Кодекс Магических Зверей III

Глава 15Р

Стук был уверенным, размеренным, без той паники, что сопровождала визиты пациентов. Я подошёл, отодвинул засов и открыл.

На пороге стояли Мира и Эвген. Сегодня они выглядели иначе, чем вчера. Эвген одет в простую рубаху с закатанными рукавами и в штаны из грубой ткани. Мира надела чёрное платье без единого украшения, а её идеально уложенные волосы были стянуты в простой хвост.

И они пришли без зверей.

— Добрый вечер, — я отступил в сторону, пропуская гостей. — Проходите.

Они шагнули внутрь, и Эвген сразу принялся внимательно оглядывать лавку. Мира замерла у порога, сложив руки на груди, и пристально посмотрела на меня.

— Как прошли бои? — спросил я, закрывая дверь.

Эвген перевел на меня серьёзный взгляд.

— Мы выиграли, — сказал он. — Элиан тоже.

— Но… — вдруг подала голос Мира, с неожиданной усталой ноткой — Чем ближе финал отборочных, тем ожесточённее бои.

Эвген кивнул и сжал кулаки.

— Наши звери… — он запнулся, подбирая слова. — Победили, но… пострадали.

Я перевёл взгляд на Миру. Она стояла неподвижно, но её руки, сложенные на груди, напряглись. Вчера на арене её медоед мне показался неуязвимым! С кем же она схлестнулась…

— Раны серьёзные? — спросил я. — Нужна помощь?

— Нет, — ответила она вновь ставшим ледяным голосом. — Всё в порядке, их лечат отменные лекари. Они быстро поставят зверей на ноги.

— Элиан попросил передать извинения, — добавил Эвген. — Он остался с куницей, не захотел оставлять её одну.

Я кивнул, сдерживая поднимающееся раздражение. Она сказала про своего зверя без единого намека на огорчение. Как так? Мира же еще, по сути, ребенок, и уже относится к медоеду как к инструменту, а не как к другу. Может, богатенькие родители воспитывали её так с самого детства? Не понимаю я этого.

Ладно, моё дело лечить, а не судить.

— Наши заказы готовы? — спросил Эвген, возвращаясь к причине визита.

— Всё готово, секунду, — сказал я и направился на кухню.

В прохладном углу лежали аккуратные шарики корма, завёрнутые в небольшие тряпки. Я отсчитал пять и завернул их в лоскут, затем ещё десять и упаковал во второй кусок ткани.

Вернувшись в главный зал, протянул свёртки:

— Это тебе, — сказал я Эвгену, отдавая узелок с пятью порциями. — А это тебе, — второй сверток протянул Мире.

Эвген тут же сунул свой узелок за пазуху, даже не развязывая. Мира аккуратно положила сверток в небольшую сумку через плечо.

— Рекомендую кормить не чаще одного раза в день, — уточнил я.

— Хорошо, спасибо, — сказал Эвген, направляясь к выходу.

— Пожалуйста, — ответил я.

Мира, взявшись за ручку двери, обернулась и посмотрела на меня.

— Эйден, — сказала она без прежнего высокомерия. — Если корм окажется и вправду хорош… я ещё вернусь.

— Буду ждать, — ответил я.

Она кивнула, и они покинули лавку.

Закрыв дверь, я вышел во двор, посмотрел на сумеречное небо и зевнул.

— Пора спать, — сказал сам себе.

Я погасил светильники и побрёл в спальню.

Утро встретило меня солнечными лучами и тихим сопением Люмина, который спал на подушке, раскинув длинные уши в разные стороны. Крох сидел на полу, сосредоточенно вылизывая лапу.

Я осторожно выбрался из-под одеяла, стараясь не разбудить зайцелопа, но Люмин, почувствовав движение, открыл глаза и сонно уставился на меня.

— Спи, малой, — прошептал, гладя его по голове.

Но зайцелоп, решив, что раз хозяин встал, значит, пора завтракать, спрыгнул с кровати и побежал в сторону кухни. Крох нехотя поднялся и поплёлся следом, даже не взглянув в мою сторону.

Я умылся ледяной водой из ведра, растёр лицо руками и вернулся в лавку. Люмин сидел у пустой миски и смотрел на меня так, будто умолял накормить его, иначе он умрет от голода.

