Космический отбор для монстра

Глава 7

София

Взгляд офицера был тяжёлым, прицельным.

Я ощущала его сквозь толщу воды и стеклянный потолок над собой.

Он следил за мной… Зачем? Чтобы в случае опасности броситься на выручку? Или, чтобы заметить все мои ошибки и вовремя констатировать провал? Эта двойственность — профессиональная холодность офицера и его странная, животная напряжённость — сбивала с толку.

Что ж… если он так смотрит, чтобы и правда удостовериться в моей безопасности — то пусть. Лишний страховочный трос не помешает. Хотя его внимание начинало меня нервировать.

Я заставила себя отвернуться и ещё раз оглядеться.

В песок подводного дна густо покрывали ракушки, камешки и обломки кораллов. А у дальней стены возвышались десять арок, обрамлённых каменными щупальцами. Над каждой аркой пульсировала мягким светом голограмма с именем, написанном на всеобщем языке.

Моё — «София» — горело над правой аркой — самой дальней.

Рядом со мной надменно проплыла Наутика. Её мощный зелёно-золотой хвост блеснул, взметнув облачко песка. Чешуйчатый костюм был устроен хитро и не мешал дыханию невест. Из жаберных щелей на шее Наутики и под рёбрами вырвалась вереница пузырей. Вслед за ней подобное проделала Лирея. Их пузыри сходились, сливались, и я вдруг осознала — они не просто дышат. Они разговаривают.

Невесты не могли этого знать, но базовые принципы жаберной звукоречи не были для меня загадкой. Это было похоже на расшифровку морзянки, где длина, частота и размер пузыря имели значение. И сейчас, присмотревшись и прислушавшись, я без труда уловила знакомые паттерны.

Вереница пузырей от Наутики: «Буль-бульль-люль-буль… Она-буль-медленная-буль как-буль-камень-буль-буль».

Ответ Лиреи: «Буль-ха-буль! Надеюсь-буль-она-буль за-буль-тонет-буль-здесь-буль!»

В общем, ничего интересного они не говорили. Одни лишь банальности.

Я сделала вид, что ничего не понимаю, просто кручу головой осматриваясь. Пусть думают, что я глуха и слепа в их мире. Это мне на руку.

В этот момент в центре подводного пространства вспыхнул огромный голографический экран. На нём проявились изображения, стилизованные под старинные фрески. Зазвучал голос Элиана, усиленный подводными динамиками — бархатный, повествовательный.

— В незапамятные времена, когда океанские течения были молоды, а кораллы только начинали расти, случилось великое горе в царстве наших предков. Бог глубин — вечно живущий морской дракон — разгневанный на океанцев, наслал на них страшный мор, от которого гибли даже самые сильные. И тогда прекрасная принцесса Мариэль, дочь правителя, отправилась в самое логово чудовища, чтобы молить его о пощаде.

Дракон, увидев её смелость, усмехнулся и сказал: "Выполни три моих задания, малютка, и я сниму проклятье.

Принеси мне то, чего нет.

Подари то, что бесценно.

И спой мне песню без единого звука, движения и вибрации.

Экран погас. На его месте возникли три символа: вопросительный знак, стилизованное сердце и замершая в пении рыба.

— Дорогие жемчужины! — сказал Элиан, и я подняла взгляд. Синеволосый океанец ходил по стеклянному полу сверху, делая широкие пассы руками: — Ваша задача — найти здесь, на дне, три дара для бога глубин! На каждую загадку может быть много ответов. Так что не старайтесь ни за кем подглядывать. Как только все участницы найдут подношения и подойдут к своим аркам, начнётся момент решения. Вам нужно положить находки под сканер и передать пси-мысль считывателю о том, почему вы считаете, что подобрали правильные ключи к задкам. Система сама определит, подходят ли ваши дары! У нас будут три варианта оценки…

Элиан поднял руки. И тут на всех десяти арках загорелось по три красных огонька.

— Это значит провал. Ваши дары отвергнуты…

Потом огоньки стали жёлтыми.

— Это значит, бог глубин принял дар, но не слишком доволен…

И тут они сменили свет на ярко-зелёный.

— И это значит, дракон принял ваши подношения и очень доволен. Последнее возможно, если ваше подношение отличается от того, что принесли другие. Нечто уникальное, до чего додумались только вы. Но будьте осторожны в заплыве за оригинальностью. Три красных огня будет означать, что вы сегодня же покинете отбор. Дорогие жемчужины, вам достаточно лишь одного принятого дара, одного жёлтого огонька, чтобы пройти дальше. Но если получите дополнительные очки — это станет вашим преимуществом. Помните — мудрость важнее силы. Удачи!

