Истинная для Мира: Наследие

66

— Мне сегодня показалось, что ты другой, — зло искривила губы. — Но только ты такой же, как и все остальные. Унизить, присвоить… переломать…

Он больше не приказывал. Обошел медленно кровать и опустился передо мной на колени. Стянул с меня куртку и, усевшись позади, потянул молнию платья.

— Я не такой же, — и рванул его на моей спине на части, вынуждая вздрогнуть. — Я хуже.

И он отбросил его остатки в сторону. Потянул резинку с волос, распуская их. Его горячие ладони скользнули по напряженным плечам, неожиданно расслабляя.

— Мне спокойно, когда спокойно тебе… — ткнулось горячее в затылок. — И хорошо тоже… Я чувствую, когда ты пугаешься. Именно поэтому я оказался рядом с тобой и… этим шакалом. Что со мной, доктор?

Я усмехнулась против воли:

— Ты — псих.

— Это не новость.

Он толкнул меня на спину и, усевшись между ногами, принялся стягивать туфли.

— Почему ты не убил Даниила?

— А надо было? — усмехнулся он и принялся за чулки.

Его пальцы, такие горячие и немного шершавые, казались оголенными проводами. Я задерживала дыхание, чтобы не дергаться от каждого прикосновения. Быть с ним — как зайти в ледяное озеро: обжигающе ледяная вода перехватывает дыхание, и не факт, что привыкнешь.

— Я думала, что ты сохраняешь жизни только… — он скользнул ладонью по внутренней стороне бедра, и у меня сбилось дыхание, — за сделку…

— Ну и чем я заслужил твое такое мнение? — он навис сверху, продолжая, медленно оглаживая чувствительную кожу, продвигаться выше. — Не пойму, что такого я сделал, что ты предпочла сегодня удрать…

— Ты не оставляешь выбора, — выдохнула я и задрожала, когда он коснулся полоски кружева, слегка надавливая.

— А тот волк, который душил тебя на стоянке… оставил? Или этот сегодня?

Я упрямо дернулась, попытавшись сжать ноги, но он вклинился коленом между ними и скользнул пальцем под кружево, врываясь внутрь. Голова закружилась, и я схватилась за его плечи, выгибаясь. Но пощады сегодня ждать не приходилось — Алекс склонился к груди и прикусил ее вершинку через ткань лифчика, которая ни черта не сгладила эффекта. На мой стон он утробно зарычал, и я покорно подалась бедрами навстречу его руке.

Мелькнула мысль, что диагноз у нас с ним общий на двоих. Тело тянулось ему навстречу вопреки здравому смыслу, и не только тело. Но даже не кошка! Та была готова драпать со всех лап, вот только… теперь не хотелось мне. Иллюзия защищенности, что возникала в руках этого мужчины, давала призрачное чувство покоя. Такого желанного и забытого…

— Алекс… — сорвалось с губ, и сорвало его зверя с цепи.