Кровь Серебряного Народа

Глава 14

Свой военный совет я собрал не в поместье Мирэйнов, а у площадки возле Дома целителей, где пытались выжить два элларийских дерева. Их листья висели поникшими, но они были зелёными — упрямо, назло всему вокруг. Собраться тут я решил из-за Люнэра. Ему на костылях ковылять в другой конец города было проблематично. А на площади — вышел, сел на травку вокруг деревьев и можно совещаться. Плюс обзор — никто тайком не подслушает. Пришли мои ближайшие соратники: Рилдар, Силиас, Харэн, Оруэл, несколько оставшихся в живых десятников из гвардии моего отца. Позвал я и Бариадора Тёмного, мастера Тарвэна и Ромуэля.

— Дело такое, — сказал я, когда все расселись. — У гномов наше зерно. Надо его забрать. И отомстить за смерть отца и дружинников. У меня есть идея, как их выкурить из под земли. В буквальном смысле.

Кто-то хмыкнул: слово было странным, чужим. Но мысль всем была понятна.

— Ромуэль Зелёный, расскажите про «тхи».

Алхимик, потерев лоб, изложил все про ядовитую траву. Как делают, каков эффект… Я уточнил запасы, попросил поджечь пару брикетов — проверить действие.

— Как мы подведём к гномам ядовитый дым? — спросил Рилдар.

— Трубы, — ответил я. — Полые стволы медного дерева. Те заготовки, из которых хотели делать водопровод. Берём стволы, стыкуем. На одном конце — костер с «тхи», на другом — воздушная шахта гномов. Не может быть, чтобы у них на входе не было вентиляции.

Все посмотрели на Бариадора, тот кивнул:

— Есть там дыры, сам видел.

— Так вот, — продолжил я. — Мехами будем гнать дым вперёд, соблюдая все меры предосторожности.

— Стыки будут пропускать дым, — задумался Тарвэн. — И он уйдёт в стороны.

— Поэтому вы и нужны, — сказал я. — Сделайте хомуты, обмотки, что угодно.

Тарвэн покрутил в руке связку ключей.

— Ладно, это можно попробовать. Придется еще стропы на повозки прикрутить, чтобы стволы тащить. А вообще, идея удивительная. И как тебе только в голову пришла?

Теперь уже все с интересом пялились на меня.

— И пустите слух по городу, — проигнорировал я его. — Кто готов идти посчитаться с гномами, пусть подходят к воротам завтра на рассвете. Рилдар, на тебе погрузка стволов медного дерева и ящиков с «тхи». Мастер Тарвэн, нам нужны запасы еды. Я видел, что на берегу работает несколько ваших коптилен…

— Ладно, будет вам рыба, — тяжело вздохнул эльф.

— Благодарю! Поход должен быть стремительным. Если удастся быстро дойти до гномов, без стычек и засад — у нас все получится.

— А как же я? — замялся Люнэр. — Если посадить меня в обоз, я справлюсь! Клянусь, вы не пожалеете!

О, как всех проняло… Если калека готов идти в поход, то остальным сам Единый велел. Отказывать Люнэру ни в коем случае нельзя!

— Покажи культю.

Эльф размотал повязку на остатке ноги, я посмотрел на рану и поразился скорости заживления. Культя уже полностью сформировалась, была видна розовая кожа. Можно было уже делать протез из какой-нибудь деревяшки.

— Точно выдержишь поход?

— Даже не сомневайтесь. Возьму с собой запас бальзама.

— Тогда идешь с нами. Поможешь в обозе.

Глаза у парня загорелись. Он ударил себя в грудь кулаком и провёл рукой ритуальный круг.

— Я не подведу, мой господин!

Почти сразу после совещания по городу пошли слухи. Озлобленные жители Митриима давно ждали настоящего дела. Вернуть чувство гордости, отомстить.

У мастеров Тарвэна мы забрали шесть телег, он же привел мулов — тощих, с тусклыми глазами и торчащими рёбрами…

— Последние, — сказал он. — Если вы их угробите, дальше будем впрягать в телеги самих себя.

