, куда делся наш упрямый баран, зачем он туда, делся и чем там занимается?

— Куда делся, не скажу, тем более, он скорее всего уже перепрятался в место еще нелепее. Делся он туда чтобы вы не поставили его перед фактом, что выбрали невесту, выстроили вокруг нее планы и забыли поинтересоваться его мнением.

— Мы собирались этим мнением поинтересоваться, — не согласилась с последним пунктом Кадмия.

— Только ему об этом сказать забыли. Видела я то веселое письмо. Как там было… «Приезжай как можно быстрее… времени немного… следует жениться… выберем подходящую группу островов…» Думаю, он уже высчитал самое подходящее место и знает, что жениться там придется на Илеме Декарса.

— Мы ее даже не рассматривали в качестве кандидатки, — возмутилась Кадмия. — Эта бездна самомнения и дурости обязательно бы что-то заподозрила, куда-то влезла… а нам нельзя бы было ее убивать, пока ребенок не появится. Да и потом… Сама понимаешь, сколько бы тогда борцов за справедливость объявилось. Им дай только повод. Даже если бы эта девица сама шею свернула…

— Я понимаю. Но твое письмо я читала и там говорится именно о самом подходящем острове.

— Ладно. Тогда скажи моему олуху, что Илема нам не нужна, пускай выходит и займется делом.

— А он уже занимается.

— Да? И каким же?

— Отпугивает потенциальных женихов от девушки, которая ему нравится. Ну и… судя по тому, что среди кухонной прислуги уже разошлись слухи о том, что ему подбирают богатую и родовитую невесту, которую ему отдаст лично император своим словом, у него есть какой-то план. И что прячется он потому, что боится привлечь твое недовольное внимание к какой-то красивой особе, к которой был слишком добр, слухи тоже ходят. Я даже ставку сделала на то, что это за особа.

— Подожди, что этот балбес задумал?

— Ну, ты же понимаешь, что довольно скоро и тот, и другой слухи дойдут до твоей почти тезки. И она радостно расстроит твои планы, оправдывая себя тем, что это вовсе не месть телохранительнице-выскочке, а соединение любящих сердец.

— Мелана, что это за девушка?!

— Хорошая девушка. И подходящая, не беспокойся. Я там тоже пару слухов гулять пустила. Повеселю нашу императрицу. А знаешь, что самое смешное? Эта бедная девушка даже не догадывается о его великих планах и настроена выйти замуж за незнакомца, а потом отправиться воевать с пиратами.

— Болван, — восхитилась отпрыском Кадмия.

— Весь в тебя, — весело сказала Мелана.

Фиалка, она же дочь гильдейского главы, тоже пока не спала. Она внимательно слушала двух служанок, которые пришли в ее комнату якобы для того, чтобы поменять постельное белье, которое показалось нежной красавице слишком жестким.

На самом деле же принесенное белье так и осталось валяться в кресле. А служанки, передавая нежной красавице исписанные листы, рассказывали о самых перспективных и подходящих женихах из тех, кто уже прибыл. Выбор, на самом деле, оказался велик. Но информацию все равно следовало еще проанализировать и уточнить. А то так нацелишься на владельца дворцов, земель и титула, а потом окажется, что половина земель уже распроданы или проиграны, дворцы нуждаются не просто в ремонте, а капитальной перестройке, да и титул пока не получен, потому что предыдущий владелец третий год не встает из постели, еле ест, почти не говорит, но, зараза, не умирает и в минуты просветления грозится передать титул другому наследнику.

В общем, работа Фиалке предстояла долгая и муторная. Но она никогда не считала удачное замужество легким делом.

Еще одна девушка, милая, золотоволосая дочь сумасшедшей матери, тоже пока не спала. Она стояла на балкончике, на который попала пройдя через пустую комнату с тремя книжными полками и огромным столом. Эта комната находилась недалеко от тех, в которых поселили невест, и, судя по пустоте, гулкости и тому, что даже ковра на полу не было, никому не принадлежала. Девушка, любившая одиночество, этой комнате очень обрадовалась, потому что невесты успели ей надоесть, все казались набитыми романтичными дурами и ничего не понимали в жизни. С ними даже разговаривать не хотелось, а делиться планами тем более. Да и просто показывать свое расстройство из-за того, что выпало дурацкое имечко Льнянка. Видела девушка эти цветы — здоровенные, неуклюжие и желтые. Разве ж она такая?

В общем, разговаривать ни с кем не хотелось, потому что наверняка будут злорадствовать. А высказаться хотелось. Поэтому пустой комнате Льнянка очень обрадовалась, немного пожаловалась на судьбу столу.

— Они такие все дуры, — говорила она ему по секрету. — Ничего в жизни не понимают. А самая глупая эта, Лютик которая — «Ах, если бы было возможно стать женой принца. Как жаль, что он уже помолвлен». Ну дура же, помолвлен, вовсе не значит, что женат. И если тебе так нужен принц, проблему с соперницей можно как- то решить. Хотя выходить замуж за принца глупо. Даже императрица на самом деле просто кукла, которая ничего не значит. Лучше быть фавориткой, фаворитки крутят императорами как хотят. Вот. Жалко, что наш император уже стар, а то бы я…

И в этот момент Льнянка услышала мужские голоса. Она осторожно подкралась к занавесям, отодвинув одну, обнаружила открытую дверь, ведущую на балкончик. Немного подумав и прислушавшись, девушка осторожно переступила через порог и замерла, слушая чужой разговор.

И чем дальше слушала, тем сильнее Льнянка понимала, что у нее есть все шансы стать фавориткой при императоре. Потому что двое незнакомцев разговаривали о том, как скоро окочурится старый император от своей загадочной болезни. И выходило у них, что он и года не протянет. А потом на престол взойдет молодой император, который дружил с одним из говоривших. А еще он был достаточно собой хорош для того, чтобы было не стыдно стать его фавориткой. И тогда уж…

Льнянка даже зажмурилась от удовольствия, представив, как будет блистать и как все будут перед ней ползать, умоляя, чтобы она повлияла на решение императора. А она изредка будет соглашаться, но с такими условиями, что они все будут у нее в кулаке.

И это будет правильно. И никто больше не посмеет назвать ее сумасшедшей.