— Что? — не верила ушам.
— Вечера и ночи, Алиса, пока я здесь, ты проводишь со мной — это моя цена за жизнь твоего бывшего любовника. Одного из…
Я прожгла его ненавидящим взглядом, едва веря в происходящее. Но ему было плевать — он ждал, пока я проникнусь своим унижением в полной мере.
— А иначе ты вообще никого в постель затащить не можешь? — искривила губы презрительно.
— Ты в каком мире выросла, Алиса Мирославовна? — зло прищурился он, хватая меня за шею и притягивая к себе. — Я еще никому не сохранил жизнь, сколько бы женских воплей не стояло за моей спиной…
Каждое его слово жгло такой застарелой болью и злобой, что я уже привычно потеряла способность дышать.
— …Знаешь, сколько я переломал хребтов таким выродкам, как этот твой волк? — зарычал он. — Поэтому захлопни свой очаровательный ротик и не буди во мне зверя, как ты умеешь!
Он посторонился, пропуская меня вперед, и я поплелась на негнущихся ногах к входу в отель. Контраст холода и тепла остался незамеченным, так застыло все внутри от медленного осознания — тигр меня заполучил. Наплевал на мои желания, несогласия и сопротивление и сломал.
— Мне понадобятся вещи, — тряхнула намокшими от снега волосами, когда мы вошли в лифт.
— Завтра, — ударил он по кнопке верхнего этажа.
— А сегодня я что буду делать?
У меня начинала развиваться острая форма клаустрофобии в присутствии Алекса, но я шла напролом — страхи нужно ведь проходить насквозь, пока они не сделали то же самое с тобой.
— А ты по всем волкам шлялась с чемоданом? — прищурился он.
Как бесился — красота! Уж не знаю почему, но господина Правящего просто рвало от упоминания моих прежних любовных похождений. Смертельно опасное зрелище, сколь и притягательное. Я чувствовала его тигра, мечущегося внутри и требующего крови всех моих ухажеров. Как Алекс его сдержал сегодня — понятия не имела.
— Я не жила у волков, а ты требуешь проводить с тобой вечера и ночи, — парировала спокойно. — Или мне нестись домой утречком, чтобы привести себя в порядок?
— Дни ты проводишь тоже со мной, только за работой, — рявкнул мне в лицо и дернул из лифта. — Я сказал — завтра решим.
— Прекрасно! — процедила я и застыла посреди гостиной пентхауса, где меня внезапно выпустили.