Мы грузили полые стволы медного дерева, обматывали тканью, привязывали. Тарвэн ходил вдоль телег, проверял все, покрикивал на нас. Меха укладывали отдельно и прикрывали мешковиной. Ученики Ромуэля принесли несколько ящиков с «тхи», промазанные смолой — не отсыреет в дороге.

— Не открывать, — сухо предупредил алхимик. — Если кто-то решит «понюхать», я лично откачивать не буду. Я вам не целитель.

Утром у ворот желающих пойти с нами оказалось неожиданно много. Пришли не только воины из разных родов, но и простые горожане — молодые, злые. В основном лучники, но было несколько десятков мечников в доспехах, со щитами. Всего под пять сотен.

Рилдар тихо сказал мне:

— Если всех возьмём, продовольствия не хватит. Триста, ну может четыре сотни. И то вряд ли.

— Не возьмём, — ответил я. — Отбери тех, кто уже ходил в походы, умеет слушаться приказов.

— Какой-то живности можно будет настрелять по дороге, — к нашей беседе присоединился Бариадор. — Я знаю водопой, куда приходят олени.

— Мы не можем полагаться на случайность. А если они откочевали?

Рилдар начал выбирать бойцов, профессионально распределяя их по десяткам и сотням. Всего в поход вышло триста пятьдесят эльфов. Полусотня мечников, триста лучников.

У ворот нас вполне ожидаемо встретили Арваэлы. Тёмно-зелёные доспехи с золотой окантовкой, щит к щиту, копьё к копью. Впереди — лично Келир. Он стоял с таким видом, будто ворота города принадлежали ему одному.

— Мирэйн, — сказал он. — Ты ведёшь отряд на войну без решения Совета?

— Я веду их за зерном, — ответил я. — И веду тех, кто вызвался сам, без принуждения. Тут все добровольцы.

Отряд за моей спиной согласно загудел.

Келир покачал головой:

— Ты подрываешь порядок! Только Совет может посылать армию на гномов.

— Твой порядок народ не накормит, — вмешался Ромуэль Зелёный. Он стоял чуть в стороне, но голос его прозвучал отчётливо.

— Вы идёте с ними? — удивился Келир.

— Иду. И никто меня не остановит!

Келир удивленно глянул на алхимика. У Ромуэля в городе пока оставалась реальная власть.

— Всё равно вы не выйдете, — сказал он упрямо. — Я не позволю угробить три сотни лучников в этом твоём бессмысленном походе за местью.

В этот момент к воротам подошёл главный жрец Оракула Саэн. Он опять был в своем бесформенном балахоне с капюшоном. Лица не было видно, и это пугало. Эльфы моментально расступились перед ним сами.

— Келир, — сказал Саэн спокойно, — ты знаешь, какую клятву дал Мирэйн.

— Потому и говорю: это его личное дело и не имеет права подвергать опасности других…

— Ты хочешь, чтобы клятва Оракулу стала пустым звуком? — перебил его Саэн

Келир поперхнулся. И, наконец, заткнулся.

Саэн посмотрел на меня:

— Ты понимаешь, какая ответственность на тебе? — тихо проговорил он мне.

— Я все понимаю, — также тихо произнес я. — У меня есть план. И вам даже было видение насчет травы…

— Ну раз так, идите, — просто сказал Саэн. — И пребудет с вами милость Оракула и Единого!

Он повернулся к Келиру:

— Крови у ворот не будет! Отойдите.

Келир, выбирая между упрямством и расчётом, махнул рукой. Строй Арваэлов разомкнулся, створки ворот начали медленно расходиться. Я почувствовал, как напряжение спадает — как натянутая тетива, которую отпустили без выстрела.

Отряд бодро продвигался вперёд по едва заметной дороге, углубляясь в лес и постепенно поднимаясь в горы всё выше и выше. Маршрут был знакомый, шли бодро, с передовым охранением и арьергардом.

Разведчики периодически появлялись в поле зрения и жестами подтверждали, что путь дальше пока свободен, после чего снова исчезали среди стволов и кустарников. Я шёл впереди рядом с Рилдаром. Ромуэль держался возле телег и время от времени проверял крышки ящиков, много суетился. Пришлось его даже одернуть, чтобы не лез не в свои дела.

