Хочу быть злодейкой

Глава 30

— Все правильно сделала, девочка, — сказал наконец старик. — Только мальчика немного слишком сильно напугала, ну да ничего, он справится. А вот книгу зря отпустила, эта пакость тебе еще доставит неприятностей. В другой раз лови — и сразу в камин ее!

Причем дедушка Абар так решительно и серьезно сказал последнюю фразу, что я чуть плюшкой не подавилась. Какое-то время старательно жевала и глотала, сосредоточившись на процессе, потом уточнила:

— А что, так можно было?!

— Все можно, если хочешь своей волей жить, — пожал плечами дедушка и хитро усмехнулся в свой наперсток с кофе. — Жаль, теперь пакость настороже будет. Ну да ничего… ничего. Доела? Молодец. Иди книжки еще почитай, а как господин с делами закончит и обед подоспеет, я позову. И вот еще что: забери побрякушку из подвала, не осталось на ней никакой магии, но систему она двоит, не дай бог, господин полезет проверять, в чем помеха. Останешься без колечка.

Я опять чуть не подавилась, на этот раз остатками кофе. И послушно кивнула, пытаясь лихорадочно сообразить: кто же такой этот таинственный старик? И почему он мне помогает?

— Заберу. А… а разве книгу судьбы можно сжечь, просто бросив в огонь? — изумилась я.

Дедушка расхохотался:

— Нет, конечно!

— А…

Однако он поднялся с подоконника, расправил полы длинной, почти до колен, цветной безрукавки и ушел, оставив меня наедине с плюшками, Лисиком и видом из окна.

— Мря-уф! — вместо меня от души ругнулся мой пушистый питомец. Я поддержала его кивком, не торопясь догрызла плюшку и потопала забирать кольцо.

Только вот в лаборатории меня ждала непредвиденная неприятность: дверь оказалась заперта. Я подергала ручку, но открыть не смогла.

И как мне вернуть имущество?

Я толкнула дверь в последний раз, больше от досады, чем рассчитывая, что она действительно откроется, но створка почему-то поддалась. Обрадовавшись, я тут же юркнула в лабораторию, рванула к нише, на полках которой я оставила колечко, однако нащупать его не удалось.

— Что ты там делаешь?! — раздалось за спиной.

Юрой!

— Честно наворованное прячу, не видишь, что ли? — довольно сердито отозвалась я, уже без всякой конспирации вытаскивая кольцо. — Точнее, не прячу уже, а изымаю, чтоб оно тебе систему не двоило.

Юрой молча открыл рот. Я давно отметила, что лучший способ ввести его в ступор — говорить правду в лицо.

Ну не принято тут так. Особенно среди особ моего пола. «Женская мудрость» и прочее хорошее воспитание требует от девушек почти все время лгать и притворяться.

Если подумать, не так это и удивительно. Ведь они зависимые существа в мире, где правят другие существа, имеющие все права.

Проще говоря, искренность — привилегия сильного. Потому что слабому, не умеющему замаскироваться и выудить что-то обманом, защититься «невинностью» и показной наивностью, подольститься и вовремя подмахнуть, не светит ничего хорошего.

Оно и в моем прежнем мире так было, да и во многом осталось. А мне просто повезло иметь в детстве нормальную семью и хороший старт, чтобы в будущем ни от кого не зависеть.

Я привыкла говорить правду мужчинам. И сейчас поступала так же. Но именно это гарантированно сносило здешний «сильный пол» как тараном.

— Наворованное? — переспросил отдышавшийся некромант, подошел, решительно отобрал у меня кольцо и принялся крутить в пальцах.

— Помнишь девицу, которая меня искала в таверне? Ну, Арнетту? Вот. Она подбросила мне кольцо в сумочку, хотела обвинить в краже. Почему я должна отказываться от презента?

Юрой вернул мне «ворованное».

— Я сказал не попадаться мне на глаза.

— Вот я и старалась спрятаться от тебя аж под землю!

— От некроманта под землю? — скривился он и махнул рукой, явно намекая, что рекомендует мне убраться восвояси.

Нервировать его лишний раз не хотелось. Я краем глаза отметила, что всяких декоктов, непонятных ингредиентов, а заодно и вполне понятных мышей и лягушек в колбах с моего последнего визита в лабораторию прибавилось, взгляд зацепился за черные коробочки, за книги в кожаном переплете.

У самой двери я притормозила, оглянулась. Юрой стоял со скрещенными на груди руками, нетерпеливо притоптывал, ожидая, когда я покину его логово.

Любопытство оказалось сильнее здравого смысла.

— Ты сказал, что книжка только над алтарем появляется. Либо в коридоре прячется алтарь, либо книжка без алтаря появилась. Что из этого, и вообще?.. — Я сделала шажок обратно. Чтобы усилить эффект, поморгала.

— Понятия не имею! — моментально взвился некромант. Но так себе взвился, если честно, просто на месте подпрыгнул и полыхнул алыми бликами из глаз по стеночкам. — Иди уже отсюда!

Интересно, он меня не пришиб из-за ресничек или из-за… кхм, других частей моей анатомии? Которыми в коридоре налюбовался?

Я шкодливо ухмыльнулась, подмигнула свирепому колдуну и послала ему воздушный поцелуй:

— Договорились, мой повелитель! Ты не подскажешь, на каком из стеллажей книги по программе первого курса? Те, что лежали на столе, я уже просмотрела. Спасибо, кстати, это было любезно с твоей стороны.

— При чем тут я! — Юрой попытался как можно надменнее отвернуться. — Слева от южного окна вторая полка снизу. Изыди уже!

— Изыла, — быстро согласилась я. — Или изыдела? Как правильно?

— Ар-р!

— Тебе страшно идет свирепый вид, ты знаешь? Все-все, меня нет!

Что же, заняться подготовкой к занятиям тоже надо. С Арнетты станется намекнуть преподавателям, что я пропустила учебу, потому что ветер любви в голове звенит, меня начнут спрашивать и обнаружат… бездну неведения. И чтобы дно у пропасти хотя бы обозначилось, я сняла с полки книгу «Основы магии простыми словами», написанную выпускником академии, название которой мне ни о чем не сказало, точнее сказало, что это не то учебное заведение, из которого мне грозит отчисление. На учебник книжечка не тянула, с первой же страницы автор принялся сыпать шутками, сравнивать руны с закорюками из детской прописи, магическую силу — с закипающей в котелке бурдой, конструкты заклинаний — с карточными домиками. Объяснял он весело и с огоньком, так что я втянулась. Свербевшая на краю сознания мысль, что вся моя учеба, как только я очнусь в реанимации, в нормальном мире живых людей, а не картонных декораций и плоских персонажей, потеряет всякий смысл, растворилась.

Время пролетело незаметно.

— Идем к твоей тетушке. — На страницу книги упала тень.