Голос Элиана затих и как по команде, невесты ринулись ко дну. Они начали бешено перебирать ракушки, камни, обломки, загребая песок ладонями. Кто-то уже торжествующе поднял идеальную жемчужину. Другая — отполированный волнами кусок чёрного стекла. Наутика с надменным видом разглядывала древнюю золотую монету с изображением трезубца.

Я же осталась на месте.

Моё тело пока не подавало признаков кислородного голодания, но силы следовало экономить. Я не стала рыться в песке сломя голову. Вместо этого я думала. Это же не поиск сокровищ. Это проверка на смекалку. На понимание метафор. Вечно бог глубин — существо могущественное и, вероятно, пресыщенное. Что можно предложить ему? Что он мог не видеть?

Покажи то, чего нет. Что может «отсутствовать»? Пустота? Воздух? Но это абстракции, их не положишь в руку.

Подари то, что бесценно. Всё в этом мире имеет цену. Кроме… чувств. Эмоций. Но как их подарить?

Спой без звука. Первое, что согласно стереотипу возникает в уме большинства — ракушка, которую прикладывают к уху. Но по факту ракушка лишь резонатор, отражающий звуки. Отсюда иллюзия шума моря. Но совсем без звука, ракушка-резонатор мелодии не родит. Однако сила массового заблуждения велика — я закатила глаза (как папа бы сейчас их закатил) — потому что уже увидела, как все девушки похватали себе ракушки. «Полуграмотные океанки!» — прозвучало в голове папиным голосом. Я бы хмыкнула, но экономила кислород.

Пора было приниматься за дело.

Я ещё раз прокрутила загадки в уме…

…покажи мне то, чего нет.

…подари то, что бесценно.

…и спой мне песню без единого звука и вибрации.

Мгновение озарения.

А что если…

Я не стала копаться в песке. Вместо этого медленно поплыла вдоль дна, высматривая нечто конкретное. И нашла…

Я подняла с песка три предмета: идеально гладкую ракушку с радужным переливом, чья перламутровая поверхность была похожа на зеркальную.

Крошечное голубое образование вроде бусинки из смолы. Я знала одну детскую океанскую сказку — согласно её сюжету такая голубая смола — не что иное как слеза, которую испустила Божественная мать-медуза перед смертью под обломками корабля морских титанов.

И небольшое пёрышко морской птицы, застрявшее в ветви коралла.

Я не была уверена, что хоть что-то из моих находок сканер примет, но мне было достаточно одного жёлтого огонька, чтобы пройти дальше. Не стоило привлекать к себе слишком много внимания…

С этими дарами я направилась к своей арке. Но сканер пока что не работал… Ведь нужно было, чтобы все девушки были готовы.

Я подождала некоторое время… И вот часть невест заняли свои места. Но другие продолжали рыться в песке.

Я заметила, как Наутика, поймав мой взгляд, ещё медленнее стала перебирать камушки и что-то забулькала Лирее. Та кивнула, и они обе стали плавать почти у своих арок. Их пузыри-переговоры стали чаще.

«Буль-тяни-буль-время-буль» — донеслось до меня.

Это было нехорошо… Прошло уже десять минут. Лёгкие пока в порядке, но это не может длиться вечно.

Я всё ждала. Наутика и её подружка явно не собирались подходить к аркам.

И тут сверху, через динамики, раздался голос. Но это был не Элиан.

— Участницам, не приблизившимся к своим аркам в течение тридцати секунд, будет засчитано поражение', — прогремел низкий, властный голос. Голос назначенного мне защитника.

Я бросила взгляд наверх. Рядом с растерянным Элианом стоял темноволосый офицер и смотрел прямо на меня. Или скорее… всё это время он вовсе не сводил с меня взгляда.

Невесты, словно ужаленные, ринулись к своим аркам.

Одна за другой они складывали свои находки под сканер возле каменных щупалец.

— Дорогие жемчужины! — это был уже голос Элиана. — Теперь великий вечный океанский дракон оценит ваши дары. По очереди прикоснитесь к каждому своему подношению и мысленно объясните богу глубин, почему вы принесли именно такой дар.