Лоб почти не болел, чувствовал себя на все сто. И даже по дурости попытался вновь натянуть лук. Вот тут-то меня снова и накрыло. Звёздочки в глазах, тошнота… Еле продышался. Похоже, лучника из меня уже не получится — травма на всю жизнь. Разве что целители что-нибудь придумают…

На небольшом привале, устроенном в первую очередь из-за мулов, которым надо было напиться и немного отдохнуть, я провёл второй военный совет. Моё старшинство в нём под сомнение никто не ставил, и мне не пришлось тратить драгоценное время на дополнительные убеждения и объяснения дальнейшей тактики.

Клятва Оракулу, подтверждённая бледно светящейся рунной татуировкой на моей щеке, снимала возможные вопросы на мой счёт. С точки зрения этих эльфов, я был не только избранным Оракулом, чтобы вести их в бой, но и обладал всей полнотой ответственности за результат похода. А следовательно, спорить тут не о чем.

Меня такая фанатичная мотивация устраивала: по сути, я и сам пока не был уверен, получится ли у нас задуманное. Но то, что эти эльфы будут выполнять мои приказы, невзирая на юный возраст командира, добавляло уверенности.

Плюс Рилдар. Он полностью доверял мне, неплохо разбирался в военном деле, да и в командный костяк вошли опытные эльфы, которые уже давно и не понаслышке знали, как бить гномов.

— Никаких мелких стычек или засад, — сказал я им. — Ночью обходим все внешние бастионы. Разведчики сообщили, что они брошены. Наша цель — ворота Эха Гор. После того как подойдем к крепости — построим укрытие. И начнем собирать трубы.

Бариадор сделал нам рисунок входных ворот и окружающей местности — он часто бывал возле Эха Гор на разведке, знал все подходы. Дорога там была широкая, ровная, позволяла выйти к городу без каких-либо трудностей.

Погода постепенно менялась. В предгорьях стало прохладнее, подул неприятный, колючий ветер. На стоянках мы грелись у костров, пили горячее разбавленное водой вино — что-то вроде глинтвейна со специями

На третий день, мы разбили лагерь почти в прямой видимости гномьей горы. Местность тут была каменистая и неровная. Лес давно остался позади, и эльфы стали чаще озираться по сторонам. В чаще они чувствовали себя спокойнее: там даже мёртвые деревья внушали уверенность. А тут за каждым камнем мерещилась засада.

Я прошёлся по периметру и увидел неплохую организацию лагеря: каждый знал своё место, были выставлены секреты со всех сторон, Рилдар придумал пароли для связи. И это — вообще без боевого слаживания. У эльфов война, похоже, давно перестала быть чем-то необычным. Воинов тут растили с детства. В голове всплыл образ римского каструма — прямые линии палаток, ров с частоколом… Здесь всего этого не было, но нам важна была скрытность и скорость, и с этим эльфы справились отлично.

— Телеги с мулами загнали вон в тот овраг, — показал Рилдар, когда я спросил про животных. — Там их уже напоили, ночью отведут попастись вниз. Все всё знают, не переживайте, господин Эригон.

Ночью мы слышали камнепад вдалеке — грохотало будь здоров. Один из разведчиков вернулся и сказал, что видел на склоне следы. Но прямого контакта так и не произошло, и понять, знают ли о нас гномы, было невозможно. Я всё ещё надеялся на удачу. Без неё будет сложно.

Мысли путались, и я снова попытался привести их в порядок.

Придётся всё-таки дать гномам бой на поверхности? Или они предпочтут отсидеться в своем подземном городе, как делали это ранее? Сил у нас немного, всего триста лучников. Что они смогут сделать с хирдом в рунных доспехах? С другой стороны и гномы нас догнать не смогут, бросим обоз и отойдем в лес. Увы, возвращаться в Митриим «на щите» мне совершенно не хотелось.

