Хочу быть злодейкой

Глава 25

— А что бабушка? — От моего вопроса оба недоросля заморгали. — Она осталась с тетей…

— Что?! — У меня в глазах потемнело от злости. Нет, ну разве не бессовестные дети?! — Вы! Оставили! Родного человека! Больного и беспомощного! Одного?! Да как вы могли!

М-де… Ну да, Кайли в жизни на своих младшеньких так не наезжала. Она с ними носилась как курица с золотым яйцом и бессовестно посадила на шею обоих. А эти засранцы и рады пользоваться!

— Честь мою блюсти собрались?! В большом богатом доме, где вас не заставляют на грядках пропитание отрабатывать?!

Угадала с одной ноты, что называется. Вон как у них у обоих взгляды в сторону метнулись.

— Бессовестные! Сию секунду разворачивайтесь и марш домой! И если тетя на вас еще хоть раз пожалуется… — я так недобро прищурилась, что даже Юрой рядом со мной напрягся, недоверчиво кося глазом, — то выволочка в полицейском участке вам обоим сказкой покажется. Я ясно выразилась?!

— Кайли… — Сестренка заморгала на меня длиннющими ресницами, глаза покраснели, предвещая водопад слез. Вот-вот разрыдается.

Ник уже видел мое «неправильное» поведение, он скорее насторожился, чем удивился.

— Сой прав, ты явно сама не своя, тебя надо спасать. — Он попятился, утягивая сестру за собой, но та застопорилась и, шестым чувством поняв, что слезы на меня не подействуют, сменила тактику:

— Кайли, я утром была у аптекаря, он отказался давать для бабушки лекарства, пока ты не вернешь долг за два месяца. — И ножкой шаркнула.

— Я же выделяла ползолотого специально на лекарства! — Память о сюжете мне в помощь.

— Так получилось, что пришлось потратить на другое. — Тереза смутилась. Руку она невольно дернула к шее, где в вороте новенькой блузы я рассмотрела яркие бусы, на семейное наследие не похожие, скорее всего тоже свежекупленные.

— На что другое? — Да, я хочу быть злодейкой в этой сказке, конкретно вот сейчас мечтаю превратиться в страшную ведьму и пооткусывать этим двум бессовестным паразитам их мягкие места!

— Ну… я уже не помню, — попыталась увильнуть сестрица.

— Ник? — Я жестко посмотрела на брата. — У тебя тоже провалы в памяти? С новыми пряжками на твоих башмаках и новыми бусами на шее Терезы никак не связанные?

— Да что ты понимаешь! — попытался перейти в атаку малолетний тунеядец. — Сама по чужим мужикам шас…

— Да-а? — Я на всякий случай фыркнула в сторону Юроя, уже хотевшего было вмешаться: мол, стой на месте! — Вот, значит, как вы с сестрой заговорили… Права была тетушка: избаловали вас до безобразия. Ничего, я это поправлю!

Один молниеносный бросок — и оба уха у меня в захвате. Не вывернуться! Теперь можно заняться отсутствующим воспитанием.

— Живо! — И уши верть пожестче. — Домой! — И каждое слово сопроводить вразумляющим рывком. — В ноги! Тете! Просить прощения! И с утра! На огород! Отрабатывать все! Что потратили! Бегом!

— Ай! Ой! Кай!

Писку и визгу вышло многовато, признаю. Зато спорить со мной больше никто не пытался. Нет, я все понимаю про педагогику и «не наш метод». Но гуманное отношение хорошо вовремя и к месту. А если подросток настолько зарвался — для начала надо его отрезвить и вернуть на землю.

— Мы поняли! Поняли! Кайли, пусти-и-и!

— Утром приду к тете и проверю! И чтобы бабушка была накормлена, умыта и переодета! Все поняли?!

— А долг аптекарю все равно вернуть надо! — хлюпнула носом сестрица.

Я ничего не ответила, отпустила побагровевшие уши, и детки галопом припустили прочь. Только на безопасном расстоянии они притормозили, оглянулись на меня и поплелись нога за ногу, о чем-то шушукаясь. В целом понятно — о том, как «починить» сестру.

— Полагаешь, они домой направляются? — спросил Юрой.

— Куда еще?

— У меня навскидку пара вариантов. Могут пойти к Сою. — Имя брата он выплюнул. — Сказать, что я тебя точно заморочил, заколдовал, превратил в злобное умертвие. Могут пойти к леди Арнетте, твой брат, как я успел заметить, производит на барышню гипнотическое впечатление.

— Если она хочет посоревноваться со мной в щедрости, то я охотно уступлю ей пьедестал. А в остальном отлично поможет справиться обыкновенный ремень.

Юрой поморщился, но промолчал, однако скепсис в отношении моих младшеньких прекрасно читался на его лице без слов. Да, никакого пророческого дара не нужно, чтобы понять: детки доставят мне проблем воз и малую тележку.

В холле нас встретил дедушка, уже не в бархатной накидке без рукавов, а в меховой душегрейке поверх неизменной рубахи в пол. В одной руке пиала, в другой — чайник. У ног дедушки крутился Лисик, при виде меня радостно тявкнувший и бросившийся облизывать в лицо меня, а заодно и некроманта.

— Тьфу! Убери от меня эту тварь! — тут же взвился серьезный и страшный главный злодей.

— Не будь букой. — Я на самом деле поймала и прижала к себе Лисика, но на Юроя надула губы: — Он твое творение, конечно, он тебе рад!

— Только лисьих слюней от радости мне не хватало, — пробурчал некромант и попытался смыться. Но поскольку мы стояли уже на лестнице, я прекрасно засекла направление его движения и возмутилась:

— Стой! Ты куда?! Это моя комната!

— А это мой дом! — предсказуемо и повторно возмутился Юрой.

— А ты мой жених! — крутить эту карусель я могла бесконечно.

И некромант это понял. Что-то прошипел себе под нос и распахнул следующую по коридору дверь. Скрылся за ней, но хлопать не стал. Уже прогресс!

— Ужинать, сударыня? — невозмутимо предложил дедушка Абар. — Сегодня из лавки доставили свежую форель. Я поставил запекаться с розмарином. И свежий чай тоже привезли. Наш хозяин заключил договор о поставках продуктов с лучшими лавочниками на нашей улице!

— С паршивого некроманта хоть шерсти клок, — пробурчала я в лисью шерсть.

— Вы что-то сказали, сударыня? — удивленно моргнул дедушка.

— Что ты сказала?! — Ах вот почему дверь не хлопнула, Юрой ее вообще не закрыл и подслушивал!

— Нет-нет, вам послышалось, — елейным голоском заверила я и сбежала к себе. — Переоденусь и спущусь к ужину! Спасибо, дедушка Абар!

В комнате меня ждали пакеты и коробки с одеждой, доставленной из «Секретов», две стопки новехоньких учебников из книжной галереи и, к моему удивлению, конверт. Получательницей значилась я, а отправительницей — Арнетта.