— Сейчас, сейчас, — усмехнулся я, доставая из прохладного угла две порции корма.

Поставив миски с едой перед зверями, занялся своим завтраком. Подогрел кашу, оставшуюся с вечера, отрезал ломоть хлеба, положил на него кусок жареного мяса, сыра и налил кружку воды. Ел быстро, мысли заняты предстоящими делами.

Закончив, помыл посуду, вымыл руки, обработал их раствором железнолиста и прошёл в главный зал.

Я открыл дверцу клетки, осторожно вынул спавшего бегунца и положил на стол. Зверь вздрогнул, открыл глаза и уставился на меня мутным сонным взглядом.

— Ну, доброе утро, красавец, — сказал я, поглаживая его по голове. — Сейчас я тебя осмотрю, не бойся.

Зверь моргнул, будто поняв меня, и позволил снять повязку.

Тряпка, пропитанная «Стремительным цветом», оказалась почти сухой, без следов гноя или сукровицы. Края раны без воспаления. Я аккуратно, стараясь не повредить молодую ткань, вынул дренаж, который тоже оказался чистым. Рана затягивалась, регенерация шла полным ходом.

— Отлично, — прошептал я, беря новую, чистую тряпку.

Промыв рану слабым раствором железнолиста, наложил свежую повязку. Теперь главное следить, чтобы в рану не попала грязь, пока кожа окончательно не срастётся. Ещё пара дней и можно будет забыть о случившемся.

Вдруг снаружи раздался короткий взволнованный стук. Подойдя к двери, открыл её и увидел хозяина бегунца, но в этот раз он был не один — рядом с ним стояла женщина: невысокая, с тёмными волосами и встревоженными глазами.

— Доброе утро, — сказал мужчина.

— Доброе, — я кивнул. — Проходите.

Женщина, увидев зверя на столе, тихо ахнула и прижала ладони к лицу.

— Как он? — спросила она, не отрывая взгляда от бегунца.

— Всё отлично, — сказал ей. — Рана затягивается, дренаж я вынул. Ещё пара дней, и можно будет снять повязку. Зверя можно забирать.

Женщина всхлипнула, бросилась к столу и, что-то шепча, начала гладить зверя по голове. Бегунец лениво вильнул хвостом и лизнул её ладонь.

— Первые два дня давайте ему лёгкую пищу: бульон, разваренную кашу, — начал перечислять я. — Никакого сырого мяса, пока рана не затянется окончательно. Повязку меняйте раз в день, перед сменой промывайте рану слабым раствором железнолиста, — я протянул склянку мужчине. — Если появится краснота, припухлость или зверь станет вялым — сразу приходите.

Мужчина внимательно слушал, кивая после каждого пункта.

— Сколько с нас? — спросил он, достав кошель.

— За осмотр, операцию, лекарства и уход — одна серебряная марка, — ответил я.

Он кивнул и протянул мне монету. Мужчина бережно подхватил бегунца на руки. Зверь, почувствовав знакомый запах, слабо вильнул хвостом и лизнул его в щёку.

— Спасибо вам, — сказала женщина со слезами на глазах. — Вы даже не представляете…

— Выздоравливайте, — ответил я, провожая их к двери.

Они вышли. Я закрыл дверь, задвинул засов и некоторое время стоял в тишине, глядя на пустой стол, где ещё недавно лежал пациент. Ещё одна мохнатая жизнь спасена.

Сев на табурет, вытер руки о тряпку и перевёл взгляд на Кроха, который лежал у очага, притворяясь спящим, а потом на Люмина, задремавшего на своём любимом месте.

— Пора сделать вас сильнее, — сказал я вслух.

Люмин, услышав мой голос, встрепенулся и посмотрел на меня с любопытством. Крох приоткрыл один глаз, взглянул на зайцелопа и снова закрыл.

Сосредоточившись, я мысленно обратился к системе и перед глазами вспыхнули строки.

