Эльфийка в розыске

Глава 23

Я сижу на кровати, укутанная в тяжёлое покрывало до самого носа и пытаюсь справиться с дрожью, от которой спинка кровати, служившая мне опорой уже какое-то время, буквально ходит ходуном. В теле жуткая слабость, голова тяжёлая и кружится словно от долгого катания на каруселях. Воспоминания о вчерашнем дне расплывчатые и мутные, обрывочные.

Жути наводит и понимание, что дар не отзывается. Ни привычный уже ментальный, ни даже пугающий темный. Я не могу ощутить ничьи эмоции. Даже с Голдом и Вороном связаться не могу! Морозная свежесть с примесью гари тоже не проявляется в воздухе, как я не стараюсь дар смерти призвать. А я пыталась и даже не раз, поверьте. И при каждой попытке очередной приступ жуткого головокружения. Словно… Словно меня выжало досуха. И это ощущение, это осознание по-настоящему пугает. Я первый в этом мире живой артефакт создала и даже не вспотела. Что могло настолько меня истощить⁈ До вот такого жалкого состояния? Да ещё и ночью! И самое главное — почему я этого не помню⁈

И вот скажите, как тут не поддаваться панике⁈ Я стараюсь. Дышу глубоко, призываю себя успокоиться и рационально мыслить, не пороть горячку. Но получается, признаюсь, откровенно плохо. Из рук вон, как говорится. Потому что полное, под ноль, опустошение резерва это лишь цветочки. Что ещё случилось? Да ничего особенного. Ага, ничего. Всего навсего очнувшись пару минут назад, вдруг осознала, что эта одноместная кровать, на которой я собственно и очнулась, не моя, да и номер, тоже одноместный, не мой. Безликий, такой как все остальные и… непонятно вообще чей…

Спокойно, Вика… Спокойно…

Но хуже всего то, что я не знаю с кем именно провела эту ночь, в чьих объятиях, мать его!.. Дышим… Дышим глубоко…. А то, что объятия были… и не только они… является непреложной истиной — в теле… кхм… и кое-где конкретно… ощущался уже подзабытый за давностью лет дискомфорт.

Дыши, сказала… Вдох-выдох…

Кто…?!? Кто это был?!?

Сижу, стучу зубами и молюсь. О чем? Чтобы это был не Дарко. Кто угодно, только не он. На всё согласна — пусть даже какой-то левый мужик с улицы, только не рыжик!

Вдох-выдох…

С возрастающим отчаянием снова, уже в который раз за последние минуты, оглядываюсь по сторонам.

И снова не нахожу никакой лишней детали, за которую можно было бы зацепиться. Одежда хоть бы какая-то! Обувь… Но в поле видимости нет никаких вещей вообще, а тем более личных. Односпальная кровать. Небольшой стол и один стул. Шкаф. Дверцы последнего приоткрыты, внутри пусто. Словно… собирались впопыхах?

Мне резко поплохело хотя только минуту назад казалось куда уж хуже то. Воистину, богатая фантазия — мой истинный враг. Как и бурное не в меру воображение. А что если это всё же был рыжик⁈ Мало ли что я учудить могла если контроль над собой из-за горячки окончательно потеряла. Испугался, собрал вещи и убежал. От меня подальше. Если так, то пусть хотя бы «до», а не «после». Меня буквально в холодный пот кидало от одной только мысли, что между нами могло что-то произойти. Он мне свой стал, родной до невозможности. Почти сразу. Это как с родным братом. Младшим к тому же. Ощущалось и воспринималось как самый настоящий инцест. Даже намек на одну только возможность.

Господи, услышь. Пронесиии…

Не знаю, правильно ли было молиться и взывать к всевышнему в мире, где о Боге никто и не слышал, но я сейчас была готова молиться всем известным мне богам — лишь бы хоть кто-то услышал и отозвался…

Сквозь небольшую щель между занавесками замечаю первые проблески рассвета. Почти утро.

А последнее, что я помню…

А что я вообще помню?

Тот долгий, но очень информативный разговор в моем номере помню очень хорошо. После мы переоделись и отправились за покупками. Провиант в дорогу, подзарядка артефактов, прочие мелкие и не очень покупки.

Отчётливо помню момент когда Ирий впервые после включения его в нашу иллюзию посмотрел на моих «зортов». Сначала он увидел Балу и Найтара. «Бешеный гризли» Рая произвел на него незабываемое впечатление, а на ящера Фара он и вовсе с неподдельным восхищением смотрел — чешуйчатая машина смерти не смогла оставить его равнодушным. А кого смогла бы?

И лишь затем Ирий увидел их, моих мальчиков. Сразу обоих. И мне на мгновение показалось, что бравому воину срочно захотелось присесть. Хоть куда-нибудь. Можно даже на землю. Сдаётся мне, если песчаных химер он до этого и видел, то именно золотую вряд ли. Голд, осознав момент и тут же проникнувшись им, решил эффект усилить. Позёр. Позёр и мелкий провокатор. Встав вполоборота для самого лучшего, видимо, ракурса, эффектно рыкнул, а затем угрожающе хлестнул воздух своим змеевидным хвостом с ромбовидным наконечником. Блондин оценил. Осознал. Впечатлился…

А потом перевел взгляд на Ворона. И… Я думала мужику поплохеет резко, как любому нормальному человеку, впервые увидевшему порождение магии смерти. Но не тут то было, ириец умел удивлять как никто другой. Видимо это было его скрытым даром. В тот момент вместо ожидаемого страха я неожиданно для самой себя ощутила от него тот самый азарт, которым буквально фонил Гариус, узревший Ворона впервые.

И испугалась уже я — что ещё одного фанатика от науки точно не переживу. И Ворон, думаю, тоже испугался в тот момент именно этого. Он тогда, под конец, от горящих взглядов мастера не знал куда прятаться.

Но нет, опасения оказались ложными. Блондин быстро взял себя в руки и сменил взгляд на абсолютно адекватный. Но всё равно не удержался — погладил сначала химеру, а затем, замерев лишь на короткое мгновение в нерешительности, и Ворона. Что интересно, и тот и другой это позволили и даже вполне спокойно восприняли. Решили, что раз этот парень со мной теперь вроде как, то часть нашей стаи? Что-то похожее я действительно ощутила от Ворона, а вот Голд, зараза такая хитрая, лишь блеснул своими нереальными глазищами и… закрылся от меня.

Это вообще как понимать⁈ Что за саботаж на ровном месте?..

Ужинали мы вечером прямо в номере. В моем конечно же — в одноместных номерах парней были одноместные же столы и вообще не развернуться. И это лучшие номера⁈ Страшно хочется увидеть худшие. В том смысле, что и хочется и страшно.

Мы неплохо так поели. Выбор блюд и их качество порадовали гораздо больше апартаментов. От жадности набрали всего и не по немногу. Четверых мужиков голодных накормить, шутка ли? Тем более когда один из них всё ещё растущий организм.

Кстати, за эту шутку, высказанную вслух, я почти получила внешне похожим на земную редиску фруктом прямо по лбу. Чудом увернулась. Чудом оказалась рука блондина, неожиданно в нужный момент утянувшая меня в сторону.

Так и пролетел ужин. Мы шутили и смеялись, на время отбросив заботы и переживания. Делились разными смешными историями из жизни. Пытались узнать получше Ирия и, несмотря на его отчаянное сопротивление, у нас это получалось. Хорошо посидели тогда, почти до ночи.