Невесты тут же потянулись руками к своим подаркам. Сосредоточенно жмурясь, они передавали свои объяснения.

И вот на арках стали загораться первые огни оценок.

Жёлтый, жёлтый, красный, зелёный… Только одна или две вещицы у каждой вызывали мягкий зелёный или жёлтый свет. И один огонёк у всех загорался красным. Одна невеста заплакала, когда все её огоньки стали красными. Это означало, что дальше она не пройдёт.

Наутика сияла от гордости — у неё загорелось два зелёных огонька. Она бросила на меня уничижительный взгляд.

Что ж…

Я тоже протянула руку к своим дарам. И тут же ощутила десятки взглядов. Не только невест, но и зрителей сверху. Я не сомневалась, принц, король и… офицер — тоже сейчас на меня смотрят. Всем интересно, какой будет результат у бесхвостой атлантианки.

«Одного жёлтого огонька мне будет достаточно», — подумала я. И коснулась зеркальной ракушки. Мысленно послала образ: "Вот то, чего нет — отражение, которое нельзя присвоить'.

Потом перевела руку дальше. Коснулась голубоватого образования. Это слеза Божественной матери-медузы, испущенная в момент её смерти. «Вот то, что бесценно — печаль по ушедшей жизни, чистая и вечная».

Пёрышко птицы. Самое сложное. Коснувшись его, я закрыла глаза на секунду, представив эту нежную птицу, как она летела над волнами, её песню. Вот песня без звука — память о ней в этом пере'.

Повисло молчание… Миг оценки.

Прошла секунда. Две. Всё замерло. Наутика уже почти торжествующе взмахнула плавниками, уверенная, что я провалилась.

И вдруг — арка ожила. Сначала один огонёк загорелся зелёным. Потом второй. А потом зажёгся и третий ослепительный зелёный свет. И каменные щупальца моего кракена с глухим, величественным скрежетом раздвинулись, открывая проход во вторую секцию.

Я замерла, не веря своим глазам. Мне бы хватило и одного! Я не хотела этого внимания! Но над моей аркой горели все три символа. Все три уникальных. Идеальный результат.

В воде повисла тишина. Никакого бульканья. Только шок на лицах океанских дев. Я посмотрела на Наутику. Её лицо исказила чистая, неподдельная ярость. Тогда я подняла взгляд. И сверху на меня смотрели такие же недовольные лица. Кажется, никто не был рад моей победе…

Никто… кроме офицера.

Он стоял, скрестив руки, и смотрел прямо на меня. На его по-мужски красивом лице… сияла улыбка. Такая искренняя, что у меня внутри вдруг стало тепло. Это ощущалось так, как если бы он единственный был на моей стороне. Если бы…

Но я одёрнула это чувство, упрятала его поглубже. Строго напомнила себе — тут нет друзей. Расслабляться глупо. Я на задании!

А тем временем из подводных динамиков донёсся восхищённый голос Элиана:

— И, о чудо! Наша гостья из Атлантии, виана София, справилась с заданием безупречно! Все три дара бога глубин приняты! Неожиданный результат! На втором месте дева Наутика, с двумя уникальными дарами. Могло бы быть три… но увы, для «песни без звука» подводная ракушка не прошла, даже такая красивая. Подводный дракон не впечатлился этим даром. Остальные девушки справились с разным результатом. К сожалению, две невесты выбывают из отбора. Прошу вас, те, кто не прошёл, оставайтесь в этой зоне. А те, чьи дары были приняты… приглашаю вас в следующую секцию!

Я и другие невесты проплыли через арку во вторую секцию.

Нам открылась зона с тёмными скалами, между которыми мягко колыхались длинные, узкие листы водорослей невероятной красоты. Они были сиреневыми, почти фиолетовыми, и каждый лист был словно подведён по краю фосфоресцирующей светящейся кромкой.

Зрелище завораживало и… настораживало. Красота в природе, особенно океанской, редко бывает безобидной.

Я пыталась идентифицировать вид, копаясь в памяти. Но ещё раньше ответ дал Элиан, чей голос раздался из усиленных подводных динамиков:

— Дорогие жемчужины! Добро пожаловать во вторую зону под название «Лабиринт Чистоты!» Великолепные растения, что вы видите — это Ксиларии, или, как их называют иначе, защитники Океана. Это уникальные растения-менталисты с общей корневой системой, которая делает их практически разумным коллективным организмом. Они — древние стражи, ментально связанные с самым сердцем Океана.