[Существо: Люмин (Солнечный Зайцелоп)]

[Класс: E]

[Ранг: 3]

[Доступные пути эволюции: Простой путь (природный, текущий): Предел развития — E класс, 3 ранг. Средний путь (требуется зелье «Бег Серебряного Ветра»): Предел развития — D класс 3 ранг. Элитный путь (требуется зелье «Сердце Лесного Духа»): Предел развития —??? класс??? ранг]

[Существо: Крох (подвид неизвестен)]

[Класс: E]

[Ранг: 1]

[Доступные пути эволюции: Простой путь (природный, текущий): Предел развития — E класс, 3 ранг. Средний путь (требуется зелье «Тень Ночного Охотника»): Предел развития — D класс 3 ранг. Элитный путь (требуется зелье «Зов Древней Крови»): Предел развития —??? класс??? ранг]

Я перечитал сообщения несколько раз, и у меня задрожали руки. Моим зверям доступен Элитный путь!

Переведя дыхание, задал вопрос.

«Можно ли пропустить средний путь эволюции и сразу перевести зверя на элитный?»

Система ответила без задержки:

[Да, переход на элитный путь возможен с любого этапа развития]

Я выдохнул. Значит, не нужно тратить время и ресурсы на промежуточные пути. К тому же, зелья точно получатся без обычных побочных эффектов, ведь мои звери всего лишь класса Е. Что до побочных эффектов «зверя»… Я вспомнил старое сообщение системы.

[Пояснение побочных эффектов «зверя»: вероятность появления побочных эффектов при переходе на Элитный эволюционный путь зависит от общего физического состояния зверя и может варьироваться от 0 % до 100 %]

Описание достаточное размытое, поэтому невозможно точно предсказать, будут ли побочные эффекты «зверя». Попробую уменьшить их вероятность методом проб и ошибок.

«Покажи рецепты зелий», — мысленно попросил я.

[Рецепт: «Сердце Лесного Духа» (Элитный путь эволюции для зайцелопа)]

[Ингредиенты: Корень «Серебряного колокольчика» — 1 грамм; Пыльца «Лунного Шёпота» — 2 грамма; Слеза «Каменного Цветка» — 3 капли; Пыльца «Мерцающего Мотылька» — 1 грамм; Измельчённый корень «Золотого Узла» — 3 грамма]

[Рецепт: «Зов Древней Крови» (Элитный путь эволюции для Кроха)]

[Ингредиенты: Корень «Серебряного колокольчика» — 1 грамм; Сердцевина «Ночной Лозы» — 2 грамма; Пыльца «Глубинного Мха» — 3 грамма; Коготь «Теневого Корня» — 1 грамм; Концентрат «Пепельного Цвета» — 3 грамма]

Я внимательно перечитал оба рецепта.

— Ничего себе набор, — задумчиво сказал я. — И где всё это взять? Хотя чего гадать — пойду в аптеку, там и разберусь.

Посчитав деньги, я решил, что должно хватить, если цены не будут кусаться.

Оделся и закинул за плечо ранец. Люмин тут же спрыгнул с табурета и завертелся у ног.

— Не будем терять время, — сказал я, беря зайцелопа на руки.

Крох лениво поднялся и пошёл следом. Мы вышли, я запер дверь на замок и направился в сторону аптеки.

Улицы города казались вымершими. Всё, видимо, уже отправились на Арену Когтя, где вот-вот должны начаться решающие бои отборочного этапа. Я шёл быстрым шагом, стараясь не думать о том, что скоро будет происходить на арене, но мысли всё равно возвращались к Элиану, его кунице и ранам, которые она получила вчера.

Я слегка тряхнул головой, прогоняя ненужные переживания.

Дойдя до аптеки, потянул дверь, вошёл и увидел старушку, которая сидела за прилавком и перебирала какие-то коренья, раскладывая их по кучкам. Увидев меня, она слегка нахмурилась.

— Доброе утро, — сказал я, опуская зайцелопа на пол и подходя к ней. Крох пристроился у двери, настороженно оглядывая помещение.

— За чем пришёл в этот раз? — ворчливо ответила она, отвлекаясь от занятия.

Я перечислил ей список всех нужных ингредиентов для изготовления двух зелий. Потом, немного подумав, добавил ящик пустых склянок, несколько пучков «железнолиста» и стеблей «стремительного цвета», чтобы пополнить запасы.

Старушка, слушая, сначала нахмурилась, потом её брови поползли вверх, а когда закончил, она долго молчала, внимательно глядя на меня.

— Нет, ну ты реально сумасшедший, — она покачала головой. — То волос из хвоста Серебристого Ветрокрыла, то Камень Сердца Леса, то теперь это… Ты решил стать коллекционером всякого хлама?