Потом я ушла в местные бани, что располагались в дальнем крыле гостиницы. Рай меня провожал и дежурил под дверью пока я нежилась в горячей воде. Одна. Пригласить его не решилась. Да, хотела. Более того — соблазн был сильным, но… Я побоялась. Чего? А вот не того, о чем вы подумали. Побоялась, что забудем о времени, снова растворившись друг в друге и нас пойдут искать всей толпой. И найдут. Да и не в банях я себе представляла нашу первую с Раем настоящую близость. Пески, теперь вода? Нет уж. Пусть для разнообразия это будет что-то традиционное. Кровать например. Да и… Хотелось сделать это правильно, красиво что ли. Глупость? Возможно. Ведь мужчины относятся к этому несколько иначе. Просто это были ощущения. Я так хотела.

В общем, сильно надолго я в банях не задержалась. Чуть размякла, потерлась местной мочалкой почти до красноты. Ополоснулась, вымыла голову. Потом под тем же, на этот раз старательно отводящим горящие глаза(видимо от греха подальше) конвоем вернулась в номер.

Как потом оказалась, не зря я стойкость проявила и от соблазна удержалась. Точнее от соблазнения. Фар тоже дежурил, меня охраняя — на улице. Под окнами бани! Представляю, что бы он тогда услышал. А подумал? Я как узнала, подавилась соком. И ведь не сказали ничего о двойном карауле с подстраховкой. Вот это я понимаю параноики. Даже меня переплюнули. Зачем ещё и на улице караулить? Там же окна узкие совсем, крошечные. И находятся под самым потолком, а это не меньше четырех метров. Как минимум. Туда разве что змея заползти могла, да и то вряд ли. Артефакты на стенах еще были развешаны, как новогодние игрушки на наших ёлках — на безопасности постояльцев здесь точно не экономили. Зря я ругала эту гостиницу. Подумаешь номера тесные, зато чисто и безопасно. А готовят как.

Вернулась в номер. Волосы просушила с помощью собственного бытового артефакта. И он у нас оказывается был — основательно мы проредили магические лавки в родном городе братьев. Многие на мне хорошую выручку сделали…

А что было дальше? После бани и возвращения в номер…

Хм. Ворона помню, который должен был меня охранять. Помню… Помню как отослала его. Зачем? Что-то смутное. Мои собственные слова звучат бессвязно. На охоту вроде отправила и…

Стоп! Какая к чертям охота? Мы же в городе!

Что за?!.

Ворон! Где Ворон⁈ И на кого я его охотиться отправила⁈ А главное — на*рена?!?

Не желая пороть ту самую горячку, попыталась вспомнить хоть что-то еще. Хоть что-то…

Нахмурилась. Потеряла буквально взорвавшиеся болью виски.

Я… Кажется мы с Вороном и ментально тогда пообщались. Общались это громко сказано. Был лишь один какой-то посыл, короткий и бессвязный почему-то импульс. Что за задание я ему дала? О чем попросила?

Собравшись с силами, попыталась встать с кровати и… тут же завалилась обратно. Нет, не запуталась в покрывале, в которое замоталась как в кокон. До этого попросту не дошло — голова закружилась ещё при попытке.

Да что со мной такое⁈ Откуда слабость эта нездоровая? Даже если… Я буквально заставила себя закончить мысль. Даже если у меня был с кем-то секс… Даже если он был ну просто сумасшедшим… Всё равно такое состояние ненормально. Меня словно каток асфальтный переехал! Угу, а не мужик…

Можно было бы предположить, что меня просто избили, но боль была совсем иная. Так что этот вариант нежизнеспособен. Хотя я бы предпочла избиение сексу не пойми с кем. Ни мгновения не сомневаясь.

Несмотря на удручающее состояние отчётливо понимая, что паника мне никак не поможет, а только, наоборот, навредит, я делаю глубокий вдох и затем выдох. И пытаюсь вспомнить что-то ещё. Хоть что-то. Любая мелочь могла помочь мне понять, что к чертям собачьим случилось со мной этой ночью… И с кем именно я переспала.

Так, Ворон уходит. Через окно. Буквально растворяется в ночи. Идёт охотиться. На кого? Зачем? Знаю одно — он почему-то очень зол. Не на меня. И не из-за меня. Он практически ярости… Мама дорогая, пусть он догадается ускользнуть из города и действительно просто поохотиться. Поискать дичь и поискать где-то за городскими стенами! Мне только растерзанных местных на совести не хватало…

Ладно, спокойно. Ворон покинул номер. Что потом? Хм. Я иду к постели. Кажется. Нет, точно иду. И? Укладываюсь? Ага, как же. Почти падаю, как мешок с мукой. И темнота. Судя по смутным воспоминаниям, я вырубилась ещё в полете.

Хмурюсь, не на шутку встревоженная увиденным. Собственное странное поведение бросается в глаза. Я словно пьяная была. Или под чем-то покрепче и потяжелее. Меня же под вечер горячка ломать начала — это я хорошо помню. Уснуть в таком состоянии просто нереально. Я готовилась к ещё одной бессонной ночи, а в результате… просто вырубилась⁈

Да что за?!.

Закономерная, но очень нехорошая догадка заставляет меня замереть на мгновение, меня даже трясти перестает ненадолго. Может мне в еду что-то подмешали? Но ужинали мы все вместе, с парнями, некультурно таская еду из разных тарелок. Тогда бы нас всех вырубило…

Ох-хо-хох. А если так и есть⁈ Может нас обокрасть хотели и подсыпали чего? Ага, а меня ещё под шумок и… того…

Нет. Это какое-то слишком дикое предположение. Слишком сложно. Профи не стал бы после грабежа задерживаться на месте преступления ради красивой бабы. Тем более себийки и жены вождя! Не самоубийца же он. Почему я считаю, что работал именно профи? Тут по земным меркам пятизвездочная гостиница, охрана везде. Артефакты опять же. Да и у нас самих артефакт есть, который на яды и прочее проверяет. Кольцо. Рай его на пальце носит, пищу то он готовит и продукты заодно проверяет. Всегда. По крайней мере, прежде чем мне подать порцию подать. Это точно. Он не мог отраву эту пропустить. Артефакт хороший, у Гариуса приобрели, а это показатель качества. А ещё артефакт у нас есть охранный. Хм, вот только я не знаю включили ли его ребята перед сном…

Обокрали всё же?

Подумала о поясе с монетами и плюнула. Кошелек-артефакт жалко конечно, но это лишь вещь. Слезы всё равно у Голда, его попробуй обворуй. Да и не слезы сейчас меня беспокоят, пусть даже точно украденные. Что с остальными? Где они? В порядке ли⁈

Узнаю кто это сделал, оскоплю и обрубок Ворону скормлю!

Представила и меня тут же чуть не вывернуло прямо на постель.

Фу, просто кастрирую. Угу. Если это вообще против моей воли было, а не результат горячки. Но то, что со мной перед сном не всё в порядке было, это факт. А в чем причина?

Прикрыла глаза, пытаясь пробиться через темные пятна в памяти. Нахмурилась. Напряглась, концентрируясь. И… ощутила неожиданно отозвавшуюся силу! Ментальную! Совсем-совсем слабую, лишь жалкие крохи былой роскоши, но хоть что-то.