Меня будто тонкой иглой кольнуло.

Точно! Я читала об этой уникальной форме растительности в архивных отчётах! Считалось, что информация о Ксиларии сильно приукрашена, своего рода местный фольклор. В сказках это растение всегда помогало добрым героям и мешало злым. Но никаких доказательств реальной разумности Ксиларии не существовало… Что, однако, не означало, что я могу расслабиться.

В первой зоне я пробыла слишком долго. Кислорода в крови мне хватит минут на пятнадцать, при условии, что я буду экономить. Никаких резких движений. Никаких физических нагрузок… Иначе оставшееся время резко пойдёт на убыль.

— Как вы слышали, Ксиларии умеют читать тайное, — продолжал между тем Элиан, и его слова отдавались эхом в толще воды. — Если в вашем сердце есть тёмные помыслы, если вы хотите выиграть Отбор нечестно… Или ради эгоистичной выгоды. Если задумали зло против океана, то Ксиларии вас не пропустят. Не боритесь с ними. Лучше откройте свой разум, позвольте Ксиларии прочитать вас. Покажите чистоту своих намерений! Ну и, конечно… берегитесь маленьких ловушек на пути. Не смертельных, не опасных, но способных задержать и не дать пройти дальше. Время на прохождение — двенадцать минут!

Двенадцать минут!

Отлично! Мне как раз хватит. Впритык.

— И для тех, кому это важно, — добавил Элиан, — уже в следующей зоне вас ждёт карман с воздухом. Однако виана София, если вам станет плохо — немедленно подайте сигнал.

Я посмотрела вверх.

Сквозь толщу воды и стеклянный потолок я встретилась взглядом с безымянным офицером. Его поза была расслабленной, но взгляд — очень пристальным…

Наверное он уже понял, что я приуменьшила свои способности к задержке дыхания. Почему-то мне было даже спокойнее, что он наблюдает. Как будто я и правда под защитой.

Тряхнув головой, я сосредоточилась на задании.

Другие невесты уже устремились вперёд. Наутика изящно скользнула между чёрных скал, и светящиеся водоросли лишь ласково коснулись её зелёно-золотого хвоста, будто приветствуя кого-то знакомого. Но вот её подружка, розововолосая Лирея едва проплыла вперёд, как сиреневые водоросли обвились вокруг её хвоста.

Лирея дёрнулась, испугано выпустив жабрами пузыри, но водоросли сжались только сильнее.

Так…

Непонятно почему они пропустили Наутику и схватили Лирею…

Но если Ксиларии действительно чувствуют намерения — то мне стоит подготовиться… Создать в мысленном пространстве непробиваемую легенду.

На секунду я прикрыла глаза. Собрала всё опасное — причину моего попадания на отбор, намерение проникнуть к сердцу, встречу со связным — и спрятала в самый дальний и глухой угол сознания, под слои психической защиты, которые за годы обучения в Академии я научилась ставить идеально. Ни один менталист не сумел бы их пробить.

А на поверхность я вывела яркий, кристально чистый образ.

Я — не агент. Я — глупая, влюблённая девчонка, которая с ума сходит по могущественному принцу с роскошным хвостом. Я мечтаю о его внимании, о его прикосновениях, о том, чтобы стать его принцессой. Ради счастья Океании, конечно!

Я подкрепила этот образ эмоциями: вспыхнувшим на балу стыдливым румянцем, восторгом от силы принца, дрожью в коленях от его низкого голоса.

Я заставила себя поверить в это. Я стала этой девушкой.

С этим чувством я поплыла вперёд, лавируя между скалами.

Ловушки я замечала легко — неестественно ровные участки песка, слишком тёмные расщелины. И обходила их. Водоросли меня пропускали… Но вскоре они начали настороженно шевелиться на моём пути. Их светящиеся кромки мерцали, будто сканируя. Но созданный в уме образ работал.

И вот уже был виден выход — каменная арка в конце этого лабиринта. Я уже почти у цели! Ещё немного…

И вдруг всё изменилось.

Сиреневая водоросль, до этого лишь ласково скользнувшее по моей руке, вдруг обвилось вокруг запястья, сжимая с такой силой, что я чуть не вскрикнула.

Другое опутало лодыжку, третье — шею. Меня резко притянуло к огромной, поросшей ксилариями скале. Мир перед глазами поплыл, закружилась голова. Но это было не от нехватки кислорода.

