Истинная для Мира: Наследие

56

Уже стоя в ванной, где тигр соизволил меня наконец-то оставить, я смотрела в зеркало и боролась с желанием его разбить. Я вся пропахла им, его желанием и моей ему принадлежностью. Прошла только ночь и полдня, а мне уже казалось, его запах въелся в душу, не говоря о теле.

И запретил смывать…

Мои губы растянулись в усмешке, потом раскрылись и задрожали. Знатно меня перемелет… Как никогда прежде. И звонить уже куда-либо бесполезно — я по уши в… неприятностях. Стоило прикрыть глаза, и зверь уже был во мне. Его руки, губы, тело будто снова вжимали меня в стенку и требовали подчинения. Как я буду завтра заниматься договором, сидя рядом с ним? Он же одним взглядом меня разложит звездой и заставит раздвинуть перед ним ноги… снова.

— Спокойно, — выдохнула я, открывая глаза, и облизала саднящие губы. — Мне ведь нравится? Я же люблю таких мужиков, да? А тут еще и драпать не надо — он сам уберется через недельку. Красота…

Помогало не очень. Я подняла голову и скосила глаза на пакет на тумбочке — Алекс позаботился, чтобы мне было чем привести себя в порядок.

Пока колупала баночки, думала, что надо бы позвонить Зулу и извиниться за прогул, перезвонить Елке — та уже оборвала сотовый — и попросить покормить Волю. И Маше, но что говорить ей — понятия не имела. Хотелось обернуться страусом и зарыться головой в песок. Или не вылезать из постели и номера Алекса до самого его отъезда. И никто и не пикнет, что из меня хреновый дипломат. Чем могла, так сказать, тем и помогла.

Настроение вопреки ожиданиям улучшалось. Из зеркала на меня смотрела все более знакомая женщина — красивая… Черт, нереально красивая! Кожа сияет, глаза блестят, губы сами по себе кажутся такими полными, что мне самой хотелось их трогать. Я даже подалась вперед, потом поворошила инструкции к кремам — мало ли, на что там разорился Правящий. Может, какая-то новейшая разработка швейцарской косметологии? Сфотографировала этикетку на всякий случай и, замотавшись в халат, вышла в гостиную.