Сила в этот раз жаром поднялась из груди в голову, я это четко ощутила. Что-то новенькое. Память лечить будем свою покалеченную? А я и так умею? Сколько ещё мне предстоит о своем двое узнать?

Если это может помочь мне вспомнить произошедшее я на эту способность молиться впредь буду. И наученная горьким опытом всячески ее в будущем развивать и усиливать…

Несколько минут бессмысленных потугов. Ещё сильнее разболевшаяся голова. Но что-то всё-таки начало проявляться в сплошной черноте моей странной амнезии…

Сон⁈

Столько усилий чтобы вспомнить простой сон⁈ Ан нет, непростой. Эротический, мать вашу. А чего ещё я хотела? Что ещё могла увидеть под горячкой?..

Так. И что мне там снилось? Точнее кто. Снова эльф? Никак не уймется товарищ, даже во сне. Настырный какой. О, нет. Пардон. Напраслину возвела. Мне снился совсем не эльф…

Нахмурилась.

Незнакомый какой-то мужик. Брюнет. Волосы длинные, черные. Тоже высокий и статный, но не такой широкоплечий как эльф. Что-то новенькое. Уже чужие мужики снятся. Я видимо совсем отчаялась. Что за мужик то хоть? Вижу лишь его смутный силуэт во тьме. Узкие окошки за его спиной почти не пропускают свет, да и на улице уже темно. Огромное помещение с высокими потолками освещает лишь скудный свет луны. Мужик склоняется надо мной, едва ощутимо скользит пальцами по лицу, словно изучая. Я не вижу, но откуда-то точно знаю, что сейчас он вглядывается в мое лицо, изучает… знакомится?

Эээ. Что за бред. Интересно я, однако, с мужиками знакомлюсь, пусть и лишь во сне. Вот это выверт подсознания. Я что подсознательно тяготею к спонтанным, случайным связям? Ффф…

Бред полный, но я почему-то продолжаю вспоминать этот странный сон. И непонятного мужика рядом со мной, от запаха которого меня буквально выгибает. Выгибает от желания вдыхать его чаще, прижаться сильнее, быть ближе. Незнакомец что-то тихо шепчет мне в ухо. Щекочет дыханием шею. Его руки на мне. Они теперь везде. Гладят, ласкают. Медленно стягивают с меня полотенце…

Бредовый сон распаренного горячкой воображения вызывает странный отголосок в моем ослабленном сейчас теле. Сердце начинает биться быстрее. Ладони потеют. Я непроизвольно сжимаю вместе ноги…

?!?!?!

Весьма странный сон, ещё более странно действующий на меня. Или просто горячка не отступила даже после бурной ночи непонятно с кем?

Как бы то ни было я упрямо продолжаю вспоминать…

Темные пряди мужчины падают мне на лицо. Щекочут щеки. Медленно скользят по шее и обнаженной сейчас груди, задевают возбужденный сосок… Во сне я поворачиваю голову и тянусь к ним лицом. Вдыхаю глубоко исходящий от них аромат. Как же хорошо они пахнут. Так знакомо. Такой приятный аромат. Такой вкусный! Ещё, хочу ещё…

Эээ…?!?

Какой на*рен «приятный», какой к чертям «вкусный»⁈

Стоп! «Знакомый»?!?

Стоп ещё раз. Окошки узкие, высоко под потолком… Я в полотенце… Бани⁈ Я ночью в банях…

Нахмурилась снова. Какой-то слишком странный и одновременно пугающе реалистичный сон. Бани те же самые, в которые я ходила вечером с Раем. И Фаром, да. Это точно те самые бани. И я там ночью, а не вечером. С незнакомцем, от запаха которого я буквально теряю рассудок, превращаясь в мартовскую кошку? Очередной подвох от моей брачной горячки? Хотелось верить, но всё это смущало и сильно. Чужие мужские руки на моем обнаженном теле хоть и помнятся смутно, но ощущались они очень реальными. Как и прикосновения чужих губ к шее.

С твердым намерением узнать больше я снова проваливаюсь в тот странный сон.

— Позволь… Поддайся…

Шепот. Просьба. Но ощущается как приказ. У меня нет сил сопротивляться и я… подставляю шею. Позволяю. Сама с охотой тянусь навстречу. Мои руки погружаются в темные волосы, которые ощущаются как чистейший шёлк. Прохладный и невероятно гладкий на ощупь. Такой приятный. Я издаю стон удовольствия лишь от осознания того, что просто могу теперь к ним прикоснуться.

— Ты мой… — Слова срываются с моих губ вместе с очередным хриплым стоном, который исторгают из меня умелые губы и пальцы.

Я слышу тихий и завораживающий своей бархатистостью мужской смех. Он щекочет мне шею и вызывает волну мурашек по телу. Я выгибаюсь, стараясь плотнее прижаться к сильному, обжигающе горячему даже через слои ткани, телу. Он смеётся снова.

— Это ты моя…

Я с этим не согласна. Даже во сне. Даже под дурманом его поцелуев и ласк. Моя рука опускается ниже, ловко скользя между нашими телами, коварно сжимаются на упругой плоти дрожащие пальцы.

Вместо смеха слышу тихое шипение и мужчина наконец опускается ниже, подаётся мне навстречу, прижимая меня своим крепким и горячим телом к холодным мраморным ступеням остывшей купальни…

От контраста ощущений я издаю ещё один стон в его шею и на инстинктах что есть силы впиваюсь в нее зубами…

Тело мужчины каменеет, низкий вибрирующий рык, совсем не похожий на человеческий, эхом разносится по огромному помещению и…

Я просыпаюсь в своем номере и на своей постели…

Трясу головой, аыниривая из воспоминаний. Снова осознаю себя сидящей в чужом номере и на чужой кровати. Тяжело дыша и часто моргая, я что есть силы сжимаю в напряжённых пальцах несчастное покрывало и пытаюсь понять…

Какого *рена сейчас было⁈

Что за сон для любителей садо-мазо⁈ Подсознание, ау! У тебя всё в порядке? Какой-то непонятный левый мужик… Этот его рык звериный и замашки альфа-самца… Я, покорная и на всё готовая, разложенная прямо на ледяных каменных ступенях…

У меня почки что ли запасные имеются? Или мочевой с придатками?

Да и подчиняться непонятно кому я точно не мечтаю, даже на самых глубинных уровнях подсознания. В этом я уверена на все сто. С чего вдруг мне такая бредятина сниться начала? Только сегодня же думала, что в постели удобнее, чем даже в нагретой купальне. А тут остывшая. Темнота… Холодная вода… Ледяные камни…

Да ну нафиг такой эротический экстрим!

Я поморщилась и… облизнула губы. Нахмурилась. Во рту вдруг ощутился привкус крови. Обжигающе горячей, растекающейся по языку, вызывающей странную дрожь в теле.

Фу, блин. Что за черт?

Этот укус во сне. Упругая обжигающе-горячая кожа, поддающаяся под натиском моих зубов… И те же самые ощущения.

Что за 3D эффект непонятный?

Похоже горячка эта брачная начинает постепенно сводить меня с ума. Сны как-то плавно начинают переплетаться с реальностью. И это пугает. Не хилый такой эффект однако.