Перед рассветом Ромуэль раздал «химической» команде плотные повязки на лица, с пропиткой из каких-то трав. Выглядели эльфы прямо как какие-то налётчики с дикого Запада, собравшиеся грабить почтовый дилижанс. На нервах у меня, видимо, полезли странные ассоциации.

— Поможет не задохнуться тем, кто будет у мехов, — пояснил алхимик.

Возле ворот гномы вырубили почти абсолютно плоскую и ровную поверхность. Прямо площадь. Ворота представляли собой две огромные железные плиты высотой с дом, тёмные, гладкие, с рунами, которые слегка светились в темноте. По краям — желоба, куда ворота уходили при открытии. Никаким тараном это точно не пробить. Да и тарана у нас не было.

— Снаружи никого, — сказал Рилдар. — Но на сторожевых башнях вижу арбалетчиков. Надо делать щиты.

К этому мы были готовы — в телегах ехали доски, весь необходимый инструмент.

— Ждут, — ответил я, рассматривая башни и тоже отмечая стрелков. Зрение у меня, как и у остальных эльфов, было прекрасным. Как и слух.

Двести шагов — расстояние, с которого болт с крыши сторожевой башни ещё может попасть в цель.

Я мысленно отсчитал его и обернулся к Рилдару.

Тот махнул десятникам.

Мелькнули тени с двух сторон, и через пару минут почти синхронно в сторону башен беззвучно ушли дымные стрелы, оставляя тонкий след — не от огня, а от едкой смеси на намотке. Башни мы решили «гасить» в первую очередь. Возможно, и щиты делать не понадобится.

Сигнала тревоги мы не услышали, но шевеление в башнях началось почти сразу. Для надёжности залп повторили, и заряды из «тхи» начали работать в полную силу, заволакивая едким дымом казематы.

Тем временем, эльфы уже разгрузили стволы медного дерева и начали скручивать первые секции. Работа шла споро, скоро можно будет разжигать костры и вставлять в стволы меха.

Стрельба из окутанных дымом башен прекратилась, можно было подойти ближе к воротам. Рывок и мы уже в «мертвой зоне». Ага, есть воздуходувы! Размером с мою ладонь, целых четыре штуки. Все примерно на уровне груди. Это значит, что придется трубы слегка приподнять. Не беда, сделаем небольшую насыпь или подпорки.

Я смотрел, как слаженно работают мои триста бойцов, и снова поймал себя на дурацкой ассоциации со спартанцами. Только там, в кино, они умирали красиво и под героическую музыку. А здесь, если что-то пойдёт не так, они будут кашлять, падать в пыль и тихо хрипеть, хватаясь за горло. Дым для них хоть и не так опасен, как для гномов, но приятного явно будет мало.

Я потрогал левые воздуходувы. Потом правые. Ага, слева воздух идет внутрь, справа тянул тёплый поток наружу. Прямо как из печной трубы. Затыкать её или нет? Если заткнуть, не будет тяги.

Лучники тем временем сделали еще один залп по бойницам башен. Там вновь начался дымный апокалипсис.

— Начали, — крикнул я Рилдару.

Эльфы принялись подтаскивать трубы к воздуховодам. Рядом с воротами выстроились мечники. На случай, если начнётся вылазка. Я прислонился к створкам, пытаясь расслышать хоть что-нибудь. Но, увы, шум наших «трубников» перекрывал все.

Стоило им только закончить всю подготовительную работу, как я тут же велел мечникам отходить прочь. Всё-таки эльфам рубиться с гномами в прямом столкновении было нереально сложно — перевал продемонстрировал это весьма наглядно.

Возле дальнего конца труб уже горел жаркий костер, Ромуэль — в маске — кидал в него брикеты с «тхи». На мехах стояли бойцы в полной готовности. Только пошёл дым с желтоватым оттенком, как по команде начали качать.

Я пригляделся к обрезу труб возле ворот. Есть тяга! Вентиляция Эха Гор засасывала дым — «будьте нате!».

Надо отдать должное гномам — сообразили они быстро. Не прошло и десяти минут, как ворота начали открываться и оттуда повалила их тяжёлая пехота. С ростовыми щитами и под звук рогов.