Это было из-за колоссального ментального давления!

Чудовищного, нечеловеческого. Это было холодный, чужой разум, состоящий из миллиона переплетённых сознаний! Он вломился в мою защиту.

Он был похож на бурлящий океанский шторм, сметающий всё на своём пути. Мои тщательно выстроенные образы он перебирал, как карточную колоду, швыряя в сторону.

Влюблённая дурочка? Ради пользы Океании?

ЛОЖЬ! ЛОЖЬ! ЛОЖЬ!

Меня пробрало ужасом! Ледяные тиски страха сжались на сердце. Я задёргалась — физически, ментально — но всё было бесполезно!

Я чувствовала, как этот ледяной коллективный разум копается в моих воспоминаниях, вытаскивая наружу обрывки мыслей, картинок… Рассматривает как под лупой, вынося вердикт.

Вот — мне вручают задание в кабинете с гербом Атлантии…

Вот — я на тренировке в СпецАкадемии, взламываю ментальный щит…

Вот — мой разговор с Элианом в тёмном проходе…

Это был полный провал. Катастрофа! Щупальца сжимались всё туже, перекрывая кровоток. В ушах звенело. Я пыталась бороться, выстроить новую защиту, но этот разум был слишком мощен, слишком чужд.

Он видел меня насквозь. Шпионку. Врага.

И худшее — чужое сознание не останавливалось! Порушив барьеры, оно вторгалось всё глубже! Откапывало то, что было спрятано даже от меня самой.

И вот перед моим внутренним взором, будто на голоэкране, всплыли совсем другие картинки.

…

Я — маленькая, лет четырёх. Срываюсь с рук отца на пляже и бегу к самой кромке прибоя, заливаясь счастливым смехом. Солёные брызги холодом касаются моего лица, а я тяну ручки к накатывающим волнам, крича: «Море! Какое красиво море».…а потом я вижу медузу, выброшенную на песок. Она вся пересохшая и беззащитная. Я аккуратно, двумя ладошками, поднимаю её и бегу к волнам. Опускаю в воду.

Миг, и отец оказывается рядом. Подхватывает меня на руки, ворчит, осматривая мои ладони: «София, ты же обожглась!» Но мне не больно. Я смотрю, как медуза уплывает, и чувствую огромную, светлую радость.

…

Следующий кадр.

Мне лет семь. Мы в парке, и я ношусь вокруг огромного фонтана, в центре которого стоит мраморная морская дева с трезубцем. А потом спрашиваю маму: «А у меня будет такой хвост? Я тоже хочу!». А когда мама, смеясь, отвечает «нет», я искренне, до слёз расстраиваюсь.

…

Следующий кадр…

Я взрослая… и я в чьих-то объятиях. Сильных, крепких. Моё тело прижато к мужской горячей груди, а ниже у мужчины… сине-чёрный, переливающийся хвост обвивается вокруг моих ног. Мы кружимся в толще воды, и это не страшно, а безумно приятно. Так правильно. Так защищёно. Я чувствую на своих губах поцелуй. Глубокий, влажный, солёный. И сердце заходится вовсе не от нехватки воздуха.

Но… что это за странное воспоминания⁈ Такого в моей жизни не было! Это что-то совершенно невозможное! Но… образ был таким ярким, таким реальным, что я сама на миг в него поверила.

…

И внезапно давление ослабло.

Сжимающие меня водоросли не просто разжались — они превратились в ласковые, шелковистые ленты, которые лишь нежно гладили меня. Гневный ропот чужого разума сменился на… что-то вроде удивлённого воркования.

Сквозь этот странный транс до меня донёсся голос Элиана, на этот раз без привычной слащавости, с ноткой реального беспокойства:

— София? Виана София! Покажите, что с вами всё в порядке, или мы начнём эвакуацию!

Я резко открыла глаза.

Все смотрели на меня. Сверху — десятки пар глаз зрителей.

Неподалёку — шокированные лица невест.

Наутика смотрела с плохо скрываемым разочарованием, будто расстроилась, что водоросли не задушили меня окончательно. А наверху — сквозь воду — я видела офицера — его лицо было искажено напряжением, будто он был на грани того, чтобы кинуться за мной в воду. И даже принц на своём троне, казалось, склонил голову чуть ниже — как будто всматривался в меня. А взгляд короля Зельтаира… через маску он казался мне тяжёлым. Изучающим.