Снова вспоминаю руки незнакомца на своем теле, жадно скользящие по бёдрам, Вот проворные пальцы поднимаются от бедра выше, смещаются чуть в сторону и…

Резко выдыхаю, синхронно с той собой из сна. И понимаю, что собственное тело слишком остро реагирует на простой сон. Можно обмануть себя, но реакции тела говорят сами за себя.

Может мой разум просто нашел такую лазейку? У меня ведь горячка, а я отказываю телу в том, что ему сейчас больше всего необходимо.

Тряхнула головой.

К черту сны. К черту этот сон в частности. Что в реальности случилось? После того как проснулась…

И тут я замираю от осознания. Укус… Он ведь тоже меня укусил. Ещё до…

Вспоминаю чужие губы, шепчущие это пробирающее до мурашек «Позволь… Поддайся…». Вспоминаю прикосновение к шее сначала чужих горячих губ, а затем и зубов… Укус… Вопреки ожиданиям совсем не болезненный. Там, во сне, вызывающий совсем иные чувства…

Прислушиваюсь к своим ощущением. И сглатываю вставший резко в горле ком. Не может быть. Медленно поднимаю руку и тянусь к шее. К тому месту, куда пришелся укус мужчины из сна. К тому месту, где… прямо сейчас странно щиплет кожа!

Под подушечками дрожащих пальцев ощущается странная шероховатость! Небольшое уплотнение, очень сильно напоминающее… след от чужих зубов!

?!?!?!?!?!?!?!?

Это было на самом деле?!?

Или…

Или его всё же неосторожно оставил тот, в чьей постели я сегодня проснулась⁈

Из ступора меня выводит звук льющейся воды откуда-то из-за двери. Мягкие, тихие всплески…

Кто-то купается…

Совсем рядом…

Взгляд как по команде устремляется к двери в отдельный санузел. Я знаю, что кроме местного аналога унитаза там в каждом номере по бадье стоит, в которую можно набирать воду из бочки побольше и подогревать при помощи простейшего бытового артефакта. Что кто-то похоже и сделал.

Вот только кто именно там сейчас так радостно плещется пока я тут схожу с ума от неизвестности⁈

Попытка «прочитать» купальщика оборачивается неожиданным провалом и усиливающейся головной болью. Ментальная сила почти не отзывается. Лишь лёгкий отголосок. Куда я могла ее потратить с моим то запасом⁈

А вот магия смерти, напротив, на этот раз отзывается. И я с удивлением осознаю, что ее запасы восполняются, резерв постепенно восстанавливается! В комнате тут же едва ощутимо начинает пахнуть морозной свежестью с удушающей примесью гари. Не думала, что наступит момент когда этот, в общем-то отталкивающий, запах будет мне так приятен. Тем более не думала, что этот момент наступит так быстро.

Магия смерти, пусть в сильно урезанном варианте, мне сейчас всё-таки доступна!

Это было облегчение с большой буквы. Ощущение собственной беспомощности и уязвимости медленно отступало. Как же однако быстро успела привыкнуть к своей силе. А ещё у ощущению, что рядом есть те, кто всегда прикроет и защитит…

Хорошая новость во всём этом дурдоме всё же имелась — мне было чем защищаться. Пусть это и грозило новыми, возможно ещё более серьезными, неприятностями. Плохая — я по прежнему не знала кто за стеной.

Перед глазами тут же встал темный силуэт загадочного незнакомца из сна. Я вздрогнула и тряхнула головой, отгоняя этот кошмар подальше. Там, в ванной, это не может быть он. Это ведь был сон, после которого я, точно помню, проснулась на своей постели в своем номере. Как здесь оказалась не помню, но точно помню то пробуждение. Вот же!

Никаких больше плотных ужинов на ночь глядя! И никуда больше не буду отпускать от себя Ворона! И ему прикажу не уходить ни под каким предлогом! По крайней мере пока Голду смену не сдаст и меня заодно с рук на руки. Точнее с лап на лапы. А ещё… Пора завязывать с воздержанием!

Хотя… Кажется, я с ним уже завязала. Сейчас вот узнаю с помощью кого…

Звук льющейся воды неожиданно, словно по заказу, стихает, погружая меня в абсолютную, гулкую тишину. Слышатся осторожные, словно крадущиеся шаги. Я замираю и решительно приподнимаюсь на постели.

Вот сейчас и посмотрим кто там такой везунчик.

Не знаю даже, завидую я ему или всё же нет. Трудно по-настоящему злиться на того, кого даже не помнишь. Как и бурную, судя по всему, ночь с ним.

В следующее мгновение дверь резко распахивается, с грохотом ударяясь об стену! Вот только совсем не та дверь, входная! Которая почему-то была не заперта… И в небольшую комнату шумно дыша вваливается целая толпа.

Я вздрагиваю, вжимаюсь от неожиданности в спинку кровати и…

Дарко?!?

Взлохмаченный, бледный почти до синевы, явно наспех одетый и жутко чем-то обеспокоенный. Совершенно не похожий на того, кто всю ночь… кхм…

Спасибо. Спасибо тебе, Господи. Спасибо-спасибо-спасибо!

Фух.

За спиной Дарко двумя мрачными монументами возвышались Рай и Фар. Тоже одетые. Тоже, судя по виду, наспех. Фар и вовсе куртку прямо на голое тело накинул. Зато меч не забыл. Ну да, это самое главное.

Влетели, рты открыли. Видимо собираясь что-то сказать. Да так и замерли, глядя на меня. Наверняка бледную, точно взъерошенную, завернутую по самые уши в покрывало. И в довершение, вместо розочки на торте — запах секса, витающий в воздухе. Картина Репина просто. Хотя он о таком вроде не писал.

Хотелось провалиться сквозь пол и хотя бы ненадолго там задержаться. Хотя стыдиться мне вроде как было нечего. По их же законам я имела полное право на весьма богатую и разностороннюю личную жизнь. Только вот такую сцену на рассвете я точно никогда не забуду. Как и они, уверена.

Стоп. Дарко. Рай. Фариан.

Тогда там…?

Теперь главный вопрос изменился. Я накаркала и это рандомный незнакомец с улицы или всё же…

Ирий⁈

Мысли о странном незнакомце из сна я тут же отбрасываю волевым усилием.

Перевожу напряжённый взгляд на дверь в санузел, витиеватая и резная ручка которой как раз в этот момент начала медленно поворачиваться. Убийственно медленно.

Ну же…

Парни молча смотрят на дверь вместе со мной. Хотя не с таким напряжённым ожиданием. Они знают в чьей я комнате?

Тут захотелось хлопнуть себя по лбу. Конечно же знают. И я теперь знаю, что точно нахожусь не в комнате кого-то из них — потому что, черт возьми, их здесь не было.

Как я до подобного вообще докатилась? Сижу голая и… залюбленная… и гадаю в чьей кровати утром проснулась.

Песец.

Мгновение, в прямом смысле показавшееся вечностью, и в проёме появляется высокая мускулистая фигура. Обнаженная!

Поправочка — почти. Почти обнаженная мускулистая фигура. Хотя короткое полотенце, что мужчина безуспешно пытается закрепить на бедрах, этим «почти» можно назвать лишь с большой натяжкой.