Я промолчал, не считая нужным объяснять, зачем мне все это.

Старуха хмыкнула, поднялась и, шаркая ногами, скрылась в глубине лавки. Я остался ждать, рассматривая полки с травами, склянки с настойками, пучки сушёных кореньев. Люмин изредка поднимал нос, принюхиваясь к ароматным травам.

Вскоре старушка вернулась, неся в руках несколько свёртков и аккуратно выложила их на прилавок.

— Сколько с меня? — спросил я, готовясь услышать огромную сумму.

— Одна серебряная и двадцать пять медных марок, — ответила она.

Хм. После оплаты у меня останется… восемь медных марок. Ну ничего, заработаю еще. Я отсчитал монеты и положил на стол.

Старушка быстро пересчитала и кивнула.

— Спасибо, — сказал я, укладывая покупки в ранец.

— Иди уже отсюда, коллекционер, — буркнула она.

Я вышел на улицу, придержав дверь для зверей. На обратном пути не обращал внимание на редких прохожих. Люмин вертелся под ногами, Крох держался рядом, внимательно осматривая окрестности.

Добравшись до лавки, отпер дверь, снял ранец и положил его на стол в главном зале. Потом отнёс ящик со склянками на склад — в длинное узкое помещение без окон, где вдоль стен стояли высокие стеллажи. Поставив ящик на ближайшую полку, вернулся в главный зал.

Разложив покупки на столе, сел на табурет.

Люмин устроился на любимом месте и с любопытством разглядывал ингредиенты, вытягивая шею и шевеля носом. Крох улегся у очага и притворялся спящим, но я видел, как его уши время от времени дёргались, улавливая шорохи.

— Ну что, команда, — сказал я, глядя на них. — Начнем.

Ларк сидел в темноте, прислонившись спиной к холодной каменной стене, и тихо ругался сквозь зубы. Каждый раз, когда он пытался затянуть повязку на ноге, края раны расходились, и по голени стекала липкая тёплая кровь.

— Чтоб тебя… — прошипел он, наконец завязав узел.

Рядом сидел Гард, нервно сжимая нож, его пальцы то сжимали, то разжимали рукоять. Ларк замечал у него этот признак тревоги только в самые тяжёлые моменты.

— Всё будет хорошо, — тихо сказал Ларк.

— Очень на это надеюсь, — хрипло ответил Гард, прикладывая руку к ране на голове.

Торрин стоял у входа в расщелину, оставляя на стене кровавые следы от раны на руке, и вслушивался в темноту. За его спиной, прижавшись к ноге, сидел хитиновый рейдер.

Брумиш лежал рядом с Ларком, тяжело дыша. Даже в полумраке виднелись свежие царапины на его панцире — следы недавней схватки, из которой они едва вышли живыми.

— Сколько мы уже здесь? — спросил Гард. Его голос прозвучал глухо, словно он сам боялся услышать ответ.

— Без понятия, — ответил Ларк. — Мы блуждаем в этой каменной утробе уже… Долго, — добавил Ларк после паузы. — Слишком долго.

Всё началось с того, что они решили объединиться.

Впервые за долгое время Ларк согласился работать с чужим отрядом — слишком уж выгодным оказался заказ, чтобы от него отказываться. Заказчик прямо настаивал на большой группе: предстояло отправиться к границе второго слоя за редкими ингредиентами, а награда была такой, что у любого опытного добытчика от одной мысли о ней загорались бы глаза.

Их отряд и ещё один, с неплохой репутацией, сошлись на том, что будут делить добычу поровну.

Первые дни всё шло по плану. Они спустились, добрались до нужной точки, разбили лагерь и занялись сбором. Работа затянулась на несколько дней: необходимые растения попадались редко, приходилось осматривать буквально каждый куст, но дело двигалось. Ларк даже начал мечтать: скоро они вернутся наверх с добычей, получат заслуженные монеты, и он наконец сможет взять небольшой отпуск… Но внезапно всё полетело в одно тёмное место.

В ту ночь он проснулся от крика.

Сначала подумал, что видит кошмар. Всё казалось таким нереальным, что он не понимал, где находится. Вокруг всё выглядело иначе.

Никто не успел толком осмотреться, как на них напали. Ларк видел многое за свою жизнь, но таких монстров не встречал никогда.