Космос… Я снова привлекла всеобщее внимание.

Я поспешно показала большой палец вверх — «всё хорошо!»

Хотя воздуха оставалось в обрез!

Сколько я была без сознания⁈ Похоже как раз почти десять минут! А значит, осталось всего пять…

Водоросли, будто извиняясь, мягко подтолкнули меня вперёд, к выходу из лабиринта. Они даже прикрыли своими сиреневыми лентами одну из ловушек — липкую скалу — которую не заметила впопыхах.

Я так и не поняла, что увидела под их ментальным прессом. И почему они меня отпустили! Но сейчас некогда было об этом размышлять.

Я рванула вперёд, стараясь не обращать внимания на яростный взгляд Наутики. Мы плыли почти рядом. Она забулькала жабрами… Сквозь воду донеслось злое, презрительное, адресованное мне: «Буль-двуногая-буль-тварь-буль…!».

«Вот же стерва! Совсем берега попутала!», — мелькнула в голове мысль.

И тут одна из ксиларий на пути Наутики резко дёрнулась и с силой щёлкнула невесту по хвосту. Та взвизгнула — от неожиданности и боли. А другая водоросль, будто шутя, шлёпнула по самой выпуклой части фигуры Наутики.

Несколько других невест, наблюдавших за этим, не смогли сдержать улыбок, выпустив насмешливые пузырьки.

Наутика побагровела от унижения и злости. И скорее поплыла к своей арке.

Я тоже добралась до своей — крайней справа арки. Голова немного кружилась. Я приближалась к своему максимуму… ещё три минуты, и меня и правда будет нужно эвакуировать.

— Итак, результаты! — возвестил Элиан. — Одна участница выбыла, защитники океана не пропустили ее дальше. Остальные справились! Проход открыт! Добро пожаловать в третью зону, дорогие жемчужины! Там вас ждёт… передышка!

Створка в арке отъехала в сторону, открывая проход в тёмную, подсвеченную снизу синим светом зону. Я, не раздумывая, ринулась вперёд.

Мне очень был нужен воздух!

Я вплыла в третью зону, уже чувствуя неприятное ощущение нехватки воздуха. Три с половиной минуты.

Ровно столько у меня оставалось.

Пространство встретило меня тесным, давящим сумраком. Светился только пол — холодным синим сиянием, подсвечивая мелкий песок. Никаких кораллов, водорослей. И главное — никакого намёка на воздушный карман.

Я растерянно проплыла вперёд…

И тут с глухим скрежетом арка за моей спиной захлопнулась.

Происходило что-то странное. И на миг я запаниковала. Резко развернулась, чтобы посмотреть на других участниц. Они тоже проплыли через свои арки и были со мной в новой зоне. И над невестами я рассмотрела воздушный карман…

Слава космосу!

Я поплыла к нему… но моё движение прервало непробиваемое, идеально прозрачное наностекло. Оно отделяло меня от других участниц вертикальной стеной. Я упёрлась в неё ладонями… Пошарила вправо и влево, с запозданием понимая, что произошло.

Нет, я не была с другими невестами в общей зоне. Наоборот, я была от них отделена, как если бы моя арка вела в отдельный аквариум… Совсем небольшой. Узкий и тёмный. И похоже — прозрачный только с моей стороны. Потому что — очевидно, меня никто не видел! Никто на меня не смотрел!

Звук голоса Элиана, объявлявшего новое задание, донёсся до меня глухим, искажённым гулом, будто из-за толстой стены. Невесты внимали, перед ними высветилась голограмма с описанием соревнования.

Я же ударила кулаком по стеклу. Раздался глухой, беспомощный стук. Никакой вибрации, ничего. Наносплав. Непробиваемый и для звука, и для пси-импульсов. Я была в ловушке.

Тогда я поплыла вверх — к зрителям… Они были так близко! Я снова упёрлась в стекло. Никто на меня не смотрел. Никто меня не видел…

Офицер, принц, гости… все наблюдали за невестами, которые были в зоне задания. И почему-то не удивлялись, что меня там нет…

Тогда я проследила за внимательным взглядом темноволосого офицера. И увидела… себя.

В той, настоящей группе невест, спокойно слушавшей Элиана, плыла я. Я!

В точной копии моего чешуйчатого костюма, с моим лицом, с моими белыми волосами, убранными в тугую косу, уже немного растрепавшуюся от воды. В подводных очках, которые мне дал офицер.