— Да что б тебя! — Слышится тихое, сердитое шипение из под копны темных волнистых волос, увидев которые я замираю, забыв на мгновение как нужно дышать. — Что этим огрызком вообще можно прикрыть⁈

Полный безнадёги вздох и крепче сжавшиеся на полотенце пальцы. Полотенце, действительно крохотном по сравнению с могучей мужской фигурой, наготу которой им хотели прикрыть…

Безуспешно скажу я вам. Даже полумрак комнаты и собственное плачевное по всем фронтам состояние не могли помешать мне оценить хищную красоту рельефов тела этого мужчины. Всё-таки незнакомца?

Но вот голова поднимается, лицо открывается. Слышится коллективный изумленный вздох. Мой в том числе. Но он ещё и облегченный. Я от этого самого облегчения ощущаю себя как сдувшийся шарик и тут же безвольно покружаюсь с головой в теплый кокон из покрывала.

Здорово. Может тут и остаться, а они пусть сами пообщаются? По-мужски, так сказать.

И тут же обречённо вздыхаю. Когда ты трусихой стала, Вика. Вылезай давай на свет божий. Пришла пора расплаты за грехи…

Но ещё мне любопытно. Очень любопытно. Почему блондинистый Ирий вдруг за ночь стал жгучим брюнетом?!?

Да что вообще творилось тут этой ночью?!?

— Ирий⁈ — Тот же вопрос, похоже, беспокоил и остальных. — Я тебя и не узнал сразу. На миг подумал…

Дарко замялся, взглянул на меня, и тут же смущенно отвёл взгляд. Но я и так поняла, что именно он «на миг подумал». Что я переспала с тем самым левым рандомным мужиком…

Убью эльфа. Потом подниму при помощи магии смерти и снова упокою к чертям.

Так неловко мне ещё в жизни не было. И так погано тоже — даже когда мужа с любовницей застукала.

Неловкие взгляды парней, пытающихся скрыть своё смущение за каменными выражениями лиц. А затем…

Ну вот не уяснила я до сих пор одно золотое правило всего из двух простых слов и жирного восклицательного знака «Не зарекайся!». Никогда. Даже если тебе кажется, что вот точно, железобетонно. Хуже может быть всегда, чтобы тебе там ни казалось.

Мне казалось, что до этого стыдно было? Забудьте! По-настоящему стыдно мне стало мгновением спустя, когда Ирий, тряхнув влажными и почему-то черными волосами, плавно шагнул из темноты прохода под тусклый свет единственного артефакта, который освещал эту комнату. Единственного, до которого я смогла в своем состоянии дотянуться — потому что он висел прямо над кроватью.

Тишина в комнате стала абсолютной, будто вязкой.

Мать. Моя. Женщина.

Мои первые мысли были закономерны и ожидаемы.

Кто его так отделать успел⁈ И когда? И почему он позволил⁈ А ещё… Это произошло до или после того как мы с ним…?

Дарко, Фар и Рай напряжённо смотрят на Ирия. Я теперь знаю как выглядит выражение чистейшего потрясения на их лицах. Дарко стоит открыв рот, остальные двое попеременно то хмурясь, то поднимая в немом шоке брови. А затем все трое, не сговариваясь, поворачивают головы в мою сторону. И смотрят. Не менее потрясённо, чем на Ирия до этого.

И только тогда в моей голове наконец что-то щелкает и все детали встают на свои места. Никто Ирия не бил. Он вообще ни с кем не дрался. И это вовсе не синяки украшают его тело, делая воина похожим на какую-то причудливую географическую карту. Или книгу. Книгу, по которой можно с лёгкостью читать произошедшее.

На золотистой коже мужчины, и так покрытой россыпью давних шрамов, отчётливо проступают свежие засосы и укусы! На груди… Животе… Боже, даже из под края полотенца один укус проглядывает! На шею и плечи вообще смотреть страшно…

Я гляжу на всё это в абсолютнейшем шоке, гляжу и… Замираю. И успокаиваюсь насчёт болезненной отметины на собственной шее. После того, что я только что увидела, отомстить мне только этим — благородство в высшей степени.

Голова начинает сильнее болеть и…

В голове картинками, четкими и не очень, начинают проступать утраченные, похоже только временно, воспоминания. Которым для возвращения понадобился основательный такой пинок.

Ох, святые ёжики и падшие. Лучше бы я и не вспоминала вовсе!

Хочется закрыть глаза руками, прикрыть ими же пылающее лицо, но я боюсь уронить покрывало под которым больше ничего и нет.

Картинки продолжают мелькать перед глазами, выстраиваясь в четкую картину…

Вот я иду по коридору гостиницы. Обернутся в одну лишь простынь, которая чудом держится на мне…

Господи, спасибо, что не в чем мать родила!

Как сомнамбула переставляю ноги и иду, глядя перед собой расфокусированным взглядом. Ощущения затуманены, как и чувства, разум будто дремлет. Телом правят инстинкты…

Нужно идти… Мне нужно… Нужно…

Я замедляюсь перед одной закрытой дверью, другой, третьей. Перед каждой замираю на пару мгновений, словно… принюхиваясь⁈ Вот останавливаюсь перед последней и, кажется, она мне подходит. Или просто двери закончились?

Как бы то ни было я бездумно толкаюсь именно в эту, последнюю, навалившись на неё всем телом. О том чтобы просто постучать даже не думаю, словно забыла как это вообще делается.

Моя бессмысленная возня наконец привлекает внимание, дверь открывается. И воспоминания в этот момент становятся ярче, красочнее…

На пороге стоит Ирий. Кажется он только что мылся. Его красивые светлые волосы ещё не успели высохнуть. Влажными волнистыми прядями они живописно спадают на его грудь и широкие плечи. Обнаженные грудь и плечи — кроме легких, низко сидящих на бедрах домашних штанов на мужчине больше ничего нет. Очень тонких и абсолютно не оставляющих простора для фантазии. Мой взгляд словно загипнотизированный замирает ниже пупка мужчины, где из под тонкой ткани отчётливо проступают очертания внушительной плоти.

При виде меня выразительные темные брови воина тут же взлетают вверх. Ну да, я бы и сама себя испугалась — выгляжу я как та ещё маньячка. Лицо перекошено, взгляд стеклянный, горящий. Волосы во все стороны, полотенце набекрень. Босая и постоянно заваливающаяся куда то влево — правильно, а куда ещё? Вывод от увиденного — красота страшная сила. Как бы при виде такой не упасть замертво… от осознания свалившегося на голову счастья.

И видимо Ирий со мной полностью согласен — он пару мгновений растерянно смотрит на меня, а затем начинает хмуриться. Хмуриться и…

Принюхиваться? Зачем? Я не пила. Кажется. Пьяна и так. От горячки, а теперь и от него. Видимо это была судьба…

Несмотря на мой абсолютно безумный вид, Ирий разглядывает меня далеко не с отвращением. С тревогой, да. С ярко выраженным, всё сильнее проявляющимся беспокойством во взгляде… А ещё с той самой, мужской искоркой в глазах, которую он безуспешно пытается подавить. Скрыть от меня… Я замечаю как темнеют глаза мужчины, он делает глубокий вдох и отводит взгляд. От моего тела, которое вот-вот лишится своего последнего ненадежного покрова. Его руки напряженно сжимаются в кулаки. Разжимаются и снова сжимаются. Борьба мужчины с собой и собственной совестью в этот момент почему-то кажется такой сексуальной…

— Пойдем, Ви, я отведу тебя обратно…

Совесть всё же побеждает, но…

Как бы не так!