Три твари подкрались к лагерю и набросились на отряд, с которым они объединились, прежде, чем Ларк успел предупредить их. Дальше была кровавая мешанина — крики, лязг когтей, чья-то отчаянная мольба, оборвавшаяся на полуслове. Ларк понял, что они не смогут победить, ещё до того, как первое тело рухнуло на землю с перегрызенным горлом.

— Уходим! — скомандовал он, хватая за плечо замешкавшегося Гарда.

Они, не оглядываясь, побежали вперёд, где в сумраке проглядывался силуэт скалы. Подбежав ближе, Ларк заметил у её подножия чёрный глаз пещеры.

Отряд Ларка влетел внутрь, перепрыгивая через камни, продираясь сквозь узкие расщелины, и только когда шум позади них затих, позволили себе остановиться.

Через несколько мгновений вход завалило.

Ларк не знал, из-за чего это произошло. Либо они что-то задели, либо виной стали гнавшиеся за ними звери, но путь назад был отрезан.

Отряд, с которым они объединились, остался снаружи. Мужчина не знал, выжил ли хоть кто-то из них, но он всё равно не смог бы им помочь.

Немного придя в себя, они направились в глубь пещеры. Она оказалась не просто полостью в скале, а настоящим лабиринтом, полным тупиковых коридоров. Стены то сужались, заставляя отряд продираться боком, то расширялись до огромных залов.

В одном из таких залов они наткнулись на чьё-то гнездо.

Ларк не успел рассмотреть, кому оно принадлежало, как вдруг в темноте мелькнуло несколько пар горящих глаз. Он скомандовал отступить, даже не пытаясь вступить в бой. Они бежали, петляя по узким проходам, пока вой за спиной не затих.

С тех пор передвигались медленно, осторожно, стараясь не шуметь. Они искали выход или хотя бы место, где смогли бы спокойно перевести дух.

Через какое-то время наткнулись на глубокую, узкую расщелину с высокими стенами, в которую и забились, почувствовав себя в относительной безопасности.

— Дальше так нельзя, — сказал Гард после долгого молчания. — У нас заканчиваются силы.

— Нужно найти выход, — произнёс Ларк, хотя сам уже не верил в это. — Или…

Он замолчал, обдумывая дальнейшие действия. Кто-то должен пойти и поискать помощь. Но кто? Гард с пробитой головой? Торрин, который едва держится на ногах?

Ларк посмотрел на своего зверя.

— Нет, — сказал Гард, словно прочитав его мысли. — Ты не отправишь его одного.

— Другого выхода нет, — твёрдо ответил Ларк.

Он опустил руку на голову Брумиша, от чего зверь поднял морду.

— Найди выход, — сказал он тихо. — Найди людей. Приведи помощь.

Брумиш смотрел на него, не отводя глаз, и Ларк потянулся к тонкой, едва уловимой нити, которая связывала их долгие годы. Он вспомнил сотни совместных вылазок, пролитую кровь, пережитый страх и десятки проведённых схваток.

Зверь медленно поднялся, пристально посмотрел на хозяина, развернулся и убежал в темноту.

Ларк провожал его глазами, пока последние очертания мощной фигуры не исчезли в черноте.

— Теперь, — сказал он, — нужно дождаться его. И выжить.

Брумиш бесшумно двигался сквозь темноту. Несмотря на размеры, лапы мягко ступали на камень, а нюх вёл вперёд, помогая обходить опасные места.

Иногда он останавливался, прислушивался, втягивал воздух, пытаясь уловить запахи Леса, но вокруг была только сырая, холодная каменная пустота.

На одном из поворотов Брумиш замер, повернул морду и увидел в нескольких шагах от себя… Свет! Зверь рванул вперёд, протиснулся в узкую щель и едва успел вывалиться наружу, как за спиной рухнули камни. Он обернулся и увидел, что вместо прохода теперь груда обломков, намертво запечатавшая вход.

Зверь перевёл дыхание, поднял голову и втянул воздух, пытаясь уловить запахи дыма, железа, людей. Однако… Ничего. Только чужой, враждебный Лес, полный смертельных угроз.

Брумиш двинулся вперёд, инстинктивно выбирая направление. Он должен выжить, найти помощь и успеть спасти хозяина.