Ирий успевает лишь сделать шаг за порог как я решительно и с неожиданной для своего состояния силой вталкиваю его обратно. Дверь с грохотом захлопывается за моей спиной.

Мама дорогая!

Мы внутри. Стоим возле двери, глядя друг на друга. Я окидываю почти обнаженное тело воина абсолютно плотоядным, жадным взглядом. Он растерянно смотрит на меня. Снова борется сам с собой. Я не жду итога, мне в этот момент глубоко наплевать светлая или темная его сторона одержит верх. Я действую, беря то, что мне в тот момент нужно больше всего.

Медленно, но неотвратимо приближаюсь. Ирий не двигается, лишь смотрит на меня стремительно темнеющим взглядом синих, как океан, глаз. И эта тьма, расползающаяся в их глубине, так завораживает, манит за собой.

Я молча толкаю Ирия на кровать. Он, не отводя от меня взгляда, приземляется на мягкое ложе. Когда тело воина в первый раз от него пружинит, я уже на кровати. Стою над ним на коленях, сжав ногами его бедра и решительно стягиваю с с мужчины последнюю преграду…

Отбрасываю штаны в сторону и не давая Ирию даже выдохнуть от потрясения, жадно скольжу губами по его шее, собирая с теплой кожи не успевшую испариться влагу, прикусывая кожу зубами — не сильно, но ощутимо. Он выдыхает наконец и запрокидывает голову. Я вижу распахнутые синие глаза, в которых зрачок стремительно расширяется, заполняя радужку…

Дааааа….

Скольжу губами вниз, лаская крепкую, покрытую мелкими шрамами грудь. Прикусываю золотисто-розовую горошину соска и слышу рваный выдох мужчины…

Неотвратимо устремляюсь дальше, прослеживая жадными поцелуями путь вниз по твердой груди к упругому рельефному животу и ниже. Замираю, наслаждаясь эффектным зрелищем результата своих трудов и выдыхаю медленно и глубоко, согревая своим теплом…

А затем и губами…

Мужское тело выгибается на постели, я вижу как судорожно сжимают сильные, огрубевшие от оружия пальцы дорогую ткань покрывала…

Снова и снова…

И снова…

Долгий хриплый стон. Сжавшаяся на моем бедре рука. Простыня спадает с моего тела, а затем и вовсе летит в сторону. Вслед за мужскими штанами.

Я гибкой кошкой скольжу вверх, накрывая губами приоткрытые на выдохе мужские……

!!!!!!

……….

И это было самое невинное и безобидное. Дальше даже вспоминать стыдно! Бедный парень просто отрубился под утро. Прямо подо мной! Прямо в процессе!

От воспоминаний о том, что я с ним вытворяла всю ночь, фактически без перерыва, хотелось как трусливый таракан спрятаться куда-нибудь под плинтус. Я вообще не знала, что на что-то такое способна. Да я о многом из того, что вытворяла не знала! Откуда что взялось…

Пристрелите меня. Нет. Лучше найдите и пристрелите того козла, который меня до такого состояния довел.

Пока я неистово мечтала овладеть даром становиться невидимкой или обращать время вспять, парни вспоминали как вообще говорить. Вид Ирия лишил их дара речи. Причем совсем не в переносном смысле.

Сам же воин едва заметно улыбался и на шокированные взгляды в его сторону ему, кажется, было плевать с высокой колокольни. Несмотря на свой плачевный внешний вид, Ирий выглядел довольным и полным жизни. Улыбка не сходила с его лица. Кажется ещё чуть-чуть и песню какую-то запоёт себе под нос.

Ну хоть кому-то хорошо…

— А чего вы в полумраке тут? И что за тайное совещание в такую рань? Я приглашен? — Усмехнулся и сам же ответил. — Неважно, комната то моя.

Подняв руки, резко хлопнул три раза в ладоши и разом все три светильника в комнате вспыхнули, заставляя меня зажмуриться от слишком яркого, по сравнению с прежним, освещения.

Я обреченно вздохнула, вспоминая сколько промучилась чтобы хотя бы один активировать. Ну и кто тут дикарь?

Мысли на посторонние темы помогали не скатиться в уныние…

Ирий меж тем прошел к небольшому ящику в углу и достал из него свои вещи, похоже уже чистые. Ещё один артефакт? А я и не знала. В хорошую такую гостиницу мы однако…

Закончить мысль я не смогла. Не успела. Продолжая довольно улыбаться, воин спокойно скинул на пол полотенце, что с трудом держалось на его мощных мускулистых бедрах, и как ни в чем ни бывало принялся облачаться в чистое. Перед моими распахнутыми глазами оказался обнаженный мускулистый зад!

У меня сначала рот приоткрылся от изумления, а затем я вспыхнула как какая-то школьница — на одной из ягодиц мужчины, на правой, в самой ее середине, ярким пятном алел след от зубов. Моих. И не только я его увидела.

Ыыыыы…

У меня сегодня день позора, не иначе. И начался он слишком рано.

— Кхм… Мы тут… — Неловкую тишину прервал Дарко и я его за это готова была расцеловать. — Случилось кое-что. Я к тебе кинулся, а тебя и нет. И Ворона тоже нет. Голд с довольным видом умывается и искать тебя наотрез отказывается. Я к парням, мы вместе сюда. Да, кхм…

Рыжик смущённо кашлянул, стараясь смотреть строго посередине, перед собой. Чтобы не разглядывать ни кутающуюся в покрывало пунцовую меня, ни спокойно одевающегося в присутствии всех присутствующих Ирия.

— В общем, вы одевайтесь, мы снаружи вас подождем. А лучше в твоём номере, как вчера. Там места больше и…

Рыжик кинул быстрый взгляд на абсолютно растерзанную постель и, не договорив, вышел, утягивая за собой заторможенных братьев.

Даже если бы у меня сейчас не сбоил ментальный дар, я и то не решилась бы им воспользоваться. Каждый из них конечно знал и понимал для чего именно я покупала наложника, но знать и видеть это абсолютно разные вещи. Тем более увидеть вот так — неожиданно и во всей, можно сказать, неприглядной красе.

Стоило двери захлопнуться за парнями, как Ирий отбросил на спинку единственного стула свою, так и не надетую, безрукавку и присел рядом со мной на кровать. Я вздохнула и подняла взгляд…

Конечно же он смотрел на меня. И смотрел без тени той легкомысленной улыбки, что играла на его губах буквально только что.

— Как ты? Болит что-то? — В голосе беспокойство, причем абсолютно точно не притворное.

У меня вырывается нервный, неловкий смешок.

— Это ты у меня спрашиваешь? Не ты ведь в меня ночью вгрызался как одичалая собака в кость. Боже… Да на тебе же живого места нет!

— Всё на мне есть, об этом не беспокойся. Но ночка действительно вышла запоминающаяся! — Ирий знакомо усмехнулся, подмигивая мне. — Не помню чтобы меня кто-нибудь когда-нибудь так укатывал. Будет, что в старости вспомнить если я, конечно, до нее доживу.

После его слов я наконец сделала то, что хотела очень давно — извлекла обе руки из под одеяла и спрятала в ладонях пылающее лицо. Куда бы ещё уши спрятать — я чувствовала как они тоже пылают. Я конечно понимала, что не стоит посыпать голову пеплом, но и смотреть в глаза ребятам будто ничего не случилось тоже не получится. А перед мужчиной стыдно и вовсе было до ужаса. Спасла от казни чтобы прямом смысле затра*ать до смерти!

Жест рука-лицо.

— Эй, тебе нечего стыдиться… — Он мягко убирает от лица мои руки и приподнимает за подбородок голову, заглядывая в глаза. — Тем более, что мне всё понравилось. Даже очень… А тебе?

Я неуверенно киваю. Ещё бы я всё полностью помнила… Нет, лучше не надо!

— Да… Наверное… Я… — Пришлось признаться. — Я помню плохо. Точнее только сейчас и вспомнила. Когда увидела… И то, похоже, не всё…

Например, как он меня укусил в шею. И, вероятно, что-то ещё. Кивнула на его шею, где один синяк находил на другой.

— Что на меня нашло этой ночью? Это уже не просто брачная горячка, а безумие какое-то. Мне казалось я хочу тебя съесть. В буквальном смысле! Нет, не прям твоего мяса хотелось. Кхм… Тебя хотелось… Но так сильно, что мозг просто клинило, он отключался. Я вела себя как дикий зверь, действуя на инстинктах…

Он накрывает своей большой рукой мои подрагивающие от нервного напряжения пальцы. Снова заглядывает в глаза, которые я так и готовлю отвести в сторону:

— Нормально всё будет. Есть у меня одна догадка по поводу произошедшего. Нехорошая правда, но мы всё равно разберемся, слышишь? А насчёт того, что ты ничего не запомнила… — Насмешливая улыбка, под конец превратившаяся в искушающую. — У нас ещё будет немало шансов чтобы я тебе напомнил. В конце концов, ты ведь меня именно для этого купила?

Можно было бы подумать, что последние слова Ирия таят в себе обиду, но этого не было. Я это чувствовала и без своего дара. Поражало как этот мужчина воспринимал реальность. Его жизнь была далеко не сахар. Детство в окружении тех, кто его презирал. В месте где, каждый прожитый день наверняка приходилось выбивать кулаками, а каждую краюху хлеба выгрызать зубами. Побег и скитания в течении десяти долгих лет. Где он был в это время, как жил, чем. Он наверняка не расскажет даже если прошу. Или отшутится. Правды мне не узнать. По крайней мере пока. Но пока мне хватит и догадки — легко не было. Изгою даже среди своих в мире, где положение и иерархия решают всё. Его улыбки наверняка маска, за которой прячутся шрамы, но даже это лучше, чем сломаться и озлобиться. Я знала этого мужчину меньше суток, но мне казалось, что я уже начинаю его понимать. Борись, если есть такая возможность, а если нет — не рви жилы, копи силы, строй планы. Если подворачивается шанс и судьба поворачивается к тебе своим улыбающимся лицом, а не задом — наслаждайся, бери от этой ситуации и от жизни всё. Изменить немного формулировку на более красивую и это могло бы стать его девизом.

— Пойдем, нас ждут. Им и так сегодня по нашей вине понервничать пришлось…

— Почему я слышу в твоём голосе не раскаяние, а веселье? — Собственный смешок сдержать не получается, да я и не стараюсь сильно. А ещё его упрекаю. — Да и как я пойду? В чем мать родила? Я пришла в простыне, но ее почему-то не вижу…

Тишина и красноречивый такой взгляд в ответ.

Ох, вспомнила. Не, серьёзно, под чем я ночью была? Простыня пала смертью храбрых. А точнее ушла на ленты, которыми я Ирия привязала потом к кровати. Кажется я решила посоревноваться с самой собой — каким именно способом смогу извлечь из него больше всего стонов.

Твою ж мать… Вот так ночка!

— Шея… — Тихо пробормотала я на автомате себе под нос. Но конечно же по закону подлости была услышана.

— Что…?

Повторила, с усмешкой, так похожей сейчас на его собственную, глядя в синие глаза:

— Шея. Твое самое чувствительное место, не считая интимных зон. Именно шея. Поцелуи туда, не сильные и агрессивные, а мягкие и едва ощутимые с подключением дыхания, нравятся тебе больше всего. Больше всего ты стонал когда я нежно целовала тебя туда…

Он ничего не ответил. Лишь отвёл на мгновение взгляд и качнул головой, а затем… Неожиданно подхватил меня на руки прямо в покрывале, и, хохотнув, направился к двери. В чем есть! Он в одних штанах и со мной без нижнего белья, но в покрывале!

— Ты с ума сошел⁈ Местные в обмороки попадают когда такую картину узрят! Нас выселят в чем есть — так и поедем!

Изогнувшись, умудрилась подхватить со стула его безрукавку, за что получила по пятой точке. Мягко и игриво. На мгновение замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям. И поняла, что меня всё устраивает. Похоже в этом мире для хорошего настроения я искала своего дикаря.

Тут же подумала о братьях, что ждали нас сейчас в моей комнате. И с удивлением и удовлетворением осознала, что отношения с одним мужчиной никак не влияют на отношения с другими. Ирий… То, что случилось между нами этой ночью, никак не отразилось на тех чувствах, что я испытывала к братьям. Никто никого не вытеснил. И это было хорошо. Получается вот такой формат отношений для меня всё-таки приемлем? Я ведь думала, что нет. Думала в лучшем случае будет довольно трудно, по крайней мере первое время. Но никаких трудностей помимо первой неловкости при покупке на невольничьем рынке и возникшей этим утром не было. Надеюсь дальше будет не сложнее.

А вообще радоваться было рано. Предстояло разобраться в тех странностях, что со мной произошли этой ночью. А ещё понять причину столь сильной брачной ломки. Да, именно ломки. Потому что это ни черта не горячка! Меня натуральным образом ломало и корежило. И с каждым разом всё сильнее. И по мозгам неслабо так било! Что будет следующей ночью мне даже представить страшно было. Надеюсь мы поймём что к чему и как от этого избавиться или хотя бы ослабить «эффект». А ещё надеюсь, что единственным выходом для меня не окажется убийство генерала. А что? Я не удивлюсь уже ничему.

Мы перед знакомой дверью.

— Уже можешь поставить меня на ноги. Дверь открыть и в собственный номер шагнуть я и сама смогу.

Теплый смешок мне в волосы, прямо, черт возьми, в ухо. И закономерный табун мурашек по телу. Он издевается?

— Угу. Сейчас. Чтобы я отпустил, а ты прямо тут и легла? Думаешь я не видел как тебя качало даже сидя?

Я замерла. Обхватила его лицо руками, повернула к себе и серьезно посмотрела в глаза:

— Парням не говори. Особенно Дарко. Да всем троим. Иначе мы тут надолго застрянем. А это чревато большими проблемами — нельзя нам задерживаться, после завтрака, к полудню максимум, уезжать из города нужно.

Он смотрел на меня пару мгновений внимательно, а потом не стал ожидаемо спорить, а просто спросил:

— На зорте удержишься?

— На моем-то? — Усмехнулась я. — Да без проблем!

С Вороном проблем не было и быть не должно. Хм. Ещё бы узнать куда и зачем я его ночью ни с того ни с сего отправила. Воспоминания об этом важном моменте оставались весьма противоречивые, смутные. Необъяснимой пеленой пока подернутые.

Мимо почти бегом пробежала пожилая, богато одетая пара с закрытыми картией лицами. Они нас миновали по широкой такой дуге, как прокаженных, и ещё долго, шепотом переговариваясь, оглядывались нам вслед. Я даже ждала вопреки всему, что крестом осенят, приняв за нечистую силу.

— Ну вот и оскандалились… — Усмехнулась, обнимая Ирия за шею и глядя в его смеющиеся синие глаза. Хотела добавить пару слов об опасности такого поведения, а потом плюнула. — В конце концов, мы дикари или кто⁈

Меня поддержал громкий мужской хохот. Такими — лохматыми, полуодетыми и хохочущими на весь коридор мы в мой номер и ввалились.

Прямо пред светлые… нет, мрачные… очи моих парней, взирающих на таких, похоже не по ситуации, весёлых нас с Ирием… Нет, не с немым укором в глазах. Этого, к счастью, не было. Но по выражениям их лиц я сразу поняла — что-то случилось. Что-то очень важное. И новость мне не понравится. Нам всем не понравится…

Посмотрела на Ирия. Он мне мне тут же подмигнул и ободряюще улыбнулся. Почувствовала как его ладонь незаметно огладила мое бедро под одним из слоев простыни, вызывая очередной прилив жара к щекам. На пол он меня похоже опускать не собирался. Ладно, побуду ещё немного той самой героиней, которую ее гарем постоянно на руках таскает будто она сама ходить разучилась. Вдруг присесть резко захочется от «хороших» новостей, а тут и так как бы уже сижу. И даже облокотиться есть куда с удобством — широкая грудь воина так и манила к ней покрепче прижаться.

Ну что ж, не будем тянуть кота за… то самое.

— Говорите.

Парни переглянулись мрачно. Дарко нерешительно глянул на меня и явно испытывая неловкость, откашлялся.

— Может сначала оденешься?

Наверное стоило. Но мы и дальше с рыжиком собирались путешествовать вместе. Многомужество это их реалии. Та что ему придется видеть меня с мужчинами. Не с одним и даже не с двумя, похоже. Не как сегодня прямо в постели, конечно, но все равно. Если всё же решусь, то сдерживаться вряд ли смогу. Да и не стану. Объятия и вероятно поцелуи он наверняка видеть будет и не редко. Мальчик Дарко большой, взрослый совсем, совершеннолетний уже по их законам, о чем неоднократно мне напоминает, так пусть привыкает.

— Говори так. Простыню я хорошо держу, не упадет. А в ней смущать мне вас нечем. Не тяните…

Дарко вздохнул, сдаваясь, понимая что оттянуть неприятный разговор не получится. Взъерошил пятерней свою яркую гриву и решительно, наконец, посмотрел мне в глаза.

Я решила ему подсказать:

— Давай сейчас быстро, коротко и по существу. А потом уже по пунктам и со всеми подробностями.

Ну рыжик и выдал, как на духу. Как просила — быстро, коротко и по существу…

— Весь наш эльфийский Совет вырезан! Твой особняк, из которого мы сбежали, сгорел! Среди погибших при пожаре и резне твои мужья, наложники и большая часть верхушки нашей знати вместе с наследниками и женами! Мы теперь самые разыскиваемые преступники на всём Эйфарионе! За нашу поимку назначена беспрецедентная награда! На наши поиски и поимку брошены все ищейки совета лучшие наемники! А ещё по нашему следу идёт сам генерал Ринавер! В общем, мы… в жопе!

Последнее уточнение рыжика меня просто добило. И я… Я не выдержала и рассмеялась! В голос. Заливисто так, что аж сама позавидовала. Это не была истерика. И да, услышанное смех должно было вызвать в последнюю очередь, но… Не плакать же. Погибших я даже не знала, так что лицемерить и выдавливать из себя фальшивую слезу не стану, не ждите. Паниковать и начинать метаться тоже. Да и глупо это, неразумно и даже вредно в моей ситуации. Я давно, фактически с самого начала, подозревала, что чем-то таким это и закончится. Догадывалась, что произойдет взрыв и я окажусь в эпицентре как ключевой персонаж, как главная и, скорее всего, единственная, подозреваемая. Круто. Была я знатной эльфийкой в бегах, а теперь в розыске. Берём выше — я теперь террорист номер один в этом мире. Усама местного разлива, лайт версия, вомен стайл…

С трудом сдерживаю смешок, только получилось смех остановить. Неверяще качаю головой, ловя обеспокоенный взгляд Ирия и подмигивая ему, как он мне до этого. Улыбку ободряющую тоже прилагаю. Прорвёмся. Однако мой путь, а точнее самое его начало, и вправду впечатляли. Я в этом мире всего пару дней и какой прогресс. А чего мелочиться-то? Кто-то годами пашет, надрываясь ради репутации, а я от арлов только и сразу в дамки. Мною теперь будут детей пугать. И до этого репутация была «Не подходите, съем живьём!», а теперь и вовсе «Бегите, спасайтесь кто может!» Хотя, антипиар тоже реклама. Надо просто понять как именно это с выгодой использовать. Не по княжествам же мотаться со своей бандой и денюжку с управленцев выбивать «за защиту». Хотя тоже вариант. Жаль только, что ниша эта прибыльная тут уже занята — Темной стражей. С которой я, к слову, уже тоже закуситься успела. И как только везде успеваю? Не иначе меня действительно высшие силы ведут? Эй, арлы, ваша очередная проверка? Пройдем и ее. Но не ждите, что по вашим правилам. По своим. Надеюсь результат вам понравится, очень надеюсь.

— Виии…? — Тихий голос рыжика, осторожно зовущего меня по имени, оторвал от построения наполеоновских планов. Ах да, от меня же ждут реакции. Кроме жуткого, неуместного смеха. И правда, чего это я — дел невпроворот.

— Чего стоим? Кого ждём? — Бодро и с усмешкой.

Все оттенки растерянности и удивления в ответ.

— Ээээ… — Коллективно и дружно. Репетировали что ли пока меня не было?

— Что «Эээ»? Я переодеваться, кхм, точнее одеваться. Вы за завтраком на всех. Пулей! Стрелой то есть. Пусть наверх принесут. Голда найдите, получит он у меня. И назад все сюда. Расскажешь уже по пунктам и с подробностями. Что. Где. Когда. И кто. А потом позавтракаем и уже на сытый желудок будем решать как мир спасать от великой и ужасной меня…

Ступор. Не такой реакции от меня ожидали. Я умею удивлять.

— Ты наверное хотела сказать спасать твой зад от всего мира, который считает тебя преступницей и жаждет догнать и схватить?

О, наш человек.

Улыбаюсь Ирию, который смотрит на меня, насмешливо вздернув темную бровь.

Какой же он, а. Прямо сейчас жутко хотелось наклониться и поцеловать эти припухшие от моих же поцелуев губы, прикусить слегка, потянуть. Услышать как от неожиданности он задержит дыхание, а потом рвано выдохнет мне в губы. И может быть даже тихо застонет, как делал много раз этой ночью.

Очень хотелось, но было нельзя. Пока…

— Нет. Именно мир от меня. Если они хотят великую и ужасную, они ее получат. Как говорится, бойтесь своих желаний…

КОНЕЦ 2-ОЙ ЧАСТИ.